~Как встретишь Новый год, так его и проведешь~

Всю неделю Танака и Каменаши ходили как в воду опущенные. Коки пытался хоть как-то поговорить с одногруппником, но Казу замечая, что к нему идет , сразу куда-то убегал. Никто не встревал в их отношения, и не пытался выяснить, что происходит. Каме надоело бегать, и решил поговорить с другом. Но лишнего повода для разговора не находил, как-то случайно нашел в своей сумке ключи от квартиры Танаки и решил его отдать. Он совсем забыл про них, и сейчас держал их в руке, собираясь с мыслями. В гримерке были только каттуновцы, скрывать было нечего. Глубоко вздохнув, пошел к Коки. Тот сидел за столом и что-то делал в телефоне. Каменаши остановился возле него и положил на стол ключи. — Они мне больше не понадобятся! – произнес юноша, стараясь, чтобы его голос не дрожал, а лицо было серьезным. Они встретились глазами, не замечая ничего вокруг, продолжая молчать. Казу ждал, что ответит Коки, но ничего не дождавшись, развернулся, собираясь уйти. Но его взяли за руку. — Люди, прошу вас, выйдите из гримерки! –сухо произнес репер, крепко держа ладонь парня, — заранее спасибо. Одногруппники начали возмущаться, но все же вышли за дверь, оставив их наедине. Каменаши стоял спиной и только чувствовал, как Танака встал, обнял его, прижимая к себе. Сердце предательски стало быстрее биться, а тело откликнулось на объятия, начиная дрожать. Парень представить даже не мог, как сильно соскучился по нему. И все же старался держать себя в руках. — Каме, — тихо прошептал Коки на ушко, по телу пробежали мурашки, а в животе приятно защекотало, — Каме, прости меня, я не могу без тебя! Скажи что любишь, скажи, прошу. Каменаши вздохнул, все еще не оборачиваясь. — Не могу! Прости, но я тебя не люблю, я уже говорил тебе об этом! – твердо ответил Казу. Его развернули лицом к себе, заглядывая в глаза, но он пытался не смотреть в них. — Скажи это мне в глаза, не отворачиваясь! – ответил одногруппник, все еще пытаясь поймать взгляд. И не верил ни слову, точнее сомневался. Очень медленно Каме поднял свой взгляд и посмотрел в глаза. — Я тебя не люблю! – не очень уверенным тоном ответил. Танака схватил за обе руки друга, сжимая их до боли, от чего тот поморщился, но промолчал, все еще не отрываясь от глаз. — Ты врешь! Врешь! – взорвался Коки и грубо стал целовать в губы, не давая вырваться. Языком приоткрыл губы своего мальчика, проникая внутрь. В этом поцелуе не было никакого наслаждения, только желание показать, что Казуя принадлежит только ему и никому больше. Его руки заскользили по телу, задевая чувствительные места, и оно перед ним задрожало от желания, а губы начали отвечать на поцелуй. В его ласках не было ничего нежного, наоборот, была какая-то жестокость. От сладкого рта перешел на шею, покусывая ее, и оставляя алые следы от зубов. Ладонь опустилась на пах любимого, про себя отмечая, что он стал более твердым, а значит, Каменаши также сильно хочет его, как и он сам. Как в тумане поднял его за бедра и усадил на стол, не давая ни насколько освободиться, теребя его шею. Руками судорожно расстегивал ремень и ширинку друга, пытаясь освободить его как можно быстрее. Как только с брюками было покончено, перешел на свои, спуская их на пол. Затем ладонью, охватил запястья Каме и закинул их над его головой, заставляя прогнуться в спине и обхватить себя ногами за талию, что его котенок и сделал. Провел свободной рукой по своему паху и вошел в любимого без подготовки. О, какое это наслаждение врываться в узкое кольцо мышц, почувствовать, как все сжимает его внутри. Простонал от удовольствия и начал быстро проникать в податливое тело, которое стало прогибаться под ним, заставляя наращивать темп, покусывать шею и все что попадется под острые зубки. Танака двигался все быстрее и быстрее, причиняя сильную боль и в тоже время наслаждение. До него отдалено доходили стоны удовольствия Казуи, и они возбуждали его сильнее. С каждым толчком, менял угол проникновения, ища ту самую точку, которая доставила бы