Кретин

Сложно было представить, что из одинокой девушки, которая всем своим видом пытается показать, что ей никто, в плане партнёра, не нужен, а в тайне любуется молодыми семьями, которые ходят за ручку в кино с большой бадьей попкорна — ты сама станешь частью этой самой молодой (пока НЕ) семьи, которая ходит в кино смотреть детские мультфильмы. Только помимо бадьи попкорна у вас еще была сладкая вата и кока-кола на каждого. Первую половину фильма ты сидела, как на иголках — то же самое чувство тебя сопровождало и в очереди, где три молоденькие девушки взяли у тебя автографы и сфотографировались. Ричард, конечно, не упустил возможности тебя подколоть — мол, четырнадцатилетние девочки — самый максимум твоего фанклуба. Но ты в долгу не осталась — в конце концов, его вообще никто не узнавал. Суть мультфильма пролетала мимо тебя с невероятной скоростью, пока ты вся погрузилась в свои мысли. Мысли о том, что ты невообразимо быстро стала тем, чем восхищалась еще около года—полутора назад. Скажи тебе тогда, что ты придешь в кино с ошеломительным мужчиной и его наимилейшей дочерью, ты бы очень громко рассмеялась, а дома бы очень сильно загрустила, втайне надеясь, что это все таки станет правдой. И оно стало — вот сидишь ты, по экрану крутят мультик, возможно даже интересный, рядом сидит Ричард и уплетает попкорн за обе щеки, а Тина очень недовольно сверлит тебя взглядом, намекая, что ты не смотришь. Идеальная американская семья. Если не брать тот факт, что ребенок не твой, да и… Боже, о чем тут думать, вы встречаетесь без года неделя, какая еще семья?! За оставшееся время ты даже успела понять, в чем смысл того, на что вы сюда пришли. Тина была в полнейшем восторге и даже после конца фильма лепетала про него без остановки. — Ричард? Ты отвлеклась от красочных рассказов Тины и взглянула на пару, остановившуюся в пяти шагах от вас. Среднего роста мужчина с черными волнистыми волосами и симпатичная обладательница рыжих волос, которую он держал за руку, одинаково расплылись в улыбке, увидев Мэддена. Ричард довольно заулыбался, назвал их по именам — Кит и Роуз соответственно — и быстро сократил расстояние, вовлекая мужчину в теплые дружеские объятья, а девушку приветливо чмокая в щеку. — Мне начинать ревновать? — смущенно подала голос ты. Роуз перевела на тебя взгляд, коротко усмехнулась и покачала головой. Еще не представленный тебе Кит оглядел тебя и свел брови на переносице, заострив внимание на том, как крепко Тина держит тебя за руку. — Здрасьте, дядя Кит и тетя Роуз, — поздоровалась девочка, маша другой ручкой, — вы знакомы с тетей Т\И? — Ох, конечно, — замельтешил Ричард, почесывая бороду, — Т\И, это мои друзья: Кит и его девушка Роуз. Ребята, Это Т\И… — Она папина девушка. — договорила за отца Тина, совершенно не смущаясь. А тебя ее заявление заставила покрыться красными пятнами от смущения. Ситуация могла бы быть милой, если бы Кит в этот момент был хоть немного повеселее — обычно, знакомясь, пытаются хотя бы сделать вид, что рады. У Кита же лицо не выражало ничего, кроме удивления. И чему он был удивлен? Смутил твой ободок с ушками? То что вы с Тиной так сдружились? Что у Ричарда так испортился вкус и он решил снизойти до тебя? Кит повернул голову в сторону Ричарда, и все еще сводя брови на переносице, тихо спросил: — Мне казалось, я видел тебя вчера с… Друг Мэддена резко осекся, проглотил половину предполагаемых слов и нервно зачесал волосы назад. На лице Ричарда не дрогнул ни один мускул, но сама его физиономия побледнела. Ты перевела взгляд с него на Кита, который внимательно рассматривал пол под ногами. Его девушка же выглядела довольно напугано — по крайней мере, так казалось, когда ее большие глаза смотрели прямо на тебя. В горле неприятно запершило, и ты прокашлялась. — Наверное, ошибся. — продолжил через какое-то время Кит, поднимая на тебя взгляд. Лицо приобрело более доброе выражение, что нельзя было сказать о тебе. — Конечно, ошибся! Я и сейчас его не сразу узнал, а вчера так вообще плохо себя чувствовал. Вряд ли тебе нужно было в больницу рядом с моим домом, — мужчина засмеялся, стараясь расслабить обстановку, — Я просто идиот, не слушайте меня, Т\И! очень приятно познакомиться. — Как скажете, — парировала ты, немного наигранно улыбнувшись, поочередно пожав им руки. Неловкое молчание висело еще секунд десять, затем друзья Ричарда и теперь твои новые знакомые поспешили по делам. Тина, все это время разглядывающая магазинчик со сладостями, рванула в него на низком старте. Вы не спеша двинулись за ней. — Он же сказал, просто идиот. Ошибся. — вдруг заговорил Ричард. — Я поняла, — безмятежно ответила ты, — Все в порядке. — Точно? — спросил он, вскинув бровь. Ты рассмеялась и поправила ему воротник рубашки, приговаривая: — Конечно. Разве у такого идиота, как ты, могут быть нормальные друзья? Ричард облегченно вздохнул и рассмеялся, после чего прошел на кассу, где маленькая Тина уже стояла с большой охапкой вкусностей. Ты осталась ждать снаружи. Все бы ничего, только Ричарда вчера несколько