Сделай шаг навстречу

      Сегодня Ким весь день бегает по зданию компании, поднимаясь на разные этажи. Сегодня он хочет сфотографировать сразу несколько мест. Днём, как правило, жизнь здесь кипит, все заняты своим делом. Тэхён только так успевает щёлкать и разглядывать новые кадры. Тупой боксёр: «Что делаешь?». Да-да, тупой боксёр, именно так омега сохранил номер альфы. Тэтэ: «Работаю, сам не пробовал?». Тупой боксёр: «Мы сейчас с менеджером на примерке новой формы *фотография*».       Ким смотрит в телефон, во весь экран показывается селфи боксёра в примерочной. Чонгук держит свой гаджет в руке, напрягает все мышцы и стоит в одних спортивных штанах. Ким невольно краснеет, разглядывая шикарное тело Чона, с чем не согласиться он не может. Тэтэ: «Извращенец!». Тупой боксёр: «Посмотрел, значит, а я думал, удалишь».       Не имея возможности сейчас увидеть альфу, Киму не сложно представить, как тот довольно лыбится. Он больше ничего ему не отвечает и убирает телефон подальше, берёт камеру и снова фотографирует.       Незаметно подкрадываются выходные. Несколько дней альфа не появлялся рядом с Кимом, и тот мог вздохнуть спокойно, правда, его телефон уже разрывался. Чонгук постоянно писал ему, но не звонил. Пытался один раз, но Ким сбрасывал звонок, а на сообщения отвечал.       Пак уже с утра названивает другу, говоря, что они с Мином поедут в аэропорт вместе и будут ждать его в зале ожидания. Ким нехотя собрал дорожную сумку, этим придуркам всё же удалось уговорить его вырваться на выходные. Хотя в планах было поработать, но отдых иногда тоже нужен. Ким надевает светлые джинсы, белую толстовку, а поверх свободную куртку. Омега берёт в руку сумку и выходит из квартиры, закрыв её. До аэропорта он добирается через час, регистрацию проходит быстро и уже ищет глазами своего друга.       На весь аэропорт ему кричит Пак и машет руками. Ким нисколько не удивлен, он подходит к друзьям. Через минуту рядом показывается Чонгук. Он одет в тёмные джинсы, белую толстовку и куртку до колен, на голове красуется чёрная кепка. Ким хмурит брови и смотрит на боксёра, а Чимин готов пищать и прыгать, выглядят эти двое как парочка. — Серьёзно? Белая толстовка, другой не было? — Тэхён злится. — А сам-то? — Чон лыбится. — Как я мог согласиться лететь с вами? — Ким отворачивается от альфы. — Мин Юнги, — Мин протягивает руку боксёру. — Чон Чонгук.       Через час объявляют о посадке на самолёт до острова Чеджу. Компания вместе заходит в самолёт, и, по воле судьбы, Ким и Чон садятся вместе. Омега недовольно смотрит на боксёра, а тот показывает свой билет и говорит, что он не виноват — судьба. Впереди сидит парочка Пак и Мин, после взлёта они почти сразу засыпают. К парням подходит девушка бета — стюардесса и спрашивает: — Не желаете ли сока, кофе, чего-то покрепче? — Можно сок, пожалуйста? — Чон принимает из рук стюардессы маленькую коробку сока. — Ваш муж не желает чего-нибудь? — девушка улыбается и показывает на Кима, который уже готов плеваться ядом от возмущения. — Сок, пожалуйста, — отвечает за него Чон. — Я ему не муж, — фыркает Ким, омега отворачивается и смотрит в окно иллюминатора. Девушка непонимающе смотрит на него, а Чонгук мягко улыбается и шепчет: «Пока что». Стюардесса улыбается в ответ и показывает своей маленькой ручкой кулачок — файтинг.       Чонгук не прекращает улыбаться, он устраивается поудобнее и иногда смотрит в сторону омеги, который отвернулся от него. Выходные обещают быть весёлыми, такое начало альфу устраивало. По чистой случайности одеваются в «парную» одежду, и альфа благодарит менеджера, который посоветовал надеть ему именно эту толстовку. Чон с утра бегал по квартире, не раз переодевался, пока не позвонил менеджеру и не попросил у него помощи. Он не расскажет Киму, что полночи не мог уснуть — ждал встречи с ним.       