Недоучка

Дни сменялись ночами, города – заброшенными деревушками, затем лесами с узкими тропками и глинистыми отмелями возле рек. Дорога извилистой лентой вела вперед, утыкаясь своим концом в горы, что возвышались на западе. Раньше Чимин толком никогда не путешествовал, и в первое время ему было довольно тяжело привыкнуть к тяготам пути, но постепенно он начал находить необъяснимое очарование во всём этом. Не раз и не два он останавливал лошадь, чтобы разглядеть в вышине деревьев щебечущих птиц или ещё какое-нибудь зверье, разговаривал и узнавал, а порой и сам делился новостями с проезжающими мимо торговцами, селянами и такими же путешественниками. И каждый раз замирал, любуясь вечерним закатом. Даже Чонгук, не желая портить момент, всегда безропотно замолкал. За прошедшее время он прижился к своему новому облику, стал гораздо более открытым и дружелюбным. Чонгук был в меру разговорчивым, в меру ироничным, с интересным взглядом на мир и с хорошим чувством юмора. Правда, иногда переходящим допустимые границы. Он спокойно рассказывал истории из своей жизни, в основном, о последних годах в ордене и о его тамошних приключениях (а судя по красочным описаниям, скорее передрягам), задорно смеялся и не упускал случая подколоть Чимина, на что тот никогда не обижался. А, возможно, Чимин просто к этому очень привязался. Единственной темой, на которую было наложено непреклонное табу, являлась семья. Чимину казалось, что он успел рассказать Чонгуку всё, о чём он только мог рассказать, начиная от родителей и заканчивая ручным домовым, живущим у прабабки в погребе, в ответ, получая целое ни-че-го. Чонгук сразу же сворачивал разговор, стоило магу поинтересоваться или задать какой-нибудь невинный вопрос, что в итоге ему попросту надоело этим заниматься. Не хочет - не надо. Если это не откусит ему голову в будущем, то пусть будет так, как есть. Тем временем путь приближался к концу. Чонгук с каждым днем всё ярче сиял от счастья, Чимин же становился мрачнее и мрачнее. Но только на последнем привале, он решился поднять тему, послужившей причиной столь резкой смены настроения. Отложив конспект, он тщательно изучил висящий перед ним ледяной шар. От него ощутимо веяло холодом, а прозрачные шипы враждебно торчали во все стороны. «Неплохо, - Чонгук тронул лапой творение мага. То покачнулось в воздухе, отозвавшись легким гудением на его действие. – Ты стал чуть лучше справляться с боевой магией». - Да… - Чимин полюбовался игрой света на ледяной скульптуре. Помолчав, он неуверенно продолжил: – Слушай, а чем ты займешься после того, как мы снимем с тебя заклинание? Тот думал недолго. «Наведаюсь в орден. Вернусь к работе». Чимин резко взмахнул рукой, и шар врезался в скалу, разбившись на тысячи осколков. Горький вздох повис в воздухе, а парень уныло уткнулся взглядом в собственные ноги. Что ж это логично, не стоило даже и пытаться. Чонгук давно распланировал свои дальнейшие действия и… не оставил там места другим. «Ты недоговорил». - Всё я договорил, - обрывисто ответил Чимин, отворачиваясь от костра. Неоправданные ожидания больно задели самолюбие. Хотя, что он хотел услышать? «Я тут поразмышлял, а давай и дальше вместе путешествовать?» Что за бред. «Я решил остаться». Ещё лучше. «Ты мне нравишься?» Озвучив про себя эту мысль, Чимин мысленно дал себе пощёчину. Потом ещё несколько, желая с головой закопаться в песок. А лучше сразу в гроб. «Врёшь, - Чонгук, как по волшебству, оказался прямо напротив лица. – Знаешь, за время общения с тобой я понял, что ты совсем не умеешь этого делать. Ты же хотел о чём-то попросить меня?» Чимин возмущённо замотал головой. Руки предательски задрожали. «Ты покраснел». - Тебе показалось. «Я в таком не ошибаюсь». - Знаешь, твоя самоуверенность порой так выбешивает! Я… - Чимин замолк, когда Чонгук запрыгнул на него, глядя с неприкрытым любопытством. – Я… - промямлил парень, теряя былую уверенность. Атмосфера неловкости возрастала с каждой секундой, искря разноцветным. Он беспомощно поджал губы. Да что с ним творится такое! Внезапно полыхнуло синим, и Чимин полузадушено захрипел из-за веса навалившегося на него тела. Ладони уперлись в чью-то грудь, парень затрепыхался пойманной рыбешкой, пихаясь и стараясь освободиться. - Успокойся ты! – рявкнул над ухом знакомый голос. Чимин замер и наконец-то смог рассмотреть неизвестного. И лучше бы он этого не делал. Совсем молодой парень, расставив локти, навис прямо над ним. Было видно, что тот сам не ожидал такого поворота – загнанно дыша, растерянно оглядывался по сторонам. Волосы растрепались, отсвечивали