Shards of Tomorrow

"Счастлив тот, кто быть самим собой может" Ф. Гагедорн

Вздрогнув от неожиданного и громкого звука, гриффиндорка пошевелилась и открыла глаза. Медленно села, восстанавливая в памяти события вчерашнего дня и только после этого повернула голову на шум. На краю кровати сидел Малфой, тихо чертыхаясь и пытаясь струсить с себя что-то, судя по всему, осколки стакана с водой, что стоял на краю полки рядом с кроватью. Молча поднявшись и обойдя кровать по кругу, Гермиона принялась помогать слизеринцу, но осколков было столько, что, казалось, по ним прошлись несколько раз. - Почему ты не позовешь Линки? – Спросила она, перекатывая блестящие стекляшки в ладони. - Потому что сие неприятное происшествие произошло всего несколько минут назад. У тебя просто талант не вовремя просыпаться. – Драко издевательски ухмыльнулся, а девушка нахмурилась – вечером он вел себя совсем не так. Вернулся к старому сценарию? - Ладно. Гермиона закатила глаза и поджала губы, чтобы ненароком не спровоцировать ссору. Ответить что-нибудь очень хотелось, но ругаться сейчас нельзя, они с Малфоем в одной лодке. Поэтому, чтобы не способствовать установлению неловкой тишины, девушка потянулась и коснулась тыльной стороной ладони лба слизеринца, попутно отведя его челку в сторону. Реакция Малфоя превзошла любые ожидания. Он дернулся, будто от удара током, и больно схватил Гермиону за запястье. - Что ты делаешь, Грейнджер? – Тихим, пробирающим до костей голосом произнес он. - У тебя всю ночь была высокая температура. Не хочу, чтобы это повторилось. - А тебе какое дело? – Он с презрительным смешком отпустил ее, и гриффиндорка немного отошла и присела в кресло, потирая запястье. - Ну, знаешь, выхаживать тебя придется мне. Сомневаюсь, что эльфы обучены этому. - Я и сам могу справиться. Тебя никто не заставляет. – Слизеринец высокомерно хмыкнул, а девушка так и не смогла понять, какая муха его укусила. - Малфой, мы теперь вроде как…напарники. – На последнем слове голос Гермионы дрогнул. Ей было крайне сложно представить их двоих на расстоянии меньше, чем несколько метров, а сотрудничество вообще выходило так себе. - Мы не напарники, Грейнджер! Ты что, забыла? Я – Пожиратель Смерти! Очнись, гриффиндорка, ни о каком сотрудничестве речи не идет. – Малфой холодно улыбнулся, но в его выражении лица проскальзывала какая-то горечь. – У меня есть палочка, не забывай об этом, и твоя маленькая никчемная жизнь может оборваться в любой момент. - Ты меня не убьешь. - Это почему же? – Драко вальяжно поднялся с кровати и приблизился к ней. А потом наклонился, уперев руки в подлокотники, и ухмыльнулся. - Потому что ты не Пожиратель, Малфой. Если бы ты был им, то не сбежал бы. Кроме того, ты мог лишить меня жизни уже не знаю сколько раз. Знаешь, на сотом или тысячном сбилась со счета. Но ты этого не сделал, так что напрашиваются определенные выводы. – Гермиона выровнялась, и сложила руки на груди. Из-за этого жеста их носы оказались на одном уровне очень близко. А учитывая полутьму, царившую в комнате из-за задернутых гардин на окнах, выглядело все довольно интимно и ощущалось так же. Гермиона была крайне рада, что Малфой не может видеть этого. – Метка ничего не меняет. Может, Темному Лорду и было важно клеймить своих слуг, как племенных животных, но на самом деле метка – пустышка. Она не меняет ни твоего характера, ни взглядов. Ты был и остаешься обычным человеком, неплохим магом, наглым хорьком с голубой кровью в твоих аристократических венах. Но не более! Ты – не Пожиратель, просто прими это уже! – Последнюю фразу она договорила на выдохе, а потом замолчала, пытаясь выровнять дыхание. - Хм… - Слизеринец перестал улыбаться и, подхватив вьющийся локон Гермионы, принялся крутить его в пальцах. Гриффиндорка замерла. – Ха! – Он весело улыбнулся, отпустив волосы девушки. – А ты