Часть 1
26 сентября 2017 г., 21:04
Маюзуми восемнадцать, и, похоже, он влюбился.
Сейджуро мелкий. Во всех параметрах. Даже Момои как-то обмолвилась, что в средней школе могла носить Акаши на руках. Но Чихиро это не удивило — так Чихиро тащил бы Принцессу при каждом удобном случае.
Маюзуми ненавидел Сейджуро. Ненавидел довольные улыбки и сочащиеся-таки сарказмом фразы. Однако больше всего Маюзуми терпеть не мог его лёгкость. Акаши же жил себе спокойно, командовал вежливо направо и налево и делал равнодушно-напускной вид.
Чихиро готов порвать Акаши в клочья.
— Маюзуми-сан, опять ранобэ?
У Сейджуро выразительные глаза, и последующий остаток молчания они ни на минуту не выходят из головы. Маюзуми словно впервые их замечает — бесится. А тому забавно играть с закреплёнными на пальцах нитями. На крыше, наверное, сейчас идёт дождь.
Чихиро по ночам не спит и отчаянно винит в этом Акаши. И его мелкость, разумеется. Заодно винит Момои, её рассказы о средней школе, засевшими ненормальными мыслями. У него просто чешутся руки, хочется закрыть глаза ладонями или ударить себя подушкой — идеи опустошить себя как назло не приходят, приходят чёртовы фантазии. Маюзуми вздыхает и тянется к книгам, будто бы приросшим к тумбочке рядом с кроватью.
На следующий день у Чихиро настроение к чёрту, тёмные мешки и полный раздражения взгляд. Он пропускает вроде как важные темы, не отвечает на вопросы, да и его никто не спрашивает. Ну и ладно, сдалась ему литература, всё равно давно уже знаком.
Учитель ему понимающе улыбается, кивает, мол сам через это прошёл, отдыхай, дружище. Но Сейджуро не согласен с сенсеем и тычет сзади отточенным только что карандашом. У них объединённый урок; Маюзуми даже вспомнил божества, имена которых так трудно запомнить из-за их обилия.
Так продолжается вплоть до выпуска: бессонные ночи, проблемы со здоровьем, постоянные взволнованно-заботливые упрёки матери. Чихиро искренне рад, что наконец покидает стены старшей школы.
***
— И что ты тут делаешь? Маюзуми двадцать семь, у него замечательная работа и собственная квартира. А ещё у Чихиро мысленный истерический смех, безразличие внешне, потому что перед ним стоит Акаши — такой же мелкий, если не короче, чем в Ракузан. — Во-первых, здравствуй, Маюзуми-сан, — Сейджуро протягивает ладонь, хрупкую, точно женскую. Отличий, наверное, не будет, разве что перчатки мужские. — Я тут совершенно случайно оказался. Чихиро смотрит подозрительно, ловит снежинки ресницами, размазывая силуэт Акаши до неясного пятна. Рядом кафе манит огнями. Почему бы и нет? — Давай по чашке кофе, — коротко бросает он, двумя шагами преодолевая расстояние до двери. В кафе тепло, уютно; они удаляются в самый угол, куда звук оркестра доносится глухо. Но Чихиро сильно недоволен. Громкое сердце бьётся так, что больно, и идиотская улыбка тянется. Благо шарф есть, не спалится хоть. Сейджуро считает своим долгом спросить о вязаном элементе имиджа. — Тебе он мешает? — в ответ отзывается Маюзуми. — Выглядит необычно, — говорит тот снисходительно. — У тебя уши красные, Маюзуми-сан. — Не обращай своё драгоценное внимание, я болен. ____ Вечер проходит быстро. Акаши и Чихиро прощаются у ворот парка, по которому гуляют после кафе. Сейджуро строит из себя «милого бывшего кохая», потому что Маюзуми не желает отпускать прошлое. — Ты соврал? — вопрос как утверждение, а на лице — добрая усмешка. Чихиро думает, добро и Акаши — вещи совсем несовместимые, однако забивает на мысль. Он ведь тоже подобный ему: ничем не лучше, ничем не хуже. Они даже, возможно, в одинаковом положении. — Не отрицаю. — Тогда не возражаешь, если я тебя поцелую? Маюзуми нечего сказать. То есть он сказал бы, однако губы Сейжуро, неловко потянувшие в нежный поцелуй, лишают его всего.***
Чихиро по-прежнему двадцать семь. Он уволился с работы, живёт в огромнейшем особняке и пишет роман. А ещё на его коленях хорошо устроившийся Акаши с детским любопытством вглядывается в красивый почерк Маюзуми. Чихиро до сих пор влюблён. Сейджуро влюблён тоже.
