Слишком мало пончиков

– У меня такое чувство, что вам хотелось бы кофе… – сказано вскользь, сухо, отстраненно. Майкрофт Холмс даже не оторвал взгляда от бумаг, задавая этот почти вопрос. Лестрейд позволил себе ухмылку, которая всегда до ужаса раздражала старшего Холмса (и который – о ужас – даже опустился до того, чтобы нервно дернуть уголками губ, едва ее заметив). Аккуратно вложив лист в пластиковый фиксатор папки, Грегори распрямил затекшую спину. Он уже третий час сидел, раскладывая странички в деле по нумерации под бдительным зорким оком Майкрофта. Начиналось все вполне безобидно: в приказном порядке из архива затребовали два дела о распространении и употреблении в общественных местах наркотиков в отношении сына достаточно высокопоставленного лица, ныне полезшего в политику. Папа сообразил, что бурная мажорная юность любимого дитятки может негативно повлиять на его почти кристальную репутацию. Дела в срочном порядке изъяли, честь везти их в порядке дикого невезения и вытащенной короткой спички выпала Лестрейду и вот… О даааа, он попал на самого что ни на есть холмсонутого члена правительства. Который мало того, что разобрал все папки, почти попробовал на зуб пломбы, так еще и заставил разложить по порядку, чтобы можно было сверить с описью. А в каждой папке по сотни две листов, да еще и вразнобой после суда, да еще и расшитые парные. Сначала Лестрейд оптимистично стоял, склонившись над столом, потом переместился в кресло, а сейчас и вовсе расположился на полу. — С таким же успехом вы могли бы поинтересоваться у брата в периоды затяжной депрессии, не хочется ли ему принять дозу. — Лестрейд…— брезгливо сжав губы и закатив глаза, Майкрофт глянул на него поверх очков. Он редко позволял себе работать при ком-то в очках. Но так вышло, что Лестрейд пару раз попадал на разбор полетов, и, не смотря на клиническую привычку вцепиться в любую мелочь и опошлить, очки оставались неприкосновенными. Потому Майкрофт перестал ожидать подвоха и работал с бумагами, нисколько не смущаясь тем, что кто-то видит золотую оправу на носу. — Лестрейд, вы могли бы хоть раз ответить нормально? Для разнообразия? Предсказуемость начинает тяготить. — Вы могли бы хоть раз спросиииить нормально,— не отрываясь от бумаг, протянул Лестрейд. — Разумеется, исключительно для разнообразия. Дальше не стану вас цитировать, это неприлично. Майкрофт отставил в сторону папку, придавив ее телефоном. — Так… вы хотите выпить кофе? — и с интересом посмотрел на собеседника, оккупировавшего со своими папками и бумагами половину ковра. — А взамен вы потребуете продать через год душу? – на мгновение подняв голову, Лестрейд почти счастливо выдохнул, выплюнув гадость. Ну да, как же… Небось, ломка началась – просидеть с Холмсом почти три часа в полной тишине, да под шелест бумаг. — Лестрейд,— с упреком покачал головой Холмс, впрочем, пряча улыбку. – Я, заметьте, спросил нормально. — Просто ваша фантазия и ум позволяют перестраивать формулировки в зависимости от акцентов и логического ударения, а мне не хватает для этого мозгов,— брякнув очередную гадость, Лестрейд настолько расслабился, что даже начал мурлыкать под нос какую-то песенку, а в глазах появился знакомый довольный блеск. Майкрофт уже успел адаптироваться к специфической манере разговора Лестрейда, потому легко пропустил шпильки мимо ушей. Он закончил изучать протокол и теперь позволил себе более пристально изучить самого Лестрейда. Три часа инспектор работал с бумагами вполне бодренько, но вот пиджак, еще неделю назад сидевший более—менее прилично, висел сегодня на нем мешком. Ах, да… Дилерская сеть, вскрытая в частной школе почти в самом сердце старого города, да еще и перечень очень солидных имен в списке. Неудивительно, что комиссару в итоге пришлось едва ли не оправдываться, а подчиненным сдавать забеги на длинные дистанции. И теперь Лестрейд, зарывшийся в бумаги, отчаянно напоминал большую моль, которую выселили в шкаф с синтетикой, забыв оставить на пропитание даже тощий шерстяной шарф в клеточку. Майкрофт задумчиво покрутил в руках телефон, затем отослал сообщение ассистентке, оставляя аппарат на столе и, поднявшись, легонько тронул Лестрейда за плечо. — Оставь это пока. Поехали. Пожав плечами, Лестрейд выбрался из-под вороха бумаг, растерянно рассматривая