Второй шанс: перезагрузка.

Заряженный Волей ледяной столб вонзился в живот Черного Ястреба, сбивая с ног и отбрасывая назад, после чего втянулся в ногу Аокидзи. Адмирал прищурился, увидев белую вспышку, и поднял ладонь. Сгусток плазмы ярко полыхнул, ударная волна могла разнести небольшой дом, но рука адмирала лишь слегка дымилась. Луффи ухмыльнулся и сплюнул кровью, одну руку прижимая к животу, а второй упираясь в лед, покрывший все вокруг. Аокидзи с тихим треском исчез и появился рядом с Черным Ястребом. Удар в голову пирату прервала подсечка, заставив адмирала подпрыгнуть, сгусток плазмы ударил в грудь и взорвался, отбрасывая мужчину далеко назад, но не нанося ему никаких травм. Аокидзи извернулся в воздухе, с помощью геппо взял контроль над полетом, и тут у него над головой появился сгусток белого свечения, превратившийся в Луффи. Заряженная Волей и окутанная дымкой правая нога уже почти касалась его головы, адмирал успел поставить блок и был вколочен в лед так, что слой льда толщиной метра три растрескался до самого берега, и там откололось полдесятка внушительных глыб. Сильный рангкяку ударил по воронке, оставляя в толще льда и земли тонкую, но очень глубокую щель. Ястреб извернулся головой вниз и сильным геппо разогнал себя, заряжая правую руку Волей до предела — он знал, что Аокидзи, несмотря на заряд Воли в рангкяку, совершенно не пострадал. Конечно, Воля Наблюдения не отражала тех травм, которые не отражались на боеспособности и твердости духа, но от таких ран было мало толку. Аокидзи восстал из груды ледяшек, в которую его превратил удар Черного Ястреба, и нанес молниеносный удар ледяным мечом. Луффи моментально уклонился и слизнул капельку крови из неглубокого пореза на щеке, выбрасывая все еще черное от остатков Воли адмирала ледяное лезвие. — А-ра-ра… — адмирал вырастил из каждой руки по ледяному мечу и начал распространять вокруг себя воистину адский холод. Наполненный его силой, этот холод был способен побороть жар плазмы в два счета… Мгновенный рывок двух тел — три клинка столкнулись, порождая ударную волну. Лед покрылся трещинами, смялся и подался во все стороны, топорщась большими глыбами во все стороны под действием ударной волны, в земле пролегли глубокие трещины, море заволновалось. Столкновение длилось не более, чем секунду, но за это время адмирал и пират выяснили: силы ударов равны. левая нога Луффи смазалась, сору и геппо наложились на рангкяку, укрепленная Волей и окутанная дымкой нога воткнулась в почерневший живот адмирала. Напор ледяных клинков тут же ослаб, и острие сабли глубоко воткнулось в тело Аокидзи, левая рука отпустила рукоять. Шиган на пределе сил — Ястреб выругался. Его рука была поймана Аокидзи, а холод пробился даже сквозь Волю, причиняя сильную боль. Кончик пальца проткнул ребро, но так и не добрался до легкого. Пират тут же вывернулся из захвата, заблокировал пинок адмирала и разорвал дистанцию, мощным взмахом сабли создавая и заряжая Волей ударную волну. Выпущенные вслед за пиратом ледяные копья на мгновение замерли и рухнули на лед, левая рука превратилась в плазму от локтя и до кончиков пальцев, согревая и излечивая последствия обморожения. — Разве ты забыл, чему я тебя учил, Луффи-кун? — адмирал сделал шаг, и трещины начали зарастать льдом… а сам лед пришел в движение и начал меняться. Секунда — и пират прыгнул высоко вверх, уклоняясь от изогнутых наподобие когтей и при этом бритвенно-острых ледяных глыб пару метров в высоту. «Я знаю, как он управляет силой своего льда, — Черный Ястреб в мгновенном пике обрушился на адмирала, нанося удар по голове, но в последний момент доверился инстинктам и оказался у него за спиной. — Дьявол… я не знаю, как пробудить эту силу в себе!» Между саблей и спиной адмирала выросла ледяная стена, которая приняла на себя удар, а сам Аокидзи вдруг оказался слева. Луффи моментально ударил шиганом ему в сердце, но ладонь адмирала обхватила его кулак и сдавила, а вторая рука с ледяным клинком рубанула по груди. Ястреб вывернулся из захвата, на волосок разминулся с ударом и рубанул поперек живота, но лишь расколол ледяную статую в виде человека, а в правый бок пришелся удар ноги, отбросивший парня назад. Стоило спине Ястреба коснуться льда, как тот мгновенно заковал его в прочную