***
Тренировочные матчи, как и дни, летели один за другим. Ребята исправно отсиживали все уроки и бежали в зал, где их по понедельникам и пятницам ждал уставший от подготовки к экзаменам Ниджимура. Иногда, вместо зала, шестерка чудес во главе с Шузо путешествовала по другим школам — бывали соперники, с которыми приходилось довольно тяжело и счет к концу был почти равным, а бывали и те, кто опускал руки уже во втором периоде. Последних Аомине Дайки не то чтобы ненавидел, скорее не понимал. Другие ребята были согласны с Дайки. Возможно согласны. — Да ты видел, что он творит? Он мог спокойно принять мяч под кольцом, но он просто встал. Встал, сука, на одном месте, — тяжёлый форвард негодовал на скамье, — Дай-чан, не все готовы нестись за победой сломя голову, — Сацуки легонько погладила парня по плечу, — Лучше посмотри как играют остальные, — Дайки кивнул и уставился на площадку. Вот Тецуя делает пас через все поле прямо в руки Реты, который сверкает янтарными глазами, прыгает и забивает данк. Мяч у Акаши, капитан несется по площадке, ловко обходя соперников, и бросает трехочковый. Как всегда идеально, хотя Шинтаро мог бы посоревноваться с Сейджуро в этом.Раздался громкий гудок, оповещающий о начале десятиминутного перерыва.Первая половина игры закончена, Тейко ведет в счете на сорок очков. -Я так много бегал, надо посидеть, Куроко-ччи, это был лучший пас, -Кисе плюхнулся рядом с Дайки и стал вытираться полотенцем, попутно высматривая что-то на зрительских трибунах. Рета охнул и схватил Акаши за руку.Сейджуро недоуменно на него посмотрел и уже хотел спросить у блондина, что того беспокоит, но легкий форвард заговорил первым, — Там отец, Акаши-ччи, он впервые пришел на игру, — капитан слабо улыбнулся и ласково потрепал блондина по голове, -Поговори с ним после игры, хорошо? -Рета ярко улыбнулся и кивнул. Сейджуро повертел в руках наполовину пустую бутылку воды и тоже посмотрел в сторону трибун. «А он когда-нибудь придет?»-подумал красноволосый и, отложив воду, облокотился спиной на прохладную стенку. Акаши раньше часто приглашал своего отца на игры. Тот всегда уверял сына, что придет, но так и не появлялся. Позже Сейджуро перестал заходить в кабинет отца и сообщать о предстоящих матчах, Масаоми при надобности сам вызывал сына и спрашивал о личных достижениях. Хотя папка с ежемесячным отчетом о своем сыне всегда лежала на столе главы семьи Акаши. Так что это лишь формальность, которая нужна чтобы Акаши младший вообще не забыл, что у него есть отец. «И когда же я стану достойным твоего присутствия?» — пронеслось в голове у Сейджуро. Нет, Акаши не завидовал Кисе, даже наоборот, был рад за друга. Но сейчас он чувствовал одиночество -Акаши-кун, нам скоро на площадку, тебе нехорошо? — Тецуя склонился над прикрывшим глаза капитаном и дернулся, когда тот открыл их и посмотрел на Куроко «взглядом Императора», — Акаши-кун, с тобой все хорошо? -осторожно спросил распасовщик. Сейджуро потер глаза и кивнул, — Просто немного устал, — Тецуя выдохнул, сейчас перед ним был их капитан, что радовало. А вот секундное появление Императора, наоборот, настораживало. -Шинтаро, играешь с Тецуей, — Акаши начал раздавать указания перед второй половиной матча, -Дайки, выйдешь в четвертом периоде, — Аомине нахмурился, но перечить не стал, — Ацуши, попробуй взять сразу двоих, — Мурасакибара кивнул, повернувшись к Сацуки, которая помогала центровому вытереть шоколад с губ. Сейджуро повернулся