Кофе с молоком

«Этому-то что нужно?» — Свят смотрел на человека, который бесцеремонно залез в его авто. — Привет, — произнес блондин, — меня зовут Джон Стил. — Да, я слышал, как вас представил Ахмед, — он прочистил горло и продолжил: — К сожалению, мне все понятно, и я уезжаю. — Подождите, мне очень хотелось увидеться с вами, Святослав. Это я подписал ваше приглашение. — Вы? Зачем? — от удивления приподняв бровь, спросил бывший спец, кидая пачку на приборную панель. — Откуда вы знаете обо мне? — Не могли бы мы куда-нибудь отъехать и, скажем так, поговорить в более комфортной обстановке? Уверен, что та информация, которой я обладаю, будет вам интересна. Свят завел машину и тронулся с парковки, покидая стоянку ресторана «Imperial». — Ахмед предельно ясно выразился, что моя персона нежелательна. Так почему вы думаете иначе? — глядя на дорогу, спросил Свят. — Я не согласен с ним. Давайте поговорим об этом чуть позже. Установилась тишина, и только мягкое урчание движка сопровождало их поездку неизвестно куда и зачем. Тупая боль скрутила все его внутренности, тянула, и он никак не мог точно определить, где болит сильнее. Она перекатывалась волной, подбираясь к горлу, не давая вдохнуть, а когда он делал судорожный вдох в изголодавшиеся легкие, надрывно ухала вниз, и мучение начиналось снова. Всю дорогу в голове крутилось множество мыслей и идей. Свят перебирал возможные места, где они могли бы спокойно поговорить. Одно за другим они безжалостно отметались. Крохотная надежда, что это еще не конец, билась в голове. В итоге не придумал ничего лучше, как привезти гостя к себе домой. Наконец мужчины вошли в холостяцкую квартиру. Свят включил в прихожей и большой комнате свет. — Располагайтесь. Чай? Кофе? — А есть что-нибудь покрепче? — Да, конечно! — Свят удивленно взглянул на гостя. — Предмет моего разговора очень серьезный и мне нужно набраться смелости, чтобы разъяснить поведение Ахмеда, — пояснил гость. — Тем более эта не моя тайна. И я поступаю вразрез с желаниями Ахмеда. — Да, конечно, — сказал Святослав, поймав себя на том, что повторяется. — Там ванная, можете помыть руки. Боль, преследовавшая его всю дорогу, сосредоточилась в одном определенном месте. Невыносимая, она засела глубоко в сердце словно заноза. Он непроизвольно потер грудь с левой стороны. Вздохнул, подошел к холодильнику. Посмотрел на спиртное. «Выбор: есть водка, коньяк, виски». — И пошел в комнату уточнить, что предпочитает гость. Джон созерцал фотографии Амира, любовно вставленные Святом в рамки. Блондин обернулся. — Думаю, я не ошибся, что приехал. — Улыбнувшись, гость смущенно коснулся переносицы кончиками пальцев. — Есть водка, коньяк, виски. Что предпочитаете? — Давай водку. Попробую алкоголь вашей страны. — Хорошо. — Спец вернулся на кухню, снова открыл холодильник и занялся организацией фуршета. — Помочь? — К нему подошел Джон. Свят кивнул, и мужчины занялись нарезкой нехитрой закуски. Свят вспомнил, что в холодильнике есть еще студень. «Самое то…» Наконец они расположились в комнате. Холодная бутылка водки покрылась испариной. Свят наполнил рюмки и в ожидании посмотрел на гостя. Тот вздохнул и поднял стопку. — Ну, за знакомство и встречу, — проговорил Свят и протянул руку, чтобы чокнуться с гостем, который неожиданно свалился ему на голову. — Да, — ответил Джон, выпив русский национальный напиток, и поспешно закусил. Внезапно тишину разорвал звук звонка, затем в дверь начали безжалостно колотить. Хозяин и гость переглянулись. Свят в недоумении пожал плечами и направился в прихожую. Посмотрел в глазок, чертыхнулся. «Б**ть, от этого семейства не скроешься. И как я это не учел? Совсем растерял свои навыки. Рохля! Накрылся наш разговор!» — Делать вид, что в квартире никого нет, было бессмысленно. Скрипнув зубами, Свят распахнул дверь. Ахмед хотел без промедления шагнуть в квартиру, но хозяин не сдвинулся с места. — Чего тебе? — Где Джон? — прошипел брат Амира. — Пусть тащит свою задницу на выход! — рявкнул он, сжимая кулаки. — Почему ты решил, что он здесь? — стараясь не обращать на вызывающий тон Ахмеда, ответил Свят ровным голосом. — Не отпирайся. Мои люди видели, что Джон сел к тебе в машину. Я прибью его, если он открыл свой рот! — Ахмед сузил глаза. Похоже, терпение младшего араба лопнуло. Но Свят успел заблокировать летящий ему в лицо кулак. — Какую страшную тайну, черт подери, — спросил, удерживая в захвате Ахмеда, — он