глыбу. — Ты позволил мне создать удобное для меня поле боя, Луффи-кун. Разве ты забыл, что я могу мгновенно перемещаться в своем льду? — И сжимаете свою ауру до точки, чтобы не попасть под удар, — ухмыльнулся пират. — Разве я не учил тебя, что сильные логии способны значительно усиливать стабильность своей стихии, усиливая силу фрукта? Разве ты не знал, что именно поэтому я, Кизару и Акаину съели свои фрукты? Мы раньше других поняли это, и владеем этой силой лучше остальных. Поэтому твоя девчонка-молния мне не противник. — Да… мой фрукт слишком слаб, чтобы… Лед вокруг капитана пиратов Ястреба разлетелся прямо посреди фразы. Адмирал тут же блокировал сильный удар и рубанул в ответ. Белая вспышка — и воздушная волна вокруг клинка рассеяла сгусток плазмы, а сам Ястреб возник в стороне, поднимая ладонь и выбрасывая в Аокидзи плазменный шар. Белый сгусток размером с арбуз, способный испепелить фрегат, столкнулся с ладонью адмирала и превратился в ледяной шар, который тут же осыпался дождиком крошечных льдинок. — Однако, кое-какое преимущество я все же получил, — ухмыльнулся Луффи и рассеялся частичками белой плазмы. Аокидзи тут же сменил позицию, и то место, где он стоял, взорвалось из-под земли. Тело адмирала собралось из льдинок и было пронзено насквозь белым лучом, который, впрочем, не пробил защиту логии. «Кажется, я начинаю понимать… — пират выбросил в противника сильный рангкяку и растворил свое тело, пропуская сквозь себя заряженные Волей копья. — Желание, стремление и уверенность — вот ключ к управлению! Раньше я все время пытался подчинить эту силу, но это было неправильно». Аокидзи заблокировал выстрел белого луча и с удивлением обнаружил, что на заряженном Волей ледяном клинке появились трещины. Бросок ледяного копья на ауру противника — и ничего. Черный Ястреб не блокировал, он раздвинул свою ауру, открывая пространство для прохождения атаки и тем самым избегая урона! «Он использует приемы Кизару!» — сообразил адмирал и возник рядом с Луффи, который на мгновение вернул тело в обычное состояние и тут же заблокировал удар, но не мечом — плазменной рукой, на этот раз — неимоверно горячей. Белая светящаяся левая ладонь обхватила ледяной клинок и стиснула его, правая рука ниже локтя стремительно разбухла, превращаясь в гигантский, пышущий жаром кулак, который окутался дымкой Воли и нанес сокрушительный удар по всему телу адмирала. Мужчину сбило с ног, но упасть ему не дало появление над головой Ястреба. Сильный удар с разворотом сверху вниз, в лучших традициях адмирала Кизару — и Аокидзи проделал во льду глубокую воронку. «Не только Кизару… он использует техники Акаину, — Кудзан сплюнул красным и прищурился. — И не только их техники…» Черный Ястреб присел на корточки и коснулся белой ладонью льда. Лед под ногами засветился белым светом и пошел рябью от ладони пирата, после чего белая вспышка подняла его и испарила, открывая дымящуюся, горячую землю. — Спасибо за урок, Кудзан-сенсэй. Кажется, я понял, что нужно делать! — оскалился пират и… выбросил большой плазменный луч в дозорных! Эниес Лобби содрогнулся от могучего взрыва, сотни тел взлетели в воздух на белой вспышке, построение смешалось, вице-адмиралы, готовые задавить пиратов Ястреба, отвлеклись на новую атаку, что позволило Луффи пронзить грудь Ферро тремя плазменными лучами толщиной с палец. Особого урона эта атака не нанесла — Луффи все еще не мог вложить достаточную Волю в дистанционую атаку силой фрукта — но Зоро хватило и этого. Мощный удар — и вице-адмирал пал, рассеченный от плеча до пояса. Всей его Воли хватило лишь на то, чтобы удар не стал смертельным. — А-ра-ра… от тебя слишком много проблем, Луффи, — глаза адмирала стали очень холодными. — Похоже, мне придется тебя убить… В ответ Черный Ястреб нанес тычок саблей, игнорируя дистанцию в пару метров. Адмирал уклонился, но не полностью — китель на уровне плеча разлетелся, будто в него попала пуля, а на коже осталась кровоточащая ссадина. «Пробил мою защиту? — Аокидзи перевел взгляд на противника. — Слишком опасен…» Ледяной и стальной мечи столкнулись, Воля вступила в конфликт, могучая ударная волна хлынула во все стороны, кроша многострадальный остров, и тут Луффи выбросил ногу носком вверх. Полыхнула голубая вспышка, адмирал