Наложница. С - значит строптивая

***

- Знаешь, ты могла бы проявлять и больше участия в разговоре, - нахмурилась рыжая женщина. - Прости, Зелина. Просто... Я не понимаю что с ней происходит! Она раздражительна. Постоянно ко мне придирается и не позволяет... - слегка покраснев, брюнетка опустилась рядом со своей сестрой на удобный диван, расположенный напротив камина. - Не позволяет что? - стоило хитрой улыбки окрасить лицо старшей женщины, как двери гостиной распахнулись, являя за собой вторую Королеву сия земель. - Вот ты где! Потрудись объясниться! Почему тебя не было на тренеровке Генри?! Жесткие слова, что срывались со столь нежных губ завораживали обеих женщин. Ведь, что не говори, а из когда-то простой наложницы выросла настоящая Королева. Она приводила в восторг всех без исключения. Снаружи казавшаяся мягкой и нежной, внутри она была гордой непокоренной вершиной. - Эм-ма... - прошептала Реджина с привычно потемневшими глазами, стоило ей увидеть свою жену. Прошло пять лет их совместной жизни, а она по-прежнему была зависима от своего лебедя. Вот только из ручного, птица стала свободной. Пожалуй, иногда Реджина скучала по той власти, что имела над своей наложницей. Сейчас же ей действительно приходится считаться с мнением своей супруги и если раньше она это обожала, то в данное время, она это ненавидела в равной степени. Возможно, все дело в том, что у неё не было секса. У неё действительно давно не было секса. Это нервировало. - Так и будешь пялиться?! Что ж, как только найдёшь достойную причину того, что пропустила столь важное событие своего сына, найдёшь меня! И бросив последний взгляд с примесью раздражения и ярости на свою жену, блондинка развернулась и ушла, оставив обеих женщинах в смешанных чувствах. - Что это, мать твою, было? - Это причина моего невроза, - глубоко вздохнула Миллс. - Своих женщин нужно трахать и невроза никакого не будет. Вот мой Аид... - Стоп! И слышать ничего не хочу об этом, - раздраженно остановила её сестра. - И поверь дорогая, я бы делала это с превеликим удовольствием, но вот только она мне не позволяет! - Оу. И что ты натворила? - поудобнее расположившись она приготовилась слушать, как ей казалось, занимательнейшую историю. - Ничего. И почему это, я должна была что-то натворить?! - зло прошипела Королева. - Ну, стоит тебе что-нибудь утаить от неё, солгать ей или же забыть то, что для неё важно и она постоянно лишает тебя секса или просто игнорирует тебя. - И откуда же тебе это известно? - Да у тебя на лице все написано. Видела я тебя в такие моменты. И поверь, ни я одна это замечаю. Поэтому люди знают, когда тебя лучше избегать, а когда просить об аудиенции. - Все замечают? - покраснела брюнетка. - Ну, может быть чета Прекрасных и не ведают об этом, а так? Да, думаю все, - и вновь натянув на себя хитрую улыбку она продолжила смущать сестру. - Так вот, что тебя останавливает в удовлетворении своих потребностей? После хорошего, ну я по крайне мере надеюсь что хорошего, секса твоя жена просто светиться. Что мешает тебе помириться? - Извини? И как ты себе это представляешь?! И это у тебя хороший секс, у меня он божественный! - по детски произнесённые слова ни как не вязались с образом великой Королевы. - Ну, я сильно сомневаюсь, что все так, как ты описываешь, если ты даже не представляешь что делать. - все продолжала подначивать рыжая. - Зелина! - Прости, прости. Но, сколько это уже продолжается? - Месяц, - она понимала, что злиться на сестру это лишняя трата своей энергии, которой увы осталось не много. - Месяц?! Нет, серьёзно. Ты что блин натворила?! - Ничего. Все было прекрасно. Все изменилось после празднования её дня рождения. Спустя два дня она просто... Просто закрылась от меня. - обреченно шептала женщина. - И в прямом и переносном смысле, я полагаю? - Зелина. - Извини. Постой. На том балу был Голд. - И что? - И он с ней разговаривал и что-то подарил. - Вопрос все тот же, и что? - Отстутвие секса сказывается на твоих умственных способностях. Не тупи! Он же маг, - раздраженно объясняла Зелина. - Думаешь, он мог... Мог, что? - Да ты издеваешься. Потрахайся. Может тогда к тебе вернётся хотя бы часть сообразительности. - Зелина! - Он маг, который помешан на истинной любви, после того как женился на своей служанке. Что если он шепнул твоей благоверной, что вы не родственные души? Что, если он дал ей то, что позволяет найти свою пару? Что, если она нашла? И это не ты. По мере того как старшая сестра выдвигала свои предположения, Реджина бледнела на глазах. Она вспоминала какой злой иногда казалась блондинка. Какая раздражительность плескалась в её взгляде, стоило Миллс опустить свою руку ниже. И какая огромная стена выросла меж ними. Если честно, брюнетка не удивилась, если бы Эмма ушла ночевать в другую комнату. Не удивилась, но не позволила бы. Возможно, поэтому они ещё занимают одни покои? Но надолго ли? - Нет! Нет! Нет! - увеличивая громкость голоса с каждым произнесенным словом, Реджина нервно подскочила и стала ходить из стороны в сторону, словно безумный алхимик от которого все ускользала формула философского камня. Резко остановившись она в панике уставилась на свою сестру. - Что мне делать? - в её голосе сквозил страх, который удивил Зелину. Это было необычно. Видеть сильную прекрасную женщину, столь потерянной. В таком сильном ужасе, что самой становилось не по себе. - Реджи? Хей, успокойся. Это всего лишь предположения. Все может быть иначе, просто поговори с ней. - Ты не понимаешь. Я не могу потерять её. Я.. Я не смогу отпустить её. Но я не хочу чтобы она меня возненавидела. - уже со слезами на глазах шептала Миллс. - Ну тише, тише, - подойдя к Королеве, Зелина обняла её, предоставляя безопасность в которой нуждалась брюнетка. - Поговори с ней, милая. Я идиотка. Мне не стоило так говорить. - Но ты можешь оказаться права. - Но, я надеюсь что все-же ошиблась.