нарываешься, Грейнджер, точно тебе говорю. Гермиона пораженно замерла и даже перестала дышать от охватившего ее возмущения, когда Малфой преспокойно выровнялся и потянулся. Выглядел слизеринец при этом так, будто только что не произошло совершенно ничего серьезного, кроме того, его настроение явно поднялось до отметки «отлично». - Линки! - Да, хозяин. – Эльф тут же материализовался прямо позади гриффиндорки. Точнее, он выглядел так, будто стоял тут все это время. - Приготовь завтрак. - Завтрак уже подан, хозяин. Вы и юная мисс можете спуститься в столовую для трапезы. – Эльф поклонился и исчез так же незаметно, как и появился. У Гермионы даже мелькнула мысль, что он использует какую-то магию для отвлечения внимания. - Идем, Грейнджер. Малфой автоматически смахнул несуществующую пыль с идеально выглаженной черной рубашки. И только тут девушка заметила, что он когда-то успел сменить одежду и вымыть волосы. Спрашивать об этом она, конечно же, не стала. *** Столовая поражала еще большим великолепием, чем остальной дом. Посеребренные вазы, гардины в тон и пол, покрытый мягким ковром. Гермиона не могла объяснить себе причину, но ей здесь нравилось. Эти большие окна и комнаты, залитые солнечным светом, совершенно не хотели ассоциироваться с родом Малфоев. И этот дом уж точно не напоминал поражающий своей мрачностью Малфой-менор в Англии. Тут было…по-другому. Но, тем не менее, Драко не выделялся из общей картины, идеально вписываясь как хозяин сего великолепия. - Садись. Он отодвинул один из резных высоких стульев, обтянутых бархатом, и сделал приглашающий жест ладонью. А Грейнджер почувствовала себя принцессой во дворце. - Спасибо. – Она аккуратно присела на самый край. Как только Малфой сел на свое место, в комнате, будто по щелчку, появились два эльфа с подносами в руках. Один из них – уже знакомый гриффиндорке Линки. Второго она не видела раньше, но создавалось такое впечатление, что этих двоих печатали под копирку, настолько домовики походили друг на друга. Поставив свою ношу на стол, второй эльф почтительно поклонился Малфою. - Кори рад вашему возвращению, молодой господин. – Тихо пробормотал он. К слову, голос эльфа был полностью лишен того слепого восхищения, с каким говорил Линки. Это создавало впечатление, что Кори старше своего двойника. - Это мисс Грейнджер, Кори. – Драко кивнул в сторону Гермионы. – Вы должны были подготовить для нее комнату. - Комната для юной мисс уже готова, господин. Также Кори подумал, что мисс понадобится одежда. - Хорошо. – Драко удовлетворенно кивнул и жестом сказал эльфам, что они могут быть свободны. Как истинный хозяин. Правда, это кардинально расходилось с мнением Гермионы о том, как Малфои обращаются со своими слугами. Точнее, Люциус вел себя совершенно по-другому. Малфой двумя пальцами подхватил прозрачный стакан с вином и посмотрел на Гермиону. На его губах заиграла улыбка. - Они близнецы: Линки и Кори. Кстати, можешь уже закрыть рот, Грейнджер. – Он хмыкнул и облокотился на спинку. – Дай угадаю, ты думала, что я ем эльфов живьем? - Нет, но…у меня сложилось несколько другое мнение о том, как вы относитесь к домовикам. – Грейнджер тоже позволила себе немного расслабиться и только сейчас посмотрела на то, что принесли слуги. Из ее горла вырвался разочарованный вздох. Она ожидала чего-то…помпезного, необычного или хотя бы интересного, но овсянка никоим образом не соответствовала этим ожиданиям. - А на что ты надеялась, Грейнджер? – Малфой пожал плечами, снимая крышку со своего блюда, где дымилось хорошо прожаренное мясо, щедро политое соусом. – Ты не ела сколько? Два или три дня? Овсянка – это лучшее, на что ты сейчас можешь рассчитывать. - Мне кажется, ты просто мстишь мне. – Гермиона уныло поковыряла ложкой с детства ненавистную кашу, то и дело косясь на аппетитную мясную ножку в тарелке