Поступь Хаоса

      Чудовищный водоворот Силы кружился вокруг дворца, и даже самые бесчувственные из разумных чувствовали ее бурлящую мощь. Вихрь Тьмы вздымался к небесам, беря свое начало от одного-единственного человека. Облаченный в черный балахон Император Палпатин сидел в кресле, призывая всю мощь Темной Стороны, в надежде скинуть путы, охватившие его разум. Крючьями вцепившись в его душу, они годами искажали восприятие могущественного ситха, заставляя вести себя так, как бы он никогда не поступил.       Лицо Палпатина было искажено от боли, а пот градом катился по лбу, капал с кончика носа и жег глаза. Но ситх был упрям. Чего-чего, а терпения ему было не занимать. Он знал, что уже сейчас Вейдер разворачивает свой корабль и берет курс на Корусант. Знал, что изменница Падме забилась под кровать, осознавая, что ее планы рухнули в одночасье. Знал, что выродок-сынок этой парочки, Люк, скорее всего, в ярости крушит все, что только попадается ему на глаза.       Палпатину было плевать. Сегодня его разум обретет свободу, которой был так долго лишен. В какой момент что-то пошло не так? С какого времени Император стал отдавать приказы, попахивающие безумием? Как давно идут разговоры о том, что захвативший власть ситх тронулся умом и его давно пора пустить в расход? Он не знал. Упустил тот момент, когда неведомый враг поднял голову и начал действовать. Непредсказуемый, далекий от понимания и бесконечно жестокий — он запустил свои щупальца повсюду, проникнув даже в Императорский дворец.       Палпатина оправдывало лишь одно — враг умело скрывал свое присутствие и до поры не совал носа в Республику, столетиями оставаясь в тени. И все это время он действовал. Теперь Сидиусу становилось понятно, почему многие авантюры ситхов удавалось воплотить в жизнь. Они считали это покровительством Силы, на деле же все это время они играли на руку Просветителям, а те только рады были «помочь». Рейды пиратов, союзы с врагами Республики, разложение в Ордене и повальная коррупция в Сенате. Да, ситхи немало постарались, чтобы ослабить своих врагов, но они даже не подозревали, что все это время им помогали из тени, чтобы в один прекрасный день нанести чудовищный по своей силе удар.       Трещины проложили путь по мраморному полу, изуродовали стол из драгоценных пород, а затем, покинув пределы кабинета, двинулись по коридорам дворца. Сооружение, построенное с учетом любой ситуации, не могло выдержать мощи своего хозяина, чья Сила бушевала подобно шторму. Ситх чувствовал, как шаг за шагом его разум обретает свободу и ясность, которых он был так долго лишен.       — Спокойствие — ложь, есть только страсть, — прошептал Палпатин, призывая к себе на помощь всю отпущенную ему ненависть.       — Страсть дает мне силу, — силу освободиться от чужого влияния. Силу, что позволит ему вернуть самого себя.       — С Силой я обретаю Власть, — власть вершить как чужие судьбы, так и свою собственную. Слишком долго он был марионеткой. Пришла пора вновь стать кукловодом.       — Власть дает мне Победу, — с каждым словом голос становился громче и тверже. Уверенность в собственных силах росла с каждым мигом, и вместо старой развалины со сгнившими мозгами в кресле снова сидел Император.       — Победа разрывает мои оковы, — последние остатки чужого влияния растворяются в бурлящем потоки Силы, глаза ситха вновь полыхают мощью. Разумной, расчетливой. Опасной.       — И Великая Сила освобождает меня, — бурлящий океан стихал, волны Силы угасали, а Дарт Сидиус с облегчением откинулся на спинку кресла. У него получилось.       — Мой Император, какие будут приказания? — гвардеец припал на одно колено, ожидая распоряжений. Пусть его лицо и было закрыто глухим шлемом, но Палпатин все равно знал, что преданный ему воин улыбается.       — Схватите и убейте Падме Наберри, — приказал ситх. — Действуйте быстро и без колебаний — эта тварь очень опасна. — Дождавшись, когда гвардеец удалится, Палпатин взял в руки сейбер. — А я пока подготовлюсь к встрече. Моему бывшему ученику предстоит усвоить последний урок.

