Сказка - ложь

К концу октября настроения стали гораздо менее оптимистичными. Нет, по большому счету дела шли вполне удовлетворительно, так сказала бы Гермиона. Самое главное - Гарри был теперь полностью здоров. Гермиона поразилась тому, насколько могуча колдомедицина - передовая, разумеется. Кажется, если бы Гарри не был Мальчиком-все-знают-каким, за него взялись бы с куда меньшим рвением. Но, в любом случае - за неделю размышлений и один день лечения его избавили от страшного, да что там - ужасающего своей омерзительностью обрубка личности талантливого тёмного волшебника. Гермионе пришлось ждать в коридоре и заниматься очень напряженным делом - ждать. В кабинете, она видела в приоткрывающуюся щель, толклась куча народу - все важные, в длинных мантиях. Где-то к середине дня из кабинета буквально выпал целитель Джонсон и внешний вид его говорил за себя - волосы на висках слиплись от пота, белок правого глаза багрово алел - видимо, от напряжения лопнул сосуд, руки мелко подрагивали. Заметив испуганный взгляд Гермионы, он слабо улыбнулся. - Привет, маленькая мисс. Ты прости, что посмотреть не взяли, там сейчас почти операционная. - Вы знаете про операционные? Я дочь врачей, я понимаю и не обижаюсь. - Конечно, знаем. - Целитель непонятно и устало хмыкнул. - Пойдём ко мне, попьем чайку. Кабинет у него оказался большим и светлым, с мягким креслом для посетителей и огромными закрытыми шкафами вдоль стен. И чай очень терпкий и сладкий, в огромных керамических кружках. Беседа вышла лёгкой и ни к чему не обязывающей - Гермиона потом поняла, что он пожалел её и не хотел, чтобы она мучалась неизвестностью под дверью. Из этого разговора она узнала ответ про халаты. "Девочка, ты же не думаешь, что волшебников не коснулась Вторая Мировая война? У нас помимо Гриндевальда проблем хватало - налёты, бомбежки, смерти родственников и друзей. Горя хлебанули все, ведь наши миры, волшебный и магический, очень тесно связаны. Мы,целители, тоже работали в полках среди обычных людей. Там и выяснилось, что кровь на белом халате очень бьёт по психике. Люди сильно паникуют и лечить их в таком состоянии гораздо тяжелее - адреналин туманит мозги. А на таком, лимонно-желтом не сразу сообразишь, что это кровь - так, бурое пятно." Не синие, чёрные и любые другие - чтобы ярко выделялись. И не красные, чтобы не как палачи. Когда Гарри вывели обратно, Гермиона с радостными криками кинулась его тормошить. Седой целитель, добродушно посмеиваясь, сообщил, что с мистером Поттером теперь все в полном порядке и состояние его здоровья отныне зависит только от него самого. Благодарно распрощавшись с целителями, ребята направились к уже знакомой кофейне. Там, за столиком в углу, окруженная бастионом пустых чашек, сидела Джин Грейнджер. Встрепенувшись, она радостно подскочила к дочери и, расплакавшись, прижала её к груди. Под всхлипывающие Гермионины:"Мамочка, ну не плачь!" она вытерла слезы и протянула обе руки к Гарри: - Здравствуй, мой дорогой! Можно тебя обнять? - Гарри очутился в тёплых объятиях. -Как твоё здоровье? Очень рада с тобой познакомиться, Гермиона много о тебе пишет. - Даже больше, чем о себе, - подмигнула она. Для Гарри Джин Грейнджер стала потрясением: и то, как она радостно смеялась вместе с дочерью, и как с наслаждением отпивала кофе, оставляя яркий отпечаток на белом матовом стекле, и как разговаривала - спокойно, ласково, мягкими перекатами букв. Он наконец увидел, что такое любовь матери к своему ребёнку. Ничего общего с истеричным кудахтаньем Петуньи. И ему тоже перепала толика материнской ласки. И это составляло причину для радости. Гермиона была просто счастлива, что догадалась заранее написать маме и устроить эту встречу. Теперь Гарри писал её матери приписки в конце Гермиониных писем с вступлением "миссис Джейн". Кажется, мама хохотала над таким обращением. Учёба тоже шла хорошо, причём у обоих. Гарри много летал, Оливер безоговорочно взял его в команду, что стало причиной серьёзного конфликта, но об этом позже. После тренировки он приползал в библиотеку и разбирался с домашкой, а Гермиона читала. Читать надо было много: или что-то разъясняющее по теме уроков, или книги по азам артефакторики - азы крайне сомнительные, потому что продраться через навороты научных текстов оказалось практически невозможно. И повторять французский. С мадам Пинс они стали почти друзьями - притаскивали ей вкусного к чаю и получали ценные советы. Чары заглушения, по субъективным ощущениям Гарри, он мог бы поставить и в полубессознательном состоянии. На этих словах Гермиона достала огромный том "Невербальной магии" и друг застонал. Он обычно читал гораздо более тонкую литературу: с Вудом напополам они выписывали внушительный ежемесячник " Квиддич сегодня", раздирали его и утыкались носами. Поттер понял, что летать ему действительно нравится и проникся идеей Гермионы о спортивной карьере. Поэтому мониторил команды и тренеров, даты сборов и просмотров в юниорские клубы, ища возможности. А профессия артефактора от него не убежит, главное, не убиться об бладжер - по словам Гермионы. А Вуд пришёл к выписыванию журнала извилистым путем, но тоже через Грейнджер. Близнецы Уизли, с которыми Гарри после совместных тренировок неплохо общался, пожаловались девочке на капитана. Вообще, на капитана они жаловались всем, но она стала единственной, кто смог им помочь. Встретив друга с очередной поздней тренировки у портрета Полной Дамы, Гермиона вежливо попросила Оливера на разговор и предложила выслушать все его стратегии. Когда он вышел со стопкой пергамента с неё ростом, Гермиона и бровью не повела - забрала этот кошмар каллиграфа и провела с ним две ночи. А проведя, схватила Вуда за грудки и посоветовала расширить и систематизировать свои знания касательно стратегии, хорошо проработать несколько вариантов и перестать мучить своими изысканиями - местами гениальными - игроков. В результате все счастливы: Вуд читает, команда заканчивает тренировки засветло. И сердечно благодарна за это Гермионе. Что тревожило и печалило - отсутствие возможности поговорить со Шляпой и отсутствие в жизни Гарри Седрика. Он, как легкомысленная бабочка, перелетал от друга к приятелю, со всеми успевал пообщаться, но с Поттером... они ещё пару раз полетали. Гермиона корила себя за самоуверенность, не понимая, с чего она взяла, что с ними все захотят дружить. Даже плакала ночью, уж очень хотелось, чтобы у Гарри был старший товарищ. У неё с кругом общения все прекрасно : хорошие соседки - Сьюзан и Ханна, весёлый мальчик Джастин, Дора , которая увидела в ней что-то родное. Прекрасная декан, которая очень помогает своим подопечным. У Гарри же был большой конфликт...