Фехтовальщица

POW Вероника.       Сегодня воскресенье, это единственный день, когда я могу провести время с семьей. Наверно, это странно слышать от шестнадцатилетней девушки, но это так. Многое мои ровесники гуляют где-то на улице или сидят в интернете, они пытаются отдалиться от своих родных. Из-за того что слишком много, как им кажется, проводят время с родителями, сестрами, братьями. Возможно, я тоже была бы такой, но у меня просто нет времени на такие дела. Поэтому сейчас мы идем с моей любимой младшей сестрёнкой в Ледовый дворец. Ее зовут Арина. Она меня тащит туда, хотя знает, что я не могу даже стоять на льду. На самом деле я бы не пошла туда добровольно, но меня взяли на «слабо». Аришка довольно спокойный ребенок, но иногда она загорается идеей, и ее уже не волнуют никакие преграды. Вот и где-то месяц назад она захотела, чтобы я сходила с ней на каток. Вы, наверно, спросите, почему мы пошли только через месяц? Ответ прост: я постоянно на тренировках. Я занимаюсь фехтованием с семи лет. Это моя страсть. Возможно, это странно, что хрупкая девушка обучается владеть холодным оружием. Многие меня не понимают. Мама, к примеру, перед каждой тренировкой твердит: «не женское это дело, «иголкой» размахивать, лучше займись вышиванием или музыкой». — Ника! Смотри какую я красивую снежинку поймала! — из раздумий меня вывел голос Аришки. Она подбегает ко мне и протягивает свою ладошку в голубой перчатке. В отличие от нее я без перчаток, я опять их забыла. На ее ладошке лежала маленькая пятигранная снежинка. — Ой, какая красивая, — я попыталась переместить снежинку на кончик своего указательного пальца, но она, как и следовало ожидать, растаяла. — Ну вот, зайка словишь мне еще одну снежинку? — Хорошо, но только одну! — воскликнула моя мелочь и побежала немного впереди меня. А я просто иду и улыбаюсь, она такая милая. Я не понимаю, как некоторые подростки меняют такие семейные моменты, на каких-то уличных друзей. Она такая маленькая, хорошенькая и наивная, ее хочется оберегать всеми силами. — Арина, я сейчас без тебя уйду! — кричу я сестре, которая остановилась сзади и смотрит куда-то вдаль. — Ника, не надо, пожалуйста, я сейчас, — услышав мою фразу, малышка срывается с места. Эх, глупенькая, никуда я без тебя не уйду. Поскольку она не слишком сильно отстала от меня, Аришка быстро прибежала ко мне, крепко взяла меня за руку, и мы пошли к Ледовому дворцу.