***

      «Истец», Звездный Разрушитель класса «Император II», вырвался из гиперпространства и держал курс на Корусант, когда взвыл сигнал тревоги. Системы Разрушителя обнаружили, что его взяли на прицел находящиеся на орбите Имперской столицы корабли. Не привыкший к подобным встречам экипаж «Истца» удивленно смотрел на Лорда Вейдера, который разве что не позеленел от злости. Глаза Главнокомандующего полыхали ярче двигателей корабля, пальцы рук были сжаты да хруста, а длинные локоны шевелились, словно по мостику гулял легкий ветер.       — С вами говорит капитан Пеллеон, Звездный Разрушитель «Химера», — раздалось по каналу связи. — Согласно воле Императора Палпатина, приказываю вам немедленно лечь в дрейф и отключить двигатели. Любая попытка неповиновения будет расценена как акт агрессии со всеми вытекающими последствиями. Проще говоря, мы вас уничтожим.       — Курс на планету, — прошипел Вейдер.       — Но Лорд Вейдер, нам ведь…       Что именно хотел сказать молодой офицер, имевший глупость открыть рот, присутствующие услышать не успели — кулак ситха сжался, и в тот же миг шея офицера хрустнула, и тот рухнул на холодный пол.       — Держим курс на Корусант, — повторил Вейдер. — Щиты на максимум, орудия к бою.       — Выпустить истребители? — раздался осторожный вопрос.       — О да, — губы Лорда растянулись в предвкушающей улыбке, а глаза полыхнули мощью. Но вовсе не той, к которой экипаж «Истца» уже привык. Нет, на этот раз от Вейдера разило смрадом смерти и безумия.       — Хаос, — послышался отчетливый шепот, в котором явно чувствовался страх.       — Ну что, старик, — проговорил Вейдер, глядя на планету, — пора поговорить начистоту.       Я уже заждался, мой безмозглый ученик.

***

      Звездные Разрушители открыли огонь сразу же, и защитные щиты «Истца» загудели, пытаясь выдержать обстрел, от которого любая флотилия уже разлетелась бы на мелкие части. Но «Истец» не зря был флагманом Имперского флота и личным кораблем Дарта Вейдера — вопреки всему, он продолжал следовать заданным курсом, а затем и вовсе открыл ответный огонь.       — Щиты «Вездесущего» вышли из строя, корабль получил несколько серьезных повреждений! — завопил оператор. — Связь с мостиком потеряна!       — «Левиафан» выбыл из боя! — тут же последовал новый доклад. — Капитан Майерс погиб!       — Да что происходит, черт бы вас побрал?! — не выдержал Пеллеон. — Это всего лишь один Разрушитель! Уничтожьте его наконец!       — Сэр… — молодой офицер мялся, не зная, что сказать. — Мы не можем пробить его щиты, в то время как орудия «Истца» косят наши корабли один за другим.       — Ну так усильте огонь! Мне плевать, как вы это сделаете, но этот ублюдок не должен добраться… — Взвывшая сирена прервала капитана. — Ну что там еще?!       Ответом ему был чудовищных размеров клин огромного Звездного Разрушителя, на фоне которого любой корабль Имперского флота казался карликом. Его гигантская тень накрыла сражающихся, подобно савану, после чего в эфире раздался чей-то уверенный и сильный голос:       — Капитан Пеллеон? С вами говорит гранд-адмирал Освальд Тешик, Звездный Разрушитель «Палач». Приказываю вам немедленно выйти из боя и ждать дальнейших указаний. Вам все ясно?       — Так точно, сэр, — Пеллеон ответил незамедлительно. Не ему оспаривать приказы одного из высших офицеров Империи.       — Тогда конец связи.       Первые же залпы орудий «Палача» продемонстрировали, что равных ему в Галактике попросту нет. Щиты «Истца» не выдержали столь чудовищной нагрузки и, моргнув пару раз, приказали долго жить. Последующие выстрелы вывели из строя двигатели, и даже покинувший ангары «Истца» рой истребителей уже ничего не мог изменить — из недр «Палача» вырвались эскадрильи истребителей, которые быстро превращали машины противника в груды искореженного металла.       — Лорд Вейдер? — Несмотря на повреждения, мостик Разрушителя уцелел. — Это ваш последний шанс сдаться. Ваша жена уже мертва, а ваш сын скоро разделит ее участь. Ваше сопротивление бессмысленно. Если надеетесь обрушить свою развалину на столицу, то у вас ничего не получится — мы уничтожим ее задолго до того, как вы достигнете орбиты Корусанта.       — Несмотря на ваше высокое звание, Тешик, вы поразительно глупы. — Гранд-адмирал с трудом узнал голос Вейдера. Казалось, что вместо него говорит какой-то зверь, лишь по недомыслию владеющий внятной речью. — Хаос никогда не сдается и никогда не останавливается. Вы все умрете, а ваши жалкие ничтожные души обречены на вечные страдания, и Темные Боги будут пировать на ваших мирах.       — Ну что же, свой выбор вы сделали. — Тешик лишь пожал плечами и отключил канал связи. — Уничтожьте эту груду рухляди.       Залпы бортовых орудий быстро разносили «Истец» на части, однако даже этих коротких мгновений хватило Вейдеру с лихвой. Мостик Разрушителя был залит кровью, а разорванные на куски останки экипажа усеивали пол, но у этой кровавой бойни была цель — переливающийся всеми красками портал корежил само пространство вокруг себя, когда тот, кто некогда был Лордом Вейдером, вошел в него, направляясь в самое сердце Империи — Императорский Дворец.

