Маньяк

Более грустного выражения лица найти в этом городе невозможно. Стайлз Стилински — самый что ни на есть несчастный омега, по его словам, — сейчас шёл вдоль парка, отчаянно шаркая по земле, отчего его кроссовки невольно покрывались пылью. Он учился на психолога. И каждый, абсолютно каждый, считал, что лечить людей, как бы лучше это звучало, не его. Нет, омега любил людей. Но его активность привела в ступор даже самого сурового альфу, на приёме которого он побывал чисто случайно. Если раньше у того были проблемы с семьёй, то после вставок с советами от Стайлза — альфа ушёл со всеми возможными отклонениями. Но с семьёй вроде помирился, ибо кто ж его такого проблемного ещё полюбит, кроме законного супруга, который казался на фоне Стайлза очень милым и тихим. Главное — тихим. Семейную проблему решил. Стайлз безумно гордился этим. А то что с остальным не получилось — так бывает. Стилински, конечно, расстроился, но поход в кино быстро помог обо всём забыть. Конец года. Стайлз пропускал пары. Много пропускал. А сейчас должен написать работу, в которой бы подробно описал проблему и способы её решения. Омега не страдал отсутствием фантазии, однако второй день не мог ничего придумать. Всё же ему нужен был реальный человек, с которым можно было поговорить. А так как все родственники и друзья, только услышав от Стайлза слова «психология», «помочь» и «это будет не больно», сразу исчезали с поля зрения, то омеге оставалось только грустно вздыхать и сетовать на свою судьбу несправедливую. От размышлений и самобичевания Стайлза отвлёк резкий захват сбоку. Омега не успел вскрикнуть, как был прижат чересчур агрессивным альфой, который, не теряя времени, прижался носом к его шее, удовлетворённо скалясь. — Маньяк! — наконец-то крикнул Стайлз, и тут же его рот был закрыт сильной рукой. — Без глупостей, — хмыкнул парень. — Может и отпущу потом. Омега быстро закивал. В ответ недоверчиво посмотрели, но руку всё же убрали. — Маньяк! — уже шёпотом произнёс Стайлз, не скрывая восторга. — Маньяк! Идеально! Альфа на секунду замешкался, но всё же решил не обращать внимания. Зря. Стайлз увидел цель. — Простите, а вас как зовут? — омега изворачивался, осматривая альфу. — Вы ничего такой. Прямо совсем ничего такой. Поговорим на тему, почему вам не дают? — Что? — резко остановился он, на мгновение теряя контроль. Этого Стилински хватило. Он быстро поправил футболку, после схватил за руку парня. — Так, как там учили, — напрягся Стайлз, — вроде нужен зрительный контакт. Смотрите на меня. — Что? — На меня, — омега второй рукой потянулся к лицу альфы, — смотреть на меня нужно в такие моменты. — В какие? — альфа попытался вырваться, но большие глаза, полные воодушевления, не позволили сделать это до конца. — Имя, мой сильный и сексуальный насильник. Мне нужно имя, — Стайлз закусил губу, не прерывая того самого контакта. Зрительного. — Д-дерек, — пробормотал он. — Ого, Дерек Хейл? А тебя мой отец ищет, — улыбнулся омега как ни в чём не бывало. — Хорошо, что именно с тобой я тут столкнулся. Мне нужен был кто-нибудь! Маньяк. Конечно. Просто прекрасно. Ты знаешь, что я психолог? Теперь знай. Дерек, теперь как на приёме. Всё официально. Продолжим. Почему вы это делаете? — Хочу, — отстранёно ответил альфа, уже вяло пробуя вырвать свою руку. Как чувствовал, что сегодня не нужно было идти в парк. Предчувствие плохое было. — Вы чувствуете к несчастному отвращение? — нахмурился Стилински. — Или это проявление любви? — Я его насилую. Какая любовь? — грубо оборвал Хейл. — Очень страстная, — вздохнул Стайлз, чьи мысли об альфе мечты были похожи на миф. — Я правильно понимаю, что вы жертву ненавидите? — Я вообще никак к ней не отношусь! — чуть ли не взвыл Дерек, в голове прикидывая, как можно сбежать от сына представителя закона. — Ни люблю, ни ненавижу! — Это же прекрасно! — счастливо улыбнулся Стайлз. — Двойственное отношение! Амбивалентность чувств. — Я, конечно, извиняюсь, но разве это не наоборот? Тогда я должен был чувствовать к жертве и любовь, и ненависть, — нахмурился альфа. — Чёрт, и как записать? Анти амбивалентность чувств? — тут же погрустнел омега. — Такого нет. — Ну и ладно. Будет. Далее. Почему вы ищете будущую жертву только в парке? — Потому что это удобно. — Близко от дома? — Именно. — Логично, — согласился Стайлз. — Мне тут тоже близко до дома. Почему девять вечера? Все нормальные маньяки дома. — Конкуренции нет, — прошипел тот. — Или же у вас есть тайное желание публичного секса, — слишком серьёзно выдал омега. — Но очень неудачное место. Здесь деревьев много. Почему вы не пытались в центральной части парка? — Пытался! — зло ответил альфа. — Не получилось! — Ага, не встал. Может, у вас комплексы? — Какие, блять, комплексы?  — Очень и очень большие! Если честно, то с комплексами у меня проблемы. Я там в экзамене как раз на этот вопрос не смог ответить. Так что я попозже скажу всё. Итак, у всех маньяков было плохое прошлое. Что с вашим детством? — Всё с ним в порядке, — дёрнулся Дерек. — Я вижу, что нет. У вас были домашние животные? — Был кролик, — буркнул Хейл. — Умер. — Вы были к нему привязаны? — Стилински прижался плотнее, отчего альфа инстинктивно шагнул назад. — Не особо, — оборвал надежды омеги. — Спать мешал, вечно кормить нужно было. — Я читал в деле вашем, которое чисто случа-айно мой отец оставил на столе, что был пожар в доме. Это повлияло на ваше поведение в будущем? — зашёл с другой стороны Стайлз. Альфа промолчал, решив проигнорировать вопрос. Странное ощущение, что сейчас он отчитывается перед парнем, выглядящем как подросток, не покидало его. — Бедненький, — омега потрепал парня по щеке. — Это же ДПДГ! — Что? — отмахиваясь от надоедливого Стайлза, переспросил он. — Десенсибилизация и проработка травм движением глаз! Где-то внутри вас хранятся эти воспоминания, мешают жить. Травматический опыт. Я могу вам помочь, — с энтузиазмом продолжил Стилински. — Мне кажется, что этот травматический опыт у меня теперь будет связан с тобой, — Хейл вновь попытал счастье уйти, но, сделав несколько шагов, увидел рядом с собой идущего омегу. — Мы не закончили! — торжественно провозгласил он. — У вас было сексуальное влечение к представителям зайцевых? — Что, прости? — резко затормозил Дерек. — Какие к чёрту зайцевые! — Ну, у вас же был кролик, — Стайлзу этот аргумент нравился. — Нет, не было влечения, — сквозь зубы произнёс альфа. — Господи, зачем я вообще к тебе подошёл! — Господи! — Стилински вновь озарило. — Точно! Религия! — Мне сейчас ничего не помешает тебя убить, — Хейл попытался вдохнуть глубже. — Какая. Религия. — Не знаю, — пожал плечами омега. — У вас какая? — Никакая! Хватит. Всё. Я ухожу. — Эй, куда? Насиловать же хотел, — обиженно засопел Стайлз. — Я хочу пойти домой и забыть тебя! — выкрикнул Дерек, одёргивая омегу. — Прежде чем меня твой отец отправит за решётку, я могу собрать вещи? — Подожди, я так и не понял, почему ты насилуешь, — задумчиво опустил взгляд Стилински. — Ты слишком горяч, Дерек. — А кто сказал, что жертвы против? — хмыкнул альфа. — Вообще, у полиции на меня только сухие доказательства, не подтверждённые свидетельскими показаниями. — К чему такие трудности? — нахмурился омега. — Если ты нуждаешься в постоянном партнёре, почему бы тебе такого не завести? — Пытался. Все сбежали, — презрительно отозвался Хейл. — Все романтичные. Где мне найти столь приёбнутого омегу? — Прости, конечно, — вновь засопел Стилински, — а какой уровень приёбнутости нужен? Мне говорили, что я способный. Дерек сверлил омегу взглядом, но тот лишь растянулся в довольной улыбке. — Ты идиот. — У меня только одна пересдача! — мгновенно отозвался омега. — И вообще, уговор есть уговор. — Какой ещё уговор? — как-то совсем отчаянно и по-детски захныкал альфа. — Я сдаю тебя полиции, ты разбираешься со своими омегами, потому что они терроризируют участок моего отца, просят твой номер телефона, заставляют расклеивать твои фотографии по городу. А ты в свою очередь больше не насилуешь людей. — Тебе не кажется, что условия какие-то в одни ворота? — Не-а, насиловать будешь меня. Каждый день. Можно в парке. Но я не любитель зрителей. Если что, я могу каждый раз заявлять на тебя в полицию. Вдруг тебя это возбуждает. Ты же всё-таки маньяк. Надо только отца предупредить… Как бы это аккуратней сделать… Так ты согласен? — У меня есть выбор? — Ну, твоя правая рука у меня на заднице. Так что выбора у тебя нет. Пойдём. Я Стайлз, кстати. — Я понял, — фыркнул альфа. — Знаю, кто ведёт моё дело. Слышал, что есть сын. Надо было добавить тебя в список самых нежелательных людей. Улыбка на лице омеги слегка померкла. — Добавить, чтобы убрать, — поправил себя альфа. — Однозначно. — Дер-дер, можно вопрос? — Задавай, — заглатывая своё новое прозвище, разрешил Хейл. — А ты точно равнодушен к животным? Я просто их люблю… Очень люблю... Но не в том смысле. — Блять, Стайлз. Точно! Господи, за что ты мне вообще здесь попался? — А с религией как дела? — Выебу. Сейчас же. — Наконец-то.