мог мне открыть, что ты примчался сюда и готов за это его убить?! Машешь кулаками! Может, хватит уже, и пора мне все рассказать? — возмутился, затаскивая рвущегося Ахмеда внутрь, Святу совершенно не хотелось привлекать шумом внимание соседей. Араб прошел вглубь квартиры. Пока Свят закрывал дверь, мужчины с ходу начали спорить. — Езжай в гостиницу, твоя жена уже тебя заждалась! — продолжал шипеть на Джона Ахмед. — Надо все ему рассказать, — спорил блондин, — он поможет. — Не твое дело, не лезь! — Мое! Амир мне как брат! И я переживаю за него не меньше тебя! — воинственно поднимая подбородок, заявил Джон. Глаза араба опасно сузились и метали молнии, тонкие ноздри трепетали. — Джон, сейчас ты соберешься и уйдешь! Не доводи до греха! Хотелось крикнуть команду судьи в боксе: «Брейк!» Не хватало еще лицезреть у себя дома драку. Поэтому Свят решил вмешаться. — Сейчас вы оба успокоитесь и прижмете свои задницы. Все! Сели! Оппоненты неохотно расслабились, сверля друг друга убийственными взглядами. Хозяин квартиры постоял пару минут, наблюдая за ними и ожидая, когда они устроятся в креслах, потом пошел на кухню за третьей рюмкой. Ахмед внимательно оглядел комнату, подмечая все серыми глазами. — Расскажи все, — прошептал Джон. — Видишь? Он ему небезразличен! Они оба страдают… Дай им шанс! Обещай мне! Обещай все рассказать, и я уйду! — с жаром продолжал убеждать блондин. — Думаешь, поможет? — с сомнением в голосе спросил араб, нервно сглотнув. — Надо попробовать… — Джон наклонился вперед. — Больше ничего не остается! Ахмед, умоляю, решайся! Он нашел способ появиться на презентации. Если хочешь знать, то это я подписал его приглашение. Он ищет Амира, — попытался убедить брата своего друга. Они замолчали, когда вернулся в комнату хозяин квартиры. — Да, я ищу его! — услышав последние слова Джона, сказал Свят. — Может, вы уже прекратите и расскажете? У меня все болит: душа, тело. Я уже забыл, когда крепко спал. Младший араб перевел взгляд на бутылку, взял ее и разлил прозрачную жидкость по стопкам. — Хорошо, — нерешительно сказал. — Расскажем вдвоем. — Ахмед перевел взгляд на Джона. — Тем более ты тогда был с ним. Давайте выпьем и начнем тяжелый разговор… *** Десять лет назад Наконец череда дождей прекратилась и в окно светило раннее приветливое солнце. Первый год учебы Амира в Гарварде подходил к концу. Вначале он беспокоился по поводу учебы в чужой стране, но год пролетел незаметно. У него появилось много друзей. Самым закадычным был Джон Стил, сосед по комнате в студенческом общежитии. Прозвенел будильник, и ребята бодро вскочили с кроватей. День как всегда обещал быть насыщенным и увлекательным. С учебой было все отлично. Ребята успевали по всем предметам. — Мне сегодня в кибер-кафе надо, получить перевод. Не составишь компанию? — выходя из комнаты, спросил Джон. — А после зайдем в кафешку. — Хорошо, — ответил Амир. После учебы друзья двинулись в сторону ближайшего отделения банка. Смеясь и подначивая друг друга, они не спеша спускались по улице. По пути купили по хот-догу. — Завтра зачет по химии, ты готов? — спросил Джон, откусывая сочный бургер. Амир закатил глаза. — Конечно, — ответил с набитым ртом. — Быстрее бы сдать все. И домой, — делился настроением Джон. — Ты куда поедешь? Может, ко мне, на ранчо? Вместе провели бы лето. Давай поедем? — Было бы неплохо. Думаю, это не проблема. Дойдя до филиала банка, преобразованного в кибер-кафе, друзья вошли в помещение. Розово-оранжевые стены, плюшевые стулья, диванчики и полосатый потолок с яркими оттенками синего цвета. В 2002 году мелкие банки начали новую тенденцию, превращая стандартные отделения в уютные и нетрадиционные кибер-кафе для привлечения клиентов. С доступом в интернет и бесплатным адресом электронной почты. На плоском экране непрерывно крутились новости CNN. Амир плюхнулся на мягкий оранжевый диванчик и стал листать местные газеты и журналы. Джон отправился к банковскому консультанту. Народу было немного, и Амир надеялся, что они тут не задержатся. Все произошло очень быстро. Амир видел, как в помещение вошли люди в серой форме инкассаторов в балаклавах. Он безразлично скользнул по ним взглядом и снова углубился в чтение газеты. Очнулся только тогда, когда его вдруг бесцеремонно стянули с диванчика и бросили, прижав к полу. Лопатками Амир чувствовал тяжелый ботинок, который давил на спину. Он приподнял голову и увидел, что все люди