слизеринца. - Глупости. За что мне мстить? - Ну, не знаю. С поводами у тебя никогда проблем не возникало. - Не сегодня, Грейнджер. Мне пока не нужно, чтобы ты у меня в особняке умерла от голода или от каких-нибудь желудочных расстройств. – Драко покачал головой и принялся за еду. И Гермионе бы последовать примеру, но что-то в его словах насторожило. Например, в мире, где практически все лечится специальной медицинской магией и люди не особенно задумываются, как это работает, откуда Малфой знает о желудочных расстройствах? - И этот человек угрожал убить меня десять минут назад. – Она усмехнулась. – Кстати, откуда такие глубокие познания в области расстройств? - Какая теперь разница? – Гриффиндорке показалось, или Малфой как-то погрустнел? - Большая. Мне интересно. - Я…хотел стать медиком когда-то. Но сейчас это уже не имеет значения. – Он криво улыбнулся и снова принялся за еду. Гермиона тоже замолчала. Ей казалось, что продолжать разговор на эту тему было бы как-то бесчеловечно, что ли. Малфой и так знает, что практически все дороги для него теперь закрыты, а в медицину и подавно. Не стоит вскрывать эту рану. Так и не придумав, на какую другую тему можно завести разговор, гриффиндорка решила попробовать кашу, ибо есть очень хотелось. Оказалось не так плохо, как она думала. От каши тут было всего ничего. Да тут фруктов было больше, чем каши! Это пришлось Гермионе по вкусу, так что через несколько минут тарелка была пуста. Малфой еще не закончил, и девушка от нечего делать смотрела в окно. А плохие тревожные мысли лезли в голову уже как-то сами собой, без ее непосредственного участия. И совершенно не к месту вспомнилось, что это особняк Малфоев, и вдруг у Пожирателей и здесь есть свои кадры? В конце концов, у Темного Лорда были длинные руки. Через несколько минут Грейнджер уже на сто процентов убедила себя, что их совершенно точно найдут, причем совсем скоро. Из-за этих мыслей она опять пропустила момент, когда эльфы принесли вино и исчезли. Гермиона откровенно не понимала, зачем это нужно, ведь на столе уже стояла одна бутылка. Заинтересовавшись принесенным, девушка подтянула обе емкости к себе. Да, выглядели они точно по-разному. Одна из мутного стекла с наклейкой из обычной не очень качественной бумаги – такие продавались на каждом углу в любом городе мира и стоили до смешного дешево. Так сказать, для обывателей. Другая же будто кричала: «Посмотри какая я дорогая!». «Это что, позолота? На вине?!» - Гермиона повнимательнее всмотрелась в витиеватые буквы названия. И да – это действительно была позолота. Не стоило даже и представлять, сколько это стоит. - Это «Аurantiaco Vinum»* или «Оранжевое вино» - очень известное в кругах магической аристократии. Его делает кто-то из чистокровных, не помню, кто. Но, по-моему, отец дружил с ними. – Малфой нахмурился, задумавшись и, кажется, всерьез намереваясь вспомнить, кто именно изготовляет это вино. Но Гермионе, откровенно говоря, ни о чем не говорило ни название вина, ни фамилия поставщиков, если бы слизеринец ее вдруг вспомнил. - Это не важно. Я все равно их не знаю, так что это бессмысленно. Но зачем нам вторая бутылка, тут же есть одна? - Эта? – Драко взял из рук Гермионы второе вино, то, которое было дешевым, и брезгливо покрутил его в руках. А потом поставил на пол, словно не он только что крутил бокал с этим самым напитком, делая вид, что это самое престижное и дорогое вино в мире. – Разве это вино? Поверь, от него тут одно название. Линки! Эльф тут же появился рядом со столом. - Юная мисс позволит? – Он несмело протянул к вину руку, и Гермиона с кивком передала бутылку эльфу. Тот, не особо утруждаясь, распечатал ее и разлил по бокалам. Гриффиндорка ахнула – она никогда не видела ничего подобного. Вино действительно не походило на то, что она видела или пробовала ранее. Оно имело мягкий