отскочил и приложил ладонь к порезу за правой половине груди — атака была слишком неожиданной. «Его скорость слишком велика…» — адмирал уклонился от удара по колену. Белый луч промелькнул совсем рядом и проделал в земле глубокий узкий канал. Попытка перерубить удлинившуюся конечность провалилась — плазма рассеялась, а к груди приблизилось колено. Адирал почувствовал этот удар, его Воля успела среагировать, но уклониться он не успел. Укрепление выдержало едва-едва — Ястреб ускорил удар плазмой, опять же использовав технику Кизару. Конечно, плазма не свет, но прибавка к скорости удара оказалась существенной. Вторая нога тут же ударила в челюсть со всей силы. Аокидзи рубанул в ответ, стремясь достать противника или заставить его разорвать дистанцию. Луффи отскочил и перестал ухмыляться — рубашка оказалась разрублена, ледяной меч оставил глубокую болезненную рану. И через секунду снова сошелся с адмиралом в ближнем бою. Мечи столкнулись снова, снова и снова, оба противника начали активно использовать другие конечности, нанося друг другу сокрушительные удары. Будучи мастером рукопашного боя, Черный Ястреб нанес адмиралу Дозора десятка три ударов, а сам пропустил только пять. Вернее, целых пять — его защита была куда слабее, и, если подвести итог, то у парня только один раз получилось хорошенько достать оппонента и сломать ему пару ребер, в то время как у Луффи оказались сломана левая рука, шесть ребер и челюсть. — Как глупо, — Аокидзи ловко вывернул свой меч и ударил Луффи в грудь… и тут его Воля взвыла об опасности. Мужчина отскочил и едва успел извернуться — мимо груди пронесся широкий голубой луч с таким зарядом Воли, что даже его защита не выдержала бы. Перед глазами полыхнула ослепительная белая вспышка, Аокидзи отступил, ожидая атаки в уязвимую точку… но атаки не последовало. Лишь гул воздуха, далекий взрыв и исчезновение ауры одного из вице-адмиралов. А за ним и второго. — Ты… Луффи оставил растерявшихся от внезапной атаки вице-адмиралов своим и принял удар адмирала, тут же нанося свой в ответ. «Можешь достать — значит, можешь ранить. Можешь ранить — можешь и победить», — вспомнил парень наставления Верго и ухмыльнулся. Конечно, Луффи знал об огромной пропасти между адмиралами и вице-адмиралами. Чтобы стать адмиралом мало сильной Воли — нужен еще и талант воина. Черный Ястреб незначительно превосходил противника по скорости, был примерно равен ему в ближнем бою на мечах и на голову превосходил в рукопашном бою. Воля Наблюдения была примерно на одном уровне, а Воля Вооружения лишь чуть слабее адмиральской, а физическая сила с правильным использованием фрукта далеко превзошла Аокидзи. Но на этом преимущества заканчивались. Адмирал обладал большим опытом и превосходно контролировал свой чрезвычайно мощный фрукт, что давало ему колоссальное преимущество. При немного более сильной Воле Вооружения его защита логии была настолько развита, что удары Черного Ястреба могли нанести вред лишь в том случае, если попадали в неукрепленный Волей участок. А еще масштаб его способностей и сила холода слишком велики. Но у Черного Ястреба было кое-что, чего не было у адмирала. Королевская Воля. Но этот козырь истощал и при этом мешал Луффи использовать два других вида Воли, пусть и не полностью. Использовать Королевскую Волю в неправильный момент означало тут же проиграть — нет гарантий, что адмирал будет сражен, но есть гарантии, что Аокидзи, выдержав удар, тут же поставит точку в этом поединке. — А-ра-ра, лучше бы тебе и твоей команде сдаться по-хорошему, — адмирал сократил дистанцию и ударил. Ястреб блокировал, ухмыльнулся и атаковал в ответ, используя Волю на пределе. Глубокая рана на бедре адмирала стала хорошим ответом на его предложение сдаться. Аокидзи чувствовал, как впервые за долгие годы его тело наполнило волнение схватки, как чувство азарта и риска, которое вроде бы уснуло навсегда, снова наполнило его. Его ученик и его враг был силен и хорош в бою. Да, он был намного слабее в момент начала схватки, но сейчас мало того, что не слабел — словно с каждой секундой, с каждым столкновением, с каждым ударом становился сильнее! Черный Ястреб не жалел себя и бился изо всех сил, постепенно сокращая разрыв в силе. Адмирал по своему опыту знал, что такое состояние не