неземное удовольствие любимому. Парень нашел ее, услышав громкие стоны Каменаши, ускоряя темп. Их сейчас не заботило, что кто-то может зайти сейчас, увидеть их в таком положении, наоборот это даже заводило еще больше. Коки совсем слетел с катушек и больше не мог сдерживать животный инстинкт, врываясь с силой в такое восхитительное тело. И не замечал, что происходит вокруг, точнее, под ним. С таким темпом быстрее выдохся и кончил очень быстро, замечая так же, как обильно кончил возлюбленный. Только сейчас, когда возбуждение прошло, начал понимать, что натворил и отшатнулся от Каменаши. – Прости, я не хотел Казу…— прошептал он, с ужасом наблюдая за ним. Осел на колени, через пару секунд ощутил пощечину на своей щеке, поднял удивленный взгляд на Казую. И только сейчас заметил, как по щекам его котенка текут слезы, из губы кровь, и как подкашиваются ноги. — Ненавижу тебя! – прошипел Казу, застегивая свои брюки, — ненавижу! После этих слов, развернулся и зашагал прочь. В его взгляде и голосе было столько боли и отвращения, что защемило в груди. — Что я наделал? – прошептал репер, опуская голову, все еще ощущая пощечину. Каменаши шел быстрым шагом куда-то, даже не обращая ни на что внимания, сталкиваясь с какими-то людьми, автоматически извиняясь, и бредя дальше. Все его тело ломило от боли, ноги подкашивались. Но он заставлял передвигать их. В его голове не укладывалось, как мог Коки так с ним поступить, насильно принудить к сексу, да потом еще делать вид, будто бы не понимал что делает. Ему было больно, очень больно, но и в тоже время, тело отвечало на грубые ласки, и получил от этого удовольствие. «-Нет, нет, я не получал его! – отбросил мысль в сторону — Но тебе понравилось! Ты получил разрядку! – шептал внутренний голос — Заткнись! Я не мазохист! — разозлился еще больше на себя Казуя.» И только сейчас заметил, что ноги его привели к гримерке группы NEWS. Постучал в дверь и приоткрыл ее. К его удивлению и облегчению, в комнате был только Тегоши. Молча, прошел в комнату и рухнул в кресло, прикрывая глаза. — Ох, ками-сама, что случилось? – услышал совсем рядом обеспокоенный голос Юи. К его губе приложили что-то, от чего Казу зашипел от боли. — Осторожней! – произнес чуть позже — Прости, прости, но потерпи, пока обработаю ранки! – прошептал парень, — так кто тебя так отделал? Коки, или кто-то другой? — Бака, Коки конечно же…. Больше я никому не позволяю до себя дотрагиваться… — возмутился Каменаши, — хотя так и поплатился за это…, — потер свою задницу, — черт, больно — Даже Аканиши не позволил бы? – спросил вдруг Тегоши — А Джин причем тут? – приоткрыл свои глаза, от удивления. — Ты не ответил на вопрос, — спокойно возразил Юя, протирая ранку на губе — Ммм, даже Аканиши не позволил, — задумчиво произнес Каменаши, — я его не люблю, и скорее всего не любил. От своего же ответа, удивился. Он всегда считал, что любил Джина, что тот его первая любовь. Так с какой же радости тогда страдал все это время. Ждал этого Баканиши? Ответа на этот вопрос не знал. Быть может и любил когда-то этого веселого мальчишку, но все забылось, как сон. И с новой любовью все остальные, прошлые увлечения притупились. — Ну, вот видишь, ты любишь Танаку, он любит тебя! – донеслось до него, — пока есть возможность все вернуть, и чувства и отношения — помиритесь! Иначе потом будете жалеть, но ничего нельзя будет вернуть. — Но как его простить, за то, что он со мной сделал сейчас? Почти изнасиловал, принудил к сексу! – в замешательстве проговорил Каме, вглядываясь в грустные глаза своего друга. — Но тебе понравилось! – констатировал факт Тего — Д-да, но я не хотел этого! – поежился черепашка, обхватывая себя руками. Все еще чувствовал объятия своего любимого. И даже не смотря на то, что произошло, не перестал любить Коки. — Я и не говорю, что ты хотел этого. Иногда людям нужна грубость в отношениях, и не всегда она уместна. — Постой, постой! Мне кажется, или у тебя голос грустный? – спросил Каменаши, — что-то случилось у тебя в отношениях