оранжево-розовый оттенок, полностью оправдывая свое название. Гермиона взяла бокал и, нерешительно покрутив его в руках, принюхалась – от вина исходил тонкий, практически неуловимый запах апельсина. Необычно, очень необычно. - Ты уверен, что это вино? - Да, уверен. – Малфой сделал глоток из своего стакана и на его лице появилась улыбка. – Попробуй, это вкусно. Гермиона окинула собеседника скептическим взглядом. Не будучи поклонницей вина или алкоголя вообще, Грейнджер совершенно не умела пить. Пьянела буквально после нескольких глотков. Но это отличалось от остальных. Обманувшись совершенным отсутствием винного запаха и общей схожестью напитка с обыкновенным соком или лимонадом, Гермиона нерешительно сделала первый глоток. Да, так и есть – нет тут никакого алкоголя, а Малфой просто решил поиздеваться над ней! - Ну, как? - Мне кажется, что ты решил обмануть меня. Это совершенно точно не вино, я не чувствую алкоголя. Малфой пожал плечами и ненадолго замолчал. Отпивая еще немного и блаженно жмурясь. А потом он ухмыльнулся, будто что-то вспомнил. - Грейнджер, ты часто пила? - Нет, конечно. Что за странный вопрос? – Гермиона неожиданно для себя тоже улыбнулась и сделала еще один глоток. Ей нравилось это «точно-не-вино». - То есть, пить ты не умеешь? – Слизеринец, сидя напротив нее, заинтересованно подвинулся, поставив локоть на стол и положив на него подбородок. При этом он как-то ненормально предвкушающе улыбался. - Не умею. – Девушка хихикнула и допила остатки напитка у себя в бокале. Не успела она как следует расстроиться, как появился эльф и исправил эту мелочь. Малфой больше ничего не говорил. Только сидел напротив со своей раздражающей улыбочкой на губах. Будто ждал чего-то. Через несколько глотков Гермиона посчитала своим долгом сообщить Малфою, что его улыбка ей не по душе. - Прекрати. - Что прекратить? - Прекрати улыбаться. У меня такое впечатление, что сейчас небо упадет на мою голову, когда ты так улыбаешься. - Мда, везет мне в последнее время на неустойчивых к выпивке собеседников. – Полностью проигнорировав замечание Гермионы, слизеринец продолжал улыбаться. - Раздражаешь. – Она поднялась, оставив пустой бокал на столе и направилась к двери. - Ты куда? – Не поворачиваясь, спросил Драко. Да и зачем ему было поворачиваться? - Я ухожу. Всегда хотела побывать во Франции. Еще несколько минут назад выйти и пойти гулять по совершенно незнакомому городу, причем с риском быть пойманной Пожирателями, показалась бы девушке абсурдным бредом. Но теперь, когда Малфой почему-то так сильно начал ее раздражать, Гермиона подумала: «Почему бы и нет?», и идея прогулки уже не казалась идиотской. В конце концов, она свободный человек и может делать, что хочет. За спиной послышался смешок и тихое «Колопортус». Когда гриффиндорка обернулась он уже прятал палочку в специальный чехол на поясе. «Запирающее заклятие? Да как он смеет?» Нахмурившись, Грейнджер решительно приблизилась к Малфою, который так же нагло ухмылялся, с намерением отобрать палочку. В конце концов, она видит его, а он - нет. Стараясь ступать как можно тише, девушка обошла стол так, чтобы оказаться у слизеринца за спиной. Присев на корточки, она потянулась к палочке. Еще секунда, и пальцы схватили…воздух. А иллюзия, потревоженная внешним вмешательством, пошла рябью и растворилась. - Почти, Грейнджер. Гермиона с криком отскочила от неожиданно материализовавшегося у нее за спиной Малфоя, но, ударившись головой о спинку стула, сдавленно охнула и села на пол. - Если бы ты не была пьяна, то заметила бы подвох. - Я не пьяна! Гермиона взвилась на ноги и возмущенно посмотрела слизеринцу в лицо, только через несколько секунд вспомнив, что это бесполезно. - А чем ты тогда объяснишь твое внезапное желание прогуляться? По незнакомому городу. Одной. - Я свободный человек, а не твой домовой эльф, Малфой. Иду