Особенности национальной охоты на драконов.

Он проснулся лишь ближе к вечеру. Сначала, даже не смог сфокусировать взгляд ни на каком объекте и искренне удивился - с хрена ли тут так холодно? Все же поздняя весна, последние холода, а ещё скоро попрут дожди. Нацу любил дождь, но в меру. Главной любительницей шляться под ливнями была Джувия, а Драгнил считал «слезы неба» лишь веселым способом охладиться. Нацу кое-как обдумал события сегодняшнего дня и зевнул. Мысли о Стинге его как-то более не волновали, видимо, ему затуманило разум то удовольствие, полученное руками белобрысого засранца. Мимолетное увлечение и никакая это была не любовь. Конечно, никакая. Нацу же не гей! Решив, что мыслит он в верную сторону, Драгнил отправился вниз на поиски жратвы. Внизу было немного шумно - шумел телик. А значит, папа давно вернулся. - Что смотришь, бать? - парень заглянул в большую комнату. Игнил, удобно развалившись на диване, полировал ногти о футболку и даже не думал смотреть в «гипно-ящик». Иногда мужчина эффектно откидывал запястье, чтобы посмотреть на результат. - Новости слушаю, - он мельком глянул на сына и продолжил свое занятие. Но одного взгляда было достаточно, чтобы понять - его сына вернули. Наверное, возбужденный свежим воздухом леса, он кем-то сдуру увлекся. - А... А пожрать что есть? - задался мучимый вопросом Нацу. - В холодильнике. Возвращение в школу прошло как обычно. В первый же день Нацу громогласным воплем встретил Грея, и они устроили драку прямо в коридоре, сталкивая случайных школьников и переворачивая скамьи. Но на помощь порядку школы её вечный блюститель - в виде Эрзы - так и не явился. Девушка тем временем опять торчала в кружке астрономии. Но ситуацию таки разрешила Люси. С дипломатом полным учебников и тетрадок наперевес, она разогнала хулиганов по разным углам и пообещала в следующий раз швырнуть свою «дамскую сумочку». Все шло своим чередом. Нацу не вспоминал Стинга и жил сегодняшним днем, довольствуясь обычной школьной жизнью. Но этот обманный маневр длился всего три дня. Драгнил соскучился. Соскучился по тому, как Стинг нагло вел себя с ним, даже не боясь отхватить. Что он лез целоваться и мацать Нацу на пустом месте. Что он нагловато ухмылялся, так, словно все на свете знал. Он словно «птица счастья» был диким и огненным, свободолюбивым и схватить его за «хвост» мог лишь избранный. Ни драки с Греем, ни болтовня с Люси не спасали. Нацу тосковал по наглости, по желанию прижаться и в тоже время вдарить по красивому телу Стинга. Тот казался таким жестоким, немного даже грозным... В нем не было жалости и любви к людям, которая была в Нацу. Они две противоположности. А, как известно, противоположности притягиваются. Игнил не знал, что делать. Унылость опять вернулась к его сыну, и тот вновь мерил все горизонтальные поверхности в комнате. То там сядет, томно вздохнет, то тут. Ей богу, что с ним делать? Наконец, блуждающий взгляд парня остановился на стационарном телефоне. Словно воспылав, мальчишка схватил трубку и с ней рванул наверх. Игнил похлопал глазами, удивляясь, с каким свистом его сын внезапно скрылся из комнаты. Не, такие перемены в характере его пугают. «Черт, мне начальству через полчаса надо звякнуть», - уныло подумал мужчина и накрыл голову газетой. Ну, немного отдохнуть не помешает. - Алле, - в трубку заговорил сексуальный баритон. У Нацу от такой зашкаливающей томности аж мурашки по спине пошли. - Руфус, скотина, если ты опять звонишь, чтобы пародировать голос Нацу-сана, то я тебе завтра трубку в жопу вставлю. - У вас такие серьезные отношения с тем бардом? - пришел в себя обомлевший Драгнил. - О, да ты прям профи, Руфус, - проворчал голос. - Стинг, ты придурок, это я - Нацу. - Ага, как же. И чем же я с тобой три дня назад занимался, «Нацу»? - Мы сидели около моей кровати и обжимались, а потом я устроил сцену неведомой хуйни. Ты меня