к Рете и протянул кулак, — А ты будешь бегать со мной, — Кисе хихикнул и легонько ударил своим кулаком по кулачку капитана, — С радостью, Акаши-ччи. Дальше матч шел гладко, Тецуя быстро подстроился под темп Мидоримы и подавал ему даже когда тот был в прыжке. Акаши вместе с Ретой раз за разом прорывались через оборону противника и под оглушительные крики собравшейся толпы оккупировали кольцо противника в зоне. За их спинами нерушимой стеной стоял Ацуши, а справа точными бросками добивал тандем шутера и распасовщика. А вышедший практически в самом конце Дайки, разбушевался и совсем не оставлял противнику шанса завладеть мячом. Игра закончилась разгромным счетом в 43:115 в пользу средней школы Тейко. Сразу после представления команд и серии рукопожатий, Кисе унесся на трибуны, и, преследуемый визгом поклонниц, скрылся за углом вместе со своим отцом. До раздевалки ребята дошли в полной тишине. Аомине кинул сумку на лавку и с громким звуком приземлился рядом с ней, — Акаши, в следующий раз я хочу играть всю половину, -тяжелый форвард достал бутылку воды, одну часть отпил, а другую вылил себе за шиворот. Тецуя грустно посмотрел на синеволосого, он чувствовал непонятное беспокойство. « Только все наладилось, неужели снова» — подумал Куроко и лег на колени к Мурасакибаре. В последнее время фантом и сладкоежка сблизились — Ацуши заимел дубликат ключей от квартиры распасовщика, а тот, в свою очередь, добавил к уже имеющейся связке ключ от квартиры центрового. Один стал наведываться к другому и наоборот. Тецуе даже удалось приучить Ацуши есть что-то кроме сладостей и фастфуда, за что мама центрового чуть не расцеловала голубоволосого. — Ты чего задумался, Куро-чин, хочешь конфетку? -Мурасакибара стал лучше понимать своего друга, поэтому изредка в точности угадывал настроение распасовщика, — Все хорошо, Мурасакибара-кун, я просто устал, — Куроко повторил ту фразу, которой от него отмахнулся капитан. А Сейджуро, слышавший весь разговор своих друзей, пристально посмотрел на Тецую и поднял одну бровь, как бы спрашивая «Ты серьезно?» Голубоволосый показал Акаши язык, на что тот чуть не подавился водой, и взял из рук центрового клубничную конфету. Мидорима опустился напротив капитана и Аомине, присаживаясь рядом с центровым. Шутер прокашлялся и осторожно спросил, — А можно мне тоже? -Шинтаро указал на обертку от клубничной конфеты, которую распасовщик вертел в руках. Мурасакибара радостно угукнул и, покопавшись в рюкзаке, высыпал на руку Мидоримы с десяток клубничных леденцов. Зеленоволосый благодарно кивнул и принялся за сладости. — Вот и я, мальчики, — в раздевалку сверкающим розовым солнышком залетела Сацуки, — На следующие две игры мы идем с Ниджимурой-саном! Аомине хмыкнул и саркастично захлопал в ладоши, — Вау, еще одной мамочки мне не хватало, — Момои обиженно надулась, — Я же стараюсь для всех, да что с тобой такое сегодня? Тяжелый форвард вскочил, -Что со мной? Да что со всеми вами такое! Зачем вы вообще выкладывались, если те парни заранее были настроены на проигрыш, да что вы., -Сейджуро нахмурился и рыкнул на сокомандника, — Дайки, замолчи и сядь. Поговорим об этом позже. Шинтаро и Тецуя переглянулись друг с другом, если сейчас начнется крупная ссора, то сдерживать этих двоих придется им. -Акаши, Аомине, давайте не будет начинать это тут, — шутер обвел взглядом раздевалку. Капитан поднял руки вверх и опустился на скамью, — Извини, ты прав. А вот Дайки никак