Полёт проходил спокойно, Юнмины тихо сопели, Ким всем корпусом отвернулся от боксёра и слушал музыку в наушниках. Чон через какое-то время уснул — бессонная ночь давала о себе знать. Голова парня в бессознательном состоянии легко опустилась на чужое плечо, омега сначала вздрогнул и хотел было уже придушить наглого альфу, но, повернув голову, увидел, что тот спит. Его взору показалось спокойное и умиротворённое лицо Чонгука, ну точно ребёнок. Ким нагло рассматривал каждый контур лица альфы, но не осмеливался задеть. Омега слегка повернулся, чтобы несчастное плечо не затекло от тяжёлой головы Чона.       Вскоре объявили о посадке. Стюардесса попросила всех пассажиров пристегнуть свои ремни, благо ребята сделали это сразу. Друзья продолжали сладко спать, как и боксёр, а Ким весь перелёт не мог сомкнуть глаз. Когда самолёт приземлился, все вмиг оживились, кто чемодан доставал, кто просыпался. Омега пнул передние сиденья так, что сонные тела вмиг пробудились. Ким расстегнул ремень и резко встал со своего места, сонный альфа стукнулся головой об подлокотник, боксёр вмиг проснулся и зашипел от боли во лбу. У него глаза сонные, он потирает ушибленное место и смотрит на крайне довольное лицо Кима.       Фотограф не мог сдержать улыбку, а потому что нехер спать. Вся компания спокойно вышла из самолёта и направлялась в аэропорт. Пак ещё не до конца проснулся, он крепко держал руку Мина, пока альфа нёс их багаж. Чонгук корчил лицо от тупой боли, стукнулся он неслабо, а Ким старался подавить дебильную улыбку. Альфа прекрасно знал, что тот сделал это специально. — Ты это специально, да? — Ты же знаешь ответ на этот вопрос, зачем тогда спрашиваешь? — Потому что ищу в тебе только хорошее, — Чон подмигнул омеге и пошёл вперёд, чтобы найти такси. Ким замедлил шаг, его лицо переменилось, он уже не улыбался, а был слегка в растерянности.       Такси нашлось быстро, Мин сел рядом с водителем, а Ким был зажат сзади с двух сторон. До города они добираются за полчаса. Юнги внимательно смотрит в телефон и по сторонам, чтобы понять на какой улице они сейчас. — Здесь недалеко есть хостел, он находится рядом с пляжем, — говорит Мин. — И цены неплохие, нам всё равно завтра вечером уже улетать.       Все охотно согласились и пошли за Мином, который указывал им путь, а точнее, навигатор в его телефоне. Хостел они нашли почти сразу, небольшой одноэтажный домик, ограждённый красивым металлическим забором. Когда парни открыли калитку и зашли, то увидели небольшой сад во дворе, всюду были кусты с разнообразными цветами. Их сразу встретила пожилая женщина, она вежливо пригласила их зайти в дом. Женщина усадила парней в гостиной и принесла поднос с чаем и каким-то печеньем. — На какой срок, ребята, хотите снять комнаты? — она говорила словно со своими внуками. — На сутки, мы завтра вечером уже улетаем, — отвечает Юнги. — Хорошо, — женщина улыбнулась. — Ребятки, а вы молодожёны? — Что? — в один голос сказали Чон с Кимом. — Нет, тётушка. Мы все не женаты, — ответил снова за всех Мин. — Тогда, альфы поселятся в одну комнату, а омеги — в другую. У меня есть правило: неженатым в одну комнату нельзя. — Подождите, но… — начал жалобно Юнги. — Отлично, показывайте комнату, — Ким широко улыбнулся и потянул за собой Пака, который был расстроен, как и Чон с Мином.       Комната для альф располагалась за стеной. Ким с Паком сидели в своей комнате и разбирали вещи, их было не много, но проще найти что-то, если это перед глазами. Комната была выполнена в традиционном корейском стиле, но только с обычными кроватями, ведь сюда приезжали отдыхать и иностранцы. Пак тихо бузил, что не проведёт эту ночь со своим альфой, а Ким улыбался, глядя на друга. — Успеете ещё покувыркаться дома, — успокаивал Ким. — Когда мы в последний раз ночевали вместе? — Всё равно, я впервые за долгое время буду ночевать не с Юнги, — скулил Пак.       