могло продлиться вечно. Становиться сильнее прямо во время боя — самый эффективный способ тренировок, но и самый опасный. Этот способ сильно нагружал тело и разум, и сейчас Луффи ходил по лезвию бритвы. А еще требовалось как можно скорее его обезвредить. Может, даже убить. Адмирал Аокидзи в отличие от него не становился сильнее — наоборот, он уставал, и изменить настрой, изменить ситуацию прямо во время боя не мог. И с каждой секундой промедления приближался к возможному поражению. И раны. С каждой минутой боя он получал раны все чаще, и раны становились все серьезнее. Вот и сейчас Черный Ястреб провел левой рукой град шиганов кулаком, отбив адмиралу ребра, отвлек этим маневром и в тот момент, когда Аокидзи схватил его руку, пронзил саблей левое бедро. Адмирал инстинктивно увел ногу в сторону, сохранил кость и артерию целыми и отбросил противника, после чего сошелся с ним снова и ударил так, как не бил уже давно, вложил в удар все силы и чуть больше. Луффи стиснул зубы и блокировал удар обледеневшей ноги. Не выдержав, полетел спиной вперед и вспахал ногами землю, останавливаясь рядом с Зоро и Ло. — Луффи! — Зоро отбил атаку Момонги, но капитан остановил его и мощным встречным рывком остановил адмирала и сошелся с ним грудь на грудь. Аокидзи тоже не блистал здоровьем — несколько глубоких ран-ожогов, пронзенная насквозь саблей левая нога, две дюжины дырок от шигана и порезов от рангкяку по всему телу, кровоподтеки на груди и животе, ослабевшая Воля — и все равно, он чувствовал себя куда лучше Ястреба, который получил полтора десятка глубоких и серьезных, но не смертельных ран. Луффи осмотрелся и выругался. Вице-адмиралы Доберман, Момонга и Левиафан вместе с адмиралом Аокидзи были немного потрепаны, но все еще боеспособны. Ло держался на ногах уже еле-еле- вытягивая своих накам из-под смертельных ударов, он потратил слишком много сил и сам получил пару тяжелых ран, эффективно сражаться мог только Зоро, но он ослабел от ран и потери крови. Зоро как раз свалил Онигумо ценой двух тяжелых ран, а потом ему еще и от Момонги досталось, но старший помощник был все еще боеспособен. — Сдавайтесь, — вздохнул Аокидзи. — Ты ведь понимаешь, Луффи, что ваш бой уже проигран. — Ха-а-а-а… думаете, что сможете нас взять? — Луффи бросил взгляд на ближайший корабль Дозора и ударило по нему Королевской Волей. — Ло, бери всех и проваливай отсюда, Зоро, прикрывай! — Но… — Живее, Ло! — прикрикнул на доктора старший помощник, и последний потратил остатки сил на переброску раненых. — Доберман, Момонга — не дайте им уйти, — велел Аокидзи и тут же ударил по Ястребу, но ему в грудь прилетела колонна белой плазмы, взрываясь и отбрасывая назад. Левиафан бросился на Луффи и был схвачен. Черный Ястреб занес кулак и с выдохом вонзил его в живот противника, пропуская в удар рокуоган. Вице-адмирал содрогнулся и обмяк, падая на лед без признаков сознания, а Луффи со стоном отлетел в сторону — адмирал не стал ждать и ударил его ногой под ребра слева, сломав несколько ребер и отбросив назад. Ситуация на корабле складывалась тяжелая. Зоро держался из последних сил, а его противник был относительно свеж, бодр и даже не ранен. Момонга оттеснил Зоро и отбросил назад, Доберман выбил меч из руки Ло… и тут одному адмиралу ударила в грудь длинная ветвистая молния, а другой затрясся от десятка стремительных ударов раскаленными ножками. Вице-адмиралы вылетели за борт, Ло обернулся и телепортировал меч к себе в руку. Зоро медленно выдохнул, чувствуя, как тряслись от усталости и боли мышцы — этот бой дался ему очень тяжело. — Луффи! — Нами бросилась к борту, но была схвачена Зоро и дернута назад. — Отпусти меня! — Мы все не способны сражаться, а он дал приказ уходить. На острове полыхнула яркая белая вспышка, разметавшая ледяной холм, и стало видно, как Луффи схватился с адмиралом и обменивался с ним ударами. Черный Ястреб сумел захватить инициативу и снова взялся за саблю, начиная медленно теснить адмирала. Пришедший в себя Стробери попытался помочь Аокидзи, что ему удалось — Ястреб отвлекся, заблокировал его саблю и воткнул в живот левую руку, ниже локтя превращенную в длинный плазменный клинок. Луффи сумел блокировать удар адмирала и разорвал дистанцию — инициатива была утрачена, а каждый пропущенный