Иначе не всегда значит плохо

С погодой творилось нечто непонятное. С утра мог нещадно лить дождь, а к обеду тучи, как по мановению руки, расходились и уже солнце дарило жителям свои ненавязчивые прикосновения. Или же наоборот - с утра ни тучки, а к вечеру могла разразиться самая настоящая гроза. Плюс ко всему дни стали по-осеннему прохладными. Джери осень не жаловал. И дело даже не в многострадальной осенней меланхолии. Отнюдь. Влиянию осенней поры он не был подвержен и считал ее выдумкой людей, которым то ли нравилось состояние легкой грусти, то ли нужен был повод, оправдать свою лень. Просто Джери не любил некоторую «неопределенность», которая была свойственна этому времени года. Непонятная погода, суточная неразбериха, когда вроде темнеет, но еще не вечер. Знакомые обвиняли Джери в «неромантичности». Мол, он не понимает всю прелесть осени. Возможно, они были правы, но мнение Хэйвуда от этого не переменилось. Осень не была близка ему по духу, вот и все. Чего не сказать о зиме или о лете. Зима приносила Джери чувство радости. Он любил снег, любил рождественские и новогодние праздники, любил контраст температур в доме и на улице, и ему было все равно, что суточная неразбериха продолжалась и зимой. Летом же он находил чудесным буйство красок в природе и в одеждах прохожих, возможность насладиться всеми прелестями жаркой погоды. Сейчас мысли Джери были заняты предугадыванием погоды. Он понимал, что дело гиблое, но с необъяснимым упорством вглядывался в пасмурное небо. Когда лил дождь, Дэвен провожал его до метро. Начала Хэйвуду было неудобно, и он отговаривал Дэвена ждать его после работы. Бесполезно. Тогда Джери честно попытался носить с собой зонт, но и тут его ждало фиаско. Он либо забывал зонт дома, либо в вагоне метро, покупал новый и … снова забывал дома. Плюнув на все, Джери уже спокойно соглашался с сопровождением, а потом даже стал находить в этом плюсы. Например, обратная дорога не была скучной, а общаться с Дэвеном было интересно. Парень был любознательным, начитанным, часто рассказывал Джери о прочитанном открытии в области медицины. Нередко и для Джери сказанное было в новинку. В общем, он привык и даже был доволен. В отделении все текло своим чередом. День сменялся следующим, неделя шла за неделей, стажеры уже привыкли к порядку клиники, стали чувствовать себя уверенней. Все ординаторы успели несколько раз побывать на дежурствах, и многие показали себя неплохо. С пациентами все тоже было более или менее спокойно. В общем, обстановка была мирная, и Джери это очень нравилось. Как бы он не ненавидел стереотипы, но все же признавал, что любит стабильность. Однако это черта человека, а не пола - кому что предпочтительнее. Сегодняшний обход проводил доктор Уолтерсон, что объясняло напряженную обстановку в среде стажеров. До его появления ординаторы старались опровергнуть старинную поговорку «перед смертью не надышишься», листая всевозможные учебники, пособия и истории болезни своих пациентов. Все помнили, каким провалом закончился прошлый обход с Этим Жутким Омегой. В ребят летели разнообразные эпитеты, которые на первый взгляд тяжело отнести к оскорблениям, но ничем иным они не являлись. После такого даже Дэвен и Артур пришли с постными минами, так что тут даже вопроса «как прошло?» не требовалось. Джери оставалось только похлопать ребят по плечу – довольно ожидаемо со стороны Кена, хотя на обеде он все-таки спросил коллегу. - Тебе обязательно прикидываться такой задницей перед ребятами? Кен лишь приподнял правую бровь. - Что, мальчики пришли плакаться папочке на нехорошего меня? - Нет, конечно. Но лица всех ординаторов после встречи с тобой можно было запечатлеть на фотографию и отправить в комиссию по правам человека. Уверен, нас бы всех, без суда и следствия, наказали за жестокое обращение с людьми! - Ты перегибаешь палку – я всего лишь чуть строже, чем вы все. Они должны понимать, что «цацкаться» с ними никто не будет. - Но они тебя бояться! - И пусть! Если я дам слабину, покажу уступчивость или мягкость хоть в чем-либо, реакция будет совершенно иная, если так поступишь, например, ты. Тебе это прекрасно известно. В нашем обществе мне приходится придерживаться определенных принципов даже в таких мелочах. С этим Джери поспорить не мог. Он в этом вопросе, как никто другой, понимал Кена. Ему оставалась пожелать всем ребятам терпения. После очередного рабочего дня Джери вместе с Дэвеном направлялись в сторону метро, обсуждая будничные события, когда речь зашла о погоде. - Завтра тоже обещали дождь. Джери закатил глаза. - Вот поэтому я больше всего не люблю осень. - Почему? Разве это не чудесная пора? - И ты туда же! Дэвен восклицания