Искусственный Интеллект

      — Нет! — до боли в костяшках я ударил кулаком по столу и резким движением встал со стула. — Проект «АльфаG-5528» не допускается к производству!       — Мы знаем о возможном риске не меньше Вашего, мистер Дю́ран, но корпорация уже рассчитала каждую деталь. И Вам и нам не о чем волноваться, — Скотт Оливи как обычно разместил на столе сложенные в замок руки.       — Дело не только в этом, как вы не понимаете, — передо мной появился галло-экран. — сотни. Тысячи людей переустанавливали код, чтобы машины с подобной силой беспрекословно подчинялись, следуя инструкциям, но и это у них не выходило. А теперь правительство хочет построить машину с собственным интеллектом!       На экране высветилось изображение последнего робота с подобной силой. Из-за нелепой случайности одного из создателей этого чудовища погибла четверть всех организмов планеты. Системный блок той машины дал сбой, из-за чего она непрерывно выполняла одну и ту же команду: «Битва».       — Если бы в свое время они бы установили подобную функцию и ему, — я с презрением указал пальцем на экран, напоминая собравшимся о том ужасном инциденте. — оно бы имело способность мыслить, хранить информацию, уклоняться и убивать не только потому, что так требует код. Оно бы нашло слабое звено планеты, и тогда бы никто из нас не сидел за этим столом за обсуждением «новейшего проекта»!       Голограмма исчезла, а я вновь сел на место, взявшись руками за голову, тихо и судорожно выдохнув. То ли от бешенства, то ли от усталости, меня мелко трясло, даже когда я попытался успокоиться. Нора, что сидела слева, попыталась пожалеть меня, легонько положив свою ладонь на мое плечо. Я издал что-то на подобии фырканья и рычания одновременно, резко дернув этим плечом. Нора больше не доставала меня, продолжив сидеть в том же молчании, что и до этого.       Джоан Рейв, — руководитель нашей компании — практически бесшумно встал из-за стола, и медленно, стуча каблуками, он подошел к окну, которое заменяло стену этому офису.       — Ваше мнение, несомненно, очень важно для нас. Вы, Санс Дюран, являетесь ярким примером для подражания любому монстру, и, тем более — человеку, — я насторожился, когда он назвал меня не только по фамилии, — моя правая рука и ценный сотрудник, что прославился благодаря своему уму, четкости и упорству. Мне казалось, что Вы сможете самостоятельно анализировать ситуацию.       — О чем Вы..?       — Дайте мне договорить. Спасибо. Мне хотелось бы сказать пару слов насчет Вашего аргумента, сказанного во время протеста. Да, мы понимаем риск, но с каждым днем он значительно уменьшается. Можете ли Вы понять, что то — всего лишь внушительных размеров малоподвижный боевой механизм, который истребили уже достаточно давно? Да, мы собираемся вложить больше силы и возможностей в проект «АльфаG-5528». Имея у себя знания, окончательный вариант сможет самостоятельно использовать свою силу, полностью и до конца подчиняясь нашим командам. Все чипы и микродатчики будут подключены к управляющему отсеку в засекреченной лаборатории правительства, куда доступ будет разрешен лишь единицам. Это не просто робот, мистер Дюран. Мы собираемся создать живой организм.       — «Живой»? — еще не до конца мне верилось в происходящее.       — Да. Живой. Целиком и полностью, мистер Дюран. Организм, способный чувствовать, узнавать, задумываться, двигаться, как полноценный монстр.       — Но…       — И самое главное — память. Это то, что поможет нам не только управлять настройками, но и чувствами робота.        Дерен Соук, что сидел напротив меня, включил 3D голограмму предметов, больше походящих на уменьшенную версию обычных кассет, которыми никто уже давно не пользуется. Только эти «кассеты» были созданы из белого металла, снаружи на них мигали еле видные датчики и какие-то лампочки разного цвета, а внутри всей этой конструкции умещалось миллион тонких, как человеческий волос, проводов. Столько всего было видно в этой маленькой «кассете». Стало понятно, что с настоящими кассетами у нее нет ничего общего.       — Это — картридж памяти. Именно он выполняет основную функцию мозга будущего проекта, — пояснил Дерен.       — Именно, — Джоан, что все это время стоял к нам спиной и просто глядел в окно, неожиданно развернулся и подошел к голограмме, — Мы продумали все, каждую деталь, каждую мелочь, и эти картриджи — наш главный ключ. Несомненно, мы даруем будущей машине интеллект, но тот, которым управлять сможем лишь мы, — он немного порылся рукой в своем кармане и не спеша один из тех картриджей, — И со всем этим, мы сможем выявить на свет нечто… удивительное.       Он взял мою руку и сунул картридж в раскрытую ладонь. Прежняя голограмма исчезла, на ее месте появилась другая — побольше. До этого осматривая картридж, я не сразу, но поднял взгляд на нее. Клянусь, я невольно приоткрыл рот, не в силах закрыть его обратно. Голограмма показывала два изображения: слева — эндоскелет будущего робота, а справа — его окончательный вариант.       — Кхм… Девушка?       Я кашлянул от того, что в горле как будто застрял ком. Мое «Девушка?» звучало наполовину заинтересованно, наполовину разочарованно.       Прошлый вышеупомянутый робот-убийца имел только эндоскелет без внешней оболочки. Его тело полностью покрывала броня, сам он был хоть и малоподвижный, но просто громадных размеров. И сейчас, когда люди собрались создать практически то же самое, они имели в виду… это?       — Не удивляйтесь так, мистер Дюран, — Скотт взглядом тоже внимательно изучал голограмму, — в конце концов, мы не один раз повторили Вам о том, что собираемся создать живой организм, а не просто ходячий тостер.       — Впечатляет, — честно сказал я, — но не слишком ли мы далеко зашли, коллеги? Столько работы, идей и риска, и все лишь ради съемки какого-то фильма? — я обрадовался, что вовремя вспомнил, ради чего Джоан затеял все с самого начала.       — Заблуждаетесь, мистер Дюран, — я вздрогнул от его резкого голоса, он будто бы читает мысли, — Кинокартина — это лишь часть пазла. Отличный способ испытать наш проект на деле. Духовные переживания, бои, ненависть к людям. Робот будет думать, что все это происходит по-настоящему. Главный компьютер не позволит ей сделать что-то лишнее, только лишь отыграть свою роль.       Я все еще колебался с решением, правильно ли это все. Ведь правда, робот может не понять, что это съемка, так как фильмы нынче редкое, дорогое и модное развлечение. Дело в том, что мы снимаем картины не среди декораций, а находим реальные места для съемок, профессионально все обустраиваем и даже храним нужную температуру на репитициях и во время самой съемки. К тому же, это и опасно, потому что кроме актеров в те места больше никто не заходит. Они играют спектакль в этом замкнутом пространстве, а мы видим все это с помощью сканирующего устройства, способного передавать изображение на любую точку мира. Такое вот нынче трудное и опасное кино.       Я снова глянул на картридж в моей руке. Таких картриджей будет сотни, и она должна будет повиноваться каждому отдельно, не копируя коды в свои собственные файлы.       — Значит… она может не знать, кем является на самом деле? Не будет знать, что она робот? И так, пока коды в этих штуках не будут изменены?       — Вы все правильно поняли, Санс, — глухо усмехаюсь, когда он зовет меня по имени. — но не волнуйтесь. Вся система под нашим дальнейшим контролем. Ну что же? Вы приняли свое решение?       Несколько секунд я тупил свой взгляд на железный стол, пока в конце концов не сказал:       — Система, начинай производство «АльфаG-5528».

В офисе раздался механический женский голос:

— Отправляется приказ на производство «АльфаG-5528». Приказ готов. Приказ принят. Задание завершено. «АльфаG-5528» доступен к созданию. Хорошего Вам дня, сэр Дюран.