Le choix ou l'appel du coeur

Салон автомобиля погрузился в тишину, стоило мужчине выехать на весьма оживлённую, несмотря на время, улицу. Чонгук ловко лавировал в потоке проносящихся машин, лишь изредка кидая озадаченные взгляды на младшего. Тот в своей привычной манере устало прикрыл глаза и ниже спустился на сиденье. Но не спал, Чон это точно знал. Стажёр увлеченно о чем-то размышлял, судя по тому, как на обычно спокойном лице пролегла тень задумчивости. Чон лишь усмехнулся на аккуратно вздернутые брови и легко щёлкнул младшего по носу, стоило автомобилю остановиться на одном из светофоров. На что стажёр удивлённо раскрыл глаза и сел ровнее. В глазах читалось: «Какого черта?» — Ты слишком ушел в себя, — невзначай проговорил мужчина. — Перестань придумывать то, чего нет. Знаю, что ты можешь далеко уйти в своих размышлениях от того, что происходит на самом деле. — Зачем приходил твой брат? — Чимин развернулся к мужчине, сосредоточенно ожидая ответа. Главред не смотрел в ответ, слишком был сосредоточен на дороге, но даже это не мешало ему чувствовать пристальный взгляд младшего. Мужчина тяжело выдохнул, уложил ладонь на бедро младшего и слабо улыбнулся. — Давай не сейчас. — А когда? — чуть раздражённо раздалось в ответ. — Давай проведем этот вечер вдвоем, потратим время на нас и наши отношения. Не хочу, чтобы работа вставала на первый план. — Но ты же понимаешь, что ты все равно не избежишь этого разговора? — сдавшись выдохнул Пак. — Я не собирался утаивать от тебя информацию, хотя для стажёра ты слишком много себе позволяешь, — мягко пожурил мужчина. — А вы, главный редактор Чон, не много себе позволяете для руководителя? — Решил поиграть? — Чонгук вывернул руль, перестраиваясь в правый ряд, и как только автомобиль остановился на очередном светофоре, глянул на младшего. — Ладно, — Пак выдохнул, — это может продолжаться до бесконечности, я слишком устал, чтобы тратить силы на бессмысленные споры с тобой. — Ты признаешь, что это не имеет смысла, — смеётся мужчина, — это похвально. — Ещё пара таких фраз и ужинать вы будете в одиночестве, мистер Чон, — Чимин нахмурился, пытаясь держать лицо, но быстро проиграл, стоило хриплому смеху мужчины заполнить салон. Остаток пути прошел в тишине. И Чонгук, и Чимин — оба были погружены в свои мысли и не решались нарушить хрупкое равновесие друг друга. Атмосфера оживилась лишь тогда, когда черный седан старшего занял свое привычное место на подземной парковке жилого комплекса. — Я думал, мы поужинаем в ресторане? — Чимин удивлённо отстегнул ремень безопасности и вышел следом за мужчиной на улицу. — Подумал, что сделать заказ с доставкой на дом будет уместнее. Или ты против? — Да нет. — Есть какие-нибудь предпочтения, — уже стоя в кабине лифта, уточнил Чон, — или доверяешь моему вкусу? — Главное, чтобы сытно и горячо, а там хоть рамён. — А тебе легко угодить — мужчина улыбается, притягивая младшего за талию. — Значит, будет сытно и вкусно, — шепчет в ухо, затем оставляет быстрый след на щеке, а следом чуть ниже — на скуле. Чонгук увлекается, слишком навязчиво утягивая Чимина в поцелуй, но продолжить мешает звуковой сигнал, извещающий о прибытии лифта на нужный этаж. Это заставляет Чона недовольно отодвинуться, поправив на себе пиджак. Мужчина делает шаг вперёд и тянет стажёра за руку. Не выпускает ладонь младшего, даже пока набирает пароль от электронного замка. В квартире тихо и темно. Даже техника работает настолько бесшумно, что кажется, будто квартира абсолютно пуста. — Проходи в гостиную, — развязывая на ходу галстук, просит мужчина и идёт по направлению к спальне. Чимин секунду мнется на пороге, но просьбе мужчины не следует. Вместо этого сворачивает в другое крыло и идёт туда, где ещё пару минут назад скрылся Чон. Мужчина успел снять рубашку и вынуть ремень из брюк, стоя в весьма компрометирующем виде. — Хочешь присоединиться? — усмехается мужчина, вышагивая из брюк. Мягкие хлопковые шорты отлично сменяют официальный костюм, позволяя мужчине выглядеть по-домашнему уютно. — Воздержусь, — хмыкает Чимин, ещё пару секунд разглядывая мужчину. — Ужинать будем? — сократив расстояние, спросил Чонгук. — Мне кажется, что доставка будет ни к чему, если ты продолжишь так упорно меня разглядывать. Чимин неловко повел плечом, обнажая верхний ряд зубов. Мягкая улыбка застыла на лице младшего. Парень молча смотрел прямо перед собой, не решаясь нарушать тишину. Им редко удавалось находиться в настолько близком контакте, чтобы без споров и криков, а главное излюбленной обоими привычке язвить. На работе практически постоянно нужно было держать эмоции и чувства при себе, чтобы ненароком не дать сотрудникам журнала поводов для лишних слухов и домыслов. — Ладно, идём, — мужчина первым нарушил тишину, потянув младшего на кухню. Главный редактор включил везде верхний свет, позволяя квартире и кухне в частности выглядеть ярче за счёт белых фактур. Чонгуку нравилась простота во всём. Неважно, касалось ли это отделки стен и потолков или мебели. Минимализм присутствовал во всем, позволяя раскрыть потенциал помещений без использования лишних деталей. И Чимину импонировал такой подход. Поэтому он с удовольствием проводил все то время, что позволял ему мужчина, в этой квартире. И даже сейчас, сидя на кухне, он не переставал любоваться едва заметной подсветкой ящиков, что легко мерцала, стоило мужчине прикоснуться к дверцам. — По рамену? — мужчина трясет двумя коробочками лапши перед лицом младшего, успев щёлкнуть кнопкой на электрическом чайнике. — Сытно и горячо, — смеётся Чимин в ответ.