не понял, из-за чего склонил голову вбок. Он всегда так делал, когда не до конца понимал, о чем идет речь. В эти моменты парень напоминал Джери большого щенка, и это каждый раз заставляло Хэйвуда улыбаться – мило же. - Просто эта слякоть, пасмурность, постоянные дожди. Бррр. Все вокруг становится таким некрасивым, а люди – угрюмыми. Не по мне! - Люди в нашем городе угрюмы сами по себе. В любое время года. Но в остальном я с Вами не согласен. Когда круглый год светит солнце и вечно теплый воздух, мне не нравится – устаю от однообразия. Дождь с прохладой приносят свежесть. - Разве не ты на прошлой неделе мне рассказывал, как любишь море? – фыркнул Джери. - И как связаны моя любовь к морю и осень? - А что делать на море, когда холодно? Ни поплавать, ни позагорать. То, что мы живем относительно близко к морю, абсолютно бесполезно. То ли дело Западное Побережье, не жизнь – сказка! Дэвен слегка улыбнулся и покачал головой. - В чем-то вы правы, но морем можно наслаждаться не только в купальный период. Вы бывали на побережье в середине осени? – поинтересовался в свою очередь Дэвен. - Нет. Что я там потерял? В такое время там слишком ветрено. - Хотите я Вам покажу одно место, которое нашел, еще будучи подростком? Например, в эти выходные. Уверен, увидев, какой вид там открывается, вы смените гнев на милость по отношению к осенней поре. М? Джери, не ожидавший подобного, растерялся и не сразу нашел, что ответить. - Думаю, это не самая лучшая идея. По лицу парня было видно, как он расстроился. Это заставило Джери напрячься. Он не понимал, что значило это приглашение. Был ли там скрытый смысл, или в голове Дэвена не было никаких других задумок, кроме как показать красивую сторону осени. Больше уговоров со стороны Дэвена до конца пути не прозвучало. Сразу после отказа Кэрриган расстроился, но через несколько секунд стал снова самим собой, что немного успокоило Джери. Прошло около недели после этого разговора. Джери почти не вспоминал о нем, а Дэвен, казалось, и вовсе забыл. Никаких неловкостей, как боялся Джери, не возникало. Видимо, он все же напридумывал себе лишнего и увидел то, чего нет. Выходные Джери обожал. Несмотря на искреннюю любовь и преданность своему делу, он никогда не страдал от свободного времени. Возможность поспать, пройтись по магазинам, зайти в любимый уютный ресторанчик или просто прогуляться в парке – чем не повод для радости? Погода в его выходной приятно удивляла. Было прохладно, но не холодно, небо было относительно ясным и никакого намека на осадки. Джери решил сделать пробежку по парку. Давно он не занимался спортом. То времени нет, то сил не хватает, то планы другие мешают, то еще что-нибудь. В этот раз обстоятельства для пробежки сложились очень удачно, буквально благоприятствуя оздоровлению организма. Надев спортивный костюм, вооружившись телефоном с наушниками, Джери обычным шагом направился по знакомой дороге в центральный парк. Джери находил свой город очень красивым, сочетавшим в себе уют, сохранившуюся «традиционную» архитектуру и технический прогресс. Помимо прочего как в центре, так и на его окраине росло много деревьев, что придавало ощущение, что человек прогуливается по огромному нескончаемому парку. Рядом и навстречу бежали другие бегуны. Кто-то кивал, кто-то просто улыбался, а кто-то пробегал мимо – все это дарило какое-то особое настроение. Джери уже успел позабыть это ощущение. Будто все – часть чего-то общего. Он не мог точно объяснить, что чувствовал, но этого никто не требовал, так что Хэйвуд просто наслаждался легким бегом, свежим воздухом и любимой музыкой. Перейдя на шаг, Джери чувствовал, как с непривычки колотится сердце и немного побаливают мышцы. Отвлекшись на собственные ощущения, он не услышал, что его кто-то зовет. Кто-то бесцеремонно положил руку на плечо Джери, да сжал с такой силой, что Хэйвуд едва сдержал болезненный возглас. Повернувшись к нарушителю спокойствия, Джери встретился взглядом с высоким и очень здоровым альфой лет тридцати пяти – сорока. Что-то было этом улыбающимся мужчине знакомым. - Что, простите? – Джери вытащил наушники, пропустив начало речи незнакомца. - Я говорю, как дела, Эл? Ты в наушниках? То-то я тебя звал, а ты даже не повернулся! Столько лет прошло, но я тебя сразу узнал, – руку мужчина убрать не удосужился. Избавляясь от неприятного прикосновения, Джери с неприязнью посмотрел на говорившего. - Простите, думаю, вы меня с кем-то спутали, меня зовут не Эл. Незнакомый альфа, даже приподнял брови от удивления. - Как спутал? Нет, это невозможно, ты ведь почти не изменился. Тебя же зовут Эллджер Хэйвуд? - Да. Простите, мы знакомы? Может кто-то из давних пациентов? - Ты что