удар мог стать последним. Ни он, ни Аокидзи не сдерживались и сражались изо всех сил. Кудзан в который раз заморозил весь остров, пытаясь поймать в лед излишне быстрого и верткого противника, но это ему не удалось. И в который раз плазменная волна испарила весь лед, лишив адмирала возможности быстро перемещаться. Как только корабль, захваченный пиратами, отдалился от острова на полмили, Луффи перестал сдерживаться и нанес удар изо всех сил. Он понимал, что это вряд ли причинит адмиралу вред, но у Ястреба была другая цель. Все силы в атаку, на мысль о которой его натолкнул Райго Энеля. Нами увидела падающий на остров белый шар и тут же закричала: — Хватайтесь и держитесь крепче! Закройте глаза! Мощная ударная волна породила на море сильное волнение, со страшным треском и грохотом часть острова канула в небытие, разлетевшись на огромные каменные глыбы, яркая вспышка, казалось, была способна выжечь глаза. Аокидзи стиснул зубы, едва удержав широкий ледяной купол над раненными дозорными. Сам он уклонился бы и защитился без труда, но чтобы защитить своих людей ему пришлось сильно напрячься. Настолько сильно, что впервые за последние двадцать лет его фрукт перестал подчиняться. На это и рассчитывал Черный Ястреб, выкладывая один из своих козырей. Удар под дых едва не выбил из Аокидзи душу — Воля не подвела, но тело не желало двигаться. Тут же восходящий удар локтем в подбородок — и адмирал совершенно утратил ориентацию. Без защиты логии, без этого мощного преимущества Кудзан стал слишком уязвим. От добивающей атаки Аокидзи был спасен пришедшими в себя дозорными. Ферро и Линч тоже очнулись атаковали Черного Ястреба вместе с доброй дюжиной контр-адмиралов и сотней бойцов попроще. Одновременный удар железного столба и мощной молнии отбросили Луффи назад, не позволив ему добить адмирала двое контр-адмиралов тут же бросились на добивание… и не сумели ни уклониться, ни защититься. Для применения Воли требовались концентрация сила воли и спокойствие — потому эту способность и называли Волей. Контр-адмиралы были ранены и измотаны, а Аокидзи был одним из тех, кто учил Луффи держать концентрацию и свой дух на предельной точке силы даже в моменты крайней усталости, истощения и боли. Что называется, научил на свою голову и на головы всех дозорных. — Вы мешаетесь, — Черный Ястреб двумя короткими шиганами прикончил беспомощных противников и обрушил весь свой пресс на остальных. Дозорные замерли, Аокидзи стиснул зубы — даже ему пришлось непросто, но были те, кто выдержал. Ферро и Линч бросились на противника, почувствовав, что его Воля сильно ослабела, и в этот момент грудь Ферро брызнула кровью из трех свежих глубоких рубленых ран, а Линч содрогнулся, окутанный зелеными разрядами, и рухнул без сознания. Зоро и Ло, вопреки приказу, прикрыли своего капитана. Адмирал рванул вперед, но его остановили раскаленная ножка и укрепленный Волей кулак, отодвинув руки в разные стороны — это Санджи и Такеши не стали ждать, пока капитан разберется. Луффи тут же воспользовался этим шансом, моментально сократил дистанцию и нанес точечный удар Королевской Волей на Аокидзи — теперь он знал, что время пришло сразу для двух козырей. Враг истощен и не может заслониться. Адмирал содрогнулся и замер, с ужасом осознавая не только то, что его пробило Королевской Волей и парализовало, но и то, что его Воля Наблюдения впервые за долгие годы отказала ему! Даже сила фрукта исчезла! «Вот какова Королевская Воля», — успел осознать адмирал перед тем, как все его тело настиг могучий безжалостный удар изнутри. — Рокуоган. В этот удар Черный Ястреб вложил все, что смог выжать из себя. Все силы до капли, всю доступную Волю Вооружения, подобрал максимально близкое к безупречному положение тела для точного направления энергии и застонал — многочисленные повреждения сильно усугубились отдачей, ранее треснутые кости сломались. Адмирал крупно содрогнулся, закатил глаза и начал падать. — Аокидзи-сан! — взвыли уцелевшие дозорные и бросились к Луффи, но пиратов Ястреба поглотила прозрачная полусфера, и они исчезли. Трафальгар Ло, не тратя ни секунды, перенес всех на корабль. Луффи сделал два заплетающихся шага и тут же сполз, держась за мачту одной рукой и другой зажимая сквозную рану в животе. Его избитое и