***

— Вероника, а почему ты не хочешь со мной кататься? — задала мне вопрос сестренка, пока я завязывала ей коньки. — Ариш, ну ты же знаешь, я не умею даже стоять на коньках, не то что кататься на них, — ответила я, зашнуровав ей конечки. — Ну, Ника, ну давай, хотя бы попробуешь, идем возьмем на прокат коньки? — сделав свои зеленые глазки по настоящему «щенячьими», попросила Ариша меня. Вот ведь, знает, что я ей с такой моськой не могу отказать. Хотя, я и так практически ей не отказываю. — Ну ладно, идем, только вот это не забудь — сдалась я, доставая ее чехлы для коньков в виде пингвинят. Сестренка забрала их у меня и надела на коньки. — Пошли, — Аришка хватает меня за руку и мы несемся по коридорам, я даже не пытаюсь запомнить их направлений, все равно мелкая в них не запутается, даже с закрытыми глазами. Вдруг мы врезаемся в какое-то нечто неопределенного пола в черной толстовке и с капюшоном на голове. — Блять, Аккуратней нельзя, а?! — подняло оно крик, но Аришка не дав мне даже ответить, проигнорировала и понеслась дальше, не отпуская меня.       Завязывая теперь уже свои коньки, я вспомнила про эту, судя по длине волос девушку, которая по своей неаккуратности врезалась в нас. Во мне проснулась злоба и обида от того, что я не успела ей ничего ответить. — Да чтоб ты на льду себе ебало в кровь размазала, жертва пьяной акушерки! — разгневалась я. — Сестренка, не ругайся, — Ариша подергала меня за рукав. Походу я не пробурчала эту фразу, а проорала. Ай, ладно теперь уже нечего терять, можно и побуйствовать немного. — Развелось ебанутых по всей стране блять! Откуда вы беретесь только-то?! — малая не выдержала и закрыла ручками уши. Походу я немного переборщила. Блин, ну какой из меня пример, если сама выражаюсь перед ребенком? Так надо угомониться, а то стану как та истеричка в капюшоне. — Ариша, все, я успокоилась, пошли на каток? — присев перед малышкой на корточки, спокойно говорю сестренке и беру ее маленькие ручки. Она мне послушно кивает. Ну вот, из-за этого ходячего недоразумения, я расстроила Аришку. Вон она чуть не плачет. Я ужасная сестра. — Нет. — Что «нет»? — я с интересом спрашиваю у малой. — Ты не ужасная сестра, — поясняет Ришка и сильнее сжимает мои руки, — ты очень-очень хорошая.       Видимо мне пора брать небольшой перерыв в тренировках, уже начинаю говорить все мысли вслух. — Правда? — Да, — отвечает мой зайка и крепко обнимает меня. О боже, как я все-таки люблю такие моменты. Это так классно когда у тебя есть маленькие комочек, который тебя обожает и берет с тебя пример. Главное, чтобы она не начала разговаривать как я… — Ну тогда пошли на каток? — я разрываю наши объятия, хотя я бы так еще часика два посидела. — Ага, — ответила она и тепло улыбнулась мне. Я встаю с корточек и подаю Аришке свою руку. Она сразу же ухватилась за нее, и мы пошли к самому катку.

