Ода Риму двадцать седьмого

В тишине очень громко смеяться, хватит с нас молчаливых рыданий, хватит блеска журнального глянца, хватит колкости воспоминаний, хватит долгих пустых разговоров, хватит книг непрочитанных ночью… Хватит с нас… Пыльно-значимый город. - Что в конце? - Обязательно точка. Хватит вин, философий, религий, обсуждения Фрейда и Кафки. Хватит танцев по пасмурной Риге. Самокруток и ложек, и травки. Хватит Бродского. - Что там в портфеле? - Красный термос с портвейном и паспорт. Пролетают минуты, недели, мы потеряны в яркости масок. Хватит с нас обещаний быть верным, хватит слов о любви бесконечной. - Ты последний. – А кто же был первым? Диалоги, иллюзии, вечность. Хватит перечисления цифр, хватит дат, всё стирается напрочь. Нас никто не поймёт. – Это шифр. - Это сказка безумная на ночь. Хватит споров бессмысленных, глупых, разговоров о коде Да Винчи, перемывок скелетов и слухов, и находок. «Такого не ищут». Хватит с нас невзаимных признаний, неестественных псевдоулыбок, хватит ссор из-за непониманий, хватит ругани из-за ошибок, хватит этих холодных объятий и такого ненужного взгляда. Мы, как пленники жизненных стадий, почему-то по-прежнему рядом. Мы чужие, мы разные люди с одинаковой раной и болью. Оба знаем, что вместе не будем. Оба врём, называя любовью то, что есть. Это наше лекарство. Мы – лекарство от жизни друг другу. - Что в портфеле? – Лишь книги и паспорт, и портвейн. И всё это по кругу. Всё по кругу. Слова о поддержке и о том, чтобы в лучшее верить. Мы не станем такими, как прежде. Нам, разбитым, друг друга не склеить. Мы разбиты, растерзаны в клочья этим гадким прокуренным миром, этим образом двух одиночек, месяцами сидящих в квартирах. Мы спасали друг друга словами, мы пытались, из кожи вон лезли, мы лечили друг друга стихами. И не справились. Нужно быть честным. И теперь хватит с нас разговоров поздно ночью о жизни в подъездах, хватит слёз, ожиданий, укоров. Правда, хватит. – Любовь бесполезна. Только вот, когда больно и горько, мы приходим без гордости, чести… Мы друг к другу привыкли настолько, что, "нелюбяще", можем быть вместе.