израненная тушка не выдержала рокуогана на предельном усилении — парень просто не оставил запаса усилия на гашение отдачи. Вот и получил все это — ранее прижженные раны открылись, а целых конечностей не осталось вовсе. — Уходим отсюда, и поживее, — велел Луффи, уже не видя бросившихся к нему накама — весь мир поплыл во тьму. Давненько ему уже не доставалось настолько, что он мог умереть. Изрядно потрепанный корабль Дозора, попавший в руки пиратам, взял курс на Ватер-7. — Он… сделал это… — прошептал Усопп, круглыми глазами глядя на Луффи. — Наш капитан такой крутой! — восхищенно пискнул Чоппер, подавая Кае и Ло бинты и инструменты, пока эти двое прямо на палубе оперировали и лечили капитана. — Луффи… — по лицу Нами катились слезы, и это слово заставило всю команду замолчать. — Умоляю не умирай… — Он не умрет, Нами, — уверенно произнес Зоро. — Если мы, конечно, сможем уйти от них, — кивок на шесть уцелевших кораблей, которые поднимали паруса и собирались в погоню, благо между ними было пара миль. Нами серьезно кивнула и послала в дозорных два грозовых торнадо, потратив на это остатки сил. — Куроме, за штурвал, — велел старший помощник. — Все, кто может двигаться — управляйте кораблем. И сам пошел разворачивать паруса. Джонни, несмотря на все протесты, запрыгнул на мачту и едва не потерял сознание от резанувшей боли, но все же удержался и спустил парус. Неорганизованные дозорные, лишенные командиров, не справились со своими кораблями и быстро отстали, позволяя пиратам Ястреба уйти. — Луффи… — Зоро бросил на капитана полный тревоги взгляд. Он неплохо разбирался в травмах и понимал, что капитану досталось очень сильно. Все-таки адмирал — это не какой-то наглый перец с логией. Черный Ястреб до последнего держал при себе последний козырь, чтобы дать им оторваться подальше, и только потом применил всю свою Волю на одного человека. Зоро знал — подобное могло свалить адмирала. Раньше просто догадывался. Теперь знал наверняка, но и Аокидзи не был готов к такому. В следующий раз адмиралы будут готовы. *Два дня спустя, Маринфорд, кабинет Адмирала Флота Сенгоку «Будды»* Гарп расхохотался, выслушав доклад Аокидзи, и хлестнул ладонью по подлокотнику: — Вот это мой внук, бва-ха-ха-ха-ха-ха-ха! Как он тебя, Кузан! — ДА БУДЬ ТЫ СЕРЬЕЗНЕЕ, ГАРП!!! — возрвался Сенгоку. — Твой чертов внучок развалил Эниес Лобби, стер в порошок девятый сайфер пол и разделался с нашим флотом, вон, Аокидзи еле живой вернулся. — А ты чего ожидал? — резонно заметил Гарп. — Ты и Горосей решили убить моего внука — что ему, надо было терпеть? Не хотите позорить Дозор — вон, у вас куча козлов отпущения из си-пи девять. А Луффи молодец, радует старика! Это же надо — в неполный двадцать один завалить целого адмирала! Аокидзи усмехнулся. Хорошо, что на лице не было ран, так что мало кто знал о плачевном состоянии адмирала под одеждой. Кузан сам настоял на том, чтобы нести службу, ведь зрелище избитого адмирала в госпитале могло серьезно подорвать мораль дозорных и породить много неугодных слухов… а с Эниес Лобби немногие вернулись обратно живыми, большинство — в гробах. И лишь несколько дозорных знали о том, что случилось, и с ними хорошо поработали особисты. Никто не должен знать, что адмирал не погиб исключительно благодаря везению. Впрочем, как и Черный Ястреб. Сенгоку вздохнул, медленно опускаясь в кресло и всерьез задумываясь об отставке. С такой молодежью никаких нервов не хватит. Но Черный Ястреб всех их крепко удивил. — Если подвести итоги, — медленно произнес Сенгоку. — То мы потерпели сокрушительное поражение. Ни один пират не был захвачен или убит, в то время как мы потеряли весь флот Судебного острова, а это семь линейных кораблей второго ранга, бриг-перехватчик, захваченный пиратами Ястреба, и два транспортных корабля, а также четыре корабля Вызова Пяти были потоплены. Потери в живой силе… из тридцати семи тысяч семисот шестидесяти четырех человек убиты семнадцать тысяч двести девять, тяжело ранены девять тысяч восемьсот. Мы потеряли сто девяносто восемь из двухсот шестнадцати капитанов первого и второго рангов, сорока трех из сорока четырех командоров, девять из одиннадцати контр-адмиралов и трех вице-адмиралов. Пираты Ястреба, чтоб их… мы больше не можем позволить им спокойно бороздить