В душевой

      Если вы состоите в отношениях, то наверняка вам хоть раз приходилось мечтать о том, чтобы принять душ вместе с любимым.       Мидория Изуку лежал на мягком одеяле в общежитии и смотрел в стену. Уставший взгляд нашёл среди десятков плакатов с Всесильным жёлтые настенные часы, которые показывали половину первого ночи. Лампа на столе слегка освещала пространство вокруг, создавая уютную атмосферу. Мидория только недавно закончил делать уроки. Не удивительно, ведь легкостью школьная программа в U.A. никогда не отличалась. Так что Изуку пытался освободить кипящую от уроков голову, заняв её приятными воспоминаниями о друзьях, родных и близких.       Со временем, поток мыслей привёл Изуку к моменту, когда Каччан признался ему в своих чувствах. На этом моменте Мидория смущённо закрыл лицо ладонью и улыбнулся. Он никогда не забудет эти непривычно серьёзные глаза, которые с каждым словом их обладателя всё чаще отводились в сторону, лёгкий румянец на щеках, неловкие попытки стереть ладонями смущение с лица и конечно же губы, сухие, потрескавшиеся и островатые на вкус, которые решили установить их с Изуку отношения не словами, а действием.       Воспоминая вгоняли в краску, а внизу живота сладко тянуло. Но настал момент, когда Мидория вспомнил о том, что пора бы помыться и идти спать. Было бы круто принять душ с Каччаном. Интересно, спит ли он сейчас?       Внезапно Изуку захотел воплотить мечту в реальность. Хоть мысли и заставляли сердце стучать быстрее, скорее от страха, чем от осознания возможностей развития событий в процессе мытья, это не помешало Мидории найти в себе силы встать с кровати, взять полотенце с полки шкафа и, спускаясь вниз к душевой, завернуть на другом этаже, чтобы упереться носом в дверь с табличкой «Бакуго Катсуки». Трижды постучавшись, немного волнуясь, Мидория приоткрыл дверь в комнату и просунул свои кудряшки внутрь помещения. Бакуго слушал музыку, сидя на подоконнике. Он смотрел в окно и явно не слышал, что у него в комнате кто-то есть. Изуку приготовился принимать удар, потому что он подошёл к Катсуки и легонько прикоснулся к его плечу. Бакуго вздрогнул, перевёл взгляд на гостя и одним движением руки снял наушники:       -Тебе жить надоело, чёртов Деку? — сказано это было уставшим, практически безэмоциональным тоном.       -Прости, Каччан. Я не хотел, — извинился Изуку.       — Зачем ты здесь?       — Н-ну я просто зашёл спросить, не хочешь ли принять душ… Вместе с-со мной. Ты явно устал и тебе нужно расслабиться вот я и подумал, что может быть… — Мидория начал бормотать в привычной манере, до тех пор пока Бакуго это не надоело. Раздражённо вздохнув с закрытыми глазами, блондин перебил Изуку:       -Заткнись уже, я не против.       На этом моменте Мидория засветился от счастья и посмотрел на Катсуки с привычной доброй улыбкой. Но в дальнейшем, из-за этой же улыбки, он оказался перекинутым через плечо Бакуго. Возмущения, конечно же, на последнего не подействовали, особенно когда Катсуки вынес Мидорию из комнаты, ведь другие могли услышать и проснуться.       Преодолев два лестничных пролёта и гостиную, Бакуго опустил Мидорию на холодную плитку и включил свет. Душевая была оформлена в цветах аквамарина, с белым натяжным потолком и представляла собой несколько кабинок, разделённых перегородками из матового стекла. На стене, у двери, было несколько крючков для одежды. Бакуго подошёл к ним, встав к Мидории спиной, и стянул чёрную майку через голову.       Невольно Изуку засмотрелся на красивую спину, на мускулы, перебегающие под кожей. Он бы так и стоял на месте, если бы не наткнулся на косой взгляд Катсуки.       -Ты раздеваться вообще собираешься, Деку?       -А? Ах да, сейчас. — Мидория засуетился и тоже начал освобождаться от одежды. Изуку снял с себя футболку и подошёл к вешалкам. Он протянул вверх руку, чтобы повесить её, как вдруг почувствовал чужие ладони на своей талии. Затылок опалило горячее дыхание:       -Ты же ведь изначально не планировал просто мыться, так?       От резко накатившей волны возбуждения, тело Изуку покрылось мурашками, а рука уже сама потянулась прикрыть рот. Все пути к отступлению закрыты. Он был вжат в стену, на затылке как никогда остро ощущались лёгкие прикосновения обветренных губ, а ногам мешало сдвинуться вместе колено Каччана. Руки последнего начали постепенно подниматься вверх, грубо обводя мышцы пресса Мидории, приближаясь к соскам. Мидория шумно выдохнул, когда ладони накрыли чувствительные зоны на груди, но не касаясь их. Над ухом Изуку послышалось рычащее бормотание:       -Раздевайся быстрее.       Затем Деку перестал ощущать тяжесть чужого тела. За спиной послышался шум льющейся воды. Трясущимися руками, он стянул с себя домашние шорты, повесил их к футболке и пошёл по направлению к кабинке, из которой вода уже струилась ручейком к белой решётке в полу. Как только Изуку заглянул за перегородку, он увидел Каччана, который был весь в маленьких капельках. Мидория, красный от осознания того, что они с Каччаном без одежды, попытался прикрыться, но его остановили и прижали к стеклянной перегородке. Теперь вода небольшими горячими каплями попадала на них обоих.       Оба какое-то время смотрели друг на друга, пока Каччан не начал дразнить Мидорию. Запястья Изуку попали в мёртвую хватку, так что у него не было возможности шевелить руками. Мидория тяжело дышал с приоткрытым ртом. Тогда Катсуки начал приближаться к нежным губам Деку, лишь слегка прикасаясь и резко отстраняясь после прикосновения, не давая продлить поцелуй. Он сделал так несколько раз, с ехидной улыбкой смотря на неудовлетворённое лицо любимого, после чего добавил к этим прикосновениям лёгкие укусы. Это не было поцелуем, а Мидории хотелось большего. Он не выдержал и поддался наконец вперёд, ловя губы Катсуки и раздвигая их языком. Бакуго быстро перехватил инициативу и начал играться с Изуку, не забывая время от времени кусаться. Из кабинки раздавались тихое мычание, пошлые причмокивания и тяжёлое дыхание, которые приглушались шумом льющейся из душа воды.       Они размылили друг другу гель для душа, который Изуку притащил вместе с полотенцем. Он отрезвлял, потому что пах мятой, аромат которой Изуку очень любил. Всё это время они пенили друг друга, иногда прикасаясь к коже губами. Вода, льющаяся рассеянными каплями с самого верха кабинки, быстро смывала пену от геля. Последние остатки мыльной воды утекали из душевой, так что Каччан решил слегка прикрыть кран, чтобы уменьшить поток воды. После этого, он вовлёк Изуку в долгий и грубый поцелуй.       Когда он прервался, Бакуго начал было спускаться к шее Изуку, но тут Мидория резко рванулся вперёд, что сбило Катсуки с толку. Замешательство последнего позволило Изуку поменяться местами: теперь к стене был прижат Бакуго.       -Каччан... э-то м..м-оя идея, — он говорил это, чередуя слова с поцелуями, спускавшимися от кадыка до ключиц, — так что дай мне сделать тебе приятно.       