Ким тихо посмеялся, взял в руку подушки и не сильно ударил друга. Тот сразу оживился и принял бой. Они бегали по комнате, кричали и смеялись, кидая друг в друга подушки. Словно вернулись в то время, когда голова не была загружена работой, жили в общаге и просто наслаждались молодостью. Альфы за стеной тоже разбирали свои сумки, оба прислушались к звукам и услышали звонкий смех омег. Мин по-доброму улыбнулся, услышав родной голос, а Чон даже растерялся, он впервые так отчётливо слышит смех Кима. — Впервые слышишь, как он смеётся? — верно подметил реакцию боксёра Мин. — Ага, кто бы мог подумать? — Чон достаёт из сумки плеер с наушниками и кладёт их на тумбочку. — Вы давно знакомы с Тэхёном? — Ну, я знаю его ровно столько же, сколько и Чимина, — ответил Мин. — Он всегда такой колючий? — Чонгук садится на кровать, откидываясь спиной на подушку. — Только с теми, кого недолюбливает, — Юнги тоже удобно располагается на своей кровати. — То есть с тобой и с незнакомцами. Я сначала думал, что он альфа, ревновал Чимина, а когда узнал, что он омега — ахуел. — Хе-хе, ну да. Я в нём сразу увидел омегу и не просто омегу. — Истинного, — добавил за парня Юнги. — Вот только меня он не признаёт, — с ноткой грусти добавляет Чон. — Дай ему время, вы знакомы всего ничего, а его ещё и предали. Он не верит сейчас никому, а тут ты перед глазами маячишь, — Мин встал и пошёл к двери. — Пойду узнаю, как у них дела и предложу прогуляться. — Хорошо. Погоди, хён! — Чон немного привстал. — М? — Секс с истинным, каково это? — боксёр улыбнулся.       Юнги прислонился плечом к стене и посмотрел на парня. — Ну, если Тэхён не оторвёт тебе член, то узнаешь, — Мин напоследок подмигивает и выходит из комнаты.       Чонгук плюхнулся назад, он смотрел на потолок комнаты и тихо вздыхал. — Что-то мне подсказывает, что останусь я без члена, если осмелюсь, — боксёр заулыбался, представляя, каким в постели может быть «его» омега.       Парень знал, что Юнги говорит дело, что он прав. Они и правда знакомы всего ничего и толком друг про друга ничего не знают. Не хочется говорить, что Чона влечёт к Киму только из-за истинности. Когда тот впервые показался, он заметил лишь его одного, а когда тот приблизился, почувствовал любимый запах, и всё встало на места. Чонгук, наверное, конченый псих, раз ему нравится, как ведёт себя Ким, он видит в этом некое очарование. Кажется, любой по уши влюблённый не видит ничего плохого, мы отчаянно стараемся видеть лишь хорошее. Полюбив один раз искренне, мы не пытаемся изменить свою любовь, мы поддерживаем её и бережём. Ведь упустив, слёзы льём, надо беречь сейчас, а Чону ещё завоевать свою любовь нужно.       Через час парни собираются и выходят на улицу. Климат на острове теплее, чем на материке, поэтому все одеваются чуть свободнее. Ким уже собирается вернуться и переодеться, но его вовремя останавливает Пак и толкает на выход. А всё потому, что Чон надел светлые джинсы, а поверх чёрную ветровку с белой кепкой, а Ким наоборот — тёмные джинсы и белую ветровку, которую купил недавно специально для поездки, на голове была чёрная кепка. С виду кажется, что оба являются парочкой, Ким злобно шипит и идёт впереди всех, пока Юнмины весело хихикают, глядя на двух идиотов.       Парни сели на автобус и доехали до символа острова Чеджу — Тольхарубан (каменный дедушка). Каменные дедушки — большие статуи из застывшей вулканической лавы, множество которых можно найти по всему острову, их считают защитниками всего населения. Пак читал путеводитель, который купил в аэропорту. — Здесь пишут, что они исполняют желание, если потереть нос, — омега указывает на огромный нос статуи. Мин приобнял своего парня за талию.       