Suga's fetish:Слушайся своего господина

как бы ты не старался, твой костюм не делает из тебя актива. раздевайся, малыш. *

      Когда поводок дёргают в очередной раз, удержать равновесие становится уже невозможным. Это обидно до дрожи - быть связанным и посаженным на цепь, как дворняга в будке. Это нереально унижает. Заставляет вскипать и ненавидеть. Просто он не должен подчиняться. Он тот, кому подчиняются, стоит лишь посмотреть им в глаза, но сейчас он преклоняется перед тем, кто сильнее. У его демона - идеально выглаженный классический костюм, белые перчатки и лакированные туфли. У его демона волосы цвета молочного шоколада и вселенная вместо глаз.       Колени упираются в чёрный паркет, а ткань дорогих брюк безнадёжно мнётся. Руки Тэхёна связаны за спиной кожаными ремнями с серебряными шипами во внутрь, а шею прожигает строгий ошейник. Снова серебро. Его много, оно жжётся и раздражает нежную смуглую кожу. Для вампира всё это - особенно изощрённая пытка. Серебра недостаточно, чтобы убить, но вполне хватает, чтобы медленно прожигать, доставляя боль на грани наслаждения. Впрочем, Тэхён всегда был немного мазохистом. Иначе он бы никогда не позволил себе отдаться во владение демону. Настоящему, без всяких метафор.       Мин Юнги - его особая награда. Это особый сорт эйфории. И сколько бы времени не прошло, они никогда не изменятся - Тэхён всё так же с трудом будет подчиняться, а Юнги - злиться и бить, истязать до переломов и шрамов. Они ненавидят друг друга с тех пор, как заключили контракт.       Всё произошло три года назад, в разгар зимних холодов. Тэхён курил под мостом, стоя на морозе в рубашке и педантично застёгнутом жилете, и, хотя руки уже белели от холода, даже не думал уходить. Он ждал. Ждал первого, кто спустится сюда. Тэхён на тот момент не ел несколько месяцев, и организм вампира погибал медленно, но верно. Он был вампиром. И всё было бы проще, если бы он просто пил кровь. Но ему нужны эмоции. Ему нужны ненависть, помешательство, страх, желание. Безумный коктейль, который может ему дать лишь абсолютно отчаявшийся человек. Или демон, мечтающий о вечной игрушке. Игрушке, которую можно ломать, а потом лечить мимолётными поцелуями и обещаниями, которые никогда не станут явью.       Юнги был тем, кто спустился вниз, тем, кто долго прожигал его взглядом, а потом предложил то, от чего Тэхён просто не мог отказаться: контракт, по которому вампир становился его рабом на долгую вечность, а взамен получал силы для существования. То, чем кормил его Юнги было во много раз вкуснее самых ярких людских эмоций. Но Тэхён должен был преклонить колени. И именно это он делает до сих пор. - Ты нарушил уговор, - удар плеткой приходится по обтянутому рубашкой плечу. Больно, но так, чтобы не порвалась ткань одежды. У демона свой особый пунктик - костюмы. Классические, ультра-строгие и такие, как на Тэхёне были в их встречу или сейчас - брюки на подтяжках и заправленная в них белая рубашка. Юнги находит это сексуальным. Тэхёну плевать. - Я предлагаю пересмотреть его, - шипит рыжеволосый, смотря снизу вверх на своего хозяина алыми глазами. Плеть опускается жёстче. Ткань всё-таки рвётся. - Я ещё не договорил, Ви, - против этого уже нет слов. Тэхён не может противиться своей кличке. Она как клеймо, она то, что держит его лучше любой привязи. - Ты ушёл. Ушёл без разрешения, грязный щенок!       Юнги, не сдержавшись, пинает в ухо. Получается по щеке, и младший падает на бок, тяжело дыша. Ему больно до безумия. - Сегодня будет больнее. Давай в человека, меня задрало видеть твои ебанные волосы. Их цвет режет мне глаза. Ну, чего ты смотришь на меня?! Давай же, превращайся, Ви.       Тэхён скулит, пока его едва не выворачивает на полу. Глаза словно заливает кровью, и она же шумит в ушах. Это всегда так болезненно, что каждый раз - словно последний. Волосы темнеют, а глаза становятся нормального, темно-карего цвета, кожа уже не настолько безупречна, зато на ней долго держатся следы их маленького греха. Юнги доволен. Он тянет поводок на себя, обжигая пухлые губы юноши поцелуем. И пьёт его ненависть. И дарит себя.       