Не называй меня так!

Фушими понятия не имел, откуда здесь взялся Ята, стоящий сейчас около него и крепко сжимающий рукоять бейсбольной биты. «Я же просто вышел кофе в обеденный перерыв попить»,- закатил глаза Сарухико и приготовился к атаке. - Что ты здесь забыл, а Ми-са-ки?- как обычно Фушими медленно по слогам проговорил его имя. Как же он обожал злить Яту, видеть, как щеки его горят, а глаза испепеляют. Истинный слуга красного короля. Такой легко воспламеняющийся, горячий. Самое приятное во всем этом, что, несмотря на вспыльчивость Ятагарасу, так бурно он реагировал только на подколы Сарухико. Даже когда они еще не были врагами. Фушими обожал видеть разъяренного Яту, ведь это была злость только для Сару, и Мисаки тоже был только для Сару. -Не называй меня так!- взревел Ята и бросился на Фушими. Сарухико ловко увернулся от удара Мисаки, обнажил клинок и рассмеялся: -Ты действительно думаешь, что если ты попросишь, то я перестану, Мисаки? -Тогда я заставлю тебя перестать! Красные искры начали отлетать от биты Яты, когда он замахнулся ей. Однако Фушими парировал и стал сам атаковать, нанося удар за ударом. Ята только успевал отбивать атаки Сару, а тот, в свою очередь, напирал, заставляя Мисаки отступать назад. Ята еще не знал, что скоро его спина врежется в бетонное заграждение. А вот Фушими знал это прекрасно, более того, он специально заводил парня в тупик. -В принципе,- Сарухико хитро улыбнулся.- Я могу перестать звать тебя Мисаки, но только при одном условии. -И каком же? - Ты меня поцелуешь. -Что бл**ь?!- сказать, что Ята удивился, ничего не сказать. В этот самый момент он почувствовал, что дальше отходить нет возможности, ибо там был тупик. Сарухико подошел вплотную к замешкавшемуся и покрасневшему Ятагарасу и прошептал на ухо: -Подумай хорошенько, ведь ты больше никогда не услышишь, как я буду называть тебя Мисаки. Ты же так этого хочешь… Однако, как бы не было стыдно признаться даже самому себе, Мисаки нравились издевки Сару, нравилось то, как он медленно произносит его имя. Только из его уст оно звучало как-то особенно, и только из его уст Ята хотел его слышать. Но сейчас он совершенно не представлял, что ему делать: все возникшее в голове варианты, казались неудачными, и из этой стычки Ята точно не выйдет победителем. Он сам по своей же глупости и импульсивности загнал себя в тупик. Выбора нет. Ята зажмурился и чмокнул Фушими в губы. «Как педики»,- подумал Ята и почувствовал отвращение к себе из-за того, что не ощутил его по отношению к губам Сару. Ему не было противно касаться их, и это пугало. -Разве это поцелуй, Ми-са-ки?- с издевкой сказал Фушими, хотя щеки его поддел легкий румянец. - Ты обещал!- прорычал Ята. -Да, но только когда ты меня поцелуешь. -Пошел ты!- Ята попытался оттолкнуть Сарухико и уйти, но тот прижал Мисаки к стене, не позволяя сделать этого. -Если ты испугался, то так и скажи, Мисаки-трусишка. -Я не испугался. Мне просто противно делать это с парнями! -А ты, значит, делал ЭТО не с парнями. И сколько же девушек ты целовал? -А это, макака, не твое обезьянье дело.- Мисаки покраснел и голос его звучал неуверенно, несложно было догадаться, что парень ни разу не целовался. -Ни одну значит,- разочарованно вздохнул Фушими.- Если ты боишься, то я могу тебе с этим помочь. Ята не успел ничего ответить: губы Сарухико начали настойчиво ласкать его губы. От неожиданности (и наслаждения? ) Мисаки чуть приоткрыл рот и выдохнул. Фушими воспользовался ситуацией и углубил поцелуй, исследуя языком рот Яты. От удивления он разжал палицы, держащие биту, широко открыл глаза и посмотрел на Фушими: глаза его были прикрыты, ресницы трепыхали, грудь часто вздымалась, щеки горели. Мисаки отметил про себя, что никогда еще не видел Сарухико таким красивым. Прикосновения Фушими, от которых по коже бежали мурашки и учащалось дыхание, ощущение его близости давали волю чувствам, которые Ята раньше никогда не испытывал. Мисаки был в полном замешательстве, он понимал всю неправильность этой ситуации, ведь парни не должны целоваться с парнями. Но, черт возьми, как же ему это нравилось! Нравилось настолько, что он стал обнимать Сарухико за талию и неумело отвечать на поцелуй. С губ Фушими сорвался тихий стон. Молодые люди забыли обо всем: о времени, о предрассудках, о вражде (которой, на самом деле, и не было). На свете нет никого и ничего, кроме этих двоих. Так, по крайней мере, думали они. Но не Авашима, которая позвонила Фушими, чтобы сказать о том, что обеденный перерыв уже час как закончился. Они стояли рядом: запыхавшиеся и красные. Фушими поправил очки и пригладил волосы, в которые Ята неоднократно запускал руку при их поцелуе. -Ну что ж, мне пора, Мисаки.- проговорил Сарухико и нехотя пошел по направлению к штабу. -Обещал же больше так не называть, глупая макака,- сказал Ята, когда Сарухико уже скрылся из виду. Он дотронулся пальцами до своих припухших от поцелуя губ, которые, казалось, еще хранили тепло Фушими. Ята дал себе обещание, что, когда он встретится с Сару в следующий раз, то обязательно ему врежет. А потом поцелует.