Ким лишь фыркнул, он не верит во все эти сказки. Пак стонет и просит друга загадать желание вместе с ним, Юнги же сказал, что ему ничего не нужно, он счастлив и так. Чон умилялся, глядя как Пак пищит рядом с Кимом, и тот всё же сдаётся. Омеги уходят чуть повыше, выбирая каждый себе статую. Чонгук тоже решил попытать счастье, он подходит к статуе и легонько трёт её нос, загадывая про себя желание. — Юнги-я, я хочу посетить Традиционную деревню, смотри, — Пак показывает изображение деревни на путеводителе. Мин положительно кивает. — Ребят, вы с нами? — Я хочу сходить в Грот Санбангульса, — отвечает Ким. — Я с тобой, — вмиг оживляется боксёр. — Как хочешь, — омега обходит альфу. — Тогда встретимся часов в шесть в кафе недалеко от нашего дома, вместе поужинаем, — говорит Юнги и уводит Пака в другую сторону.       Ким выходит на узкую тротуарную тропинку и идёт в сторону пещеры. Чонгук следует за ним, иногда глядя по сторонам, но в остальное время следит за омегой. Парень упорно пытается делать вид, что не чувствует взгляд альфы на своём затылке. Они поднялись выше. Ким внезапно остановился, он посмотрел на открывшийся вид и потянулся за камерой, которая висела на его шее. Фотограф включил камеру и прищурился глядя в объектив, выбирая наиболее красивый ракурс. Сделав пару снимков, он снова смотрит в камеру и видит довольное лицо альфы. — Чего лыбишься? — Ты даже когда не на работе, выглядишь как профессиональный фотограф, — альфа улыбается. — Я и есть профессиональный фотограф, — Ким слегка улыбается. — Я и не сомневаюсь, — Чонгук делает два шага вперёд, вставая вплотную к омеге. — Ты чего? — Ким слегка пятится, его сердце забилось быстрее, когда Чон вот так стал слишком близко.       Чонгук чувствует, как бешено колотится сердце истинного, он ухмыляется. — Позволь тупому спортсмену сфотографировать тебя, — Чон смотрит в глаза Кима. — Я точно знаю, что в твоей галерее куча красивых снимков, но твоего лица там нет.       Ким замирает, он чувствует чужое дыхание, и сердце всё не успокаивается. Альфа попал в точку, в его ноутбуке не увидишь фото самого омеги, он никогда себя не фотографирует. Парень молча отходит на шаг назад, снимает с себя камеру и протягивает её Чону. Альфа бережно держит чужую вещь, ведь если он её разобьёт, омега натянет его яйца ему же на уши. Парень встаёт против света солнца, из-за которого невольно зажмурился, когда яркий свет ударил в глаза. Кепка бы спасла, да вот он надел её козырьком назад. Чонгук ловит момент и скорее делает фото, сейчас Ким выглядит как милый омежка. — Подожди, я отойду, — Ким встаёт в другое место, где солнце не слепит глаза.       Чонгук делает ещё пару снимков и отдаёт камеру владельцу. Омега даже не смотрит на фото, он выключает камеру и снова вешает её себе на шею. Они не спеша доходят до пещеры, где установлена статуя Будды, — Грот Санбангульса. Ким тихо восхищается видом, папа когда-то рассказывал, что приезжал сюда в молодости вместе с отцом Кима. Омега невольно подумал о том, что тоже сейчас здесь не один, с альфой. Чон внимательно следит за поведением Кима, он буквально не сводит с него глаз. Сам боксёр уже был здесь когда-то, поэтому ему не кажется всё это чем-то необычным и новым. Тэхён поджигает свечу и ставит возле статуи, когда он разворачивается, чтобы спуститься, то спотыкается об свою же ногу. Омега испуганно падает в сильные руки альфы, который стоял сзади. Большой плюс за быструю реакцию Чона, будучи боксёром, нужно быть внимательным всегда. Альфа с лёгкостью ловит Кима и держит крепко, чтобы тот пришёл в себя. Парень смотрит в глаза Чона и его дыхание замирает, но буквально через секунду он вырывается из объятий. — Это что, дорама, так смотреть друг на друга? — Ким поправляет ветровку и спускается вниз. Чонгук лишь улыбается, вот тебе и благодарность за спасение от перелома чего-нибудь.       Они ещё долго бродили по округе, наслаждаясь хорошей погодой и красивым видом. Ким в основном молчал, а Чон старался говорить на разные темы, но так ничего внятного от него и не услышал. Тэхён просто не хотел разговаривать, ему отчего-то неловко находиться рядом с боксёром, что он пытался отрицать. Парень борется сам с собой: сердцем он понимает своё волнение, а разумом отрицает всё.