Игра в богов

Аргарос резко появился возле кровати (хотя только-только сам лежал на ней.) Он пошел в сторону правой от кровати стены. Келла осторожно спрыгнула с кровати и медленно пошла за ним. Она пока шла заметила, что дверь приоткрыта и в щели видны две пары глаз, одна из пар светящиеся… Келла тихонько прошептала.  — Значит места хватило лишь на двоих… Аргарос не обратил на ее слова внимания.  — Ты идешь?  — А?.. Да, да иду. Он подошел к стене и та с жутким хрустом, треском, и трекотанием превратилась в несколько десятков корней которые были запутаны в клубок не давая увидеть, что находится за ними. Они выглядели… красиво. Из них росло множество различных цветов и другой растительности. Корни начали с тихим шелестом распутываться и расходиться в стороны образовывая арку в «живой» коридор стены которого были из тех-же корней. По большей части растительности составляли белые цветки похожие на гибрид лотоса и лилии. Чем дальше шли Аргарос с Келлой тем темнее становились цветы. В конце коридора цветы были абсолютно черные. Казалось, что ты идешь просто по черному тоннелю, но если коснуться стен то можно почувствовать мягкие, шелковистые лепестки. По ту сторону виднелось мягкое, синее сияние. Оно немного слепило Келлу, Аргарос же привык. Когда они вышли из коридора, то свет стал слепить слабее, а глаза начали привыкать к этому сиянию. Келла увидела, что они находятся на довольно большой полянке с светящимся синевой озером. За ним в нескольких десятков метров было что-то вроде огромного мемориала. Мемориал выглядел как группа людей совершенно по разному одетая и экипированная. Один был одет в тяжелый, полный доспех и держал в руках двуручный меч. По двум сторонам от него были двое в кольчуге, парень и девушка. У девушки был лук, а у парня два кинжала. Один был с различными изгибами чем напоминал змею, а второй весь в трещинах и черный. Позади них стояли девушка с огромным, двуручным тесаком в правой руке. Он был частью длинной алебарды… если быть точным, то самим лезвием. Одета она была в не полный доспех. Без шлема. Она сильно улыбалась чуть-ли не от уха до уха и свободной рукой обнимала низкую девчушку которая кротко улыбалась в ответ. В руках девчушки был посох который вверху расходился на четыре ветви которые создавали корону. Внутри короны летала сфера которая сияя ярко голубым светом оставляла на навершии посоха сверкающий иней. Справа от девушки с алебардой стоял парень одетый в балахон магистра. Он держал в одной руке посох в виде змеи во рту которой был зеленый камень из которого исходил зеленый дым. В глазах змеи было два камня. В правом был темный самоцвет, в левом светлый. Правой рукой он держал палецу пылающую серебряным пламенем. Все они улыбались так или иначе. Они выглядели такими… счастливыми. Магистр на самом деле не улыбался. Он смотрел на всех с легкой ухмылкой немного запрокинув голову назад. Это не была улыбка сарказма или чего-то подобного — нет. Это были спокойствие и доброта. За мемориалом простиралось большое поле полное воткнутых в землю мече, алебард, молотов и так далее. На них находились разные шлемы. За ними были бугорки земли. Келла быстро поняла, что это могилы. Сотни, тысячи могил. Со стороны входа у озера было маленькое пригорье с выступом. Везде было множество цветов из-за которых было сложно увидеть землю. Из земли росли высокие хрустальные подсолнухи которые на ощупь были мягкими. Они колыхались от легкого ветра который ели чувствовался в этом месте. Он нес легкую прохладу. Когда Келла посмотрела на Аргароса, то тот горел золотым с черным пламенем. Она видела, как он идя к этому уступу превратился в какого-то рыцаря в немного подплавленных доспехах с в некоторых местах подпаленным меховым плащем на котором даже так виднелся некий герб, но его было сложно рассмотреть. В его левой руке был щит с ели видными гравюрами которые Келла вовсе не могла понять из-за того, что на щите были следы сотен сражений, на