красным из-за костра, и, когда незнакомец посмотрел вниз, Чимин едва сдержал удивленный стон. Сердце, оборвав ритм, замерло в груди. Взгляд остался тем же. Остальное – нет. Откровенно сказать, Чимин был не готов. От слова совсем. Увидеть лицо – чужое красивое лицо с остро очерченной челюстью, чёрными, нет, ужасно чернющими глазами и яркими губами, изгибающимися сейчас в заразительной усмешке – увольте. Можете даже не платить – Чимин сам соберёт свои вещи и умотает за тридевять земель. Превращать человека, а потом начать влюбляться в него, он не собирался, да вот только его не спрашивали. Не оставив предупреждения, вывалили всё, что было, а ты, парень, сам барахтайся и выбирайся из кучи эмоций, затопившей тебя, словно утлую лодчонку во время бури. - О чём ты хотел меня попросить? – тихо и как-то серьёзно спрашивает Чонгук, наклоняется, опаляя горячим воздухом ухо. И ответ на этот вопрос был слишком очевиден. Чимин вдруг вспоминает, что его ладони всё ещё лежат на чужой груди, но вместо того, чтобы отстраниться, он зачарованно ведёт по тёплой коже, ощущая стук сбившегося сердцебиения. Это открытие вселяет некое подобие уверенности, поэтому он, ничего не осознавая, поднимается выше, проводит пальцами по выступающим ключицам, надавливает на бешено бьющуюся жилку на шее. Живот скручивает от предвкушения, а картинка перед глазами смешивается от накативших ощущений, смазывается, расплываясь размытыми контурами. Чимин жадно выдыхает, и следующий вдох получается рваным, каким-то сорвавшимся, когда ладони Чонгука ловят его и мягко накрывают. - Подожди. Посмотри на меня. Чимин слабо понимает, о чём просьба и, собственно говоря, к чему она. Его сил с трудом хватает лишь на то, чтобы вцепиться в чужие плечи, не отдавая себе отчёта, что вообще происходит. Приподнявшись, Чонгук откидывает мешающееся покрывало, гибко выгибается, льнёт ближе, сокращая расстояния до минимума. - Я… - Чимин задыхается, когда жаркий, такой обещающий, взгляд обводит его лицо. – Погоди…я… Появляется уже знакомая синяя вспышка, а Чимин откидывается на спину, чтобы не засмеяться в голос от сложившейся ситуации. «Полная херь». Чимин отчаянно зажмурил глаза, отгоняя вчерашние сцены. Нет, фигня. Не отгоняются. Что за напасть такая. Видно, одному из богов кто-то подкинул сборник анекдотов, и тот, не мудрствуя лукаво, решил попрактиковаться в чувстве юмора над ним. Или просто кто-то везунчик с рождения. Пока Чимин мысленно пререкался с высшими силами, Чонгук хмурой тучей сидел впереди, метая на проезжающих мимо путешественников озлобленные взгляды. К нему было опасно приближаться – бил наотмашь. - Прекращай, - устало вздохнул Чимин. «Что прекращать?» - Слушай, я понимаю... «Мы приехали. Позже поговорим». Чимин раздосадовано замолк. Ага, потом. Конечно. А до этого они не могли поговорить. Они так ничего и не решили. Наверное, это его ошибка. Нужное здание оказалось приземистым домиком светлого оттенка, во дворе которого устроили своеобразную оранжерею. Лимонник своими гибкими плетьми взял в плен его южную часть, а опрятные побеги душистого горошка густо оплели изгородь, разукрашивая её яркими кляксами своих распускающихся цветов. То тут, то там росли разные редкие растения, призывно манящие своими бутонами. Чимин, молча спешившись, подошёл поближе, желая рассмотреть тонконогий жёлтый цветок похожий на парящую пушистую свечку. Когда он прикоснулся к нему, растение выдохнуло облачко красной пыльцы и, вспыхнув огнем, кучкой пепла осыпалось около ног. Испуганно посмотрев по сторонам и убедившись, что сей инцидент остался без внимания, Чимин принялся с усердием заталкивать следы своих деяний под ближайший пышно разросшийся куст вереска. - Я чем-нибудь могу помочь? – послышался голос со стороны. Чимин приподнял взгляд, встречаясь с чужими насыщенно янтарными глазами. Маг, судя по всему, стоял в такой же «мантии», как у Тэхёна, только нежно-лавандового оттенка с нарисованными на ней лилиями, придерживал лейку одной рукой, заинтересованно рассматривал гостя. - Оставьте, пожалуйста, в покое перья феникса – они очень стеснительные. Чимин смущённо отошёл на шаг назад. - Здравствуйте. Я… - Чимин, да? Друг Тэхёна? – хозяин сада слегка наклонил голову. - Да, но откуда… - Почта, - он неопределенно махнул рукой. - Где ваш спутник? «Я тут», - Чонгук выпрыгнул из-за куста. «Ты специально подбираешь самый подходящий момент для своего появления?» - хмыкнул Чимин. «Конечно, сижу, выжидаю. Не зря же ты наградил меня такими длинными ушами». - Что ж следуйте за мной, - незнакомец, развернувшись, поманил их сторону дома.