***

      — А вот и наш недальновидный предатель, — объявил Император, стоило Вейдеру ворваться в тронный зал, оставив за спиной кровавую просеку. — В тебе что-то изменилось, мой глупый ученик. Прическу сменил?       Светлые волосы Вейдера действительно скрутились в тонкие жгуты и вздымались над головой наподобие рогатой короны. Глаза уже бывшего ситха полыхали потусторонним пламенем, лицо как будто размазалось и приняло новые черты, из-под которых все еще проглядывал облик Энакина Скайуокера.       Палпатин внимательно разглядывал своего бывшего ученика, отмечая опасные изменения, которые могли так или иначе повлиять на исход боя. Руки Вейдера стали длиннее и теперь заканчивались довольно внушительными когтями. Также он явно стал шире в плечах, ноги странно изгибались, что совершенно не нравилось Сидиусу. Ему придется подстраиваться под изменившийся стиль боя Вейдера, а ведь неизвестно, какие силы даровали тому новые хозяева.       — Твое время истекло, старик, — прорычал Вейдер, обнажая клыки.       — Глупец, возомнивший себя гением, — пылающие золотом глаза ситха прищурились, — ты так ничего и не понял. Лишь я один управляю своей судьбой и решаю, чье время пришло, а чье еще нет. И не тебе, безмозглой собачонке, разевать на меня свою пасть. Тем более что выглядит она у тебя более чем уродливо.       — Довольно болтовни!       — Согласен, — кивнул Палпатин, одним плавным движение срываясь с места и зажигая меч, направленный прямо в сердце предателя.       Вейдер ушел в сторону в последний момент, активируя свой сейбер и одновременно метя когтистой рукой в лицо Императора. Но Дарт Сидиус не зря имел репутацию смертельно опасного воина, а потому он лишь немного сдвинул голову в сторону, чтобы удар пришелся в пустоту. В свою же очередь он позволил Силе сорваться с кончиков пальцев в виде разрядов молний, поразивших Вейдера прямо в грудь. Но, к неприятному удивлению Палпатина, тот даже не почесался, напротив, его натиск усилился, когти и сейбер чередовались друг с другом в причудливой пляске Смерти.       — Твоя стерва-жена подохла, — послал словесную шпильку Палпатин. — Эта дрянь убила почти два десятка штурмовиков, прежде чем балбесы додумались забросать ее термодетонаторами. От нее не осталось даже пепла.       — И ты сдохнешь за это!!! — проревел Вейдер, в прыжке нанеся ситху удар ногой в грудь. Палпатин отлетел, извернувшись в воздухе, а адепт Хаоса уже несся к нему, с каждым мгновением все больше теряя человеческий облик.       — Я послал эскадру адмирала Окинса перехватить твоего выродка и уничтожить его, — Сидиус продолжал выводить бывшего ученика из себя, одновременно отражая удары. Какими бы силами тот теперь ни обладал, но от одного изъяна в себе он так и не смог избавиться — от затмевающего разум гнева. — Окинс находится на борту «Лусанкии», близнеца «Палача», с которым ты уже успел познакомиться. Это даже забавно — Главнокомандующий Имперской армии даже не знал о совершенно новых кораблях, которые я приказал построить. Приятно чувствовать себя идиотом?       Исполненный ненависти рев вырвался из глотки Вейдера, и в этот момент Палпатин окончательно убедился, что победа за ним. Мало обладать чудовищной силой, если ты не умеешь ею пользоваться, а гнев полностью затмевает разум, превращая тебя из разумного человека в неуправляемое животное. Бесспорно опасное, от которого можно ожидать чего угодно, но все же животное. На своем веку Дарт Сидиус повидал многих таких и отлично умел их ломать и уничтожать.       Перехватив сейбер поудобней, Палпатин сделал приглашающий жест, и окончательно утративший остатки разума Вейдер кинулся на своего бывшего Мастера, не заботясь о последствиях. Одним огромным прыжком он преодолел разделяющие их метры, надеясь снести Императору голову, когда в правой руке вспыхнула жгучая боль, а мощный толчок Силы отправил его в полет к дальней стене. Свалившись на пол, Вейдер безумным взглядом смотрел на обрубок правой руки, срезанной выше локтя. Гнев полыхнул с новой силой, заглушая боль, и бывший ситх ринулся было вперед, когда брошенный Императором сейбер начисто снес ему ноги.       Вопя от боли, Вейдер катался по полу, в то время как Палпатин призвал свой сейбер обратно и теперь медленно приближался к поверженному врагу, намереваясь поставить в их дуэли жирную точку.       — Кхорн, дай мне сил! — прохрипел Вейдер. Но Кровавый Бог молчал.