не узнал меня? Это же я, Джеймс Торнтон, Красавчик-Джим! Мы учились вместе в старшй школе. До Джери стало доходить, кто его собеседник. Точно, бывший одноклассник Торнтон, носивший кличку среди омег и бет Красавчик-Джим. Ну с красавчиком теперь можно было поспорить. - Как у тебя дела? Как закончили школу, от тебя ни слуху, ни духу. И тут, смотрю, ты бегаешь, - продолжал Джеймс. - Я сначала глазам не поверил, но как только лицо увидел, сразу узнал. Ты почти не изменился. Чем занимаешься? Со стороны все выглядело вполне обычно. Двое школьных товарищей, не видевших друг друга долгое время. Для Джери же ситуация была абсурдной. Он не были товарищами, тем более друзьями. Наоборот, Джим был тем человеком, кто немного портил спокойную в общем-то школьную жизнь Джери. Ничего жестокого или слишком унизительного. Просто, кажущиеся кому-то смешными подколки, насмешки и всякого рода шуточки. Все, конечно, давно в прошлом, но желания общаться такое прошлое тоже не вызывает. Однако, стараясь быть вежливым, Джери все-таки ответил. - Спасибо, у меня все хорошо. Я работаю врачом в местной больнице. Как у тебя? - У меня все отлично. Свой бизнес недавно открыл, так что, как видишь, процветаю. А что, ты домой совсем не приезжаешь? Ни разу не был на сборе выпускников, ни с кем не общаешься, все такой же тихоня, каким был в школе? Тихоней Джери не был ни в школе, ни тем более сейчас. Просто в школе у него были абсолютно другие приоритеты, но разве звезде школьной команды по баскетболу было тогда не все равно? - Приезжаю, просто я еду повидаться с родителями. - Пф, я ж говорю, совсем не изменился - остался таким же занудой. Не обижайся, но ты раньше был таким пресным, что грех было не посмеяться. Надеюсь, ты не держишь зла - все мы были молодыми. Но, черт, столько лет прошло, а ты такой же! Как это возможно? Если внешне Джим изменился не в лучшую сторону, то некоторые черты характера остались прежними. Та же бесцеремонность, те же наглость и излишняя самоуверенность. Они уже не в школе, но кто-то, видимо, до сих пор не может смириться с неактуальностью школьного статуса и неоправданностью школьных надежд. Красавчик-Джим уже далеко не красавчик, и звездой НБА он не стал. Что-либо отвечать вслух Джери посчитал лишним. Он пожал плечами, дежурно улыбнулся и наскоро попрощался. Прошлое осталось в прошлом. И возобновление утраченных контактов не входило в планы Джери. Однако сказать, что слова бывшего одноклассника были полностью проигнорированы Хэйвуд тоже не мог. Сильной моральной травмы он не получил, и все же неприятной осадок остался. Заявлять, что человек не изменился, очень нетактично и глупо. Особенно, учитывая стереотип, что беты с рождения являются маленькими взрослыми, у которых с возрастом меняются только физиологические данные и которые с ранних лет подробно планируют свою дальнейшую жизнь. Глупо, конечно, но Джери задумался. Разве он не изменился? Теперь он абсолютно другой человек. В школе он не был забитым, и все же уверенным в себе он тоже не был. Сейчас все совсем иначе. Взрослый Джери абсолютно другой человек, с другими взглядами на жизнь, другими вкусами и другими приоритетами. Проделав обратный путь в раздумьях, Джери не заметил, как резко изменилась погода. Небо стало пасмурным, и то тут, то там накрапывал пока еще мелкий дождик. «Все-таки осень – дурацкая пора» - подумал Джери. Не зря он ее с детства не любит. Вдруг Джери осенило. Чем не прекрасный шанс доказать самому себе, что он совсем не тот, что был раньше. Хоть это до ужаса глупо, доказывать себе что-то из-за слов незначимого в твоей жизни человека. Было бы еще глупее доказывать что-то этому человеку. С другой стороны, желание доказать самому себе не возникает просто так. Значит ты сомневаешься в себе, значит ты не уверен. Неважен повод, важно то, что в тебе есть желание развиваться. Не давая себе возможности передумать, Джери достал телефон и путем пару нажатий на экран уже звонил по нужному номеру. Ответили почти мгновенно. - Здравствуй, Дэвен. - … - Нет, насколько мне известно, в отделении все в порядке. Я звоню по другому поводу. Помнишь, ты предлагал съездить на берег моря. Я просто подумал, что … хм… идея, в общем, неплохая. Дома скучно сидеть, вот и подумал… - … - Да? Отлично. Когда у тебя есть время? Я так внезапно позвонил, так что вдруг у тебя планы, и если так, можно в любой другой выходной день… - … - Ты точно уверен, что сегодня свободен? А то мне кажется, что я как-то навязался. - … - Тогда отлично. - Джери улыбнулся в трубку. – Что ж, встретимся через час возле городской библиотеки? - …. - Супер. Договорились. Положив трубку, Джери прикрыл лицо руками. И что он сейчас сделал?