Противоречие

Вайолет и Лия никогда не были подругами. Лия не переносила ее отвратительную привычку курить и все еще была не против затолкать ей в горло горящую сигарету, а Вайолет было плевать. Она просто не хотела, что бы ее доставали очередные лицемерные моралистки, которые впечатывают твое лицо в плакат с надписью «Курение запрещено», но без зазрения совести закидываются порошком по ночам. У Лии никого больше нет. Ее бабушка умерла от рака легких, и она почему-то не уверена, что ее родители готовы поговорить о Дьяволе, поэтому она снова курит и почти не говорит. Только с Вайолет. С той самой Вайолет, которая все еще бесит ее тем, что просто находится рядом, и делает вид, что понимает ее. Но Вайолет смотрит в зеркало и у нее все в порядке, а у Лии — шрам на половину лица, и никаким антиникотиновым пластырем этого не исправишь. Ничего уже не исправишь. Она носит глупую шляпу, слишком большие очки, часто сидит на форумах в интернете и начинает курить еще больше. Вайолет бесит ее даже сильнее, чем до этого, и она все еще не против испортить ей жизнь, но, когда она впервые ее целует, то понимает — не такая уж и отвратительная. Лия не может вспомнить, когда начинает замечать Вайолет. Когда понимает, что с ней не все в порядке, и это не приносит желания сделать все только хуже, напротив — она делит с ней одну сигарету, делит с ней страх, от которого не спрячешься за солнечными очками, делит с ней непонятное чувство, связывающее их. Игнорируя математику, они беспечно делят между собой мир. Лия признает, что ошибается, когда видит шрамы на запястьях Вайолет. Сейчас бы снова начать читать ей нотации, но она просто молчит, закуривая очередную сигарету. Она просто молчит, пытаясь обнять Вайолет, а не задушить. Она не знает, что обычно говорят в таких случаях, но слова отпадают сами собой, когда Вайолет, нездорово улыбаясь, просит закурить. И Лия верит — что-то еще можно исправить.