***

- Ваше Величество! Подхватив падающую Королеву, девушка с укоризненной приготовилась ругаться. - Руби не надо. И хватит злиться. - С чего вы взяли, что я злюсь? - Ты слишком формально со мной общаешься. Прекращай. Мне и так не сладко. - И кто в этом виноват?! Эмс, я тебя люблю. Но ты дура! Ты должна сказать ей. - Но она разозлится, - с ноткой отчаяния вздыхала Свон. - А сейчас она что? Ангел во плоти? Да к ней подойти страшно. Даже у твоих родителей и то режим самосохранения включился. - Осталось два дня. Два дня и все закончится. - Это опасно идиотка. Румпель же предупреждал, что будет если ты станешь сопротивляться действию зелья. - Да. Но я справлюсь. И это была моя ошибка. Руби, я ведь могла не пить его, но я была слишком самоуверенна. - Может она была бы не против? Может ты неправильно поняла? - робко предположила Лукас. - Она выразилась вполне ясно в своих желаниях. Она не хочет детей. - Я уверена, что она бы предпочла твою беременность от неё, а не от какого-то левого человека. Потому что, Эмс? Твоё решение она принять сможет, твою измену - нет. - Но я не стану ей изменять! Я люблю её! - Если продолжишь сопротивляться, то будет уже неважно кто в твоей постели! Ты просто не сможешь контролировать своё тело. - Почти месяц мне удавалось! И эти два дня получится! - Но, Голд... - Хватит! Все будет нормально. Так что прекращай Шапка. Руби Лукас или Шапка, как её часто называла Свон, стала не просто её служанкой, а близкой подругой, которая не боялась высказывать свои мысли, особенно, когда блондинка ошибалась в своих суждениях. Правда это мало останавливало Эмму. Зато смеялись над последствиями они уже вместе. - Ты ведь можешь просто рассказать правду. - Я не хочу, чтобы ей было не комфортно со мной, - робко прошептала блондинка. - Думаешь ей комфортно сейчас? - Думаю, что... Скоро все наладится.