посеревший от пыли пиджак. Одна папка полностью собрана и подшита, вторая – почти до конца, осталось каких-то пару десятков документов и десять же минут работы. — Ну поехали. И нет, теперь улыбки избежать не удалось. Потому что ну кто еще вот так просто, без лишних вопросов. Поехали – так поехали. Нет, Майкрофта не беспокоило то, что папка осталась не разобранной до конца. Точнее — ему вообще все равно, в каком виде она попала бы на стол к затребовавшему ее коллеге. Он просто затянул время. Оказывается, читать тяжелый протокол намного быстрее, когда в кабинете есть некто, не пытающийся влезть в мозги во время работы — но абсолютно точно способный вынести их напрочь после нее. — В кои-то веки твой пиджак и твоя совесть запорошены в равной степени. Ты мог бы поинтересоваться, куда мы едем,— после десятиминутного молчания в машине Майкрофт понял, что Грег банально не знал, насколько свободна голова политика, потому и старался не донимать комментариями и болтовней. — А какая разница? Ну куда мы можем ехать? На работу? Ничего удивительного. Домой? Тем более. В отель? Так правительство давно отменило право первой брачной ночи для неликвида брачного же рынка. Ресторан? Меня в таком виде не пустят. Остается… — Вот только не надо создавать эффект присутствия Шерлока,— поморщился Майкрофт. – Мне его с головой вчера хватило. О…— краем глаза заметив яркую витрину одного из брендовых центров Бонд-Стрит, он приметил манекен, облаченный в роскошную шубу. — Мы можем остановиться перекусить здесь. — Разумеется, знакомая ситуация, верно, Холмс? Сперва содрать с народа три шкуры в виде налогов – а потом накормить в забегаловке пошитой из них же шубой. Едва включился знакомый генератор гадостей, Майкрофт расслабленно откинул голову на спинку сидения. Приятный бонус — Лестрейд, который мог брякнуть не то чтобы нетактичное, а нечто откровенно провокационное на любой пресс—конференции, отлично соблюдал грань в отношении Майкрофта Холмса, включаясь на всю катушку тогда, когда это действительно было возможно. Нечто вроде молчаливого соглашения. Майкрофт закрывал глаза на абсолютное нежелание искать компромисс с чиновниками, при случае гася конфликты, а Лестрейд взамен педантично соблюдал границы в отношении самого Майкрофта. Учитывая уже не раз имевшие место прецеденты, старший Холмс был уверен, что остается более чем не в накладе. Небольшое кафе – состаренное темное дерево в интерьере, аромат хороших зерен и вполне удачное расположение. Официант, перехватив взгляд Майкрофта, понимающе кивнул, интерпретировав молчание в значении «Мне как всегда», и вопросительно посмотрел на Лестрейда. — Мне тот же сорт, что и ему. Сахара и воды не нужно. — Два эспрессо Эфиопия Сидамо средней обжарки,— бодро улыбнулся официант…— и замолк. — Ему то же, что и мне. И пончики, — вздохнул Майкрофт, качая головой. Заказ принесли, на столике появились благородные тонкие кофейные чашечки и блюдо с липким, шоколадным и за километр несущим орехами и ванилью лакомством. — Грегори, ты мог бы хоть иногда сойти с рельсов и не ставить людей в тупик только потому, что у тебя плохое настроение? — поинтересовался Холмс, делая глоток благородного напитка и смакуя аромат. — Угу, — легкомысленно кивнул Лестрейд, с интересом рассматривая широкие деревянные балки и чучела птиц. Прожевав, он вздохнул, глядя на собеседника абсолютно честными шоколадными глазами. — Но как тогда заставить лицо, формирующее бюджет, включить в расходы пончики? О, забыл сказать… Видимо, в архиве, когда собирали папку, перепутали номера – и в нее попало пару десятков листков из дела о случае зоофилии, имевшем место в 2008—м, тогда зеленые его раздули – ууууу… Ну там один тип… в состоянии душевного волнения поймал козу… Вставил в нее, а на него сзади насел козел, то ли не разобрался, то ли счел козлиной самого насильника, в общем, кто из них кончил первым – я не знаю, но коза в итоге едва не подохла. А козел… который не козел… отделался штопаньем задницы… Вот. Но вы сказали сложить по порядку. Надеюсь, в папку по зоофилии не попали листочки из дела будущего труженика правительственной нивы с марихуановым листком на венценосном лбу. Разумеется, я мог бы проверить… Но сами понимаете – для такой масштабной работы на этом столе банально не хватит пончиков.