Рыжий плут

Темноволосая пленница открыла глаза. О, Господи, рыжий ликантроп, задремавши, сидел на расстоянии протянутой руки от девчонки и глубоко дышал. Грудная клетка его ходила ходуном. «Зверь сумасшедший» — пролетели мысли в голове. «Ещё и, наверняка, с отменным слухом» — девчонка какое-то время не решалась сдвинуться с места, удерживая своё тело и голову в слегка оторванном от сена состоянии. Но слишком долго делать это было невозможно: осторожно подобрав ноги к себе, и сев таким способом, она начала медленно двигаться к краю стога, чтобы слезть с него — к несчастью, кудрявый зашевелился, обеспокоенно мотнув головой во сне, сморщив веснушчатый нос с небольшой горбинкой. — Чтоб его!..— прошипела зеленоглазая, напуганная и раздражённая. Я тебя понимаю — сам его иногда побаиваюсь… И всем бы советовал, если вас когда-нибудь сведёт судьба. Не то, чтобы уж прямо боятся очень, и, завидев вдалеке высоковатого рыжеволосого мальчонку со слегка неряшливыми кудряшами, с дикими воплями: «Боже, это тот самый парень, который кидается на девушек, когда они остаются с ним в замкнутом пространстве меньше, чем 35 квадратных метров!» — кидаться в бегство. Но опасаться. Быть бдительным, рядом с этим неуравновешенным юношей… (И, да, кстати, боюсь, что ваши такие возгласы и бег от него, парня только спровоцируют. Ну, его животную сущность, а догонит он вас, поверьте, уж очень быстро. Так что, не советую это делать…) Через мгновение вспомнив, что оборотни спят очень чутко, темноволосая неуклюже зажала себе рот двумя ладонями. Паренёк поелозил на месте, потираясь спиной о колючую сухую траву. «Надо взять всю силу воли в кулак!». Зеленоглазая встала на ноги. Постояла неподвижно. Сердце колотилось с такой силой, что казалось, будто ликантроп может проснуться уже только от одного звука сердцебиения — так глухо лихачил пульс, а юноша, как назло нечасто и глубоко дышал. Как будто слушал сквозь сон Несколько шагов, ещё несколько и ещё. Ощущение такое, что расстояние от стога сена до решетки было непреодолимо, но вот, наконец, новая пленница остановилась перед серебрянной дверью, суя в промежуток между прутьями свой вздернутый нос, держась за них ладонями. — Эй вы! Выпустите меня! — шипела она, еле слышно, даже для себя самой. — Сейчас же… Или я… Девчонка прислушалась. Ладони вспотели от страха, вместо хотя бы презрительного смешка какого-нибудь из стражников, она услышала другую вещь, более жуткую, или, точнее сказать —не услышала… Она больше не слышала глубокого дыхания рыжего парня, который секунду назад, кажется, дремал. От паники она как-то вытянулась в струну, страшась повернуться к нему. А юноша действительно уже не спал. Он скрестил кисти рук, положа их на широкие коленные чашечки и сонными глазами наблюдал за новой знакомой, прищурившись. И вот в чем-в чем, а вот в его взгляде сейчас почему-то было презрения — хоть отбавляй. Гораздо больше, чем в насмешках стражников. — А я-то думал тем, кто спасает тебя от смерти, принято говорить: «спасибо» Девчонка молчала, пока могла, но стоило какому-то неизвестному, который ни с того ни с сего тебя покусал да ещё и начал учить — сказать что-то неосторожное, страх начало почему-то притуплять. Не достаточно сильно, чтобы развернуться лицом к обидчику и говорить уверенно, но достаточно, чтобы кинуть ему встречную злостную фразу: — Конечно, принято, если тебя перед этим же этот человек не попробовал на вкус… Сказали вдвоём и неловко стало сразу обоим. — Никого я не пробовал… — отрезал паренёк неуверенно, как-то стыдливо пряча стрелянные оживлённые, но все же не живые глаза. — Да… Ладно, спасибо… — обдумав, произнесла девушка. Стыд, все-таки, играет важную роль в жизни человека. Это своеобразное мерило дозволенного, пренебрежение которым заставляет нас ощущать внутри себя что-то жгучее. Словно сказанные тобой резкие разгоряченные слова пошли внутрь. Обожгли и тебя. И поэтому-то, наверное, и щеки краснеют. И ты начинаешь думать. Думать. И, в конце концов, приходишь к выводу, что сказанул лишнего, поступил неправильно. И переоцениваешь свои поступки… Да, стыд направляете нас на верный путь в общении с малознакомыми людьми и даже молодыми ликантропами…