***

Перед сном Эмма часто посещала конюшню. Она любила наблюдать за лошадьми. И эту страсть ей привила её супруга. Реджина. Она очень её любила. А главное, она знала это взаимно. Она была уверена, что у них все наладится. И она не сомневалась, что поступает правильно, скрывая действующие на её организм зелье. Голд подарил ей лучший подарок. Возможность стать матерью от любимой женщины. И её ошибка была лишь в том, что прежде чем спросить, хочет ли Реджина детей, она приняла эликсир. И теперь, тело требовало продолжения каждый раз, стоило ей подойти ближе к своей Королеве. Контролировать это сродни пытке. Но она справится. И Реджина никогда не узнает о желании, которому не суждено сбыться. - Вам нравится? - спросил бархатный голос. Голос, что она по-прежнему ненавидела. - Да, он красивый, - сдержано ответила Свон, наблюдая за черным жеребцом. Конь Королевы был под стать ей. Сильный, властный, прекрасный. И подпускал к себе он только хозяйку и её жену. Реджина даже как-то сказала, что он больше похож на Эмму, нежели чем на неё. Такой же непокорный. Строптивый. - Настолько, что вы пришли полюбоваться на него в столь поздний час? Одна? - мужчина подошёл слишком близко, это было неприятно. Но тело подчинялось силе. И прошедшая дрожь испугала Эмму. - Отойди от меня! Не твоё дело чем я занимаюсь в столь поздний час! - она развернулась, попытавшись уйти, но мужчина был к этому готов. - А вот тут вы ошибаетесь! - жестко ответил охотник, привлекая к себе женщину. - Я уезжаю в соседнее королевство. И ты поедешь со мной, - с безумным блеском в глазах ответил Грэм. - Отпусти меня! И никуда я с тобой не поеду! - пыталась вырваться блондинка. - Как же ты не понимаешь. Я люблю тебя. Я всегда любил тебя. И тот единственный раз, когда Королева вызвала меня, после твоего появления, я думал лишь о тебе. Я чувствовал твой вкус на её губах. Не в силах больше сопротивляться своим желаниям, он впился в её уста несдержанным, грубым поцелуем. Он стонал ей в губы от блаженства. Жестко держал за талию одной рукой, а другой крепко сжимал голову не позволяя отстранится. Эмма боялась. Сейчас она поняла о чем говорила Руби. Реджина не простит ей измены. И если она забеременеет от мужчины... Гнев жены будет последним что она увидит. И это в лучшем случае. Потому что жить без Реджины она не сможет. - Что здесь происходит? - тихо и отстранённо произнёс голос. На этот раз любимый. И от того Эмме стало ещё страшнее.