Гранд Лайн, теперь это — дело престижа всего Дозора. Нет, теперь это — дело престижа понятия Правосудие. — Сенгоку-сан! — в кабинет влетел посыльный и тут же превратился в жидкость при виде столь высокого начальства. — Н-н-новые н-награды за п-пиратов Ястреба… утвердите… *Пять дней спустя спустя, Ватер-7* — Луффи! Очнулся! — Нами повисла на шее капитана и прижалась к нему всем телом, укладывая обратно в постель. — Я так рада… так рада… — Все в порядке, — улыбнулся капитан. — И долго я провалялся? — Неделю… а у нас пополнение, — лукавая улыбка. Луффи пару раз моргнул и посмотрел на живот Нами. Девушка рассмеялась и снова прижалась к капитану, по которому очень-очень соскучилась: — Да не там! К нам пришли выжившие агенты СР-9 и попросили позволить им вступить в команду. — Кто? — Каку и Виктория. — Виктория… — Луффи попытался подняться, но Нами уложила его в постель. — Лежи. Я сама была не в восторге, но Виктория созналась, что она — шпион Революционной Армии и попросила у Драгона-сан остаться с нами. Она просила прощения за то, что так поступила. И за нас издали новые награды! — Уверен, они взлетели до небес, — хмыкнул капитан. — Где моя одежда? — Взлетели, еще и как, — Нами выглядела очень довольной и гордой собой. — На нас уже раз десять нападали охотники за наградами. Пойдем, все уже заждались. Команда уже собралась за большим банкетным столом вместе с плотниками Галлей-Ла, бабусей Кокоро и Айсбергом. Не успели они толком начать, как в ворота первого дока, где расквартировались пираты, влетел взмыленный горожанин и заорал: — Беда! Дозорные! Ой… — Пираты здесь? — услышали из-за калитки голос, от которого Луффи побледнел и заметался взглядом, ища, куда спрятаться. — Луффи! — ахнула Нами — такая реакция капитана на дозорных, которому даже адмирал не помеха, здорово напугала не только ее, но и всю команду. Калитка во внушительной металлической плите с треском вылетела, Луффи обреченно выдохнул при виде огромного мужика со шлемом ввиде собачьей головы и оскалом от уха до уха. — Это же… — охнул Такеши. — Герой Дозора — Гарп-сан! — Хелена прижала ладошки ко рту. — Д-д-д-д-дед! — отстучал зубами Луффи, повергая всех присутствующих в ступор. Всех, кроме Хелены, Такеши и Зоро. — ДЕД??? — Ага, — заметил Зоро и расслабился, обнимая Хелену за талию и притягивая к себе. — Все в порядке. — Но он ведь… — О, у вас тут гулянка? — обрадовался герой Дозора, Гарп, и тут же взъярился. — Луффи! Какого хрена ты меня до сих пор не пригласил, а? Деда не приглашаешь? Рывок, короткий вопль — и Луффи с усилием выдернул лицо из мостовой. — Т-ты что здесь забыл? — Ястреб выпрямился и хмуро взглянул на деда. — Ты как к деду обращаешься? — зарычал дозорный, сгребая парня за воротник и занося окутанный дымкой Воли кулак. — А-а-а-а, прошу прощения!!! Команда выпала в осадок. — Он совершенно не способен ему перечить, — вздохнул Такеши. Команда дружно закивала, понимая, что они все крепко влипли. — Ладно, живи, — дозорный отпустил пирата, который тут же отскочил подальше. — Натворили же вы дел. Разрушить судебный остров — надо же додуматься до такого. Ты уже в курсе, Луффи? — Я только сегодня оклемался. — А я тебе сколько раз говорил — не перенапрягай недавно обретенную логию! Ты со своим долбанным Ураном еще и этап контроля над силой фрукта не прошел! И все равно уделал Аокидзи — вот мой внук! — Да ладно тебе, — засмущался Луффи. — Ладно. Если вкратце: СР-9 обвинили в провале операции по уничтожению пиратов Ястреба, использовав вас двоих, — взгляд на съежившихся Каку и Викторию, — как шпионов Ястреба и предателей. Выжившие — сбежавшие Неро и Спандам — пока что заключены на время следствия. О том, что вы перебили кучу дозорных, никто не знает — все это повесили на Драгона, который якобы атаковал дозорных с фланга, пытаясь захватить Нико Робин. — Все это белыми нитками шито, — дал заключение Луффи. — Впрочем, общественность проглотит и не подавится. А какая реакция в верхушке Дозора? — Сакадзуки был в бешенстве и едва не сцепился с Кузаном, но Сенгоку велел ему оставаться на джи-один. Короче, все, кому надо — в курсе. Хотели отправить по ваши души Кизару, но у него задание слишком далеко отсюда. В общем, Шичибукай получили команду на полную мобилизацию. — А вот это хреново, — нахмурился