куда хочу. – Прошипела ему в лицо гриффиндорка, а потом хмыкнула и развернулась на сто восемьдесят градусов, ударив Драко по лицу копной каштановых волос. - Безусловно, для эльфа ты немного…крупновата. Вот теперь Грейнджер точно не хотела тут оставаться. Но, как оказалось, предсказать ее действия было не так уж и сложно, ибо Малфой, не успела девушка сделать и двух шагов, схватил ее за запястье и потянул на себя, а когда гриффиндорка потеряла равновесие и начала падать, неведомым образом ухитрился поднять на руки. - Отпусти меня. – Стараясь звучать как можно более угрожающе, произнесла Гермиона. Вырваться силой не представлялось возможным, потому что хватка была стальной, как минимум, а то и кремниевой. Откуда только в нем столько сил? - Послушай, Грейнджер. Прости. Я не думал, что ты напьешься настолько быстро. Если бы я знал, то не предлагал бы тебе такой крепкий напиток. – Малфой вздохнул и опустился в кресло, посадив немного шокированную таким поведением гриффиндорку на колени. Как жаль, что хватку он не ослабил, и выбраться она все еще не могла. - Ты не можешь держать меня силой. Я хочу уйти! Ты раздражаешь! – Было так обидно, почти до слез. Здравый смысл отключился напрочь, уступая буйству эмоций, обид, страху и боли. Всему тому, что гриффиндорка испытала за последнее время. - Я знаю. Как жаль, что ей было сейчас плевать и на то, что Малфой выглядит безумно уставшим, и на его слова в целом. Хотя в трезвом состоянии задумалась бы. - Тогда пусти! – Гермиона попыталась отцепить его руку, но безуспешно. - Объясни мне одну вещь, Грейнджер. - Какую? - Ну, вот пойдешь ты сейчас, как последняя дурочка, гулять по безлюдному пригороду. Ты же понимаешь, что тебя могут поймать? Ты же понимаешь, что можешь наткнуться не только на Пожирателей, но и на обычных воров, бандитов или насильников, охочих до симпатичных одиноких девушек? Вот что ты сделаешь в таком случае? Гриффиндорка перестала вырываться и затихла. Он был прав, прав во всем. Что она может сделать без палочки? Ничего. В мире куча людей, куда сильнее ее. Гермиона просто ненавидела чувствовать себя беззащитной. От обиды и какой-то безотчетной безысходности и страха на глаза вдруг навернулись слезы. Она так много раз пускала слезы в последнее время, что чувствовала себя плаксой и слабачкой. Подумаешь, чуть не убили, подумаешь морили голодом. Они ведь живы, чего тут плакать? Но эмоциям не прикажешь, процесс уже запущен, и гриффиндорка не могла это остановить, как бы ни старалась. Ей вдруг показалось, что это только начало, и все самое страшное впереди. От этого мерзкого ощущения она всхлипнула. - Эй, ты что, плачешь? – Обескураженно спросил Малфой и даже его руки, держащие Гермиону, немного ослабли. Только она уже не собиралась вырываться. – Разве ты не состоишь из умных фразочек и книг? – Попытался пошутить он. Неудачно. - Нет! – Девушка продолжила плакать. Ей становилось легче от этого. А то, что она позволила себе подобное при Малфое – во всем виноват «совершенно-безалкогольный» напиток. – Они нас найдут. Найдут и убьют! - Успокойся, Грейнджер. – Драко нерешительно положил одну руку ей на голову и погладил. Он никогда и никого не успокаивал. Панси не позволяла себе плакать при нем. – Я пошутил. Они не достанут нас здесь. - Ты не понимаешь. Я чувствую, что они близко. – Гермиона, сама того не осознавая, мелко задрожала. - Я обещаю, что этого не случится. Тебе кажется. Это все из-за вина. Гермиона мотнула головой и даже не думала успокаиваться. Ей было тревожно, страшно и мерзко. В конце концов, Малфой не может точно знать, найдут их или нет. Она умрет. И он тоже умрет. - Знаешь что, Грейнджер? – Слизеринец решительно поднялся на ноги, когда девушка издала очередной громкий всхлип. – Мне кажется, тебе лучше лечь спать. - Не лучше! Но Малфой не слушал ее. В какой-то момент, Гермиона