не хотел успокаиваться, Момои и Тецуя видели, что он становится злее с каждой минутой, расхаживая туда-сюда, — Дай-чан, давай успокоимся, — менеджер попыталась дотронуться до форварда, но тот отбросил ее руку, — Отвали, Сацуки. Девушка посмотрела на Тецую. Он поднялся и встал напротив Аомине, — Угомонись, Аомине-кун, -Дайки остановился и уставился на Куроко. В помещении повисла напряженная тишина, никто не издавал ни звука. Тяжелый форвард не мигая смотрел на распасовщика, который стойко выдерживал его взгляд, под которым Момои обычно сдается и отступает. — Да чтоб вас, Тецу, — Дайки схватил сумку и вышел из раздевалки, громко хлопнув дверью. Сейджуро устало прикрыл глаза рукой, — Как думаешь, что с ним, Тецуя? — фантом вернулся на свое место, — Скорее всего просто не в настроении. Ну я надеюсь на это. У Сацуки глаза были на мокром месте. Девушка ненавидела ссориться с лучшим другом, она всегда пыталась его поддержать и, пусть в последнее время он отвергал ее помощь, девушка никогда не плакала. Но сейчас терпение розоволосой девчушки лопнуло и она плюхнулась туда, где раньше сидел Аомине, и принялась вытирать краснеющие от бегущих по ним слез щеки, — Вы же все помиритесь с Дай-чаном, так ведь? Мурасакибара поспешил успокоить подругу, — Да, Са-чин, скушай конфетку, они помогают не грустить. Мы всегда будем с Мине-чином, — Момои взяла маленький батончик и принялась рассматривать обертку, чтобы успокоиться и отвлечься от недавней ссоры. — Нам надо собираться и освобождать раздевалку, — напомнил всем присутствующим Шинтаро, — И когда Кисе придет? Момои оторвалась от изучения состава кокосового лакомства, — Точно, я же хотела найти Ки-куна, но из-за Дай-чана совершенно забыла об этом, сейчас я ему позвоню, а вы пока собираетесь, — девушка вытащила из сумки ярко розовый телефон и набрала номер Реты. А парни в это время молча складывали вещи, иногда переглядываясь друг с другом. Шинтаро закончил парковаться первым и помог закрыть сумку Ацуши. Акаши и Тецуя вскоре тоже закончили собираться. А Момои все стояла у стены с телефоном около уха, — Мальчики, — девушка обеспокоенно посмотрела на четверку чудес, — Ки-кун не берет трубку.***
Кисе вел непринужденную беседу с отцом, который успел рассказать об успехах его сестер и своих собственных. — Пап, а игра тебе как? Понравилась? — взволнованно спросил блондин, следя за выражением лица своего отца. Акира Кисе посмотрел на сына и улыбнулся, — Сначала я был против, потому что думал, что ты опять играешься, отбирая у других все призы, — Акира ласково потрепал сына по волосам, — Но теперь я вижу, ты действительно увлечен, сынок, -мужчина нежно усмехнулся и Рета был готов заплакать. Он так ждал этого момента, парень расчувствовался и обнял отца, — Значит я могу играть и сниматься с сестрами? -легкий форвард всхлипнул. Его отец всегда был строг и суров, лишь изредка он проявлял нежность к своим детям, в основном посвящая всего себя работе. Акира похлопал сына по спине, — Ну-ну, мальчик мой, только пообещай не травмировать себя, — мужчина отстранился от сына и махнул рукой в сторону припаркованной иномарки, — Тебя подвезти? Рета отрицательно замахал руками, — Не надо, пап, я с друзьями пройдусь, — Кисе Акира пожал плечами и пошел к припаркованному транспорту. Рета махал вслед удаляющейся машине отца и был готов скакать на месте от счастья. -Да ты посмотри на него, как противно, — Кисе обернулся на голос и цыкнул, — Вот черт.