Funeral Pyre.

Гастер и Фриск были на кухне. Фриск было неудобно, ибо она хотела помочь монстру готовить, но тот упорно не хотел, чтобы она утруждала себя. Сев поудобнее, она положила руки на колени, как послушная девочка-ученица, и стала наблюдать за Гастером. Он же, делая все аккуратно, периодически посматривал на свою любовь, которая смотрела на него, не отрываясь. Его воспаленное сознание хотело показать ей, что он в лепешку расшибется ради нее, умрет ради нее. От мыслей он стал задыхаться и потихонечку стал всхлипывать, настолько сильно в нем горело желание. Девушка, заметив это, робко подошла к нему. - Ч-что ты плачешь? Ты о-обиделся на м-меня?... - она несмело протянула к нему руки и обняла со спины. От ее прикосновения он вздрогнул и повернул голову назад, чтобы увидеть ее. Ученый был еще более счастлив. Но он молчал, продолжая смотреть на нее, вернее, на ее макушку. - Не молчи, и не обижайся, х-хорошо? Договорились? - Фриск обняла его крепче. - Все хорошо, мое пламя, садись на место...Я сейчас все сделаю... - сказал он, положив руку на сердце, - Иди, не переживай. "Что со мной..." - думала девушка, садясь на место, - "Такое чувство, что я...я уже ощущаю привязанность к нему, хотя и вижу его впервые." Гастер продолжал готовить. Фриск все же продолжала беспокоиться за состояние мужчины. От нечего делать, она начала тихо напевать себе под нос. Эту тихую песнь, едва различимую, монстр услышал и тоже стал ей подпевать, то унисоном, то терцией. Девушка улыбнулась. Подпевает - значит, что все хорошо. Спустя мгновение, ей сказали: "Садись за стол, огонек, и ешь...". Шатенка села за стол и осмотрела то, что ей сделали. Это были...спагетти с яичницой? Теперь ей понятно, откуда у Папируса такая тяга к данному виду блюда. Не долго думая, она намотала немного макарошек на вилку, отломила вилкой яичницу и положила в рот. "О, ВКУСНО!" - кричала она у себя в мыслях. Мужчина же сел напротив девушки и стал пристально смотреть на нее. Он чувствовал, казалось, ее мысли по выражению лица. "Ешь, ешь, я же ощущаю каждую твою мысль." - думал он, улыбаясь. Он рассматривал ее черты лица и волосы. Вздыхая часто от эмоций, которые он старательно сдерживал, хотя они были очень сильные, от время от времени хватался за грудь. - У тебя больное сердце? - спросила она обеспокоено, уже доедая, - Тебе нужно лекарство... - Единственное, чем я болен, так это т-тобой, - сказал он с дрожью в голосе. - Как...приятно... - она покраснела, - А почему ты не ешь?...Ты из тех, кто не нуждается в еде? - Нет, я просто не голоден, - ответил он, улыбаясь, - Я вижу, ты доела... Он взял ее пустую тарелку со стола и пошел мыть. Фриск опять же было очень неудобно. Очень неудобно. Она даже вскочила и, обогнав его, сказала, что будет сама мыть посуду, но ВингДингс ей не разрешил и, поцеловав в губы, отправил на диван. Послушно, как овечка, она вернулась на прежнее место. И тут она резко вспомнила, что хотела спросить, почему Санс так поступил, заперев его там. Едва она набрала воздуха, чтобы сказать, как он ее успел перебить: - Пойдем в спальню...- он протянул ей руку, помогая встав с дивана. - Но мы только проснулись, и... - Фриск поднялась, смутясь. - Пойдем, пойдем, огонек... Он отвел ее туда же, где и начался ее день, и запер дверь. Она стала внимательно наблюдать, что же сейчас он делать собрался. Казалось, что это будет что-то ужасное. Но нет. Доктор просто лег на кровать и, посмотрев на нек, поманил к себе рукой. Кивнув, девушка подошла к нему и села. Щеки ее были красные, как помидор. Приметив ее смущение, он рассмеялся. - Фриск. Не стесняйся меня. Мы с тобой на веки. - сказал он и, взяв ее за руку, повалил на себя. Теперь девушка уже лежала на нем. "Ее тело такое теплое...." - думал он, прижимая ее к себе за талию. Он чуял испуг в ее глазах, и старался делать все максимально аккуратно и ненавязчиво. Фриск, нервно хихикнув, положила на его грудь голову. Она услышала его дикое сердцебиение. Так же она стала таять от того, что ВингДингс гладил ее по спине. Она вздохнула и шумно выдохнула, немного со стоном, которого и добивался мужчина. Нежно он переложил ее на другую часть кровать и лег на нее, оказавшись сверху. Фриск была готова просто взорваться от эмоций. - Ты...