с Ямашитой? — Ямашита? – переспросил юноша, улыбаясь и сдерживаясь, чтобы не засмеяться, — у нас нет с ним отношений. Мы не встречались Казуя по мере поступления информации, открывал рот, то закрывал. Тегоши сел в кресло рядом. И все же ждал продолжения, ведь не закончит же на этом. — Мы просто друзья. Его никогда не интересовали парни. Только если ты и Джин, да и то я не совсем уверен, — произнес Юя, — Мы просто притворялись, что мы пара. Чтобы отгородить меня от всяких придурков, и его от поклонниц. Но я давно люблю одного парня, правда он меня считает шлюхой. А Пи нашел себе девушку. Черепах на несколько секунд задумался, кого мог найти Томохиса за такой короткий срок и вспомнил о знакомой, с которой познакомил их Томохиса и, которая дала ему таблетки. — Ивасаки Мэй? – спросил Каме, — а ты кого любишь? Может не все потерянно? — Она самая, я ее один раз видел, красивая, – ответил Юя, улыбаясь, — извини, я не могу ничего сказать. В комнату ворвался Нишикидо, хватая за грудки Юю. — Ты… ты… — шипел парень. Каменаши испугался, что будут разборки и привстал с кресла, но осел обратно, когда Ре начал целовать в губы Тегоши, а тот начал отвечать. — Ооо, все ясно… — произнес он, — я, пожалуй, пойду. Казу вышел в коридор. До него медленно начал доходить смысл разговора с другом. Но что-то менять сейчас не хотелось, да и не было сил. Его желание отработать свою работу и уйти домой, в теплую кроватку. Весь оставшийся день Коки ходил сам не свой. Его мучили угрызения совести за то, что он сделал с любимым. И никак не мог понять, что произошло, и почему слетел с катушек. Сначала просто хотелось показать, что Каменаши все еще любит его. А потом потерял контроль над собой и своим телом. Он не мог простить себя за это, но не решался поговорить с Казуей, попросить прощения. Вечером к нему пришла Хельга, но молодой человек начал срывать свою злость на ней. Коки так и не рассказал ей о том, что расстался с Каме. Но только сейчас начал замечать, что Такахаси зачастила к нему. Приходила почти каждый день, обедала, ужинала с ним. И как будто бы пыталась заполнить все его свободное время собой. Это уже начинало раздражать. Иногда казалось, что она ведет себя, как его девушка. Но этого не было и никогда не будет. Парень не заметил, как подруга пересела к нему поближе, касаясь своей коленкой его. Ладонь еле заметно поглаживала плечо. Губы коснулись его шеи. От чего он вздрогнул. — Что ты делаешь? – спросил Коки. Но вместо ответа Такахаси пересела к нему на колени, держа его ладони в своих руках, опуская на свои ножки. Он попытался их убрать, но лишь почувствовал, как пальцы сильнее сжали его руки. Под руками ощущал мягкую ткань короткого платьица подруги. — Коки. Забудь ты, наконец, этого идиота. Он тебе изменил, сколько можно по нему страдать? – спросила Хельга, чуть повела руки парня себе под платье, нагнулась почти к самым его губам, едва касаясь их, — разве ты не видишь, что есть человек, который тебя любит и хочет быть с тобой? Делая все, чтобы ты был только его. — Откуда ты знаешь, что он мне изменил? – спросил Танака, скидывая со своих ног Хельгу, — я тебе этого не рассказывал. И вообще мы с тобой просто друзья, не больше. Я никогда не полюблю тебя как женщину. — Я…, я…. Мне Алекс рассказал, — запинаясь, ответила она, придумывая все на ходу, чтобы не спалиться, — почему? Почему? Неужели я такая плохая, что меня никак не можешь полюбить? Чего я только не делала, чего бы ни предпринимала, ничего не помогает…. Извини, я умоюсь и пойду домой. Такахаси поднялась с пола и пошла в ванную комнату. Танака проследил взглядом за ней и немного призадумался. Он вспомнил о том, что как только поругался с Каменаши, так Хельга сразу стала проявлять саму дружелюбность. Она часто стала заходить к нему на работу, звать его пообедать. Тогда он не обратил особого внимания на это, но сейчас, когда знает правду о том, что произошло с любимым, стал подозревать свою подругу. Но все равно сомневался в своих догадках. Ему требовались доказательства, как