Иначе не всегда значит плохо

Согласно статистике, сорок восемь процентов всего населения составляют омеги, сорок три с половиной процента – альфы и лишь восемь с половиной процентов – беты. В принципе, такая расстановка сил устраивала всех. Нет острого превалирования того или иного семьеобразующего пола, а процент бет среди населения составлял ровно столько, сколько необходимо, чтобы избежать демографических проблем. По статистике большинство омег отдавало предпочтение построению крепкой ячейки общества, в то время как альфы старались устроиться на хорошо оплачиваемую работу, чтобы обеспечить свою семью, одновременно являясь опорой и защитой своему омеге. Бетам же отводилась роль карьеристов, которые работали ради повышения и упрочнения своего социального статуса, в совокупности с пополнением банковского счета. Семьи они считали неким подобием балласта. Так гласили результаты все той же статистики. Если спросить Джери, что он думает о подобных исследованиях, он бы, не задумываясь, ответил незамысловатым и неприличным жестом. Было бы его желание, он бы с удовольствием плюнул в автора этой бездарной статейки, людей, проводивших опрос и выводящих заключение, а с ними и в редактора третьесортной газетенки, которая печатает подобный хлам. В гробу он видел эту статистику, которая основывалась на мнении нескольких десятков - а в лучшем случае сотни опрошенных, в чем Джери не сомневался. Джери уже жалел, что подсмотрел в газету мужчины, сидящего на соседнем сидении в метро, который читал подобный бред и кивал, соглашаясь с написанным. К слову, написанного было вагон и маленькая тележка. Хотелось сказать много чего нецензурного читателю, но это, во-первых, нарушение демократии и вторжение в личное пространство, во-вторых, невоспитанно. Он ведь представитель интеллигентного слоя населения – врач все-таки, и о воспитании знал не только понаслышке. Да и бетам, априори воспитанным и сдержанным, вести себя подобным образом не комильфо. Но если первые два пункта действительно сдерживали гневную тираду Хэйвуда, то на третий пункт ему было глубоко плевать. Он никогда не придерживался стереотипов, считая их не просто пережитками времени, а нелепыми выдумками тех, кому патологически нужно все систематизировать, классифицировать и наделять общими признаками. Или это он один такой уникальный индивид «против всех». В последнее утверждение Джери не верил. Он знал много, действительно много, омег, альф и бет, которые посмеялись бы над научно доказанной информацией, представленной в некомпетентной представительнице СМИ. Как можно определять характер, темперамент и жизненные ценности человека, основываясь на половом распределении? Это то же самое, что в средние века, когда всех рыжих или непохожих на остальных считали ведьмаками, за что и сжигали заживо на костре. И ведь огромная масса слепо верила в эти глупости! Так и сейчас многие теперь будут ссылаться на сей достовернейший источник фактов! Когда Джери изъявил желание после школы пойти в медицинском направлении, мало кто сомневался, что у умного паренька все получится, как и мало кто верил, что делает это Джери по причине искреннего желания помогать людям. Знакомые, приятели, даже некоторые родственники хлопали его по плечу и хвалили за предприимчивость. Конечно, хорошие доктора на вес золота – всегда будешь уважаем, востребован, обеспечен. В общем, высказывали мнение, что от Хэйвуда другого и не ожидали. Джери злился, но понимал, что доказывать кому-то, что вовсе не выгодность профессии стала решающим фактором в выборе будущего, глупо. Тем более эта сторона профессии тоже была важна. Было бы неправдой сказать, что материальные блага в перспективе не привлекали Джери. Однако это взгляд не беты, а любого рационально думающего, разумного человека. И все же, главным было желание быть полезным, сделать что-то стоящее в своей жизни, и если это будет зависеть от Джери, спасти как можно больше людей. Джери не верил в существование супергероев, но врачей считал близкими к этому понятию. Любая профессия важна, и нельзя полагать, что какая-то работа стоит выше или ниже других, просто именно врачевание для Джери было и есть чем-то особенным. Он был предвзят, но ничего с собой поделать не мог, да и не хотел. К сожалению, звание «доктор» накладывало больше ограничений и ответственности, чем привилегий, коих было немало. Джери пришлось