Кольца

Поцелуи Пола не доставляли удовольствия ни телу Мелиссы, ни самому Норману. Единственное, что помогло хоть немного завестись: это алкоголь и осознание ситуации, которая была больше похожа на сон. Эротический сон, эротический и все тут! Попытки Нормана убедить самого себя в эротизме подобного сна были прерваны звуком телефонного звонка. С трудом отцепившись от Пола с его чересчур обильным слюноотделением и уже заметным возбуждением, сосредоточенным в черных брюках с идеальными стрелками, он посмотрел на экран телефона. Норман. То есть Мэл. Надо ответить. — Извини, — пробормотал он и, послав выглядящему как полный идиот Полу многообещающую улыбку, вышел в ванную. — Что случилось? — Норман! — громким шепотом выдохнула Мелисса его голосом. — Норман, срочно говори мне, что делать! Пришла твоя девушка! — Кто? — Ты издеваешься, Ридус? К тебе приходит голая сногсшибательного вида девица, с порога вешается на шею и вспоминает вашу прошлую ночь, а ты спрашиваешь, кто она такая? — Не ревнуй, Макбрайд, — хмыкнул Норман, припоминая горячую брюнетку, которую он неделю назад снял в баре и, будучи не вполне трезвым, притащил домой, чего обычно не делал. — Вспомнил. — И? — Что? — Ридус, что мне с ней делать? — Что хочешь, Макбрайд, я с ней больше встречаться не собирался, так что можешь со спокойной душой выставить её за порог. А можешь насладиться ситуацией и почувствовать себя настоящим мужчиной, ведь хочется же, а? — Ты пьян, — прошипела Мелисса. — И не возражай, я прекрасно знаю, как меняется мой голос, когда я выпью. Что еще? — Что ещё? — прикинулся дурачком Норман, вспоминая ту фотографию, сделанную разносчиком пиццы и начиная молиться, чтобы парень решил любоваться ею втайне от остального мира. — Что ты еще успел сделать с моим телом? В этот момент в дверь ванны громко постучали. — Мэл, дорогая, все в порядке? — крикнул Пол. — Да-да, — ответил ему Норман и затаил дыхание, слыша в трубке тишину, не предвещающую ничего хорошего. — Итак, — ледяным тоном начала Мелисса, и то, что она говорила его голосом, нисколько не уменьшало её язвительности. — Кто у тебя? — Твой сосед. — Чего он хочет? Норман молча облизнул губы, впервые думая о том, что Мелисса за все это может смертельно на него обидеться, а не просто подуться полчаса. — Ладно, я его прекрасно знаю и могу сказать сама: он хочет тебя, то есть меня. — Типа того… — Норман, — её голос дрогнул. — Я надеюсь, ты ничего не успел… — Блин, Мэл, а если бы даже и успел, тебе что, жалко? Нет, ну серьёзно? Подумай сама, мы завтра, скорее всего, проснёмся в своих телах и оба навсегда утратим шанс заняться сексом в чужом теле! Я бы на твоём месте уже завалил эту Ханну три раза и отсосать бы её пару раз заставил! — Спасибо, обойдусь. От спокойствия в её голосе становилось холодно. — Ты не ответил на вопрос. — Нифига не было, — буркнул Норман, уже начиная понимать, что вряд ли и обломится. Не так уж и хотелось, во всяком случае, телом, но все же… — Рада слышать. Норман, я очень надеюсь, что сейчас ты под любым предлогом распрощаешься с ним, ляжешь в постель в полном одиночестве, и точно так же проведешь следующую ночь. К Саре тоже не приставай с предложениями о лесбийском сексе, ясно? — Угу. Ещё один облом. — И да, Норман, мне жалко. Если я узнаю, что ты с кем-то хоть что-то… я буду считать это изнасилованием, ясно? — Ясно-ясно, мисс ханжа, — вздохнул он. — Не парься, я буду пай маль… пай-девочкой. И по-прежнему разрешаю тебе все что угодно с этой Хизер. Ну или как там её. Лично я не жадный, Макбрайд! Его последней фразы она уже не услышала, просто бросив трубку. Слова об изнасиловании отрезвили Нормана. Он ещё плеснул ледяной воды в лицо и на мгновение задержался