***

- Куда же он запропастился… Как всегда, когда он мне нужен, куда-то сваливает, - пробурчал хозяин, скидывая сапоги. – Вы проходите, проходите, не стесняйтесь. - Эм-м, - неловко промычал Чимин. – Простите, но вы так и не представились. - Ким Сокджин или Джин, очень приятно, - маг взмахнул рукой, красная искра, сорвавшись с кончика пальца, полетела в печь, поджигая сухие поленья. – ЮНГИ, мать твою, где ты?! - Не надо так орать – я всё прекрасно слышу, - прошелестело из темноты. Худощавый юноша, ловко спрыгнув откуда-то сверху, мягко приземлился на ноги. Чимин простодушно открыл рот, уткнувшись в него взглядом. Зеленовато-мятные волосы, миндалевидные жёлтые глаза с кошачьим разрезом зрачка, заострённые уши и кожа, отливающая в тусклом свете огня изумрудным оттенком – что за чудо! Парню, похоже, такое внимание не понравилось – он враждебно стрельнул взглядом и хлопнул в ладоши. Тёплая волна прокатилась по комнатушке; Чимин, потеряв челюсть где-то на полу, смотрел, как перед ним, превратившись за пару секунд, стоит уже обычный человек, лишь цвет волос остался таким же. - Накрой, пожалуйста, на стол – думаю, гости устали с дороги. А мне пока надо поговорить. Юнги отрывисто кивнул. - Прошу за мной. Ваш друг пусть останется здесь. Выйдя в сад, Сокджин присел на скамейку, над которой густо разросся плющ. - Я извиняюсь… Но ваш сосед – он что, дриада? Как такое вообще возможно? Дриады же, - Чимин ладонью изобразил контур песочных часов. Сокджин улыбнулся. - Полукровка. Но не об этом речь. Тэхён рассказал мне в письме, что ты не знаешь как снять проклятье, правильно? Чимин утвердительно мотнул головой. - Он говорил, что ты уже такое проделывал. - На свою голову, - расхохотался маг. – Видишь ли, шесть лет назад мне заказали расколдовать принца. Важная персона, как-никак, наследник двух королевств. Напоролся в лесу на брошенную хижину ведьмы и решил, что он же здыхлик неумиручы, да и вообще бесстрашный археолог-исследователь – мечта о приключениях взбудоражили юную кровь, зовя в путь, и всё такое в этом роде. Как понимаешь, ничем для него это хорошим не кончилось. Мать принца своими слезами затопила ближайшие леса – их жительницы жаловались, что им пришлось в срочном темпе менять русла рек, а отец, тоже тот ещё кадр, устроил небольшую войнушку с магами, когда те, как и ты, сказали, что не знают способа снять заклятье. - А почему на свою голову? – Чимин непонятливо приподнял бровь. - Да потому, что принц после всего не захотел возвращаться домой. - В смысле? - Так и остался жить у меня, - Сокджин весело глянул на Чимина. – Знаешь, полукровка от дриады и человека... Они никогда просто так не рождались. Чимин пораженно глянул в сторону дома. Кто бы мог подумать… Повернувшись обратно он заметил, как маг задумчиво вглядывается в его лицо. - Как мне отменить...? Сокджин насмешливо прищурился. - Все такие проклятья имеют общую структуру. И скорее... вопрос тут кроется не в знании, а в желании. Что ж, устраивайся поудобнее.

***

Когда за магами закрылась дверь, Чонгук еще с минуту сидел на месте, неверяще смотря, как полукровка расставляет тарелки на столе. «Юнги?» Тот вздрогнул, тарелка едва не выпала из рук. «Как? Как ты вообще здесь очутился? – кролик запрыгнул на стол. – Чёрт, ты же меня не слышишь». - Вообще-то слышу. Здравствуй, Чонгук-и, - Юнги растянул губы в усмешке. – Как погодка снизу? «Я уже подумал, что сошёл с ума, когда зашёл в дом. Но как?» - Могу спросить о том же самом тебя. «Долгая история». - Мы никуда не спешим.

