Где ты была!?

***

Обычный день. Снова. Такой же, как и вчера. Такой же, каким будет завтра. Харли сидела на кровати, свесив ноги, грустно вздыхала и надувала губы. Её Мистер Джей был в своём кабинете, занят делами. Ему было совершенно плевать, что сейчас делает его Харли. Конечно, она хотела, чтобы Джокер обратил на неё внимание. Обдумав всё ещё раз, Харли встала и пошла к его кабинету. Тихонько постучав в дверь, она вошла. В это время Мистер Джей что-то усердно писал, вдумываясь в каждое слово и знак. Он был очень сосредоточен и явно не хотел, чтобы его отвлекали. Но для Харли это не было преградой. Она подошла к нему, зашла за спину и положила руки ему на плечи. — Пудинг, может, отвлечёшься на минутку? Я очень соскучилась по тебе, — игриво сказала Харли и потянулась к его шее, пытаясь поцеловать. Но в ту же минуту Джокер схватил её за горло, притянул к себе и хриплым полушёпотом произнёс: — Если ты посмеешь отвлечь меня ещё раз — я сожму руку сильнее. Сразу же отпустив её, он продолжил писать свой новый план по ограблению банка. — Но, Пудинг, ты уже неделю не обращаешь на меня внимания, — сказала Харли, скрестив руки. Но на этот раз Джокер её проигнорировал. — Вот возьму и уйду от тебя! Так далеко, что ты меня больше никогда не найдёшь! — с возмущением сказала Харли. — Ммм… и откуда столько смелости, малышка? — ехидно улыбнулся Джокер. Но в ответ Харли лишь сжала кулаки и вышла из кабинета под громкий, безумный смех Мистера Джея. Целый день Харли просидела на подоконнике, глядя на улицу — на гуляющие по Готэму влюблённые парочки, на детей с родителями, на обычных прохожих, спешащих куда-то. «Их, наверное, хоть где-то ждут и ценят…» — пронеслось у неё в голове. На улице начало темнеть. Нескончаемый поток капель дождя стучал по стеклу. Зажглись уличные фонари. Людей становилось всё меньше, пока они совсем не исчезли. Темнота заполнила комнату. Почему-то, чем темнее становилось за окном, тем больше мыслей лезло в голову Харли. Как же она хотела, чтобы именно сейчас дверь в комнату открылась, зашёл Пудинг… и просто обнял её. Тихо. Без слов. Но мечты бывают несбыточными. На то они и мечты. А мечтать Харли всегда любила — ещё с детства. Хоть Джокер и запретил ей приходить, любопытство взяло верх, и Харли приоткрыла дверь в кабинет. Просто тихо смотрела на него. Минут пять — не меньше. Но, боясь, что Мистер Джей снова поднимет на неё руку, Харли тихо закрыла дверь. Сегодня ей не спалось. Она ходила по дому, смотрела в окно. Но в итоге — набралась смелости, оделась, открыла входную дверь… и вышла. Не спросив разрешения. Не предупредив. Просто ушла — по-английски. Конечно, не навсегда — просто пройтись. Иногда она так делала. На улице была глубокая ночь. Никого. Лишь тишина и дождь были её спутниками. — Наверное, Пудинг уже заметил, что меня нет… Мне конец, — бормотала Харли себе под нос. Но что сделано, то сделано. Придётся снова терпеть — избиение, грубые слова… от того, кого она любит. Наверное, это даже больнее, чем удары и раны от ножа. Харли просто шла вперёд. В никуда. Точнее — в своё секретное место, о котором никто не знал, кроме неё самой. Заброшенный дом. Иногда она приходила туда. Просто сидела. Иногда — плакала. Приходила туда, когда Мистер Джей выгонял её. Ей больше некуда было идти. Время шло. Наступило утро. Тёплые лучи летнего солнца не могли пробиться сквозь серые тучи — в Готэме редко бывает солнечно. Харли проснулась на бетонном полу. Протёрла глаза, встала и, поняв, что провела там всю ночь, тут же пошла обратно домой. Она стояла у двери, боясь открыть её. В мыслях — всё, что может сделать с ней Джокер. Но отступать поздно. Она открыла дверь… И — тишина. Ни криков, ни шума. Джокера не было дома. В кабинете всё было, как вчера. Ничего не разбито. Не сломано. Не прострелено. — Неужели Пудинг не заметил, что меня нет?.. — прошептала Харли. Вдруг, дверь в кабинет закрылась. Харли резко обернулась и увидела… Джокера. Он стоял с разъярённым выражением лица. Еле сдерживая злость, он подбежал к Харли и прижал её к стене, одной рукой сжав горло, другой — держа нож. — Где ты была?! — закричал Джокер. — Где ты была!? — Я… я просто гуляла, Пудинг… — дрожащим голосом ответила Харли. — Целую ночь?! О-о, детка, ты же знаешь — я ненавижу ложь! — сказал он, сжав её горло ещё сильнее. Харли начала задыхаться. — А теперь правду! Или хочешь, чтобы этот нож с тобой поиграл?! — с этими словами Джокер провёл лезвием по её руке. — Изменяла мне?! Говори! Ты была с другим?! — закричал он. — Нет, Пудинг! — всхлипывая, ответила Харли. — Врёшь!!! Ты врёшь мне!!! — он схватил её за волосы. — Я не вру!.. — захлёбываясь в слезах, произнесла Харли. Но её слова не имели значения. Спустя полчаса Харли уже лежала на полу — избитая, изрезанная, заплаканная. — А теперь катись туда, откуда пришла! — закричал Джокер. — Я была одна… Я никогда не изменяла тебе, Пудинг… — тихо проговорила Харли. — Если ты сейчас не уйдёшь, я вынесу тебя отсюда вперёд ногами!!! — кричал он. Харли ничего не оставалось, как уйти. Конечно же — обратно. В тот самый заброшенный дом. Там неуютно. Но хотя бы безопасно. Харли снова была там. Сидела и плакала. Что ей ещё делать? Вдруг… к дому подъехала машина. Не абы какая, а та самая фиолетовая ламборгини, в которой они с Джокером так часто гоняли по Готэму. «Как он меня так быстро нашёл?!» — пронеслось в голове Харли. Прятаться? Бессмысленно. Он всё равно её найдёт. Остаётся только ждать. И надеяться на милость Мистера Джея. Харли забилась в угол. Шаги становились всё ближе… и вот он уже на этаже. Но к её удивлению — он не кричал. Не бил. Она стояла в ступоре. Джокер приближался. — Тыковка… прости меня, — сказал он. — Я думал, ты мне врёшь. Иди ко мне. Харли тут же бросилась к своему Пудингу и заключила его в объятия. — Пудинг… но почему ты мне не поверил тогда?.. — тихо спросила она. — Я установил на твоей куртке отслеживающее устройство. Так я и нашёл тебя. Посмотрел, где ты была. Наверное… пора начать тебе доверять, малышка, — сказал он, не отпуская Харли из объятий. — Пойдём домой, детка, — прошептал Джокер.