***

Она была заперта в собственных покоях. Это раздражало. Но она понимала, что злиться сейчас она не имеет никакого права. Хотя то, что её даже не стали слушать, обижало. Дверь распахнулась и в комнату вошла поистине Королева. Она не обращала никакого внимания на блондинку. С бесстрастным лицом, подойдя к зеркалу, она медленно распускала замысловатую прическу. - Реджина? - шептала Свон. - Заткнись. - Позволь объяснить. Я не хотела... - Я сказала. Заткнись. - Он напал на меня, я бы никогда... Эмма содрогнулась услышав шум. Реджина разбила зеркало используя рядом стоящий подсвечник. - Я сказала заткнись. Но если ты не способна выполнить столь простой приказ, думаю стоит повторить несколько уроков. Раньше это возбуждало. Но сейчас? Возбуждения было меньше всего. Она не успела отреагировать, как уже голая лежала на животе, чувствуя на себе вес любимой жены. Да, когда Реджина злилась, она превращалась в настоящего хищника. Сейчас, же? Она в ярости. - Разве ты не помнишь, что случиться в случае, если тебя кто-нибудь коснётся? - прорычала брюнетка прямо в ухо блондинки. У Свон закатились глаза от наслаждения. Тело предавало её в который раз, когда дело касалось её Королевы. - Отвечай мне! - приказала Миллс. С произнесенными словами последовал удар по ягодице. - Аах... - вскрикнула Эмма. - Неправильный ответ, дорогая. И на нежную кожу посыпались удары. Она шлепала её, пока не занемела рука. А после и вторая, стоило ей заменить руку. - Тебе это нравится? Ты вся мокрая, - с трепетом шептала Реджина проводя дрожащими пальцами по промежности. Она вошла в неё сразу двумя пальцами, без какой-либо осторожности начиная жестко трахать свою жену. Целуя её спину, она зажимала свои собственные ноги, чувствуя насколько там влажно от стонов, что она желала слышать постоянно. Не выдержив, она все же перевернула Эмму на спину. И оседлала её. Желая кончить именно в таком положении. Она двигалась на ней быстро, размазывая общую влагу по обоим телам. Крепко сжимая левой рукой шею супруги, правой она держала её запястья над головой. - Ты моя жена! И я не отпущу тебя! Мне плевать на то, что тебе сказал Голд. Я убью любого на кого ты посмотришь с желанием. А посмеешь сбежать и я найду тебя. Потому что ты моя! Чувствуя приближения оргазма она стала совершать круговые движения, трясь о киску супруги ещё сильней. И вызывая крики от наслаждения. Пока без сил не повалилась на неё. Нежно поцеловав блондинку в губы, она стала сцеловывать её слезы. - Прости. Если ты попросишь, я пощажу Грэма. Но ты останешься со мной. Я не дам тебе сбежать с ним. Любовь Реджины всегда была такой. Она крепко держала, но не причиняла боли. Это послужило причиной истерического смеха Свон. Даже сейчас, Миллс показывала насколько сильна её любовь. Она готова отпустить конкурента, простить возможную измену, но при этом продолжать любить не отпуская от себя. А Эмма? Она боялась сказать правду. Проявила не доверие. Причинила боль, хоть и не хотела этого. И сейчас? Она возможно беременна. - Ч-что? Эмма... Она продолжала целовать. Нежно. Стараясь вновь завоевать доверие блондинки. Не понимая, что наносит ещё большую рану. - Нет. Хватит. Реджина, пожалуйста, просто послушай меня. Она отстранилась ровно настолько, чтобы у Эммы была возможность говорить, но по-прежнему не позволяла ей двигаться. И слушая рассказ своей идиотки, как она позже её окрестила, она поняла, что не зря держала её столь крепко. Поскольку, после выражения своего недоумения и возмущения, она неоднократно показала своё желание иметь детей от Свон.

***

До окончания действия зелья, они буквально не вылазили из кровати. И даже намного позже, Реджина не выпускала ее из рук. Наказывая за потраченные нервы, она вознаграждала её каждый раз, как слышала - люблю. И Эмма забеременела. А когда у неё родились близнецы, не было в этот момент счастливее людей нежели их матерей. И только тогда они поняли, смотря друг друга в глаза под первый плач своих детей, они были покорены друг другом с первого взгляда. Это был тот самый момент к которому они пришли бы в любом случае. Строптивая наложница и властная Королева. Так началась их история. Но это лишь один из множества вариантов. А вот конец... Конец у этой истории может быть только один. Они видели его в глазах своего сына. И слышали его в голосе своей дочери. Они наблюдали его, в глазах друг друга.