Много шума из ничего.

Переход в новую школу за городом оказался внезапным, хоть и не был особенной неожиданностью. В первый же день, после разговора с отцом, Джон ясно понял: жить здесь они вряд ли останутся. Гарри шла по правую руку от брата, недовольно хмурясь, и без всякого дружелюбия поглядывала на учеников. Большой вестибюль огромной школы был наполнен людьми: учениками и их родителями, расстающимися на продолжительное время. Несколько матерей всплакнули, крепко обнимая своих детей; отцы также заключали дочерей в объятия, но с необходимой сдержанностью пожимали руки взрослым сыновьям. В сердце Джона что-то больно кольнуло, и он смутно понял, что это зависть. Он буквально чувствовал напряжение сестры, зная, что она думает о том же. Все эти прощания, наставления родителей детям – все выглядело так естественно и правильно, в тот момент как они вдвоем, приехавшие одни, чувствовали себя ущербными. И они такими и были. Брошенные и никому ненужные. Джон пробежал глазами по собравшейся толпе, не находя никого, кто так же прибыл в одиночестве и это, как ни эгоистично, задело его. Школьный холл был действительно просторным, но не настолько, чтобы вместить в себя всю тысячу учеников в придачу с их семьей. Джон прокашлялся, стараясь сосредоточиться на поиске карточек в собственных карманах. В помещении было неуютно и дико душно, от чего находиться здесь было практически невозможно. Он мечтал поскорее найти свою комнату и закрыться там в тишине и покое, отгородившись ото всех. Сосед по комнате не в счет. - Что ты там так долго копаешься? – недовольно проворчала Гарриет, больно ткнув брата локтем в бок. Джон, давно держащий в руках их карточки, но не вынимавший из кармана, встрепенулся, выходя из своих размышлений. - Держи, - он протянул один пропуск сестре, принявшись рассматривать свой. Слева небрежно была приклеена фотография Джона, сделанная вчера, рядом написаны имя и фамилия, класс и комната. Судя по всему, - и к огорчению парня, - у школы имелись общежития, а не комнаты на верхних этажах. Надежды Джона не оправдались, и те два здания поодаль от школы все же оказались крылом для девочек и мальчиков, а не отдельными постройками. Перспектива тащиться обратно на холод, несвойственный началу осени, как-то не привлекала. -Увидимся, - коротко бросила Гарри, почти сразу же исчезнув в потоке масс. Джон, преувеличенно вздохнув, потащился к выходу, чтобы наконец отыскать эту комнату и улечься спать. Поход до общежития для мальчиков занял у Джона около пятнадцати минут, пять, или даже больше, из которых он выбирался на улицу. По дороге он несколько раз перечитал, где теперь поселится, и уже выучил адрес наизусть. Его комната располагалась на втором этаже правого крыла и нумеровалась как девяносто пятая. За стенами теплого здания было холодно до дрожи, Джон получше запахнул куртку, волоча черный чемодан. На небе грозно повисли тучи; они время от времени пугающе грохотали, но дождь так и не начинался. Ветер дул с неожиданной силой, раскидывая по всему периметру сухие листья. Иногда под ногами что-то хлюпало - видимо, ещё не высохшая грязь, после прошедшего несколько дней назад ливня. Все вокруг закутывались в одежду потеплее, накидывали капюшоны, тщетно пытаясь скрыться от навязчивого ветра. Внутри общежитие выглядело куда хуже, чем снаружи. Некоторые стены были исписаны маркерами, краска в коридорах заметно постарела и облупилась. Скрепя сердцем, Джон понадеялся, что сами комнаты находятся в порядке, иначе жить в таком он просто не сможет. Он быстро поднялся на второй этаж, протискиваясь через сгрудившихся учеников, которые могли быть одноклассниками и даже будущими друзьями Джона, и повернул в нужное крыло. Комната с номером 95 была открыта нараспашку, и парень помедлил, прежде чем переступить порог. Одна часть комнаты была в полном хаосе: носки, футболки и остальная одежда раскидана повсюду, где только можно. Лишь заправленная кровать выглядела в относительном порядке, если бы на ней уже не повалялись. Вторая половина – чистая и аккуратная, никаких вещей, кровать без постельного белья. Джон быстро понял, где его место и бросил тяжелый чемодан возле пустующей кровати. В целом комната выглядела неплохо, и поселиться в ней вполне возможно без содрогания. Разбирать вещи сегодня категорически не