их достать не знал, и все же решил пойти на отчаянный шаг. На дрожаших ногах подошел к сумке знакомой, приоткрыл ее и стал искать в ней хоть какие-то доказательства. В одном из карманов нашел те самые подброшенные фотографии. Взял их и положил себе в карман. Молодой человек не мог поверить во все это. Не хотел верить, что все это подстроила Такахаси. А он кретин, не поверил с самого начала своему любимому. — Какой же я был идиот! – произнес уставшим голосом, садясь обратно на диван и прикрывая глаза. Через пару минут подруга вышла из ванны и стала собираться. Оба молчали и ничего не говорили, но молчание было каким-то напряженным. И никто не решался разрядить атмосферу. Наконец, девушка собралась и вышла из квартиры. Юноша остался один и мог спокойно подумать о том, что делать дальше. Такой подставы не ожидал от нее и не знал, что предпринять. Немного подумав, решил не разбираться с Хельгой. Да и что он мог сделать? Пусть все остается на совести Такахаси, а сам исправит свои ошибки. Ему хотелось тут же пойти к Каменаши и извиниться перед ним, за все те неприятности, что произошли с ним из-за него. Но знал наверняка, что его не простят. Всю ночь Казуя ворочался в кровати и никак не мог заснуть. Юноша пытался анализировать те чувства, которые побудил в нем Танака. И никак не мог понять их. Каме вспоминал, как сначала было больно и эту боль невыносимо было терпеть. Он пытался оттолкнуть от себя парня, но тот держал его крепко, продолжая двигаться в нем. Каменаши тогда попробовал отгородиться от всего происходящего, и все равно было, что делал с его телом Коки. Но внезапно нахлынуло удовольствие, а из горла вырвался стон. В это поверить никак не мог. Потом был сильный оргазм, а после помнил все смутно. Пришел в себя после работы, принял ванну и лег спать. Казу еще немного поворочался на кровати, и к утру заснул. Разбудил его утренний звонок. Еще немного и опоздает на работу. Быстро надел, что попалось первым под руку, это оказалась какая-то футболка черного цвета и джинсы, слишком широкие для него, но застегнул ремнем, и все вышло вполне удобно. Каменаши опоздал на десять минут, за что его немного отчитали. И он всего лишь извинился перед всеми и стал со всеми вместе репетировать. Когда ребята репетировали танец, Казуя чувствовал на себе пристальный чей-то взгляд, но старался не обращать на это внимания. С утра парень ничего не ел, и живот предательски урчал от голода, но решил не прерываться и продолжал работать. Но посмотрев, как работают его одногруппники, напрягся. В танце не было синхронности, и некоторые люди пели фальшиво. Сам Каме тоже фальшивил, но пытался делать все правильно. Видя, что ничего не срабатывает, остановился. — Так ребята, что это со всеми нами? На носу концерт, а мы не можем добиться синхронности, половина из нас сбивается с песен! – произнес он, — Делаем перерыв на три часа и все с новыми силами работаем. Все с этим согласились. Им действительно требовался небольшой отдых. Все кроме Каменаши и Танаки вкладывали все силы с нового года, а эти двое, хоть и старались, но все делали неправильно и сейчас все это начало отражаться на группе. Ребята решили пойти все вместе в кафе. Казу сидел в машине возле окна и смотрел в него. С ним рядом сидел Уэда. — Мне кажется или на тебе не твоя одежда? – тихо спросил он. — А??? – переспросил Каменаши и посмотрел на джинсы и футболку. И в правду на нем были не его вещи. Юноша начал вспоминать, откуда в его квартире чужие вещи и чьи. Из памяти всплыло воспоминание об одном вечере с Коки. В тот день у парней был выходной день. Казуе очень хотелось съездить куда-нибудь, где очень много снега. Два дня подряд упрашивал возлюбленного съездить туда и очень сильно радовался, когда Танака согласился. Доехали за три часа на машине, погода была теплой и солнечной, от чего снег блестел от света. Подъехав к речке, Каме первым выбежал из машины и пошел кататься на коньках. Коки последовал его примеру. Было довольно таки весело наблюдать за тем, как