Запястья натирают кожаные ремни, а рубашка кажется какой-то лишней, но Тэхён не посмеет снять её, ведь его господину нравится, когда он одет. Ви целуется осторожно, чуть брезгливо, до последнего сопротивляясь собственному желанию. Юнги впивается губами и зубами, словно изнутри его сожрать пытается, держит за подбородок, не давая даже немного повернуть голову. Тэхён на коленях, тянется вверх, и руки быстро устают держать вес всего его тела. Когда Юнги наконец отстраняется - их губы соединяет тонкая ниточка слюны, и Ви чуть приподнимается, собирая губами слюну с уст своего господина. - Ты как шлюха, - в голосе Мина сквозит омерзение, но им обоим плевать на это, потому что даже сквозь штаны демона видно, насколько сильно он хочет своего раба. - Выполняй свою работу, малыш. Возьми в ротик.       Тэхён смотрит на него так, что, кажется, ещё немного и испепелит взглядом к чертям собачьим. Но послушно придвигается ближе и наклоняется к самому паху Юнги, языком выталкивает пуговицу и зубами расстёгивает ширинку. На тёмных брифах уже растекается пятно естественной смазки. Тэхён касается его языком, обдавая стянутую тканью плоть жаром своего дыхания, а затем обхватывает ртом. Поводок снова натягивается, из-за чего ошейник перекрывает доступ к кислороду, но вампир лишь продолжает сосать сквозь влажную ткань. - Достаточно, - по плечу ударяет плеть, и Ким послушно подцепляет ткань зубами, тянет на себя, и высвобожденный член щёлкает его по носу. Тэхён опирается грудью на кресло, в котором сидит его демон, и проходится приоткрытыми губами по всей длине. В его волосы впивается чужая ладонь, но парень самозабвенно посасывает яички, перекатывая их во рту. У него у самого стоит, но принести удовольствие господину - важнее. Язык обводит каждую венку, нарочно не касаясь головки, пока демон практически не воет и не давит на голову, заставляя взять в рот полностью, до отказа. Ви привычно расслабляет горло, послушно насаживаясь, хотя из глаз всё-равно текут слёзы. Это какое-то безумие, название которому у них нет; Юнги грубо берёт всё, что захочет, а Тэхён, хоть и сопротивляется, в итоге отдаётся, не жалея себя.       Из-за ускоряющихся движений удержаться всё труднее, и Тэхён боится, что упадёт. Колени стираются и уже болят, но всё, что он может - ласкать, целовать и брать полностью член своего господина. Слюна вперемешку со смазкой скатывается по подбородку, попадая на белую рубашку вампира и брюки демона. Тэ давит языком на уретру, получая в награду сдавленный стон. — Я люблю тебя, - выдыхает вампир, отстраняясь и преданно смотря в глаза, в которых скрыта вселенная. - Но ты продолжаешь ломать меня. Тебе этого мало? — Сперму со рта вытри, шлюха.       Ошейник затягивается, и Ким хрипит на полу, хватаясь за своё горло в тщетных попытках ослабить свои страдания. Он изгибается в спине, запрокидывает голову, но легче не становится. Боль и мазохистское наслаждение опьяняют, от чего Тэхён впивается ногтями в свои плечи, сквозь ткань раздирая их до крови. Рубашка испорчена - Хозяин этого не простит. - Поднимайся, - ошейник перестаёт давить, но тут же тянет поводок, заставляя встать. От Юнги ярость буквально волнами, и младший плавится от этого, как сумасшедший. Впрочем, да, он такой. Сумасшедший, настоящий псих, в испачканной кровью рубашке и лицом в сперме.       Ноги едва держат, но вампир покорно подходит ближе. Юнги ниже, но это не мешает смотреть так, что хочется сжаться в маленький комочек или раствориться в воздухе. Мин медленно расстёгивает пуговки, ведя пальцами по открывающейся гладкой коже. Ремни слетают с запястий, и на пол же падает рубашка. Кровь с исполасованных ногтями рук капает на пол, стекает вниз, и Тэхён обхватывает себя кровавыми руками, боясь поднять взгляд. - Как ты себя чувствуешь? - горячее дыхание обжигает шею, и сдержать стон невероятно трудно. Его толкают на расправленную кровать в углу комнаты. Юнги нависает сверху, в своём дорогом костюме и запачканной белым ширинкой. Это выглядело бы комично, если бы не дикий взгляд и щенячье чувство подавления. Тэхён в человеческом облике, и его тело слишком чутко реагирует на малейшие изменения. В руках его господина снова плетка, и мягкие холодные губы зацеловывают каждый удар. Тэхён теряется, Тэхён готов кончить вот прямо сейчас. - Прекрасно...