хотелось, поэтому Джон с силой отпихнул сумку ногой куда подальше и устало упал на кровать, позволив глазам блаженно закрыться. Но не успел он расслабиться, как настойчивые воспоминания ворвались в сознание и от неожиданности парень вздрогнул. Кровь. Разбитое стекло. Ужасающе пустой, бездонный взгляд. Сердце забилось чаще, а к глазам подступили непрошеные, жгучие слезы. Джон с силой потер глаза ладонями, - да так, что начали плавать непонятые разноцветные фигуры, - отгоняя наваждение. Он чувствовал, как поднялась пульсация в висках, возвращая почти постоянную и невозможную головную боль. Только не опять. Не здесь. Не сейчас. Лучше – вообще никогда. - Джон? Ватсон? - Я. Джон открыл глаза и, повернув голову к двери, увидел высокого мужчину средних лет, одетого в деловой костюм. Правую руку он сунул в карман, а левой держал лист бумаги форматом A4 и с интересом смотрел на ученика. Поняв, что это учитель (а никто другой это быть не мог), Джон торопливо скатился с кровати, становясь на ватные ноги, и нетвердой походкой подошёл к мужчине. Тот дружелюбно улыбнулся и светловолосый выдавил как можно более убедительную улыбку в ответ. - Рад тебя снова увидеть, - он протянул руку удивленному Джону, представляясь: - Я Рональд Ватсон. Но ты можешь звать меня дядя Рон. Конечно, вне учебного времени. - Что, простите? – Джон на автомате пожал руку, ошарашенный. - Конечно, ты меня не помнишь, - мистер Ватсон простодушно улыбнулся. – Я старший брат твоего отца, твой дядя. Джон непроизвольно поморщился, но попытался скрыть это, сделав вид, что у него зачесался лоб. - Вы – мой дядя? – с ноткой сомнения, - и даже желания, чтобы это было не так, - спросил парень, почесав лоб ладонью. - Да, Джон, - его губы все ещё были растянуты в улыбке, что дико взбесило Джона. Он не смог смотреть на него дольше двух секунд и постоянно отводил глаза. – Последний раз я видел тебя, когда тебе был три года. - Да, а потом наш… папа, - Джон практически выплюнул это слово, с трудом сдерживая поднявшуюся агрессию, - бросил нас и свалил в неизвестном направлении. - Ну-ну, - Рональд сдвинул густые брови, проведя рукой по щетине на подбородке. – Он всегда был горазд на глупые и опрометчивые поступки… - Глупые и опрометчивые поступки? – Джон фыркнул. – О да, конечно, бросить семью – всего лишь «глупый и опрометчивый поступок», конечно. Никаких проблем. - Джон… - Давайте не будем об этом? – он тяжело вздохнул, чувствуя, что если не остановится, то в первый же день встречи с новоиспеченным дядей устроит скандал. – Вам нужно от меня что-то ещё? -Вообще-то, да, - он протянул племяннику лист. – Я куратор твоего класса, Джон. Сегодня после ужина будет общешкольное собрание. Оно длится не долго. Всего лишь напомнят правила школы и все разойдутся спать. Джон хмуро осмотрел бумагу с расписанием занятий. Оказалось, предметов у него не так много, как было в предыдущей школе. Нет, например немецкого и ещё нескольких профильных предметов. Уроки начинались в девять утра и заканчивались, обычно, к трем часам дня. Завтрак – в восемь, обед в час, а ужин в семь вечера. Занявшись изучением списка и информации, Джон, казалось, забыл о присутствии дяди, поэтому тот многозначительно кашлянул. Парень оторвал взгляд от текста и посмотрел на него. - Можешь сегодня не приходить на общешкольный сбор. - С чего это? - Ну, ты… хочешь отдохнуть, наверное. - Я в норме. -Но ты столько всего пережил… Джон недовольно усмехнулся, сворачивая лист бумаги и заталкивая его в задний карман штанов. - Нечего делать вид, что вам не все равно, если даже не знаете меня. Я в отличном состоянии и не хочу получать каких-либо поблажек. Жалости – тем более, - Джон многозначительно посмотрел на Рональда и тот вздохнул. - Я не собираюсь тебя жалеть и утешать, Джон, - спокойно ответил мистер Ватсон, не сводя с того пристального взгляда. - Вот и хорошо, - бросил парень, решив что разговор окончен. Он повернулся спиной к дяде, но замер. И не оборачиваясь, прошептал: - Так вот почему он так просто отдал нас в достаточно хорошую школу. Потому что Вы тут работаете. Если бы Вас здесь не было, он запихнул бы нас в какую-нибудь дыру, либо вовсе отдал в приют. А так - Вы здесь, совесть его не мучает, все рады. Да? - Знаешь, что Джон? Только не суди меня по своему отцу, - как-то грустно