катается любимый. Позже они пили горячий чай из термоса, гуляли по парку, держась за руки, весело беседуя, играли в снежки. Каждый из них чувствовал себя ребенком и таким свободным. Никаких папарацции, фанатов не было – красота. Так они гуляли до вечера, а когда вернулись за полночь, заметили, что одежда мокрая. Каменаши заставил снять одежду с Танаки и дал ему свою, попили горячего молока, но все равно не могли согреться. Эта ночь была очень жаркой и влюбленные быстро согрелись от занятия любовью. А после оба забыли про вещи. Каменаши вспомнил тот день и нервно кусал свои губы, посматривая на Коки. Он не сомневался, что парень заметил на нем его одежду. Но кто уж виноват, что Казу торопился на работу. Юноша не заметил, как подобрались к кафе и машина остановилась. С окликами, пришел в себя и вышел на улицу. Ветер растрепал шевелюру парня, и он пытался привести ее в порядок, наблюдая за действиями Танаки. Но тот, похоже, его игнорировал, что очень разозлило его сильнее. Каме помнил, вчерашний день очень хорошо, и не знал чего, именно хотел, чего ожидал от друга, от самого себя. Но для себя решил, раз Коки не подходит к нему и не разговаривает с ним, то тоже не будет обращать на него внимания. Молча сел за столик с друзьями и заказал себе обед. Все о чем-то весело разговаривали и смеялись над чьими-то шутками. Каменаши посмотрел на свой телефон, и как раз в этот момент пришло сообщение от Алекса, но вместо того, чтобы написать ответ, перезвонил, отойдя чуть-чуть от столика. Договорились вечером встретиться и отметить первый концерт Каелло, но идти в ресторан или кафе не хотелось, так что Казуя пригласил его к себе в гости. Вернувшись за стол, на лице была улыбка. — Чего ты так разулыбался Казуя, неужели свидание? – спросил Накамару — Эээ? – переспросил Казу, — ты что, нет, конечно! С другом отпраздную его удачный концерт. Настроение резко поднялось, и стал ждать вечера с нетерпением. Он не замечал косые взгляды Танаки, с какой болью на него смотрел, зато увлеченно болтал с одногруппниками. За полчаса все пообедали, и поехали обратно, сытные и довольные. Им оставалось бездельничать еще час. Каменаши сразу начал репетировать танец, к нему присоединились остальные. Вначале не получалось работать синхронно, но с каждым новым прогоном получалось лучше. Каждый помогал друг другу с движениями, и все шло в два раза быстрее. Казалось, что у них открылось второе дыхание. Немного потренировавшись, вернули свою синхронность и стали заниматься пением, а потом все соединили. Казуя стал доволен своей работой и работой своих друзей. С таким вот хорошим настроем все прошло очень быстро, и никто не заметил, как настал вечер. Все разошлись по своим делам. Каелло выступил на своем концерте, и ему все понравилось. Его приняли в этой стране довольно таки дружелюбно. И сегодня хотел получить самый лакомый кусочек в Японии. Договорился придти в гости к Каме и отметить выступление. Вечером попытается соблазнить его, и если получится, будет горд собой, что все-таки завоевал такой трофей, а если нет, то посмотрит по обстоятельствам. Парень накупил разных напитков и направился к другу. На часах стрелки показывали ровно шесть вечера. Алекс шел в хорошем настроении к другу. В груди все трепетало, предвкушало, то, что могло произойти в квартире у черепаха. В нем просыпался охотник, отключая все чувства, кроме желания обладать таким красивым телом, чувствовать в своих объятиях этого парня. «Интересно, какой он в постели?» – пронеслась мысль, от нее непроизвольно облизнулся. Поднялся на этаж к другу и позвонил в дверь. Через пару минут она открылась, и Каменаши пригласил его в дом. В квартире юноши всегда был порядок, даже когда болел, комнаты были убраны, вот и сейчас стоял в квартире идеальный порядок, и чем-то вкусным пахло. — Ммм, ты что-то приготовил? – спросил Алекс, ставя бутылки вина на стол, свободно расположился на диване. — Ааа? – переспросил Казу, — да немного приготовил, люблю иногда готовить. Через пару минут принес два куска