КВИ. Секретные агенты

— Ни-че-го себе! — Только и смогли произнести все хором. Но неожиданно раздался ужасный, режущий уши звук. — Это тревога? — Испуганно спросил Частокол. Ну что ж, его можно понять…. Услышь я этот звук впервые, я бы подумал, что это не тревога, а неисправность в двигателях. Но я-то знал, что это: — Да нет. Это Тигра «Rammstain» включила…. или «Когг из дэт»*…. Не знаю… — Тем временем, на плёнке стихли ужасные аккорды, и пошла партия голоса: « Oh, Mister Hamilton, what have you done? Look at this terrible trend you’ve begun…. »** — Точно, — вздохнул я. — «Когг из дэт». ****** После двадцать восьмого прослушивания дарк-кабаре, я, уже не отдавая себе отчёта, схватил свою кейтару и, перекрывая скрежет динамиков, взял ре-минорный квартсекстаккорд. Учитывая эффект дисторшн (который всегда выставлен на основной лад), получилось мощно. — Тигра! Хватит! — Во мне проснулся великолепный солист треш-метала. — Хочешь слушать «Когга» — возьми наушники! Или колонки нормальные купи! — Тигра же в ответ хитро на меня посмотрела: — Клавиши достал? — Ох, не нравится мне этот прищур, да и вопрос тоже. — Может, тогда чего-нибудь исполним? Всё равно ведь достал инструмент…. — Ну вот, пожалуйста. Что я говорил? Стандартная развязка для всех её вопросов. — А давай! — Согласился я. — «Переведииии мееееня чеееерез маааайдан…»*** — Начал я более-менее спокойную песню. Допевали мы уже под дисторшн и хором: «И места не было, где кончился майдан! Йес!» — на последний слог пришёлся самый мощный аккорд. А позже мы все уже «снизошли» до более спокойных ритмов, таких, как «Волкодав» группы «Мельница». В конце концов, дошло до смешного: Воробей, Горелый и Частокол потеряли голос, кейтара — работоспособность, а Тигра — флешку с важными данными. И тогда все поняли: «Вечеринку надо кончать!» На чём и разошлись, кто спать, кто ещё как-нибудь убивать время, а наша «безголосая» троица вместе со мной отправились чинить «муз. инструмент», как называет мою кейтару Тигра. Последняя же, в свою очередь, лазила где-то под приборной доской, бормоча что-то вроде: «Да куда ж я её посеять-то могла, блин?» Вобщем, всё успокоилось, все успокоились…. Но вот надолго ли? ***** Ночь…. Глубокая, тёмная, беспроглядная ночь…. Вот из темноты вышел такой же чёрный и таинственный кот…. Бесконечно холодный, ненавидящий взгляд его синих глаз стал теплее и легче. — Коршун, это ты? — Молодая, ещё не закончившая обучение кошка испуганно взглянула на собеседника. — Я, Тигра, я…. Кто ж ещё? — Обычно жёсткий и резкий, голос его стал ласковее и тише. — Не знаю…. — Задумчиво сказала Тигра. — Знаешь, а я вот думаю…. Думаю, а есть ли у нас будущее? Ты — полевой спецагент, а я простая штабистка…. — Тигра, прости…. — Голос Коршуна пронзила острая боль. — За что? — Удивлённо спросила Тигра. — Понимаешь, Коготь сказал мне выбирать. Ты, или карьера….— Проговорил Коршун надломившимся голосом. — И что ты выбрал? — Она начала понимать, но было уже поздно…. Подумав, чёрный кот ответил с болью на сердце: — Карьера…. — И тут рядом появился Звездоцап, которого тогда ещё звали Коготь. — Отлично…. Правильный выбор! — Сказал он, злобно рассмеявшись. — А теперь, прикончи её! — Что? — Голос Тигры был полон ужаса. Отступать было некуда. С одной стороны подходил Коготь, с другой — Коршун. Сзади был высокий и ужасающе близкий обрыв. В глазах Коршуна никогда не было и больше уже не будет такой боли. Как будто он теряет часть самого себя…. Закрыв глаза и мысленно решившись, на всё это ушло не больше секунды, Тигра сделала шаг вникуда. Бесконечная пропасть раскрыла объятья…. Секунд шесть полёта, показавшиеся вечностью, сменил резкий и очень сильный удар…. Острая боль…. Темнота перед глазами…. Очнувшись, Тигра глянула в своё отражение в лужице от недавнего дождя…. Мир Тигры, всё её счастье, все мечты, все радости и горести жизни обрушились в одни момент. Нет, её жизнь больше никогда не будет такой, как прежде…. А всё из-за одной лапы…. ***** Вспомнив тот случай, Тигра снова ощутила давно забытую боль в передней правой лапе. Несколько месяцев сращивала она перелом, ждала, когда снимут гипс, привыкала к тому, что лапу нельзя нагружать…. И всё равно, при сильной перегрузке, плечо нещадно болело…. Но больней было вспоминать о Коршуне и его предательстве…. Неожиданно, надетый на лапе браслет запищал, как голодный котёнок…. — Чёрт, ещё и пульс! — Воскликнула Тигра. Да, тот браслет, который она выдавала за украшение, на самом деле был ни чем иным, как измерителем сердечного ритма…. Как ни крути, а ударилась она тогда не только лапой…. Убирая фотографию Коршуна, она злобно произнесла: — Я тебя любила, а ты сделал меня калекой! Ты за всё ответишь, слышишь, Коршун, за всё!