часов не было дома и он не брал твои звонки. Кажется, до идеальной американской семьи вам еще нужно несколько подрасти. *** Заглядывать в чужие телефоны — очень некрасиво. Заглядывать в телефон к человеку, с которым ты встречаешься, и с которым должно быть, по идее, полное доверие — некрасиво вдвойне. Выходит. Ты ему не доверяешь. Выходит, отношения — не отношения, потому что нормальные отношения строятся на доверии. Хотя, кто сказал, что у вас нормальные отношения? Только Кларисса твердит, что ваши отношения — пример не стареющей классики. Ты вот думаешь, что у вас все по-особенному. А лезть в чужой телефон — это… Ты еще не придумала, как именно это назвать, но это нормально. Ты доверяешь Ричарду. Да. Абсолютно нормально, что ты решила проверить его мобильный. Вдруг там что-то важное, а Ричард в ванной? Нет, серьезно, иначе? почему кто-то строчит ему сообщения каждую чертову минуту? Даже позвонил два раза! Такая срочность нужна, только если кто-то умирает, не иначе. Ты нажала на кнопку блокировки, и перед тобой загорелся экран, пестрящий кучей сообщений и пропущенных звонков. И все от одного абонента. — А кто такая Клара? Ричард неосознанно дернулся, услышав произнесенное тобой имя. — Она звонила и писала, пока ты был в ванной. Я не стала брать. — Только не драматизируй. — попросил Ричард, забирая телефон из рук, — Клара — это педиатр Тины. Скоро нужно будет отвести ее на ежегодное обследование. И если это важно, то ей уже за пятьдесят и у нее есть муж. — Ну да. Сейчас ведь все замужние женщины за пятьдесят строчат отцам своих маленьких пациентов из-за ежегодной проверки здоровья, — ты наигранно улыбнулась , — и уж точно замужних—женщин—педиаторов—пятьдесят—плюс записывают только именем. Никаких Миссис. Потерянное поколение, не уважающее взрослых. Не дожидаясь никакого ответа, ты ушла из спальни на кухню, настежь открывая окно и впуская в дом по-осеннему холодный воздух. Ты понимала, устраивать скандал из-за звонков какой-то Клары, даже не узнав наверняка, что это за женщина — по крайней мере глупо. Но, черт возьми, такой уж ты выросла — в семье, где как раз таки из-за телефонных звонков чужой женщины неоднократно устраивались скандалы, по-другому не получится. Ты боялась. Ох, как боялась, что наступишь на грабли, на которые много раз наступала твоя же мама. Потому что было бы, по крайней мере неприятно — с детства заручиться, что никогда не найдешь мужчину, который будет изменять, и влюбиться именно в такого. Ты услышала, как Мэдден зашел на кухню и остановился около обеденного стола, наблюдая за тем, как ты немного истерично поправляешь волосы. Он издал невнятное «эмм», собираясь начать говорить, но ты его перебила: — Я этого не хотела. — ты глубоко вдохнула и закрыла глаза, поворачиваясь к нему лицом, — устраивать вот это… Я не люблю скандалы, но как-то сама их начинаю. От мамы передалось, наверное, — ты тихо усмехнулась, но продолжила с полной серьезностью: — Извини, была неправа. — Никогда бы не подумал, что у знаменитой писательницы, у которой толпа, возможно немного глупых, фанатов, существуют такие сильные комплексы. — У меня нормальные фанаты. — в их защиту огрызнулась ты, — Самые лучшие. Неосознанно зажевав губы, ты так и не дала ответа на главное утверждение, которое выдвинул в твой адрес Ричард. Потому что говорить было нечего — все итак было видно. Как и у любого человека, комплексы у тебя имелись. Ужасную роль играло то, что были они у тебя не невзрачными, а видными и сильными, как и сказал Ричард. Ты пыталась решить эту проблему сама, даже подключала психолога, но до конца ее искоренить так и не получилось. Ты вздрогнула, почувствовав руку Мэддена, коснувшуюся твоего плеча. Ты подняла на него глаза и встретилась с его серьезным взглядом. — Это глупо, Т\И, — выдел он, заставляя тебя напрячься, — Я для тебя — открытая книга, но ты постоянно закрываешь меня и смотришь только на обложку. Хотя на старицах написано, что единственная женщина, которая мне нужна, стоит сейчас передо мной и выдумывает невесть что. Ты почувствовала, как лицо стремительно покрывается красными пятнами и прикусила нижнюю губу. — Сразу видно, что ты литературный критик, — усмехнулась ты. — даже сравнения какие литературные! — А как иначе с писательницей-истеричкой? — улыбнулся он в ответ, получая несильный толчок в плечо. И можно было бы миллион раз сказать, что Ричард Мэдден — самый романтичный кретин из всех, если бы не одно НО. Через несколько дней после этого, когда вы с Тиной остались у них дома одни, а Ричард поехал по делам, Тина как могла жаловалась тебе на отца — что он не разрешает ей прогуливать физкультуру, когда она стоит первым уроком, что не купил мороженое после дантиста… И последним пунктом в ее длинном списке жалоб было то, что он никак не отвезет ее к бабушке. Казалось бы — что удивительного? — Ведь его родители живут в Шотландии, и ехать шесть часов по одному Тининому желанию, мало кто захочет. Только вот ты забыла учесть, что у Тины есть и вторая бабушка — со стороны мамы. И звали ее Клара.