у зеркала, глядя себе в глаза и видя перед собой Мелиссу. Только теперь в голову пришло осознание, что он в самом деле ради интереса собирался подложить её тело под какого-то придурка, который ей даже не нравится. Что он позволял целовать её губы, лицо и шею чужому человеку, тогда как сам даже сейчас, даже в её теле, все ещё не мог забыть тот единственный поцелуй, который однажды удалось урвать ему самому. Коснувшись кончиками пальцев своих-ее губ, он тихо пробормотал: — Прости, Мэл… Избавиться от Пола труда не составило. Норман просто изобразил недомогание, очень громко покашляв и сделав вид, что его тут рвет. Снова умыл лицо и, не вытирая его, пошатываясь, вышел в гостиную. Пробормотал несколько слов, извинился и, зажав руками рот, снова ринулся в ванную. Явно не готовый вытирать чужую рвоту Пол ретировался практически молниеносно, крикнув на прощание, что он непременно ещё позвонит. А Норман, наплевав на оставшийся в гостиной беспорядок, направился в спальню, где стянул с себя всю одежду. Всю, без исключения. Лег на прохладные простыни и провёл руками по телу, понимая, что вот теперь, без малейших усилий с его стороны, он возбужден просто до предела. Вот только кого-нибудь, кто мог бы утолить его страсть, рядом не было. Что ж, ему далеко не впервой справляться своими силами. Конечно, обычно он справлялся с совершенно другим телом, а женщины до сих пор являлись для него загадкой, в чем он, впрочем, никогда и никому мне признавался. Но у него впереди вся ночь, неужели он не сможет за это время понять, что именно нужно сделать, чтобы получить желанную разрядку? Тем более, что тонкие пальцы с удобно-короткими ногтями, скользящие в самых приятных местах, учились нужным движениям очень быстро. Это было странно: ласкать себя, заключенного в женское тело, и одновременно с тем видеть перед закрытыми глазами именно это тело. Слышать тихие стоны голосом Мелиссы и представлять, что это стонет именно она от его прикосновений. А ещё представлять себе то, что она точно так же сейчас лежит в постели, совсем одна, а не с какой-то там Ханной, и ласкает уже его тело… Норману так понравились новые ощущения, что он, проснувшись все в том же теле и постаравшись сильно не огорчаться, повторил их и утром, провалявшись в постели явно дольше положенного, ведь встать его заставил только стук в дверь. Вспомнив о приезде Сары и о том, что творится в гостиной Мелиссы, Норман торопливо натянул на себя вчерашний наряд и помчался открывать. Всего одни сутки в обществе Сары с женскими разговорчиками и можно будет отправиться домой. Вроде бы не так уж сложно. — Ого, ты по-прежнему в том же образе, который этой ночью всколыхнул весь интернет? — округлила глаза Сара. — Смело, дорогая, я не ожидала! Упс, кажется, намечались новые проблемы… — Это выложили? — А ты не в курсе? Рассмеявшись и покачав головой, Сара сбросила с плеча на пол небольшую сумку и, распахнув объятья, крепко обняла Нормана. — Я-то думала у тебя телефон разрывается от сообщений поклонников после такого, — улыбнулась Сара. — Что у нас на завтрак? Я дико голодна. — Пицца? — предположил Норман, который даже смотреть на телефон Мелиссы сейчас не хотел. В первую очередь потому, что понимал, что там может быть сообщение от неё самой. — Пицца? — задумчиво переспросила Сара, уже вошедшая в гостиную и невозмутимо оглядевшаяся. — Пицца, значит. Резко развернувшись, она вдруг схватила ничего не понимающего Нормана за плечи и заглянула ему в глаза, с трудом сдерживая слёзы. — Пусть будет пицца, если тебе это поможет. Заказывай и садись, у нас с тобой будет очень долгий и очень серьёзный разговор. Теперь ты уже не отвертишься, дорогая! Ничего хорошего это не предвещало.