Секреты и ромашки хороши вместе, как Дерек и Стайлз
21 августа 2017 г., 15:29
— Дереку — 10 лет, Стайлзу — 6 –
— Я ему скажу, нет, не скажу, нет, скажу, нет… скажу! — шепчет себе под нос Дерек, отрывая лепестки от ромашки. Мальчик сидит на веранде за домом, переживая, стоит ли рассказать Стайлзу, кто он такой. Эта проблема занимает его мысли уже какое-то время, и его явно печалит, что он может поделиться со Стилински всем, кроме этой детали. И да, Дерек знает про опасность охотников, про то, что общество, по крайней мере пока что, не принимает сверхъестественных существ. В то же время Стайлз обожает фантастику, так что будет скорее в восторге, нежели в отвращении, но всё же… Дерек не может не волноваться. Он не хочет потерять единственного человека, который осчастливливает его только своим присутствием, единственного человека, которому он доверяет больше, чем кому-либо ещё. В этом всё и дело, верно? Дерек доверяет Стайлзу во всём. Так почему же он не должен доверять своему другу и в вопросе о своей сущности? Дерек верит, что Стайлз даже не подумает навредить ему, используя секреты волчонка против него самого, или же рассказать кому-либо его тайны. Хейлу не о чем волноваться. Не когда дело касается его лучшего друга. Десятилетка теперь уверен, что всё будет хорошо, расскажи он, что является оборотнем. Теперь, всё что остается — это спросить разрешение на разглашение информации у его Альфы, его матери. Дерек забегает в дом, крича: — Мам! Мам! Мам! — он сразу улавливает её запах и направляется туда, где тот чувствуется ярче. — Да, милый? — тут же спрашивает Талия, беспокоясь, от чего её сын так странно пахнет волнением. Ребёнок тормозит, прежде чем ответить: — Что ж, ты же знаешь, какие ты и Клаудия лучшие друзья? Женщина кивает, пока не уверенная, к чему ведёт её сын, но, должно быть, это как-то связано со Стайлзом. Каждый раз, когда у неё с сыном происходит похожий разговор, это как-то связано со Стайлзом. — И ты же знаешь, что она знает об оборотнях, потому что ты ей рассказала? — уточняет Дерек. — Да? — неуверенно отвечает Талия, уже предполагая к чему это всё. — Я тут думал, что раз я со Стайлзом тоже лучшие друзья, то я мог бы сказать ему, что я — оборотень, — тихонько заканчивает мальчик, переживая, чтобы мать не разбила его планы на кусочки своим запретом. Волчонок сжимает кулаки, чувствуя напряжение всем телом, пока ожидает ответа. Талия же лишь улыбается и кивает: — Конечно. Стайлз — хороший мальчик, пускай и гиперактивный, но всё же. Я доверяю ему так же, как ты. Дерек тут же выдыхает: — Спасибо, мама! — Не нужно благодарить меня, Дерек. А теперь, давай-ка я позвоню Клаудии и предложу привезти сюда Стайлза? Мальчик тут же кивает, его глаза загораются от одной мысли о встрече со Стилински. От этого Талия не может сдержать улыбки: — Хорошо, может подождёшь его тогда на улице? Я уверена, что Клаудия согласится, — едва успевает закончить она, как сын выбегает на улицу так быстро, что женщина даже не успевает сказать ему не бежать, а идти. Талия звонит лучшей подруге, и та поднимает трубку на третьем гудке: — Эй, Ти, чё как? — Дерек готов сказать Стайлзу, — восклицает альфа в ответ. — Сказать ему что? — То, что он оборотень. В трубке пару мгновений тишина, что, как Талия предполагает, означает радостные танцы на месте, так типичные для подруги. — Ты серьезно? — громко спрашивает Клаудия. — Да! Так что быстрее бери Стайлза и вези его сюда, чтобы он мог узнать! — она смеётся и успевает положить трубку до того, как получит ещё больше вопросов. Клаудия с сыном появляются на их пороге уже через десять минут, хотя, если придерживаться скоростного режима в городе, для этого требуется более двадцати. Женщина наблюдает, как мальчики уходят на задний двор, пока сама присаживается возле подруги в ожидания возвращения детей. Стайлз сидит возле Дерека, рассказывая старшему о третей книге из серии про Гарри Поттера, которую он почти дочитал, особенно углубляясь в пересказ любимой части, пока плетёт цепочку из ромашек. Малыш срывает ромашку за ромашкой, желая наконец завершить цепочку и сплести концы, делая венок. — Это, кажется, хорошая книга, — говорит Дерек, и это его вторая фраза за сегодня после приветствия младшего. — Так и есть. Возникает тишина, которую Стайлз пока что не заполняет своими разговорами, так что Дерек наконец решается: — Я хочу рассказать тебе кое-что. Стилински отрывает взгляд от своего творения и смотрит на друга. — Что, Дер? — Я… что ж, это связано с моей семьей. Это особенность, которая отличает нас от других людей. — Это же не болезнь, да? — полным волнения голосом спрашивает Стайлз, переживая, что у его друга смертельно-опасная болезнь. Дерек сразу же чует запах страха, исходящий от друга и спешит успокоить того: — Нет! Не переживай, это не болезнь. Вообще-то, моя мама называет это даром. Стилински кивает и возвращается к плетению венка. — Хм, дар — это хорошо. — Да, так и есть. — Тогда какой же у тебя? — с интересом спрашивает Стайлз. Дерек глубоко вдыхает, прежде чем ответить: — Технически, он называется ликантропией. Однако большинство называют нас оборотнями. — Оборотнями? — растерянно переспрашивает младший. Старший кивает: — Хочешь, чтобы я тебе показал? Пару мгновений Стайлз сидит ровно, не шевелясь, что необычно для него, прежде чем ответить: — Да, покажи мне. Дерек смотрит в глаза друга, когда его загораются ярко-золотым и он полу обращается. Мальчик тихо выдыхает, удивлённо смотря на изменения в Дереке. Он протягивает руку и опускает ладонь на щеку волчонка, держит её там, пока тот не схлынивает обратно. — Круто, — мягко шепчет Стайлз. От такой реакции Дерек похихикивает, понимая, что вовсе не стоило бояться реакции друга. Стилински закатывает глаза, пока старший смеётся, опускает взгляд к плетению и наконец завершает цепь. Малыш возвращает взгляд к Дереку, который больше не хихикает, а вместо этого внимательно смотрит на него. Стайлз не обращает на это никакого внимания и протягивает венок Дереку. — Вот, это тебе, Дер. Волчонок принимает подарок с улыбкой, но тут же вздыхает от начала бесконечных вопросов со стороны мальчика: «А ты можешь обратить кого-то?» и «А вы правда воете на луну?», и «Больно ли обращаться в настоящего волка?». Но, в конце концов, Дерек предпочитает нескончаемые вопросы Стайлза, чем сокрытие от него своей главной тайны. Талия как раз завязывает косу Клаудии, когда мальчики возвращаются в дом. Судя по шуточкам, которые те отпускают, Талия предпологает, что всё прошло хорошо (хотя, как могло быть иначе, они же пара). Клаудия же с широкой улыбкой смотрит на детей, а особенно на венок из ромашек на голове Дерека, так что понимает, что её сын воспринял всё как следовало. Обе женщины смотрят на своих сыновей и улыбаются, радуясь, что именно их дети стали парой друг для друга.