сдержать гневные порывы по поводу статьи и с невозмутимым лицом выйти на своей станции. В клинике уже с утра кипела жизнь. Так как на первом этаже располагалась поликлиника, а дальше по коридору - приемное отделение, открыв двери, Джери столкнулся с хаосом локального характера. Привычная картина. - Доброе утро, - поздоровался он с медбратом, записывающим данные очередного пациента. Ему ответили кивком и легкой улыбкой. - Хэй, доброе утро мистер Гаррисон. Как вы себя чувствуете? Время очередного планового медосмотра? Замечательно. - Как поживаете мистер Мартин? Мигрень замучила? Я предупрежу доктора Лероффски о вашем визите, он постарается принять вас поскорее. - Хэй, Дейв, - Джери поднял руку в приветственном жесте, заприметив коллегу с отделения физиотерапии. – Придержите лифт, пожалуйста! Успев заскочить в кабинку, Джери улыбнулся очередным знакомым сотрудникам. В родных стенах настроение поднималось подобно тому, как лифт поднимал Хэйвуда на нужный этаж. В отделении не было столпотворения или гама. Джери твердым шагом прошел в ординаторскую, где уже сидел его друг и коллега доктор Кенджиро Уолтерсон. Необычное имя объяснялось японскими корнями. Папа Кена был родом из Страны Восходящего Солнца и настоял на японском имени для ребенка. Мистер Уолтерсон не был против, вот так и получился такой восточно-европейский именной микс. Кенджиро любил свое имя и не любил, когда его коверкали неправильным произношением, поэтому сократил до удобоваримого всеми Кен. Уолтерсон был больше похож на отца, особенно статью, переняв от второго родителя восточную плавность движений и шарм. Даром что омега, наводил трепет на пациентов, которые и подумать не могли, чтобы ослушаться или возразить доктору Уолтерсону. Прекрасный специалист, знаток своего дела, обладатель железного характера, он был еще одним подтверждением, что статья о «нежных, домовитых, слабых омегах» кишит предубеждениями. Переодевшись в форму, Джери начал обход своих пациентов. До прибытия очередных ординаторов оставалось прилично времени. Вот и еще один год прошел. Сколько их было? Вроде только вчера он сам был на месте тех, кого ожидал сегодня. Юный, неопытный, но полный надежд. Получив теоретические знания, он думал, что готов к подвигам… В реальности все было по-другому. Кажется, это было миг назад. На самом же деле прошло почти уже десять лет. Десять, несомненно трудных, наполненных стрессом, но замечательных лет. Джери ни на секунду, ни единого раза не пожалел о принятом решении. У пациентов, к которым он был приставлен как лечащий врач, все было стабильно, так что, успокоившись, Джери вернулся в ординаторскую, где уже сидело несколько человек. Кен что-то записывал в истории болезни, лежащей перед ним на столе. - Ну что, доктор Уолтерсон, готов к новому потоку молодых и интересных людей? – голос Хэйвуда сквозил веселыми нотками. Кен оторвал взгляд от писанины и посмотрел на друга глазами, полными недовольства. - Не разделяю твоей радости. Каждый год одно и то же. Если среди них найдется хоть один толковый, и на том спасибо, а если парочка – то это прямо благодать, но я не верю в подобную удачу. С чего это ты такой оптимистичный? - Ну, утром у меня слегка подпортилось настроение, пока ехал в метро. Так что согласно закону сохранения энергии, где-то убыло, где-то прибыло. Вот я и настроен позитивно, мне обязательно повезет. Кенджиро ухмыльнулся такой простой логике. - Прежде всего, закон сохранения энергии и твоя карма ничего общего не имеют. А еще, я говорил тебе сотню раз – купи ты себе автомобиль. Общественный транспорт, конечно, неплохо, но сколько можно? Люди думают, что ты плохой врач, раз до сих пор не накопил на машину. - Друг мой, машина не входит в список обязательных качеств хорошего врача. Мои пациенты довольны моей работой и без всякого автомобиля. А пользуясь общественным транспортом, я немного защищаю окружающую среду от излишней загазованности и снижаю риск ДТП. Ну разве не замечательно? - Клоун, - резюмировал Кен и вернулся к прерванному делу. История сама себя не заполнит. К огромному сожалению. Бумажная работа составляет половину (если не больше) обязанностей врача. В силу врожденной аккуратности и перфекционизма доктор Уолтерсон всегда сам заполнял все истории. Джери мог порой перекинуть это дело на медбратьев или, еще лучше, на своих стажеров. А что, и им практика с пользой и ему