Sinners

— Простите, Святой Отец, ибо я согрешила, — шепчет Лиса, опустив голову. Она сидит на узкой лавочке в исповедальне, а ее лежащие на коленях руки дрожат. — В чем твой грех, дитя? — раздается с другой стороны мужской голос. — Я ненавижу своего отца, — выдыхает она, поднимая взгляд на сетчатую перегородку. Тень священника движется, и она слышит его вздох. — Это тяжкий грех, — отвечает мужчина и по спине Лисы бежит дрожь. Она облизывает уголок губ и чувствует на языке привкус крови. Несколько часов назад, сразу после завершения воскресной службы, отец ударил ее. Обычно ее отец не повышал голоса на нее и на мать по воскресеньям, так как верил, что это грех, что впрочем не мешало ему издеваться над дочерью в другие дни недели. Но сегодня мужчина снова был не в духе. Напряжение чувствовалось в воздухе, когда они ехали домой в гробовой тишине и ни мать Лисы, ни сама она не решались сказать что-то. — Ты отвратительно выглядишь, — сказал ее отец, когда они вошли в дом. — У тебя синяки под глазами и потрескавшиеся губы. Ты не можешь выглядеть нормально даже в такой день? — Я долго делала уроки вчера вечером и... — но отец не дал ее договорить. — Посмотри на кого ты похожа, — отец рывком притянул дочь к зеркалу и Лиса подняла взгляд. — Бледная, с красными глазами. Люди подумают, что ты принимаешь наркотики. По ее спине прошла дрожь и девушка бросила взгляд на мать, но женщина лишь опустила голову и молча прошла в кухню. — Я не... - отец бьет ее по лицу, отчего Лиса делает шаг назад, прижимая ладонь к горящей щеке. Ее глаза широко распахнуты и она не сводит с мужчины пристального взгляда. Отец не бил ее несколько лет, ограничиваясь лишь редкими пощечинами и грубыми словами, но в этот раз, казалось Лисе, он вложил в удар всю силу. — Ты так и не научилась вести себя, как леди, — качает головой отец и Лиса моргает, чувствуя привкус крови во рту. — Ты не умеешь разговаривать с мужчинами. Ты препираешься и смеешь перебивать меня. Лиса опускает голову и сжимает дрожащие губы, когда слезы против воли катятся из ее глаз. — Иди к себе и приведи себя в порядок. Через несколько часов к нам придет семья Кан. Мужчина разворачивается и уходит, а Лиса выбегает из дома и несется в сторону места, в котором она надеялась ей смогут помочь. — Он бьет меня, — шепчет Лиса, возвращаясь из воспоминаний. По ее щекам катятся слезы и она задерживает дыхание на мгновение, чтобы успокоиться. — Дома я не чувствую себя в безопасности. — Твой отец тоже грешен, но ты не должна быть такой, - голос святого отца спокоен и Лиса поднимает голову, тихо выдыхая. — Отпусти боль в своем сердце, дитя, и прости его. Ты сильнее, чем думаешь. *** Ты сильнее, чем думаешь. Лиса открывает глаза и медленно моргает, вспоминая тот день. Ей позволили остаться на ночь в женском монастыре при церкви и дали еду, а наутро привезли домой. Отец Ким долго говорил о чем-то с родителями Лисы за закрытыми дверьми кухни, а когда он ушел, то мать Лисы впервые за долгое время обняла дочь. — Прости меня, — прошептала женщина тогда. Почти два месяца отец не поднимал на дочь руку, до того самого момента, пока ему не стали известны ее финальные оценки. «Ты сильнее, чем думаешь» Низкий голос отца Кима звучит в мыслях девушки, и она окончательно приходит в себя. Лиса не помнила, как она оказалась в ванной наполненной горячей водой. Пена скрывала ее обнаженное тело от глаз Тэхена, который стоял на коленях перед ванной и держал в руке ее правое запястье. — Ибо Он причиняет раны и Сам обвязывает их, — шепчет Тэхен, обрабатывая рану на руке Лисы, и она поднимает на него глаза. Ее взгляд затравленный, и она раскрывает губы, чтобы что-то сказать, но затем хмурится и вновь опускает голову. Зачем он цитирует ей библию сейчас? Кем он себя возомнил? Новым мессией? Лиса чувствует как гнев затапливает ее грудь, но ей слишком страшно