произнес он и скрылся за дверью. Джон злобно сжал руки в кулаки, заметив, как подступает к горлу дикая обида. Неожиданно свалившийся с неба дядя не вызвал радости у Джона. Он не вызвал вообще никаких чувств, кроме капли удивления и уймы раздражения. Если бы это был брат его матери – совсем другое дело, но иметь какие-то отношения с людьми, связанными со старшим Ватсоном… ну уж нет, увольте. Оставаться в комнате наедине с собой Джону долго не пришлось. Он только подошел к кровати, чтобы проваляться оставшиеся до ужина полчаса, как в комнату влетел взъерошенный парень. Джон поднял на него удивленный взгляд, а тот, похоже, и не заметил никого. Он нырнул в ту часть комнаты, где творился сущий беспорядок и, усевшись на корточках перед постелью, стал что-то искать на полу. Джон стукнул рукой по поверхности ящика, - слабо, чтобы это выглядело, как случайность, - для привлечения внимания. Незнакомец дернулся, резко поднимая голову и стукаясь о кровать затылком. - Ты ещё кто? – удивленно спросил он, потирая ушибленное место. - Джон Ватсон. - Что ты делаешь в моей комнате? – с возмущением произнес парень, так и не поднявшись с пола. - Живу теперь, - спокойно ответил Джон, пытаясь разгадать, что из себя представляет новый сосед. По виду он был немного выше Джона, - хотя трудно сказать, когда он сидит, - его волосы, настолько светлые, что почти белые, торчали во все стороны, будто он пытался их наэлектризовать. Одежда у него была помятая и не особенно ухоженная. - Меня не предупреждали, что у меня будет сосед, - как бы между прочим заметил парень и, наконец, встал на ноги. – Джеймс Браянс. Он сделал несколько шагов в сторону Джона и, оказавшись рядом, протянул руку с вежливой улыбкой. Джон не колеблясь пожал её. - В нашем классе давно не было новеньких, - зачем-то известил Джеймс, возвращаясь к своим поискам на полу. – Почему ты перевелся? - Долгая история. - Нам жить с тобой вместе почти год. Я не тороплюсь. - Я не хочу об этом распространяться,- резко ответил Джон, стиснув зубы. Тот удивленно вскинул голову, и на его лице появилась усмешка, до дрожи не понравившаяся Ватсону. Глаза, светившиеся до этого только дружелюбием, вдруг похолодели. - Знаешь, Джон, - на последнем слове он сделал странное ударение. – В нашем классе, в этой школе, - как и везде в принципе, - есть правила и устои, - Джеймс склонил голову на бок, словно убеждаясь, слушает ли его собеседник. – Не те, что висят в холле школы и считаются обязательными. А те, что между учениками. Джон повел плечом, но продолжал внимательно слушать, хоть и разговор ему был крайне не по душе. Он уже догадывался, что за всем этим последует. - Тебе в некотором смысле повезло, что ты мой сосед, - сказал Браянс медленно, словно профильтровывая каждое слово. – У тебя есть исключительная возможность. - Исключительная возможность? – Джон сдержался, чтобы не рассмеяться в голос. Сколько драматизма. - Именно, - Джеймс поводил пальцем по ковру на полу, не отводя пристального взгляда от лица соседа. – В школе много групп, компаний. Понимаешь? - Кажется, да, - Ватсон неохотно кивнул головой. - Я могу показать тебе, с кем общаться, - улыбнулся он. – Чтобы ты не завел неправильных друзей. - Неправильных друзей? – внутри шевельнулось возмущение. Ему будут указывать, с кем можно водиться, а с кем - нет? - Ну, знаешь, этих, - он неопределенно махнул рукой. - А, понял, - почти насмешливо отозвался Джон. Он устал стоять на ногах, поэтому опустился на кровать, лицом к собеседнику. – Ты, вместе с ещё несколькими – типа элитная группа? - Мы те, с кем не стыдно тусоваться, друг мой, - уточнил Джеймс, тошнотворно-дружелюбным голосом. – Если попал к нам, считай, все будут крутиться вокруг тебя. Джон ничего не ответил, чувствуя, что ему это совсем не нравится, но перспектива поселиться с человеком из «крутых компаний» и в первый же день оказаться в списке первых, над кем будут издеваться, не прельщала. Нет, Джон не боялся. Просто легче отделаться от неприятностей, чем притягивать их к себе, как в остальных школах. - Что скажешь? Я могу принять тебя в группу, никто не будет против. Я там, вроде как, главный. Джон задумчиво кивнул, подавляя желание сломать нос новому соседу. - Вот и отлично, - Джеймс бросил взгляд на часы. – Пойдём на ужин. Заодно познакомишься со всеми.