Слепая Учиха

***

— Нии-сан, как ты думаешь, она сможет простить меня? — голос Изуны звучал тихо и неуверенно. — Это моя вина, это из-за меня имото больше не сможет видеть! — Изуна, — позвал его старший брат, — ты не виновен в том, что случилось. Никто не мог предугадать, что клан Такэтори посмеют напасть на нас на нашей же территории. — Тебе не понять меня, Мадара! — младший Учиха говорил быстро и нервно, — Я должен был быть рядом с ней! Если бы я не опоздал, она была бы здорова, но теперь она ослепла. Ты слышал когда-нибудь о слепой Учихе, нет? Никто не слышал! Ее будут презирать в собственном клане, даже отец будет настроен против неё. Ты помнишь, как она всегда мечтала стать шиноби, чтобы отец гордился ей? Теперь её мечте не суждено сбыться. И во всем этом виноват я. — Изуна… — старший сын Таджимы пораженно смотрел на брата. — В случившемся нет твоей вины и… — Хватит! — на этот раз Изуна говорил твердо и со сталью в голосе. — Брат, в душе ты понимаешь, что я прав, и ненавидишь меня за это. — … — Мадара лишь промолчал.       Раздался стук и в комнату вошел ирьенин. — Мадара-сама, Изуна-сама, — мужчина поклонился, — ваша сестра очнулась, но сейчас ее лучше не беспокоить. Мы предполагаем, что не только ее глаза пострадали, но также и ее память.       На слова пожилого Учихи никто не обратил внимание и уже через несколько секунд в комнату, где лежала химе клана, ворвались ее братья.

***

      Мое пробуждение, мягко говоря, было не очень: ужасно болела голова и все тело, но особенно сильной была боль в глазах. Кажется, я лежу на чем-то мягком, а в комнате сильный запах каких-то медицинских трав, но это сейчас не важно. Самый главный вопрос — где я? Последнее, что я помню, так это странный сон про Мудреца Шести Путей. Или это был не сон? Он что-то говорил про то, что я должна изменить будущее мира и назвал имя Хитоми Учиха. Кто это? Это я? Хитоми Учиха — это я? В голове там много вопросов и не одного ответа.       Послышались шаги и через секунду в комнату ворвалось несколько человек. Их голоса были очень громкими, но я не понимала, что они говорят. Было ощущение, что я под водой, и именно поэтому плохо слышала звуки. Кто-то взял и положил свою руку на мою, но я резко притянула ее к себе. Я не вижу их и не понимаю о чем они говорят. Мне страшно. — Хитоми-чан, как ты? Ты слышишь нас? — наконец-то пришла способность ясно думать и слышать звуки окружающего мира. — Изуна, успокойся, дай ей прийти в себя. Она только очнулась. — голос был спокойный, хоть и было слышно беспокойство в его словах. От обладателя голоса я не чувствовала никакой опасности, наоборот в его присутствии было чувство защищенности. Мадара-нии-сан. — Нии-сан, это ты? — неужели это мой голос такой… эм, неживой? — Ты не представляешь, как напугала нас, Хи-чан! — брат провел рукой по моим волосам. — Эй, я тоже здесь! — сбоку послышался обиженное ворчание еще одного человека. Изуна-нии-сан. — Прости, Изу-нии-сан. — я протянула руку в сторону голоса, но из-за повязки на глазах было ничего не видно, поэтому брату пришлось протянуть мне руку навстречу. На губах появилась легкая улыбка. — Тебе не за что извиняться, это ты прости меня, имото. Если бы я пришел вовремя, ты бы не ослепла. — его слова были полностью пропитаны виной. — Ослепнуть? Неужели, я ослепла? — руки непроизвольно легли на повязку. По телу сразу прошлась волна боли, но это не остановило меня. — Вы врете мне, это неправда! Мадара, пожалуйста, скажи, что это шутка! — я вцепилась в одежду старшего брата. — Хитоми... — его голос также был полон сожаления и вины. — Мне очень жаль. — Мне не нужна ваша жалость. Убирайтесь вон! — я понимаю, что это не их вина, но ничего не могу поделать. Видимо, с частичной памятью мне достались и ее эмоции, — Мне нужно побыть одной. — это прозвучало шепотом, но в голосе также были истерические ноты. — Хи-чан... — Изуна снова попытался обратиться ко мне. — Пойдем, отото, она права. Дай ей время все обдумать.       После этого братья вышли из комнаты и я осталась одна. «Фортуна явно не на моей стороне. Ну что же, раз это мой второй шанс на жизнь, я не буду зря его растрачивать. И будь ты проклят, Рикудо, но я изменю этот мир не по твоей воле, а потому-что теперь это мой дом»!