мяса. — Вааа, да меня еще и накормят! – восхитился француз, — Каме, как жалко, что ты не девушка, женился бы на тебе и увез к себе во Францию. От этих слов Каменаши смутился, сел в кресло, напротив друга. — Если бы я был девушкой, то ты бы на меня даже не посмотрел! – наконец возразил он — Да, ты прав, не посмотрел бы…, — ответил Ал, поедая мясо, — вкуфно!!! Ты так хорофо готофишь! — Вот то тоже! – засмеялся Казу, его смех звонкий и веселый, совсем без грусти, — прожуй сначала, еще подавишься. Юноша стал открывать бутылки вина, разливая по бокалам. Им пришлось пересесть на пол, чтобы было удобнее. Первый бокал выпили за успех концерта, и начали поедать ужин в молчании. Алекс то и дело поглядывал на Казую, изредка встречаясь глазами. Опустил свой взгляд на нос, затем на губы. Ему так захотелось вновь попробовать их на вкус. Ему не как не удавалось забыть тот поцелуй, когда Каме болел. Не смог забыть и того, как сильно билось сердце в груди. Он желал почувствовать, как губы приоткроются на встречу, позволяя себя целовать. Француз погряз в воспоминаниях, не сразу замечая, как Каменаши оказался поближе к нему. Лишь ощутил, легкое прикосновение пальцев к щеке. — Мммм? – спросил Алекс, заглядывая в глаза парню — Ты о чем-то задумался, а мне хотелось, чтобы ты был тут со мной, а не где-то там, — томно прошептал Казу, прижимаясь вплотную. Каелло наблюдал за действиями Казуи, замечая медленные движения тела, еще немного и смог ощутить запах легкого одеколона. Еще немного и парень коснулся губ робким поцелуем, как будто спрашивая разрешения. Алекс наслаждался поцелуем, давая преимущество, позволяя целовать себя. Хотел показать, что Каменаши главный, и ему все позволено. Он не заметил, как оказался спиной на полу, прижимая к себе друга. До него как в тумане доходил чей-то голос. — Алекс, Алекс? – звал Казуя, — ты как? Парень проморгался, замечая, что он лежит на полу. — Надо же такому привидеться… — произнес задумчиво, — и давно я так лежу? — Нет, не долго, я так испугался! – голос все еще испуганный, губы прикушены. Каелло прижал к себе черепашку, увлекая за собой на пол. От неожиданности Каменаши ойкнул, заливаясь краской, и сильнее уткнулся в грудь ему, скрывая смущение. Руки француза бродили по телу друга, ненавязчиво лаская, забрались под одежду, продолжая гладить. Казу ни на что не обращал внимания, теснее прижимаясь к парню, цепляясь пальчиками за майку. — Ал.. ох, что ты делаешь? – спросил он, сваливаясь на пол. Каелло навис сверху, продолжая гладить тело. — Тебе же нравится? – спросил юноша, продолжая ласки, теребя соски — Д-да, но, но это как-то не правильно. О-ох, — простонал Каменаши, выгибаясь в спине. Ему нравилось все то, что делал его знакомый, ласки возбуждали, да и ему самому хотелось этого, но что-то все-таки останавливало его. Тем временем, Ал ласкал губами шею, ключицу, ладонями поглаживал грудь, заставляя откликаться телу партнера. Казу пальцами зарылся в волосы парню, отдаваясь ловким губам и рукам. Алкоголь ударил в голову и совсем забылся в наслаждении, расслабляясь, и позволяя делать с ним все что, захочется, откликаясь на малейшие движения. Губы от груди скользили вниз на живот, руки уже расстегивали ремень на брюках, как вдруг разум Каменаши прояснился, крича о том, что все это не хорошо и не стоит ему этого делать. — Нет, не надо! – вдруг закричал Каме, отталкивая от себя Каелло, — не надо… — Ты же хотел секса со мной, ты почти согласился, — возразил Алекс, — или… ты все еще любишь Коки? — Я? Да…. То есть не знаю, прости, что так получается… — Все хорошо Каме, тебе не стоит извиняться, — ответил Каелло, привставая с пола, — Я предполагал такое развитие, забудь, ничего не было, все хорошо. Черепах рассеяно кивнул, усаживаясь на диван, стараясь не глядеть на друга. Ему было стыдно. Ал нагнулся к нему и поцеловал в висок, усмехаясь: — Ты такой забавный, я пойду! Извини, за проблемы. Приду завтра. После этих слов Алекс просто вышел из квартиры, оставив Казую наедине со своими мыслями.