***

      На борту «Ловца Душ» Люк Скайуокер впервые за долгое время ощутил почти забытое чувство — страх. Смерть матери и отца наотмашь ударила по его сознанию, открывая взору служителя Тзинча все последствия этого провала.       — Лорд Скайуокер, — Казн'тун подошел совершенно незаметно, что повергло Люка в шок. Раньше подобных промахов он себе не позволял. Но куда худшим открытием для него стало то, что присланный Просветителями колдун скинул с себя подчиняющие чары, вновь обретя свободу воли. — Повелитель Джориас Калт требует, чтобы ты немедленно прибыл на Малдиз. Он желает услышать объяснения, почему все наши приготовления рухнули в одночасье.       — В этом нет моей вины, колдун, — как можно более надменно отмахнулся Скайуокер. — Можешь так и передать своему жрецу.       — А Просветителям мне то же самое передать? — ехидно поинтересовался Казн'тун, и Люк ощутил, как холод страха сковывает его позвоночник. — Боюсь, они не оценят твоих слов.       — Владыка призывает меня? — уточнил Скайуокер.       — Именно, — довольный оскал колдуна растянулся на пол-лица, а глаза полыхали в кровавом предвкушении. — Советую тебе призвать все свое красноречие, ведь, в отличие от Калта, Владыка не склонен прощать чужие ошибки, и такое слово, как милосердие, он никогда не слышал.       Развернувшись, чернокнижник покинул мостик, оставив Скайуокера в раздумьях. Тому предстояло предстать пред истинным Лордом Хаоса, на фоне которого все семейство Скайуокеров смотрелось бледно и далеко не так внушительно, как бы им самим того хотелось. Если верить тем слухам, что разносились среди служителей Хаоса, лидер Просветителей был воплощением войны, по приказу которого сгорали целые миры, а их обитатели становились пищей для демонов. За его плечами были сотни лет войны, тысячи сражений и побед. И никто, никто в здравом уме не смел оспаривать его приказы, если только безумец не хотел принять самую мучительную смерть.       И вот Владыка призывал Скайуокера к себе, желая услышать объяснения, которых у Люка попросту не было. Единственным вариантом было спихнуть всю вину на погибших родителей, ведь с мертвых спроса нет.       — О Тзинч, даруй мне свою мудрость, — еле слышно взмолился Скайоукер. Но Повелитель Судеб молчал.