сказать парню что-либо. Порезы жжет, и она переводит взгляд на его длинные пальцы, касающиеся ее рук. Его прикосновения были чужды ей, но то, какими осторожными они были заставляло ее чувствовать смятение. Они так отличались от того, что он делал с ней прошлой ночью. Она опускает колени под воду и морщится, чувствуя отголоски пульсирующей боли внизу живота. Пару часов назад, когда она очнулась в чужой кровати в комнате с серыми стенами, она не могла вспомнить где она. Кровавые разводы покрывали внутреннюю сторону ее бедер, ее запястья и пальцы, а под ногтями она заметила кусочки чужой кожи. Кажется она поцарапала Тэхена, когда он пытался утопить ее прошлым вечером. Утопление, порезы, изнасилование... Что еще он сделает с ней? — Кровь – значит жизнь. Ты знала об этом? — низкий голос парня возвращает ее в реальность, и она отводит глаза от длинных тонких царапин на его предплечье. Лиса поднимает на него пустой взгляд и молчит, но Тэхен очевидно ждет ее ответа. Она качает головой, и парень протягивает руку к ней. Лиса не понимает, чего он от нее хочет и парень кивает на ее левую руку, после чего аккуратно касается ее пореза ватным диском с антисептиком. Закончив, он осторожно дует на рану и от этого контраста Лису прошибает ледяной пот. Он сумасшедший. У него явно не все в порядке с головой. — Почему ты делаешь это? — слова соскальзывают с губ Лисы раньше, чем она успевает остановить себя. Она всегда была сдержанной, с детства ее учили прятать эмоции, но сейчас она чувствовала, как гнев, страх и отчаяние накрывают ее разрушающей волной. — Потому что могу, — пожимает плечами Тэхен. — К тому же, — продолжает он, — тебе очевидно не нужна твоя жизнь, раз ты собиралась прыгнуть с крыши, поэтому не все ли равно как ты умрешь? Лиса сглатывает, быстро моргая. Почему он говорит ей все это? — Ты правда собираешься убить меня? — Это так важно? Ее поражают слова парня. Почему он ведет себя так, словно жизнь девушки больше не принадлежит ей? Ненависть затапливает ее грудь. Она хочет ударить его, хочет вцепиться ногтями в бледную кожу его шеи и разодрать до крови. Но ей страшно. Тэхен намного сильнее ее, и если даже она попытается ранить его и сможет выбраться из дома, убежать с острова она не сможет. Тот парень Сан не позволит ей. — Ты мог не вмешиваться, — шепчет Лиса, не поднимая на него взгляд. Она говорила ему что-то подобное раньше. Два или три дня назад. Лиса не может сказать, сколько дней она провела здесь на этом острове с этим психопатом. Она прижимает колени к груди, так как вода в ванне остыла, продолжая сверлить взглядом голубую плитку на стенах. — Лучше бы ты молча стоял на той крыше и позволил мне закончить дело. Совершенно неожиданно Тэхен больно обхватывает ее за подбородок и силой разворачивает к себе. — Ты так и не поняла, — его голос тихий и спокойный, но от безумия в его глазах по голой спине Лисы бегут мурашки. — Твои мысли все еще греховны. Его длинные тонкие пальцы спускаются ниже и он сжимает ее шею, грубо встряхивая. В горле девушки ком, а на глаза наворачиваются слезы от того, как сильно он сжимает ее шею. Ее ногти впиваются в тыльную сторону его ладони до красных следов в форме полумесяцев, но Тэхен не двигается. — Гнев, зависть, уныние – это некоторые из твоих грехов, — продолжает он, не сводя с Лисы пристального взгляда. — Но попытка самоубийства – страшнейший из них. Губы Лисы начинают дрожать, и она почти теряет сознание от недостатка кислорода, когда Тэхен разжимает пальцы. — Все это – грех, — он выдыхает эти слова ей в лицо. — Повтори. — Самоубийство это грех, — срывается с сухих губ девушки, и она прикрывает глаза. Парень отстраняется и поднявшись с колен, выпрямляется в полный рост. — Полотенце и чистая одежда лежат на стиральной машине, — говорит парень, а мгновение спустя выходит из ванной, закрыв дверь за своей спиной.