***

— Ну Ника, ну пошли, Ника, ну это же легко, — ага, легко, как же, малой это говорить легко, сама ведь на коньках стоит лет с четырех. — Ну Вероника, пошли, — ныла мелкая. — Ариша, давай потом, — отвечаю я зайке. — А я расскажу Паше, что ты струсила! — воскликнула Арина. Вот ведь шантажистка мелкая. Я недавно говорила, что она спокойный ребенок? Так вот, забудьте. Она гиперактивный ребенок. — Я покатаюсь, а ты не говори Пашке, идет? — Идет, а теперь пошли, — она пытается отодрать меня от бортика. — Ариша, давай ты мне сначала покажешь, как кататься, а потом я выйду на лед, — русские не сдаются! Поэтому я все еще пытаюсь отмазаться от катания. Но учитывая мою любовь к сестре и ее упертость, я все-таки выйду на лед. Хотя если она сильно увлечется, может быть забудет про меня? Нет, она никогда про меня не забудет, в этом можно не сомневаться. — Ну хорошо, я тебе покажу, — с серьезным видом сказала мелкая и, сняв чехлы для коньков, направилась ко льду. Сначала она делает неуверенные шаги, держась за бортик, но скоро Аришка привыкнет и будет скакать на льду. Причем в прямом смысле этого слова. Вот она уже скользит по льду с большой скоростью. Она замедляется, наверно, хочет выполнить прыжок какой-нибудь. Стоп. Она направляется ко мне? Нет, не надо, пожалуйста, покатайся еще немного! — Ника! — воскликнула мелкая. — Все, я тебе показала, теперь идем кататься! — с энтузиазмом зайка хватает меня за руку и тянет в сторону льда. Эх, жалко, что я не разделяю этого же чувства. Вот ведь подстава, если бы вместо сестры меня на лед так тащил кто-то другой, я бы ему леща дала и дело с концом.       Ну ладно, была не была, если убьюсь, завещать мне все равно нечего. Я аккуратно ступаю на лед. Это ладно, если сразу убьюсь, а так еще мучиться все жизнь из-за того, что неудачно упала на катке. Так первая нога пошла! Ну, вроде нормально, хотя все-таки, если я сейчас сделаю неверное движение, то упаду, да упаду не одна, а с мелочью. Ну ладно, она сама на это подписалась. Вторая пошла! Хм, а вроде ниче так, ну по крайне мере стоять. — Вот видишь, это не сложно, а ты боялась, а теперь давай отталкивайся ото льда, — ха, легко сказать. Ну ладно, надо попробовать, малая говорит отталкиваться ото льда? Хорошо, сейча… АЙ! КАКОЙ КРИВОНОГИЙ В МЕНЯ ТАМ ВРЕЗАЛСЯ! БЛЯТЬ, СУКА, НОГА! — Етить-колотить! И снова эта блядь в толстовке… — Вдруг, откуда не возьмись, появилась в рот ебись. Хотя чего я ждал, ты же даже на земле то стоять нормально не можешь, еще на каток вышла, — опять эта истеричка. Заебала уже врезаться в нас. — Это я не могу?! Да это ты на меня уже второй раз налетела! Дерьмохеропиздократка блять. — Слышь, ебанашка, ты чо, хочешь сказать что это Я кататься не умею? Я?! — Ой-ой-ой, тебе то выебываться! Одеваться хотя бы сначала научись, что за мужицкие вещи? — я встаю со льда, принимая помощь Аришки. — Я ПАРЕНЬ! — Стоп, че? Это серьезно парень. Блять, Ника, кто еще может парня принять за девушку кроме тебя? И почему так смешно? — Блять, серьезно? — я не могу сдержать смеха. — А че на бабу так сильно похож? Хоть в качалку немного походил бы. — Да ты ебанутая что-ли в край?! Че за заеб?! — я хрустнула своими пальцами. — Вероника, я кушать хочу! — неожиданно. Нет, ну чего она лезет в наш срач, в моем рюкзаке явно есть что-то. Это же я. — Зайка, ну там же в сумке печенье и яблоки вроде, иди и кушай. Не мешай взрослым разговаривать, — сказала я мелкой. — Зайка?! Ути-пу, какие мы нежные. — Ты у меня ща допиздишься, петушок! — Охохо, ну давай, подходи! — Ника, пошли домой пирожки кушать, — влезла в нашу ругань Арина и потянула меня за рукав кофты. — Козлоебина невоспитанная! — Невоспитанный?! Да ты со своим лексиконом сначала разберись! — орет на меня белобрысый. Еба-ать, руки так и чешутся по его ебалу съездить. Зайка снова потянула меня за рукав, а до меня дошло, что пока мы на льду, я даже шагнуть в его сторону