Черный Ястреб. — Михоук и Джимбей… не хотелось бы с ними сталкиваться, эти парни способны дать прикурить адмиралам, а Соколиный Глаз и вовсе может Йонко отделать. Дофламинго… та еще головная боль. Мория с Кумой — не самые приятные субъекты, но и не смертельно. Кто там новичок? Какой-то пират из Нового Мира? — Да, Кицунэ. — Ого, этот парень тоже не промах. Он уже третий год как головная боль Кайдо и Большой Мамочки. Говорят, даже Бедствия с Конфетными Генералами потерпели неудачу в попытке свалить его. Итак, кто послал Правительство лесом? — Михоук и Дофламинго, решение Джимбея пока неизвестно. Остальные согласились оторвать твою голову с большим удовольствием. — Я понял. Значит, пятеро… это та еще проблема, особенно в нынешней обстановке… ладно, я с этим разберусь. Как поживаешь, старик? — Это ты меня стариком назвал? Да я в самом расцвете лет! Команда вздохнула. На этот раз капитан хотя бы дал отпор, а то раньше чуть не слился от одного вида дедули. *** Саузенд Санни уверенно летел вперед, подгоняемый сильным попутным ветром. Фрэнки у штурвала довольно скалился — наконец-то он смог построить настоящий корабль мечты, наконец-то он сумел достать достаточно адамового дерева… наконец-то Черному Ястребу потребовался корабль просто для передвижения, а не плавучая огнедышащая крепость. Конечно, корабль был вооружен, и весьма серьезно. На многочисленные просьбы дать разок пальнуть или хотя бы показать Фрэнки отвечал решительным отказом — не хватало еще отхватить люлей от капитана за разруху и бессмысленную трату боеприпасов. Нами стояла на мостике, раскинув руки и закрыв глаза, с улыбкой подставляя лицо ветру. Глядя на навигатора, Фрэнки в который раз задумался над тем, зачем их кораблю оружие вообще — эта девчонка при желании могла целый флот пустить ко дну за пару минут. Как и их капитан. Половина команды с удовольствием валялась на газоне, многие осваивали трюм, который больше напоминал роскошный особняк по назначению и обстановке, нежели боевой корабль. Хотя, опять же — зачем пиратам боевой корабль, если на борту логии молнии и плазмы? Луффи в это время сидел в каюте и смотрел на разбросанные на столе бумаги. Сталкиваться в открытую сразу с пятью Шичибукай ему совершенно не хотелось — это могло привести к серьезным ранам или гибели членов команды. Поэтому он принял решение отрезать одного или двоих из них до того, как они прибудут на Триллер Барк — нетрудно вычислить засаду, если путь на Сабаодзи все равно лежит сквозь Флорианский Треугольник. Две недели назад, сразу после отплытия дедули, члены команды по его приказу несколько раз обмолвились, что задержатся примерно на месяц. Собственно, Айбсерг и сейчас утверждал, что пираты гостят у него в особняке. Теперь Черный Ястреб, исходя из данных осведомителей, примерно представлял себе раскладку сил. Джимбей и Кума прибудут в последний день — Рыцарь Моря засел на Сабаодзи, а для Тирана разницы не было. Кицунэ все еще в Новом Мире, и он, скорее всего, прибудет вместе с Джимбеем. Мория никуда не вылезал из своей резиденции уже года два. В зоне доступа был только Салазар, и Луффи стоило больших усилий, чтобы сдерживать желание напасть на него. Две недели не прошли зря. Сразу после ухода деда Луффи закатил банкет (а то знает он Гарпа, все бы сожрал), после чего взялся за тренировки. Стычка с Аокидзи была весьма неоднозначной. Несмотря на то, что команда называла это победой, Ястреб не считал себя победителем. Во-первых, их схватка не окончена. Во-вторых, Аокидзи поначалу недооценил его и не учел тот факт, что Луффи всегда становился сильнее прямо в бою. Сражайся он сначала на полную — и на пиратах Ястреба можно было бы ставить точку. Поэтому Луффи все свободное время проводил в спаррингах, пытаясь развить силы фрукта и достиг в этом некоторых успехов — теперь его защита логии работала постоянно, без сбоев, и полностью поглощала слабую Волю, а контроль над стабильностью фрукта значительно вырос, но и в этом состоянии Луффи вряд ли сумел бы справиться с Аокидзи. И теперь он собирался совместить очень приятное с крайне полезным — оторвать голову Салазару и опробовать новые навыки. Тем более, что почти вся его команда жаждала крови кого-нибудь из Шичибукай. Только бы новые награды не вскружили им головы…