***

      — …таким образом нам удалось выявить предателей, что годами скрывались в наших рядах, отравляя наш разум. — Сенаторы, собравшиеся в наспех восстановленном зале Императорского Дворца, с удивлением слушали вполне рассудительную и спокойную речь Палпатина, которые в этот раз не брызгал слюной и не грозил всем присутствующим мучительной смертью. — В связи с чудовищной угрозой, которую они несут всей Империи, я издал указ, согласно которому служение Хаосу в любой форме объявляется Ересью и будет караться смертной казнью.       Сенат аплодировал, а Палпатин изучал присутствующих внимательным взглядом золотых глаз. Кто еще из них продался Хаосу? Кому следует уже сейчас подписать смертный приговор? Император вынужден был признать, что он слишком запустил процесс и теперь многое придется очень быстро наверстывать.       — В свете нынешних событий также следует признать, что все наши старые распри ныне бесполезны и даже опасны, ведь на кону стоит наше выживание, — продолжил Палпатин, и зал замер в ожидании. — Мы должны забыть про наши разногласия и встать плечом к плечу для отражения внешней и внутренней угрозы, что поражает наше общество. А потому властью Императора я объявляю о полной амнистии рыцарей Ордена джедаев, а также о начале переговоров с лидерами Альянса.       Зал взорвался бурей эмоций и криков. Неопытному человеку трудно было бы выловить что-то конкретное в этом калейдоскопе, но Дарт Сидиус был достаточно сведущ в эмоциях людей и ксеносов, чтобы найти то, что ему нужно. Очаги недовольства и раздражение. Те, кто хотел продолжения войны. Те, кому джедаи в Империи нужны были примерно так же, как кость в горле.       — Помимо этого, — голос Императора мгновенно утихомирил сенаторов, — было решено изменить функции Инквизитория — с данного момента их основной задачей становится не поиск джедаев, а выявление Ереси с целью дальнейшего ее искоренения. На данный момент механизм расширения полномочий инквизиторов еще разрабатывается, но уже сейчас я могу с уверенностью сказать, что именно эти люди и нелюди встанут на защиту Империи от слуг Темных Богов и тлетворного влияния так называемого Империума Человечества.       В тот день было еще много чего сказано, но суть посыла была понятно каждому, у кого были уши и мозги — Галактическая Империя выстоит лишь в том случае, если все ее граждане выступят единым фронтом, позабыв старые обиды и отбросив еще более старые распри. И, само собой, под мудрым руководством Императора Палпатина, который вновь обрел ясность мысли.

***

      Глядя на то, что осталось от Люка Скайуокера, Лорд Фалрион стряхнул капли крови с когтей.       — Будем считать, что извинения приняты. — Взмахом руки Космодесантник приказал убрать останки, а сам вышел на балкон, с которого открывался вид на плато. Бледные тонкие губы Фалриона разошлись в жестокой усмешке, когда он вспоминал жалкие оправдания ничтожества, возомнившего себя Вершителем Судеб.       Собственно, вполне могло случиться, что оправдания Скайуокера могли сработать, вот только доклад от шпионов в Империи пришел чуть раньше, чем «Ловец Душ» приблизился к орбите Малдиза. Изучив донесения о том, какую деятельность Император Палпатин развернул в подконтрольном ему государстве, Фалрион пришел в ярость. Да, у ситха не было того огромного опыта, которым обладали слуги Мертвеца-на-Троне, но Палпатин как раз-таки и славился своей дотошностью и въедливостью. А самое главное — он очень быстро учился.       Ситх под корень вырезал все семейство Наберри, не пожалев никого, а их особняк и все принадлежащие им дома предал огню. На орбиту Бисса вышел огромный флот, ведомый совершенно новым кораблем чудовищной мощи, который превратил поверхность планеты в шлак. Скрытые лаборатории и комплексы подверглись длительной бомбардировке, в результате которой зараженные варпом клоны Палпатина были уничтожены.       И это было только начало.       — Ну что же, ситх, — проговорил Фалрион, глядя в небеса, навеки погруженные во Тьму. — Игра продолжается. Я бы даже сказал, она только началась.

Конец