не смогу. — Да отъебись же ты уже, оберблядь! — А че это ты? Только что угрожала, теперь уже сдаешься?! Ой, так ты же катаешься хуже коровы, прости-и-и. — Отстань уже от Ники! — похоже мы уже довели Аринку. Так, надо закругляться, а то к добру это не приведет. — Мелочь, а тебя не учили, что нельзя лезть в разговор взрослых? — А чего ты лезешь к моей сестренке? — Риш, тихо… — Сам-то наверно катаешься не лучше! — Вы обе что, вообще телевизор не смотрите?! Я прекрасно катаюсь! — А спорим ты за месяц не сможешь научить ее, — Аришка указывает на меня указательным пальцем. Это точно добром не кончится, — хорошо кататься! — Я извинительно посмотрела на парня. — Ну, ребенок, что поделать. Не слушай ее. — Пф, больно надо ее слушать. Я и не собирался тратить свое время на обучение какой-то… — он окинул меня презрительным взглядом. Внутри снова заклокотала злость. Резко к нам подъехал парень, который уже давно, как я заметила, наблюдал за нашим спором со стороны. Хотя, о чем я? Мы так орали, что за нами наблюдали ВСЕ. — Что, Юрец, ссыканул, да? — он едко ухмыльнулся. — Бека, скройся. — Ссыканул все-таки. Хотя, куда тебе до тренера, ты же еще до уровня Витька не дорос. — Какой Витек? Какой тренер? Вы вообще о чем? — этот казах начинал напрягать. Хотя, то что он казах, можно было понять разве что по черным глазам и бронзовому оттенку кожи. Господи, Ника, ты все-таки баба, блэт, почему он такой сасный?! — Ты чего так на меня смотришь? — ПАЛЕВО, ПАЛЕВО, SOS, КАПРАЛ, ОТСТУПАЕМ! — Как умею, так и смотрю, — пытаюсь сказать это максимально развязно. — Так и что за Витек? — Виктор Никифоров. — Вообще ничего не говорит. Впервые слышу это имя. У парней медленно, но верно глаза полезли на лоб. — Чего вы на меня так пялитесь, как будто он президент России. Че, такой известный плод сосны шоле? Ща погуглю.— охуительный казах остановил меня жестом руки. — Подожди пока. Не надо. Кажется мы отвлеклись от темы. Юре-е-ец?! — Я НЕ СОБИРАЮСЬ НИКОГО ТРЕНИРОВАТЬ! — А ты чего так плохо катаешься? — Я не катаюсь, я стою. — Стоишь ты тоже плохо. — вот проехаться бы по его охренительным скулам, да жаль такую мордашку портить. — Я первый раз на коньках. — Плисецкий, ну будь человеком, — он ослепительно улыбнулся. — ВОУ, СБАВЬ ОБОРОТЫ. Я не хочу с ним тренироваться» Меня сестра младшая научит лучше, чем ОН, — теперь моя очередь презрительного оглядывания. Он распрямил плечи и странно на меня посмотрел. — Погодите-ка. И чем же это я тебе не нравлюсь? — я автоматически закатила глаза. — Ты неуравновешенный маленький придурок. — Я неуравно… — Аринка снова подергала меня за рукав. — Так, люди, я тут все понимаю, у вас очень интересный спор, но давайте решим так. Ты, — она указала на Юрца, — тренируешь ее — пальчик в мою сторону, — ты, красавчик, — палец в сторону казаха — обходишь стороной мою сестру, ибо ты в ее вкусе, а мне это не нравится, а ты… — ЧЕГО?! И НИ КАПЛИ ОН НЕ В МОЕМ ВКУСЕ! — Юрец, как его называл этот «красавчик», откровенно ржал, а Аполлон только ухмыльнулся и окинул меня оценивающим взглядом. — Может, ты хочешь, чтобы я тебя тренировал? — ты упал в моих глазах, красавчик. — Ни за что. — Значит все-таки он? Юр, поздравляю! — этот Юра хлопнул себя по лбу. Эпичненько так. — Вы издеваетесь, да? — Чу-чуть. — Я ЕСТЬ ХОЧУ, МАТЬ. — Мне это надоело. Завтра в 6 вечера на этом катке. Идет? — Юрец, стой, не сдавайся! Чо творишь?! — Идет, — буркнула я. И зачем я это сделала?!

***

- Ника, давай быстрее, пирожочки дома нас ждут, - Что? Пирожки? Об этом, пожалуйста, поподробнее. - Какие пирожки? - С вишней, как ты любишь, - Я дождалась их! Ура! Какие-то боженьки меня услышали! - А ты откуда знаешь? - Чёт подозрительно как-то. - Мама сказала, - Пф, ну да, логично, не Паша же будет печь. - Ну, тогда, я сейчас, быстренько, - сказала я и торопливо начала одевать пальто. - Пф, вот клуша, а еще на меня дома наезжает, - пробурчала Аришка.