простишь? Кажется, на том конце кто-то навернулся под стол. Тихо рыча и ругаясь, Стинг заговорил уже более радостно: - Что, Нацу-сан, одумался, хах? - Не волнуйся, я все равно хочу тебе вмазать. - Как я рад тебя слышать... вмазаться? Друг об друга... А давай... - Кхм, - смутился Нацу, - Ты о чем это подумал? Я вообще тут речь заготовил... - Да я уже простил и понял, такое бывает, - и замолчал. - Стинг? Стинг?! - позвал Нацу, но тот молчал, - Не молчи! Блин... - Мне просто нравится твой резковатый, звонкий голосок, Нацу-сан... Ты стонешь так же звонко? Нацу зарделся, как маков лист, и наконец, соизволил присесть на кровать - до этого он кружил по комнате. - Ты ж слышал, упырь... - Мало, Нацу-сан. Мне мало. Раз я упырь, я должен упиваться этим твоим состоянием... - Оторвать бы тебе что-нибудь за такие похабные фразы, засранец, - заворчал Нацу, - Импровизировать ради тебя, я не буду, ибо актер из меня херовый. - Вмажемся? - голос Стинга стал чуть хрипловатее, - Секс по телефону, пробовал? - Н-нет, - как-то даже промямлил Нацу. Так, если призадуматься - с чего бы ему страдать такой фигней? Он никогда особой половой активностью и не страдал, так руками шалил иногда, но это нормально в его возрасте, - Стинг, но мы всего пять дней, как общаемся, а уже так... - Боишься? Может, все же, попробуем? - казалось, что некий демон просит его продать ему свою душу, за жалкое человеческое желание, исполненное похотью. Нацу глубоко вздохнул и кивнул. Но тут же понял, что Стинг его не может видеть и потому, более менее твердым голосом сказал в трубку: - Давай. - А теперь ситуация: мы с тобой в шикарном отеле, перед нами огромная двуспальная кровать, а ты лежишь на ней, в одних трусах, - рьяно схватился за идею Стинг, начиная фантазировать. - Угу... Мне очень жарко, я тяжело дышу и томно смотрю на тебя... - Нацу улегся поудобнее на кровать и робко погладил себя по животу. - А я смотрю на твои трусы с котятами и умиляюсь... - заржал Стинг на том конце провода. - Стинг, придурок, я ведь трубу брошу. И вообще, этой херью ты предложил заняться! - Нежнее, Нацу-сан, нежнее... В общем, я любуюсь на твое распростертое передо мной тело. Ты покорен, Нацу-сан? - Да... - выдохнул Драгнил, сознание которого рисовало красивую картинку. Нависший над ним Стинг - топлесс, весь такой красивый, прямо дикий зверь. - Я склоняюсь над тобой и облизываю губы. До чего же аппетитная добыча мне попалась! Я аккуратно касаюсь пальцами твоих сосков, а они уже затвердели от холода... - Да, они твердые... - Нацу осторожно провел ладонью по груди, задевая возбудившиеся соски, - Но не от холода. Это все ты виноват... - Наверное. Ты и сам очень горячий Нацу-сан... Я мягко провожу кончиками пальцев от твоей шеи до пупка, а потом, вверх и останавливаюсь у самого лица... Закрой глаза. - Закрываю... Позволь мне попасть в Страну чудес. И я тебе доверяю... - Я знаю, мой дорогой Нацу-сан... Знаю. Мы не опоздаем за Белым Кроликом? - Плевать на кроликов, ты отвлекся... - Ах, да... - Стинг хмыкнул. - Я легонько прикусываю твою шею, словно вампир. Какая горячая и нежная кожа, ммм.... - «Сумерек» въебал, Стинг-кун? - Подколол, сладкожопый! Но у нас так клоунада вместо секса выйдет, так что цыц и дай я тебя удовлетворю. - А я, как бы и не против, - хмыкнул Нацу, - Трусы с котятами, которые ты на меня натянул мне уже жмут из-за того что... я возбужден. Коснись меня. - Да? Тогда я осторожно поддеваю резинку трусов и спускаю... - Ремень. А потом порю малолетних развратников, по их сладким жопам, - отозвался грубый голос в трубке. - Батя?! - Нацу, ощутил, как душа уходит в пятки. Как он мог забыть, что стационарок у них дома две и они смежные. Интересно, сколько он услышал? - Да, мой дорогой сын... - Здрасте, - флегматично отозвался Стинг в трубку. - И ты, здравствуй, голос в ночи. Извини, но твоего слакожопого ждет лекция, а Вас молодой человек, я бы хотел