Да уж, влюбился!

Прошло уже шесть месяцев с того памятного бала маскарада. Вроде бы никаких глобальных изменений в мире, да и в государствах не произошло. Реки текли так же, люди все также работали и платили налоги, но… - Карма, почему ты не можешь держать себя в руках? Ты уже побил тринадцать человек и это только за два дня! Причём одного, который слишком близко к тебе подошёл, с того света еле вытащили. Благо у нас хорошие лекари! Тебе мало было той банды бандитов на прошлой неделе, которую потом эти же самые лекари тоже еле выходили? Они уже, бедные, годовой запас лекарств практически закончили, - отчитывала совершенно не слушающего и пребывающего в каких то своих мыслях сына, королева Акабане. Да уж, за последние полгода принц как будто с цепи сорвался. Он либо устраивал крупномасштабные драки, либо на несколько дней запирался в своей комнате, не впуская туда никого, даже из прислуги. Есть в такие моменты, он тоже отказывался, и из-за этого сейчас был очень бледным и исхудавшим. Конечно Карма и раньше был не подарок, но сейчас он сам на себя не похож. - Они сами были виноваты, и извиняться я не собираюсь, - сказал, как отрезал. Не собираясь и дальше выслушивать нравоучения, он поднялся и ушел в свою комнату. «Наверное, опять закроется на несколько дней» с болью подумала мать Акабане. А Карма же действительно пошёл в свою комнату. Но, когда до дверей в его апартаменты оставалось совсем ничего, он неожиданно остановился. Решив, что сейчас он больше хочет прогуляться на свежем воздухе, принц Акабане ушёл в сад матери, который не уступал, а где-то даже превосходил сад Асано. Интересно, а Нагисе бы он понравился? Опять он думает о нем! Карма же запретил себе думать о так полюбившихся ему глазах, об этой хрупкой фигуре, о голубых волосах на ощупь которые были как шёлк… Чёрт, и как тут не думать о нём? Решив, что наслаждать свежим воздухом можно и сидя, Карма зашёл в одну из красивых беседок, которая снаружи была обвита плющом с белыми цветами. Усевшись на скамейку, он опять погрузился в свои мысли. И зачем он всю злость срывает на других? Но лучше злиться и участвовать с кем-то в драках, чем оставаться наедине с собой и своими воспоминаниями. Карма сам и не заметил, как, сморённый воспоминаниями он уснул. Проснулся он от того, что кто-то легонько прикасался к его щеке, убирая волосы, которые норовили залезть в глаза. Открыв глаза, принц с удивлением обнаружил рядом с собой того, о ком думал прошедшие полгода, и от вида которого у него знакомо разлилось тепло в груди, а в животе, как бы пошло это не звучало, затрепетали бабочки. - Я сплю? - мягко хватая это чудо за руку, будто боясь, что это и правда сон, и он в очередной раз проснётся один, спросил Карма, целуя маленькую ручку,- если это и правда так, то я не хочу просыпаться. Тут же последовал тихий смех, который был похож на переливчатую песню колокольчиков. Карма бы вечно слушал его. Он притянул голубоглазое чудо к себе, осторожно обнимая. Да уж, теперь они смогут увидеться только вот в таких вот по-настоящему волшебных снах. - Какой же ты всё-таки дурачок, - прекратив смеяться, с улыбкой сказал Нагиса. Он прикоснулся рукой к щеке принца, наблюдая, как он ластиться к ней, словно большой кот. - Только твой дурачок, - проговорил Карма, и пока сон не растаял, притянул Нагису ближе к себе и поцеловал. Уже потом, он узнает, что Нагиса не смог врать о своих чувствах к Акабане и признался во всем Асано. Гакушу конечно возмущался, просил, грозился запереть в замке, но, взглянув в заплаканные глаза, сдался, и отпустил его к Карме, скрепя сердце. Узнает также, что по прибытию в чужую страну, растерявшийся Нагиса встретил Рио, которая не дала ему и шагу ступить в замок. Потирая руки, она повела его к месту, куда ушел Карма, не дав Нагисе даже шанса возразить, а сама умчалась в замок готовить вечеринку. Но это будет потом, сейчас были только они вдвоем, и поцелуй, соединяющий их души после долгой разлуки.