ох, - спина выгибается, когда тонкие пальцы снимают ошейник и оглаживают нежную шею. - Хочешь, чтобы я взял тебя? - властно спрашивает Юнги, наслаждаясь видом распластанного под ним тела. Прекрасного, красивого, всё ещё непокорного тела. Тэхён терпит все его заскоки, встаёт на колени и выполняет приказы, наслаждаясь переменой между болью и лаской, но до сих пор своеволен и слишком горд. - Пошёл нахуй, - шипят в ответ. Плеть свистит в воздухе, рассекая кожу на скуле. Ви откровенно воет. - Будь вежлив со своим господином! - Ебанутый, - Ви хнычет, поддаваясь бёдрами вверх. Его штаны уже по швам трещат! - Я порву твой зад и буду трахать, пока не перестанешь умолять о пощаде, - демон впивается зубами в чувствительный сосок, пока освобождает парня от оставшейся одежды. - Тогда не медли, потому что я нереально хочу тебя, - Тэхён усмехается, смотря на то, как с губ его мучителя стекает кровь. Его кровь. Член призывно покачивается от напряжения, но единственное внимание, которое он получает - фиксирующее кольцо. - Закрой рот, сука, - Юнги целует - жадно и напористо. У него очень острые зубы, и младший всегда удивляется, как тот ходит с целым языком, ведь после каждого такого поцелуя Ким глотает свою кровь.       Тэхёна ставят на колени, и он призывно отклячивает попу, открывая взору демона сжимающееся колечко мышц. Юнги нащупывает полупустой тюбик смазки под подушкой и мажет совсем немного. Больших травм они ведь хотят избежать, верно? Растяжка по минимуму, но младший уже весь заходится и извивается, желая получить больше. - Я хочу, чтобы ты считал каждый толчок, - шепчет Мин, оставляя обжигающий поцелуй на выпирающих лопатках и толкается внутрь. Его охватывает восхитительная узость, а болезненные стоны - лучшая награда. - Раааааааааз, - Тэхён сам подаётся навстречу, чувствуя, как грубая ткань чужого костюма трётся о его бёдра. Юнги по-прежнему одет, лишь приспустил немного галстук. Демон вгоняет член раз за разом, сжимая нежные ягодицы до гематом, цепляясь зубами за загривок и вдавливая голову Тэхёна в постель, так, что тот задыхается, но послушно скулит счет. Потом сбивается и получает звонкий шлепок. Плевать. Ему безумно хорошо. Его заполняет и распирает изнутри, горячо, он каждой клеточкой чувствует вторгающуюся в него плоть.       Толчки быстрее и глубже, Юнги подтягивает подушку и упирается в неё ногой, меняя угол проникновения. Третий заход. В Тэхёновой дырке всё хлюпает от заполнившей её сперме, так что член скользит как по маслу. Младший лежит ослабший, едва дышащий и мало что соображающий. У него всё пульсирует, требуя разрядки, но кто ему позволит? - Пожалуйста... - это даже на шёпот мало похоже, Ви сам себя не слышит. - Дайте... дайте мне кончить, Господин...       Если бы он мог, то видел бы, как счастливо улыбается демон, пока лишает его этого ёбанного кольца. Тэхён изливается тут же, крича так, что можно оглохнуть, но не слышит ничего совершенно. Голова пустая, а тело чужое, тяжёлое. Оно медленно трансформируется, принимая истинную свою форму, на что вампир может лишь сдавленно стонать от напряжения в мышцах. - Не прибедняйся, на тебе через час даже следов не останется, - Юнги расправляет мятый костюм, с сожалением оглядываясь на испорченную рубашку. Его рубашку. Он вообще обожает одевать Тэхёна в свои костюмы. На этой суке всё сидело идеально. - Блять, у меня всё после тебя болит, уёбок. - Ещё скажи, что не нравится, - Юнги медленно раздевается и ложится рядом с теперь уже снова рыжим вампиром, заглядывая в красные глаза. - Нравится. Но договор нам всё-таки стоит пересмотреть, - Тэхён вздыхает и морщится, когда холодные пальцы оглаживают раны на плечах. Кровь подсыхает и неприятно стягивает кожу. - Не хочу.       Юнги осторожно целует в рассечённую скулу и скалится. Я люблю тебя, мой Господин. Я ненавижу тебя, жалкая сучка.