лично увидеть. - Бать, ну не надо! - возмутился Нацу, чувствуя приближающийся пиздец. - Нет, моя юная Джульетта, вашему Ромео следует отвечать за свои поступки. Так, голос в ночи, завтра после обеда сможешь явиться на ковер? Или, как лезть в окно комнаты моего сына, так смелости по уши, а как предстать перед его родителями, так в кусты? - Я несу ответственность за свои поступки, Игнил-сан. Я завтра приду. Только не наказывайте Нацу-сана, он не виноват. - Стинг, я тоже виноват, я согласился! - Так, развели тут любовные нюни... - уже спокойнее проговорил Игнил, - Я пока не знаю, буду ли я кого казнить, пока думаю лишь миловать. Завтра все решим, а сейчас, голос в ночи... - Меня Стинг зовут. - Рад познакомиться. Сейчас иди спать, завтра поговорим, до связи. А Вас, моя юная Джульетта, попрошу спуститься вниз, - кажется, Игнил выключил свой телефон. - Нацу-сан, я мысленно с тобой, - в голосе Стинга слышалась неприкрытая тревога, которая немного грела Нацу душу. - Не парься, все будет ок, - но Драгнил-младший не совсем был уверен в своих словах, - Завтра вместе перед батей предстанем. - Угу. Спокойной ночи? - Надеюсь, - выдохнул парень, выключая телефон и внутренне готовясь слушать лекцию. Игнил стоял на нижнем этаже, рядом со вторым телефоном. Нацу кинул полный ненависти взгляд на железяку, внутренне пообещав перегрызть провод. - Так, юный развратник и что это за «Стинг» был? - Друг мой, - буркнул Нацу. - С другом по телефону развратом не занимаются. Когда вы познакомились? - Пять дней назад. - И уже... так? - растерялся Игнил. - Кхм. Быстро, однако. И какой же он? - Не знаю... Он... разный, па... - грустно вздохнул Нацу. - Это по нему ты так «сох» последние дни? - чуть смягчился Игнил, - Значит, он стоящий человек? - Ну да... Но, пап... Я ещё в себе не разобрался, - Нацу прекратил смотреть в пол и уставился глаза отца, словно бросая тому вызов. Но в отличие от серьезного выражения лица, которое корчил Игнил, глаза мужчины были полны веселья и счастья. - Я понимаю, - почти ласково пробормотал он, - Ладно, сын. Марш спать, завтра я твоего удалого молодца буду смотреть. «Ну и пиздец мне настал...», - уныло думал Нацу, глядя, как сенсей выводит на доске неведомые формулы. - Теорема Птолемея влечёт за собой эквивалентность четырёх формул суммы и разности для синуса и косинуса, - с умный видом заявил препод и оглядел класс. Те, видимо, силились понять, на каком языке к ним обратились. Нацу, чуть было не застонав, опустился лбом о парту, притворяясь дохлым. И тут же ему в голову влетела бумажка. Раздраженно цыркнув, Драгнил достал из волос злополучную хрень и оглядел. На одной стороне было жирно выведено «Нацу». Развернув «послание», парень узнал почерк Грея. Запись гласила: «Что с тобой? Весь день молчаливый». «Ух, Грей... Не до тебя сейчас. Не поймешь», - накалякал Нацу и метнул бумажку в друга. Пронесшийся комок бумаги всполошил учителя и тот, обернувшись, строго посмотрел на учащихся. Но те все ещё переводили сказанную им ранее фразу, выражая на лицах высокую умственную деятельность. Тем временем Фуллбастер, прочитавший записку, мрачно уставился на Нацу, сверля того взглядом. В его взгляде прямо читалось «Ты считаешь меня настолько тупым?» Нацу фыркнул и еле сдержался, чтобы не показать сопернику средний палец. И только он хотел опять приземлить голову на парту, чтобы подумать о послеобеденном плане, как бумажка вновь втемяшилась в его вихры. Как и думал Нацу, записка гласила «Ты считаешь меня настолько тупым?». Фыркнул, парень кинул испепеляющий взгляд на Грея, но тот не остался в долгу и ответил тем же. Но их немому спору помешал звонок на большую перемену. Решив, что впитывать на сегодня знания достаточно, Нацу рванул из класса, только пятки засверкали. Не хватало, чтобы о его проблемах ещё узнал Грей или Люси, слишком уж ему не хотелось слушать разнообразные советы. Только оказавшись