ты хочешь м-меня? - прошептала она, смотря в глаза монстра. - Я делаю это потому, что люблю...Ты не хочешь? Или...у тебя это впервые? - он поцеловал ее в губы. Она ответила на поцелуй, прижимая голову Гастера своей ладошкой и гладя ее. Девушка хотела, чтобы и ему тоже было приятно. Прерава поцелуй, она сказала: - Впервые...но у тебя до меня было много кого, и... - Не думай, что если Санс и Папирус мои дети, то я недевственник. Сделаем это вместе. Ради нас?... Фриск мялась с ответом, и робкий кивок дал мужчине понять, что она тоже этого хочет. "Он что...искусственно создал Санса и Папируса?" - подумала она. Тем временем белоликий стал раздевать ее. Он снял с нее кофту и шорты, оставив в нижнем белье. Затем он снял с себя одеяние, которое полетело вниз на пол, к ее вещам. ВингДингс остался только в брюках, с которыми он тоже разделался, предварительно поцеловав свою любовь в губы. - Я...я с-сама разденусь... - неумело она сняла с себя лифчик и трусы, которые она то же кинула на одежду Гастера. Он обнял ее, чтобы соприкоснуться с ее голым телом. Наконец, он поднял ее голову за подбородок и поцеловал в губы. Фриск не сопротивлялась. Она сама легла, тяжело дыша от девичьего стыда, и смотрела на монстра, который, по всей видимости, так же стеснялся, хотя казался самоуверенным. Аккуратными движениями он раздвинул ее ноги и мягко вошел, не на всю длину, давая ей привыкнуть. Девушка ойкнула и от непривычности скрестила ноги на его спине, тем самым заставив его лечь на себя. Мужчина поцеловал ее в шею и облизал ее. Она вздохнула прерывисто и зажмурилась, сильнее сжимая ноги. Почувствовав, что она привыкла, он стал медленно двигаться в ней, обнимая ее крепко. Фриск застонала, но из-за того, что сильно смущена была, старалась стонать тихо. - Стони громче, мое пламя, - прошептал он ей тихим низким голосом на ухо, там самым возбудив ее сильнее, - Тебе нравится, я вижу. Он начал набирать темп. Чувства движили им, он хотел глубже и глубже войти в нее, но так же хотелось не сделать ей больнее. "Глубже...Прошу..." - прошептала Фриск, обнимая его в ответ. Гастер усмехнулся и еще ускорился. Из отверстия девушки потекла маленькая струйка крови. Она стонала, на этот раз громче, и двигаясь бердами навстречу ВингДингсу, как бы пытаясь и ему доставить удовольствие. - Я люблю тебя, Фриск...ТЫ МОЯ!... - последнюю фразу он чуть не вскричал. Безумие медленно брало над ним верх. Он стал грубее входить в нее. И, на счастье, Фриск это нравилось. Она прикусывала себе губу, сильнее жмурясь от блаженства. Немного ощущащалась боль, но приятная боль. Гастер поцеловал ее в шею, а затем прикусил ее, но не до крови. Девушка понимала, что он начинает немного звереть. - Гастер...Держись, не...не делай мне больно... Припадок отступил от ее слов, но двигаться медленнее он не стал. Прижав ее к себе крепче, он еще глубже в нее вошел, набирая больший темп. Фриск практически кричала от надвигающегося оргазма. Мужчина вновь прильнул к ее губам, играя с ее языком. Девушка уже была на пределе. Она потеряла грань между реальностью и воображением. Гастер сам под конец начал стонать, прикрывая свои бездонные глаза. Он уже ощущал, что конец близок. Шатенка сжимала ноги сильнее и уже стала царапать своему любимому спину. Потекли тонкие струйки крови. - Аш...Да.... - прохрипел Гастер ей в районе шеи, ускоряясь уже до максимума, - Тебе нравится... - Д..да...Ааах... - стонала она, впиваясь ногтями в его спину. Еще несколько толчков - и он изливается в нее. Фриск тяжело дышит, однако, держит ту же позу. ВингДингс тоже с отдышкой лежит на ней, приятно улыбаясь. - Ты прекрасна, огонек... - он впился в ее губы и сделал еще один толчок, чтобы завершить окончательно сие блудие. Девушка, улыбаясь, смотрела на него. - П-поверить не м-могу, что мы сделали это...В-вместе... Гастер вышел из нее и слез, ложась рядом. Он снова накрыл ее и себя одеялом. - Погрейся, Фриск. - сказал он, приобнимая ее.