***

- Как- то так, - Джин развёл руками. – Вот и всё. - Так просто? - Угу. - То есть я в любой момент мог расколдовать его. - Не совсем. Всё гораздо труднее. Я же объяснил тебе, что ты теперь связующий в вашей паре, и между вами стоит эмпатическая привязка, - маг сорвал цветок. – Для полного снятия проклятья тебе надо постепенно, день за днём вливать в своего напарника собственную магию, чтобы переписать матрицу заклинания. Столько вливать, сколько потребуется. А привязка... - Сокджин начал отрывать лепестки и бросать их на землю, - твои эмоции находят в нём отражение. Тебе самому придется разобраться, что к чему. И лучше... не рискуй понапрасну. Чимин неуютно поежился.

***

- Бросить брата, умотать в орден, который, конечно, с руками оторвет королевского отпрыска, зная какую власть он получит, если ты будешь в их рядах. И два, я повторю, ДВА года никому ничего не говорить. Я думал, ты будешь умнее. «Ты тоже хорош». - Не обо мне разговор – я как-нибудь со своими проблемами разберусь. А ты вот оставил всё. Ты же, чёрт побери, принц! «Бастард. Не путай понятия». - Да хоть выхухоль древесная. Знаешь, сколько писем мне Хосок накатал? Ты был нужен там! До сих пор нужен! У тебя херь собачья твориться в королевстве: Коллегия магов до сих пор в изгнании, Совет раздроблен, каждый из них тянет свой кусок одеяла на себя, не обращая внимания на всё остальное. Но нет… - Юнги засмеялся, - ты решил поиграть в рыцаря вольных дорог. Спать под открытым небом, быть кормом для комаров и скакать вперёд, ни о чём не думая! Не спорю – я сам бы не хотел быть на твоём месте. Но ещё больше я не хотел бы быть на месте твоего брата. Чонгук с каждым словом всё больше горбился под разгневанным взглядом собеседника. - А теперь ты ещё и превращен! Я почти верю, что это божья кара! Ты знаешь, что ты теперь зависим? Зависим, бог мне в свидетели! С неба не упадёт маг, который просто, без всяких условностей будет цацкаться с тобой – мне самому пришлось потратить на это чёртовых полтора года! «Чимин расколдует». - Ты так в этом уверен? Что он возьмёт и подпишется на ближайшие пару лет таскаться с тобой? «Да». - Посмотрим, - Юнги, недоверчиво фыркнув, бросил тарелку. Вернувшиеся остановились посреди комнаты, и Чимин, теребя рукав, робко подошёл к столу. - Чонгук, ты не против выйти? Нам нужно кое о чём поговорить. «Идём». Шмель, гудя, повис над цветком остроцвета. Мохнатое тельце, приземлившись, ловко забралось в бутон, внутри превратившись во внушительную темно-фиолетовую тень. - Мне нужно задать один вопрос. «Задавай». - Это не так-то просто. «Значит, молчи. Я сам дам ответ». Чимин зажмурился. Это было совсем непросто. «Я не могу остаться». Что-то оборвалось, визгливым криком замерло в груди. «Прости, но… у меня есть обязанности». - Вот оно что. Ясно, - Чимин улыбнулся. Внутри не крик, внутри целая лавина льда пополам с огненной пустыней. Больновато. Кролик понуро опустил уши. - Знаешь, я… «Я недоговорил. Мне, - Чонгук посмотрел прямо в глаза, - нужна твоя помощь». - Моя что ли? – горько усмехнулся Чимин. - Недоучки? «Ты не такой уж и недоучка... Я не хотел и до сих пор не хочу тебя в это втягивать, но, боюсь, что наломал чересчур много дров и мой сегодняшний вид... Понимаешь, тут дело даже не в нём. А в моем брате и… - Чонгук с трудом договорил, - людях, о которых я когда-то обещал позаботиться. Поэтому я спрашиваю: ты можешь мне помочь? Остаться со мной? Уже не на тракте, а поехать в другое место? Но учти, это будет опасно. В первую очередь для тебя». Тёплая, по-весеннему прозрачная волна поднялась, снося и растапливая все на своём пути. Чимин радостно засмеялся. - Да, да, согласен! Я думал, что... Ты ничего не говорил, и я...Ты не представляешь! Я, - он подхватил кролика и стиснул в объятьях. «Задушишь же». - Ты самый вредный, упрямый, своенравный, - парень на эмоциях, поднес мордочку зверька к своёму лицу. – Балбес! И легонько поцеловал в нос. Руку обожгло магией. - Вот значит как. Балбес, значит, да? – Чонгук, ухмыляясь, уставился на испуганного Чимина. – Тогда угадай, что балбес хочет сделать сейчас больше всего? - В душе не догадываюсь, - Чимин растянул уголки губ в улыбке. - Тогда это будет сюрприз. - Юнги, принц ты недоделанный, хватит пялиться в окно! У нас из-за тебя обед подгорел!