на улице, где-то на полпути к своему дому, он приостановился, чтобы отдышаться, после чего, полный невеселых мыслей отправился домой. Оказалось, Стинг тоже свалил с уроков. Ну, точно, батя не рассчитал время, назначая встречу - сейчас все ещё шли уроки. И сейчас несносный блондин стоял перед крыльцом дома Драгнилов. - Привет, - просто протянул Стинг, когда Нацу поравнялся с ним, - Ну, что, где наша не пропадала? - Ага, - и оба зашли в дом. В доме стояла гробовая тишина, которая вгоняла и без того унылых подростков, совсем в печаль и уныние. Скинув обувь и бросив сумки на пол, оба тихонько прошли по коридору к гостиной. Как и предполагал Нацу, батя отпросился на работе и сейчас восседал мрачный в одном из кресел. Закинув ногу на ногу, мужчина пролистывал толстенный талмуд какой-то заунывной книжки. «Главное, чтобы ею и не убил», - Нацу постучал по дверному косяку, привлекая внимание. Игнил кивнул, приглашая виновников пройти в комнату. Понурив головы, парни зашли и синхронно плюхнулись на диван, ожидая разбора полетов. Около минуты они молчали. Затем, Игнил отложил талмуд и, сложив руки на груди, оглядел парней. - Батя, мы осознаем нашу вину за вчерашнее. Мы нравимся друг другу... - начал было Нацу. - Да я уже понял, - усмехнулся Игнил, - Знаешь, я все обдумал. Нацу выйди, мне надо поговорить со Стингом наедине. - Нацу иди, - тут же выдал Стинг, на полпути заткнув Драгнила-младшего. Пожав плечами, тот вышел из комнаты и прикрыл за собой дверь, внутренне нервничая. Время шло. Прошло добрых полчаса, а Стинг все не выходил. Нацу уже успел выпить кружку чая, чтобы успокоиться. Наконец, решив не ждать у моря погоды, Драгнил-младший заглянул в гостиную и... обомлел. И Стинг, и его батя во всю рубились в приставку, вламывая разнообразным громозекам на огромной скорости. - Бля, мне аптека нужна! - ПВП или зассал?! - Аааа! Меня в угол зажали! - Вы не охренели, а? - просто спросил Нацу. - А? - Игнил включил паузу и Стинг разочарованно вздохнул, - Сына, мы все решили с твоим парнем. Я совершенно не против ваших отношений... - отец расплылся в счастливой улыбке, а потом игриво толкнул Стинга в бок, - Ну, у нас захват базы! На Варшаву! - Я вам сейчас такую столицу Польши выдам, что мало не покажется! - Нацу закатал рукава, собираясь надавать кое-кому люлей. Он там волнуется, боится, что кто-нибудь, кого-нибудь убьет, а они играются сидят! - Тссс, Нацу-сан, - разбушевавшегося «фантомаса» утихомирил Стинг, который поднялся с пола и обнял нерадивого парня, - Мы просто с твоим батей знакомились. Он у тебя классный... - приглаживая розовые вихры, бубнил блондин. Игнил умильно смотрел на обжимающихся ребят, а потом, отложив консоль, протянул: - Может, вы пойдете, поговорите? - Бать, объясни... - буркнул Нацу. - Ам? Даю добро на ваши отношения, - мужчина пожал плечами, а довольные ребята направились к лестнице. - А, стойте! Вы это... - Что? - спросил Стинг. - Не торопите события, - несолидно покраснел мужчина и вернулся к своей консоли. Покрасневшие а-ля помидоры, парни со свистом рванули наверх. - Не торопить события? Он об... этом? - Нацу уселся на подоконник, задумчиво глядя на Стинга, разбирающего процессор. - Именно об этом. У нас ещё будет время... У тебя кулер полетел. - Прям у меня? - хитро протянул Нацу, - Починишь? - О да... - усмехнулся Стинг, - Где тебя там развинтить? - блондин подошел к сидящему на подоконнике и полез целоваться. Нацу решил не отказывать себе в удовольствии и позволил «чинить кулер». - Знаешь, а странные у нас отношения вышли. Вроде сначала мы друг друга терпеть не могли, потом ты меня рукой пощупал в лесу, и я как бы влюбился? - прошептал Драгнил. - Онанизм делает чудеса, - улыбнулся Юклиф, - Или от ненависти до любви, всего один шаг, ты же знаешь. Их отношениям ещё было рано переходить на новый уровень. Но они были довольны и тем, что есть. Но ведь, ещё не вечер.