время, которое он может потратить на пациентов. Когда стрелка часов показала восемь тридцать, в отделении как-то незаметно скучилась группка людей. Потерянный вид и осторожный взгляд просто кричал, что это ожидаемые ординаторы. Джери взглянул на них мельком – на первый взгляд нормальные. По крайней мере, никого пафосного и чересчур наглого он не заметил. Был в прошлом случай, Джери до сих пор кривился от воспоминаний. Были и крики, и угрозы в стиле «ты-не-знаешь-с-кем-связался». После отстранения не в меру самоуверенного стажера в их отделении подозрительно часто стали проводиться различного рода проверки: перетрясли каждую бумажку, чуть ли не с пальцем в белых перчатках прошлись по каждому уголку. Будто они не в клинике, а в какой-то фирме работали. Слава Богу, все закончилось. Придраться было особо не к чему, никаких глобальных или мало-мальски важных нарушений выявлено не было, так что ушли проверяющие ни с чем. Нынешние ребята вели себя тихо и выглядели довольно просто. Дабы не мучать несчастных долгим ожиданием, Хэйвуд направился прямо к ним. - Доброе утро, - в ответ прозвучал нестройный хор. – Меня зовут доктор Хэйвуд. Немного позже вас разделят на группы из двух-трех человек и закрепят за одним из наших докторов. Пока я проведу небольшую экскурсию по нашему королевству, по пути объясню основные правила. Так как времени не слишком много, попрошу уточнять непонятные вам вещи у своего непосредственного куратора. Ну что, вперед-вперед-вперед! Время не ждет. Экспресс ознакомление с устройством и режимом работы был закончен в кратчайшие сроки. После распределения возле Джери осталась пара человек. Первым был альфа. Высокий, добродушный на вид, в общем, производящий приятное впечатление парень. Второй – бета, серьезный, тихий и тоже приятный на вид. - Что ж, перейдем к более близкому знакомству. Так как список с вашими данными не у меня, представьтесь, пожалуйста. Парни переглянулись. - Меня зовут Дэвен. Дэвен Кэрриган, сэр, - первым назвался альфа. - Я Артур Коннели, доктор Хэйвуд. - Хм, значит тандем «дабл Кей»? Отлично! – Джери хлопнул в ладоши. От неожиданности оба парня слегка вздрогнули. – Я предпочитаю называть людей по именам, вы не против? Стажеры синхронно отрицательно помотали головой. - Так вот, Артур, Дэвен, я надеюсь, мы сработаемся. Я буду стараться научить вас тому, что умею сам. Обещаю много практики. Если вам что-то непонятно, не бойтесь задавать мне вопросы, даже самые глупые на ваш взгляд. Незнание – не самое страшное в нашем деле. Куда страшнее боязнь показаться глупым, вкупе с самонадеянностью. Это может стоить человеку жизни. Запомните, в медицине лучше перестраховываться, – дождавшись согласного кивка, Джери продолжил. - Как вам известно, ординаторы проходят практику не в одном отделении. Если в других возникнут какие-либо проблемы, обращайтесь, постараемся решить вместе. Ближайшие годы мы с вами одна команда, смиритесь. Требовать я буду много и строго, но это, как вы понимаете, неизбежно. Вы долго шли к своей цели, сейчас в ваших руках, то кем вы станете. Финишная прямая – не повод расслабляться, слишком многое стоит на кону. Старайтесь изо всех сил, и поверьте, ваши труды окупятся с лихвой, - Хэйвуд уже развернулся, но резко остановился. - А, чуть не забыл, каждую неделю проводится общий обход пациентов для всех ординаторов-первокурсников, с обучающей целью. Проводить его будут наши врачи, возможно, даже я. Присутствие обязательно. Когда проводить обход будет доктор Уолтерсон, умоляю, подумайте, прежде чем ответить. Есть вопросы? - Нет. - Нет. - Хорошо. Тогда официально заявляю, что лекция с ноткой философии окончена. Пойдемте, познакомлю вас с нашими пациентами. Теперь и вы их врачи. Точнее, каждый пациент здесь – наш. Но за некоторых вы несете полную ответственность, плюс заполняете прилагающую к ним документацию. Что, где, как объясню в ординаторской, когда будем разбирать истории болезни наших клиентов, так сказать. А пока, по коням! Ребята на радость были действительно смышлеными, и Джери в воображении потирал ручки, представляя, как будет хвастать перед Кеном. Тому наверняка собственные стажеры не приглянулись. Вообще, соответствовать планке Кенджиро было очень трудно. Он от работы некоторых коллег был не в восторге, что говорить об ординаторах. Что бы там Уолтерсон ни говорил, а карма Джери подчинялась физическому закону.