Сумасшедшая больничка

Утро.

Рома проснулся. Тяжело встал. И тихо простонал:  — Голова… мпф… пить хочу… Что вчера было — то? — он сделал шаг вперёд и тут же обо что — то споткнулся — бдыщ! — мягкий ковёр смягчил падение.  — Ну хорошо… — злобно прошипел Широков и подполз к столику на котором стояли пока неизвестные напитки и стаканы. В одном из четырёх было что — то бордово — красное. Мужчина, будучи не совсем в здравом уме, отхлебнул.  — О! Вино! Полусладкое… Надо разбавить водой… — брюнет схватил другую стеклянную бутылку в которой что — то плескалось и… вылил её содержимое в посудину. Залпом выдул. И, вроде всё хорошо, да? Но тут — то доктор додумался поглядеть что это была за бутылка. Еле прочитав, он смутно начал понимать, что накосячил — «Мешать водку с вином, это… интересно!» — подумал он.  — Ахахахахаахх!!! Мир!!! Узри великого гения!!! Я начал новую страницу науки! Я… я должен напоить этим напитком всех! — врач взял все стаканы на столе, намешал в них своё «чудо» — Хм… Кто вызвется первым? О! Ты, ты, возле окна, я знаю, ты хочешь! Ты ведь так душевно храпишь… Как тебя? Ай, ладно, Кучерявым будешь! Как же тебя разбудить… ааа… я знаааю… хи-хи-хи… Мужчина на цыпочках подошёл к спящему и…  — ЭЭЭй! ПРОСНИСЬ И ПООООООООЙ!!!! — он заорал прямо в ухо Думанскому. Бедный, он резко вскочил, ударился головой о подоконник, а хитрожопый Роман, пока Альберт был в непонятках подсунул ему своё «чудо». Доктор залпом осушил предоставленный ему стакан. С минуту Думанский сидел с ошалелым видом. Широков же наблюдал. Вижидал. Бдил. — ИК! — брюнет подпрыгнул, и снова бедный подоконник познакомился с кучерявой головой. — Ик! Ик! — и вновь «Подоконник, подоконник, я башка, иду на сближение!» Великий Гений стал волноваться. Ведь если его подопытный выбьет себе все мозги ему нечего будет сказать насчёт супер — напитка. В терзаниях совести взгляд мужчины наткнулся на тапочки — зайчики. Ещё одна идея зашла попить чаёчку. Подняв с пола тапочку, Рома с каменным лицом подошёл к Альберту и… кое — как натянул «зайчика» на кучерявого. Поняв, что одним таким подопытным дело заканчиваться не хочет, Широков намешал ещё парочку напитков. «Хе — хе — хе» «Бом!» — часы пробили время завтрака. (Все так и рванули жрать, ага, сейчас-ка!)  — Пора всем встать… Встаёооом! — никто и не думал просыпаться — Эй! Я к вам, молодые люди, обращаюсь! — тишина. Мужчина злобно посмотрел на двух мирно сопящих мужчин. — Ну, я этого не хотел, вы сами напросились! Кхгм… Вставаааай… С первыми лучами вставаааааай! Мир ты для меня ооткрывааай! С дыханьем прироооды вставаааай, вставааай! Вставаай… с первыми лучами вставаай, целовать не забываай! — доктора в углу заворочались, закопошились, аки таракашки задергали лапками, явно собираясь просыпаться.  — Опа! Сработало! Ши — ши — ши! Сейчас и их напоим… Всё повторилось по первичной схеме обрабатывания Думанского. Хотите узнать что за мужики — пожалуйста! Это всего лишь Лева и Иван! Как престранная компания оказалась вместе? В душе не чаю! Так вот, вернёмся к нашим ба… мальчикам — зайчикам. Да — да именно зайчикам. Потому как на всех четырёх были надеты тапочки и колготки. Где они достали колготки — тоже вопрос.  — И-иитак! Отряд, строойся! Первой проверкой будет знание…ммм… ну, пусть будет. Знание Великих Песен нашей планеты! — Рома вообразил себя капитаном этого полка.  — Чё сказаал? — покачиваясь спросил Лев.  — О_о… Короче, запевай мою любимою! Шагом — марш! Ать-два!  — О, Палмолиив, мой нежный гееель, ты даришь запах орхидеей! Я в восторге просто тааааю, удовольствие получаюуууу! — спустя несколько секунд попытались пропеть четверо не совсем адекватных медиков, марширующих по комнате.  — Ну, недружно. Эй! Не останавливаемся, маршируем, маршируем! — повернувшись к строю из трёх человек сказал Широков. И вот в этот самый момент дверь открывается и с воплем «Маринааа! Спасии меееняяаа!» — влетает красный и ошарашенный Андрей Дуб… Дибенко.