плохо помнила, они оказались в коридоре, а потом и в какой-то незнакомой комнате. Но она была слишком подавлена, чтобы примечать детали. - Спи. – Малфой опустил гриффиндорку на кровать и накрыл одеялом. Она не возражала. Просто свернулась калачиком, пытаясь унять дрожь, и продолжила свою недоистерику. Как будто сейчас смогла бы заснуть. - Нет, Грейнджер. Спи – это значит спи, а не продолжай плакать! – Малфой остановился посреди комнаты и стоял там несколько секунд, пока, тяжело вздохнув и пробормотав себе под нос ругательство, не вернулся обратно. – Прекращай! Он лег поверх одеяла и обнял Гермиону за спину одной рукой, другую положив себе под голову. Ей было все равно. Она плакала и жалела попеременно то себя, то Малфоя, то их обоих еще несколько минут. Но усталость и не совсем трезвое состояние брали свое, так что всхлипы стали утихать. Пригревшись рядом с бывшим врагом, Гермиона уснула. *** Атмосфера непонятной угрозы тяжелым грузом ложилась на плечи Драко. Они смогли убежать, но что теперь? Куда им податься и сколько все это будет продолжаться? Хотелось закрыться в комнате и сделать вид, что ничего не происходит. Непозволительная роскошь. Драко отлично знал, что это не решит его проблем. А тут еще и Грейнджер. Вряд ли Малфой мог понять, о чем она думает. Непринужденные беседы, и даже иногда шутки – он никак не мог сопоставить все это с гриффиндоркой Грейнджер. Слизеринец был очень близок к тому, чтобы сорваться. Но бутылка бесподобного «Аurantiaco Vinum» спасла положение. Драко планировал напиться, попытаться забыться на некоторое время при помощи алкоголя. Мало кто знал, но это на вид безобидное и не очень опьяняющее вино на самом деле было безумно крепким. Таким, что аристократы напивались до свинячьего визга, даже не замечая этого. Но тем оно и известно. А еще он почему-то хотел удивить Грейнджер. Она считала его подонком, и Малфой знал об этом, но он, вероятно, этим жестом хотел сказать что-то вроде: «Ха, я тоже могу быть обходительным. С Поттером и Уизли ты никогда бы не попробовала что-то подобное!». Все планы полетели в бездну, как только Драко понял, что Грейнджер не умеет пить. Истинно гриффиндорское качество! Он даже не успел немного захмелеть, когда она уже совершенно точно была пьяна. Сколько выпила? Один или два бокала? Но Малфой быстро нашел себе утешение – это могло стать неплохим развлечением. Но и это не очень-то получилось. Грейнджер реагировала на все слишком остро и исключительно не так, как он рассчитывал. В конце концов, Малфой бросил и эту затею, устав от…всего. Просто подхватил не очень трезвую гриффиндорку на руки и уселся в кресло. Может, она заснет? Но тут произошло то, чего он совершенно не хотел – она начала плакать. А ведь это была просто невинная шутка про то, что ее могут поймать бандиты или насильники, выйди Гермиона из особняка. Она же не знала, что это единственный дом на мили вокруг, да и, к тому же, территория особняка настолько велика, что Грейнджер вряд ли вышла бы за ее пределы. И Пожиратели их тут не найдут, даже если они каким-то чудом есть во Франции. На доме стоит очень мощная защита, делающая его невидимым для любых магов. Пока кто-то из Малфоев не захочет обратного, разумеется. Но слизеринцу таки удалось усыпить Грейнджер. Сейчас она мирно сопела, прижавшись к нему, а Малфой никак не мог заставить себя уснуть. Тяжело вздохнув, Драко переложил гриффиндорку поудобнее и прижал к себе. Он так и не смог забыться. Так и не смог избавиться от тяжелых мыслей. Но конкретно сейчас им ничего не угрожало. Да и он смог спасти не только себя, но и Грейнджер. Так почему бы не гордиться собой? Драко так устал от всего этого, что уже не хотел думать ни об опасности, ни о гордости, ни о чем другом. Не оставалось сил даже на банальные остроты и шутки. Так надоело притворяться высокомерным снобом…