нем даже виднелись следы плавления. По виду было заметно, что это тоже следы битвы. В правой руке был длинный меч на ручке которого был выгравирован дракон, а на клинке с запекшейся кровью были видны сцены баталий. Аргарос выглядел даже… завараживающе в таком обличие. Отчасти это заслуга того, что пока он приближался слышались треск костей, разрывание плоти и многие другие жуткие звуки. Из зазоров среди пластин брони текла кровь, но Аргарос шел дальше. Он будто вовсе не чувствовал боли. Ни капли. Он шел с такой уверенностью, что казалось будто он правда слишком задумался о чем-то и даже не знал о боли. Келле даже на секунду показалась, что если она спросит у Аргароса не больно ли ему, то тот резко вскрикнет от боли. Аргарос тем временем уже стоял на утесе в идеальной тишине. Ветер становился сильнее. Он встал по стойке смирно, отпустил щит и меч которые совершенно беззвучно упали на землю. Совершенно спокойно он сжав руки в кулаки, правой рукой коснулся доспеха на месте сердца, а левую убрал под плащь который из-за усилившегося ветра стал немного поддаваться ветру и отклоняться в сторону. Келла начала осторожно подходить к нему так чтобы не помешать ему… что бы он там не делал. Как только она подошла на ростояние вытянутой лапы и тихонько села позади него. Аргарос расслабил руки и шагнув назад обратно превратился в пони. Он совершенно спокойно сел на круп. С земли никуда не исчезли щит и меч, поэтому Келла была немного в неудобном положении, ведь ее удобному общению с Аргаросом мешает торчащий между ними из земли меч. Но они все-же медленно исчезли. А если быть точным то Келле было достаточно моргнуть и они в самом деле исчезли. Аргарос же повернулся в ее сторону и начал спокойно говорить.  — Теперь я задаюсь вопросом… зачем же я привел тебя сюда, если до этого здесь почти никого кроме меня не было… как ты думаешь?  — Я… не знаю. Мне показалось, что ты был сильно опечален чем-то.  — Хм. Странно ты относишься к тому, кто по сути забрал тебя из родного мира и не сказать, что тебе это сильно понравилось в тот момент. -… Если быть честной, то отец меня постоянно контролировал и даже не давал подружиться с кем-то. А если я с кем-то и дружилась, то это были другие солдаты… но даже так отец узнавая все это переводил меня подальше от новообретенных друзей.  — Могло быть и хуже, но да. Тебе не повезло с отцом… точнее с его расположением к друзьям и знакомым.  — За свою жизнь я многое повидал и на самом деле такие случаи хоть редки, но такие бывают. Хотя если судить все по частоте того, как я нахожу это… тогда подобные случаи повсеместны.  — Для тебя что-то подобное является обычным?! Аргарос усмехнулся.  — На самом деле только этим я и живу.  — Пугающая должно быть жизнь…  — Не особо. Я привык к подобному, ведь проживи ты столько, сколько живу я — ты бы увидела множество самых ужасных вещей…  — Хей…  — Что? Аргарос посмотрел на Келлу. Она улыбалась. Но было также видно и печаль в ее взгляде.  — Хех. Интересная же ты персона… на самом деле вы все очень интересны. Келла еще пару секунд смотрела на Аргарос молча, а после резко отвернулась.  — Неужели ты смутилась только от того, что тебе сделали комплимент. Келла начала тихо бубнить.  — Я же рассказывала, что у меня не было ни друзей, ни знакомых, я просто не привыкла к подобному.  — Чтож. Это имеет смысл. Она все-также продолжает бубнить.  — А что происходило с тобой до того как ты стал… таким?.. Ты же не всегда был таким верно?  — Перед тем, как стать чудовищем. Я истребил всех разумных существ в своем мире. — Аргарос говорил это смотря Келле в глаза. Она кажется от подобного заявления зависла на какое-то время.  — Я делал это далеко не из удовольствия или собственного желания — уж поверь.  — Что заставило тебя сотворить подобное?! Отвисла — так отвисла, сразу сорвалась на крик. Келла резко закрыла клюв лапами и чуть-ли не прошептала.  — Прости…  — Да ничего — я привык. Секунд десять царила полная тишина, но Аргаросу она буквально надоела.  — Когда-то давно, я был кем-то вроде генерала армии… вел целое войско которое принадлежало мне и выполняло только мои команды. Другие армии моего народа, как и «генералы» меня побаивались.  — Почему?  — Я был лишь наполовину представителем их расы. Другой половиной я был представителем расы, что воевала с той.  — Оу…  — Думаю ты поняла, как сложилось мое детство в итоге.  — Тебя презирали…  — Если бы только это. Мне практический ежедневно подсылали убийц, пытались отравить, казнить и тому подобное. Келла молчала.  — В детстве у меня все-же было немного друзей. Мы с ними продолжали общаться и повзрослев. Келла просто улеглась поудобней на этом утесе и смотря Аргаросу в глаза готовилась слушать историю.  — Я был сыном одной из самых влиятельных семей в империи и поэтому у меня получилось выучиться всему у лучших, скорее всего поэтому я и выжил. Шли годы и я стал «генералом», после чего под моими знаменами становилось все больше тех, кого общество не желало принимать… по большей части это было из-за веры. В одном из своих приключений по миру, я обрел сестру, таковой мне стала маленькая девчушка из другой расы. Моя армия сразу приняла ее как родную. Аргарос невольно усмехнулся и запрокинув голову назад начал улыбаться.  — Ах… Веселые же были засранцы в моей армии! Аргарос резко перестал улыбаться.  — Но в один день мою сестру убили, ее зарез присланный советом скаут… я обнаружил ее в своей постели истекающей кровью. И последние ее слова побудили меня покончить со всем… я не помню их дословно, но вроде так: «Уничтожь этот прогнивший мир, чтобы освободить место для лучшего.» Келла сразу поникла.  — После этого выйдя на улицу и прогулявшись по городу, я обнаружил то, что не видел никогда раньше: голод, смерти, убийства, нищету, я даже видел, как взрослый мужчина избивал ребенка ради поганого куска хлеба. — На последних словах Аргарос уже переходил на рык. — Лишь увидев все это, я решил, что исполню последнюю просьбу своей сестры. Я подготовил армию, они увидели тело моей сестры и в абсолютном большинстве решили пойти со мной… она ведь и для них была как часть большой, дружной семьи. Я же говорил… ее все любили. Кажется… да. Келла тихонько плачет. Видимо грифина в такой изоляции от народа не привыкла даже думать о подобном.  — В тот день я вывел войска из города и начал готовится. Спустя пару лет, я набрал в свои ряды всех тех, кто желал смерти тому проклятому миру и обрел новые силы… с этими силами, я отправился в столицу империи, где когда-то жил и начал убивать всех и каждого на своем пути. Мне рассказывали, что в день моего рождения на небе светила «Кровавая Луна» и в день этого геноцида она тоже была на небе. В один момент, я обнаружил, что убил всех. Стражники, «Генералы», даже король… помимо них бесчисленное мирное население — никто не смог уйти. Город был в осаде моей армии и убивали всех, кто выходил. Кела продолжала плакать, но теперь она зажмурилась.  — А после… мы всей армией уничтожали все разумные народы в этом мире. В конце концов остались только мы… после праздника не прекращавшегося неделю, солдаты с улыбкой смотря на меня начали бойню между собой. Последние двое солдат оставшихся после всего этого просто встали напротив друга, вознесли мечи и с улыбкой на счет «три» отрубили друг другу головы. Остались лишь я и мои давние друзья… единственные. Они все это время служили мне, помогая управляться с армией. Сейчас же… они подали мне мое оружие и встав на колени сказали, что хотят принять смерть только от моих рук… Из правого глаза Аргароса потекла самая обычная слеза, а он смотрел в потолок. По нему было видно, что его немного трясло от всего этого. Келла тоже это заметила, но она не могла угомонить такой сильный поток слез. Она оказалась чувствительной к подобным рассказам.  — После того, как я отрубил им головы… я в отчаяние проткнул и себя. Последнии мои мысли были о том, что все закончилось, а после — я проснулся. Я превратился в существо, что сейчас перед тобой… за все то, что я сделал — смерть отвергла меня. Она отказалась забирать мою душу. Хех. Впрочем она потом успела пожалеть об этом. Келла уже не плакала, а ревела. -… Есть идея. Аргарос встал, подошел к Келле и сказал.  — Смотри. Келла немного приподняла голову и увидела, что рядом с Аргаросом летает маленькое, переливающееся, красное сердечко.  — Сейчас тебе немного полегчает. Аргарос поднес это сердечко поближе к себе, сел и обняв его крыльями — прижал его к своей груди. Келлу сразу охватили приятные теплота и спокойствие.  — Ч-что это? — Келла была не решительна и это чувствовалось в голосе.  — Это твоя душа. Я призвал ее и придал ей материальный вид. Келла не знала как на это реагировать, но ей было так хорошо, что ее это не сильно беспокоило.  — Иди сюда. Арогарос распахнул крылья, а Келла будто этого и ожидая быстро запрыгнула на свободное местечко прямо перед ним, давай себя обхватить крыльями. Ее душа тоже была где-то там. Она чувствовала, как ее душа находится где-то в оперении его крыла и ее это устраивало сейчас. Они сейчас выглядели довольно забавно. Из объятий Аргароса виднеется лишь голова Келлы. Аргарос телепортировал ее душу за пределы своих крыльев. Келла это сразу почувствовала и возмутилась.  — Что-то не так?  — Нет. Просто хочу тебе показать еще парочку вещей. Аргарос поднес душу Келлы к своей морде и начал тихонько дуть теплым воздухом на нее. Келла вздрогнула, но сразу расслабилась и с кротким вздохом обмякла в крыльях Аргароса. Сам же Аргарос начал проводить различные манипуляции с душой Келлы. Сначала он просто «Ласкал» душу, но в один момент с хитрейшей улыбкой он засунул ее в рот (от чего Келле стало очень даже не по себе и она даже успела задумать о том, что сейчас умрет), но Аргарос не сожрать ее хотел. Он начал легкими движениями лизать душу со всех сторон. Келла начала трястись, а ее дыхание становилось тяжелее и громче. Аргарос чувствовал, как ее душа ритмично билась в такт ее сердца. Крылья Келлы на фоне всех этих ощущений не раз пытались выпрямиться, но это было для них невозможной задачей в объятьях Аргароса. Вскоре Аргарос решил вновь исхитриться и разделил свой язык на восемь продолговатых отростков. Теперь он обхватывал сразу всю душу своими языками медленно двигая ими по всей душе. Келла не готовая к подобному чуть-ли не подпрыгнула с писком, но ей помешали крылья Аргароса которые продолжали удерживать ее в объятиях. Она до невероятного сильно дрожала… От такого даже Аргароса ели заметно трясло, чисто из-за передающейся тряски от Келлы. Аргарос продолжал играться с душой Келлы на протяжении получаса в то время как Келла извивалась в его крыльях как змея и даже не пыталась сдерживать постанывания. Спустя какое-то (невыносимое для Келлы) количество времени Аргарос отпустил душу Келлы по которой текли светящиеся капли медленно скапливаясь в нижней части души и растягиваясь капали вниз.  — Физический вид души имеет лимиты, это его минус… сейчас этот излишек в твоей душе выказывается тем, что энергия сочится из нее. Аргарос тихо посмеялся и душа подлетела к мордашке Келлы.  — Ну же, попробуй ее. Он подтолкнул своим носом душу поближе к клюву Келлы. На носу Аргароса остался светящийся след. Келла поддалась на его провокации и приоткрыв клюв коснулась языком собственной души. Ее в ту же секунду передернуло и она вскрикнув вытянулась.  — Сразу кончила? Видимо это будет все очень даже интересно. Аргарос смотрел на Келлу которая окончательно обмякла и ели заметно подергивалась.  — И сразу отключилась… Эх, а веселье ведь только начиналось. Убрав крылья, ему стало видно, что она была вся мокрая и по виду можно было также сказать, что кончала она далеко не один раз.  — Чтож… это… многое объясняет. В голос посмеявшись, он накрыл ее созданным одеялом и спрятав ее душу обратно в тело, после чего спокойно развернулся, и пошел к выходу из этого места.