На этих словах, Изуку взял в рот затвердевший сосок Каччана и начал медленно обводить вокруг него языком, поднимая взгляд на лицо партнёра. Бакуго хотел было оттолкнуть Деку, но как только он почувствовал прикосновение кончика языка к его чувствительной зоне, загорелые руки Каччана вцепились в плечи Деку, притягивая ближе, а на лице не было видно ничего, кроме наслаждения.       Деку стонал и причмокивал, вызывая приятные вибрации на коже, а иногда к этому добавлялся красивый, затуманенный от похоти взгляд изумрудных глаз. Всё это возбуждало не на шутку, и Бакуго уже хотел большего. Он нажал руками на плечи Изуку, заставляя того прерваться и дорожками нежных поцелуев спуститься вниз на колени.       Перед его лицом теперь был стоявший колом член Бакуго. Изуку протянул к нему мокрую от воды руку, оттягивая крайнюю плоть, чтобы показалась головка и начал надрачивать его, иногда вырисовывая пальцем венки. Затем, набравшись смелости, Изуку взял в рот головку, закрыв глаза, и начал обводить вокруг уздечки языком. Он пока не забирал глубже, потому что не хватало смелости. Но потом он почувствовал руку, сжимающую мокрые волосы на затылке и понял, что действовать, в основном, будут за него. Мидория расслабился и посмотрел в глаза Бакуго, пытаясь взглядом дать ему понять, что он не против. Катсуки снесло крышу от этих прикрытых глаз и он начал толкаться в мягкие губы. Он дал Деку немного привыкнуть, а когда почувствовал вибрацию от его стона, начал наращивать темп. Бакуго трахал своего Деку, рука то с силой сжимала зелёные кудри, то гладила, извиняясь, а Изуку тихо мычал, работая языком. Резкие движения Катсуки сопровождались его рваным дыханием. А Изуку никогда не думал, что будет испытывать такое наслаждение от этого процесса. Ловить алые глаза, горящие от возбуждения и нежности и знать, что этот взгляд принадлежит только ему, чувствовать, что ты делаешь приятно своему парню и слушать его хриплые стоны в доказательство того, что Каччану действительно хорошо, было выше его сил. Ему безумно нравилось принадлежать Бакуго. Изуку неосознанно хотел этого каждой клеточкой своего тела и готов был отдать себя в руки Катсуки в любое время, а его действия служили тому доказательством.       Сам Бакуго был близок к разрядке. Он оттянул голову Деку за волосы и вытащил член из тёплого рта, но не успел отодвинуться. Со стоном, больше похожим на рык, Катсуки позволил себе кончить. И вот, струйки белёсой жидкости стекают по лицу тёмноволосого парня, который стоит перед Бакуго на коленях. Глаза прикрыты, из уголка рта капает слюна, а на ресницах и по всей коже блестят прозрачные капли.       -К-Каччан... пожалуйста... - позвал Деку. Ноги Катсуки почти не держали, так что он медленно сполз по стеклу вниз и оказался сидящим рядом с Изуку. Одной рукой он приподнял веснушчатое лицо за подбородок, поцеловав мягкие губы, а другой рукой спустился к члену Изуку, делая безумно приятно тёмноволосому. Мидория сорвался, протяжно мыча Катсуки в рот. По его телу прошлась мелкая дрожь, а затем он расслабился и положил свою голову Бакуго на плечо, задремав с довольной улыбкой.       В итоге Бакуго пришлось домывать и вытирать их обоих. Придерживая одной рукой сонного Мидорию, он аккуратно отмывал другой рукой его лицо. После того, как он закончил, Бакуго решил отнести Деку в свою спальню. Ноги практически не слушались, тем не менее Бакуго-таки дотащил спящего Изуку (который оказался совсем не тяжёлым) до своей комнаты. Преодолев расстояние до кровати, Катсуки положил Мидорию на неё, лёг рядом и накрыл обоих одеялом. Последние силы ушли на то, чтобы зарыться носом в приятно пахнущие, ещё влажные волосы на затылке Мидории и прошептать еле слышное, но такое искреннее:       Спасибо, Деку