лежат на полу, выходы заблокированы и служащие банка сидят, подняв руки вверх. А захватчики сгребают деньги в большие сумки. Парень насчитал с тем, что прижимал его к полу, восемь человек. В зловещей тишине прогремел выстрел. — Су*ка! Нажала на тревожную кнопку, — заорал один из грабителей. Девушка с аккуратной дыркой в виске с глухим стуком соскользнула на пол. Люди в ужасе закричали. Над головой Амира снова прогремел выстрел. — Всем заткнуться! Кто не понял, поясняю — это ограбление! Одно движение, и кому-то ещё придется распрощаться с жизнью. Желающие?! — спросил один, оглядывая заложников. — Сколько у нас времени?! — Минута пятьдесят две, — послышался четкий ответ. — Еще пятнадцать секунд, и ходу, — произнес голос сверху. Грабители действовали слаженно и быстро обчищали кассы. — Все, время вышло! Ходу! Ходу! Амира приподняли как щенка и потащили к выходу. У дверей, взвизгнув тормозами, остановился белый фургон с эмблемой известной в городе пиццерии. Боковую дверь быстро открыли, покидали сумки и Амира. Он почувствовал болезненный толчок, повернулся и увидел Джона, которого закинули следом. Банда быстро запрыгнула внутрь, дверь закрылась. Машина сорвалась с места, в фургоне было темно. Амир протянул руку и нащупал пальцы Джона. Ребята судорожно, приободряя, схватились за руки. Вдалеке послышался вой сирен. — Щенят-то зачем захватили? — Так, на всякий случай! Мало ли чего… Заложники не помешают… Пригодятся. Машина попетляла некоторое время и остановилась. Бросив белый фургон, пересели в другой. Теперь ребятами занялись, связали руки и ноги. На головы натянули пыльные мешки. Дальше ехали долго в тишине. Мужчины больше не переговаривались. Амир чувствовал рядом тихо лежащего Джона. Страх накрыл своими черными крыльями ребят. Затем они почувствовали, что фургон свернул с шоссейного полотна на проселочную дорогу. Ехали еще примерно минут пятнадцать, наконец машина остановилась. Их закинули на плечо и занесли в дом. Затем сразу спустили в подвал. Сняли с головы мешки и развязали. Двое мужчин рассматривали их с интересом, к ним спустился третий. — Ну, устраивайтесь, — произнес знакомым голосом вожак. — Отпустите нас! Зачем мы вам?! Ведь вы уехали с места ограбления, — произнес дрожащим голосом Джон, но его вопрос проигнорировали. — Красавчики! Особенно смугленький. — Мужчина подошел к Амиру и приподнял его за подбородок крепкими пальцами. Холодные голубые глаза главаря оценивали парнишку. Амир мотнул головой, пытаясь вырваться из цепких рук. — Ну-ну, щеночек. Какой строптивый, — сказал, отпуская. Мужчины заржали и пошли наверх. С громким лязгом захлопнули единственный путь к свободе и задвинули засов. Амир с Джоном переглянулись. Подвал был небольшим и без окон. Только голые стены и холодный бетонный пол. Они привалились друг к дружке, стараясь унять дрожь и страх неизвестности. Мысли путались, все происходящее казалось нереальным. Сколько они просидели, прижавшись, в холодном подвале, не знали. Наконец послышались шаги и снова загремел железный засов. Вниз спустились двое и шагнули к Амиру. Парень сопротивлялся, Джон вцепился в его ноги, удерживая. — Куда вы его забираете? — закричал друг. Один из них развернулся и нанес удар ногой ему в лицо. Джон от мощного соприкосновения с ботинком потерял сознание. ***

Наши дни

Святослав сидел, широко распахнув серые глаза, в них плескался ужас. — До освобождения я так больше его и не видел. — Джон перевел дыхание. — В плену мы пробыли двенадцать дней. Когда кто-нибудь из похитителей приносил еду и воду, я каждый раз спрашивал, где Амир? А они отвечали, смеясь: «Не беспокойся, он наслаждается болью и трахом». — Восемь! Восемь человек насиловали его на протяжении почти двух недель! — Ахмед сидел, с силой сцепив длинные, тонкие пальцы. — Как брат это пережил, ума не приложу, — продолжил глухим голосом. — Наш отец не выдержал и умер. Никто из нас не знает, что конкретно там с ним произошло. Только психологи… Какие мучения и страдания… Боюсь себе представить. — Он помолчал пару секунд. — Амир через год после лечения ударился в учебу и науку. Тут я неудачно заболел. Вылечить меня стало для него главной целью в жизни. Он никем не интересовался до того времени, пока не встретил тебя… — не мигая, араб вонзился взглядом в Свята, стараясь прочитать эмоции на лице. — Ни женщин, ни мужчин… Только одна цель была перед ним… Он ошибочно думал, что сможет тебя заинтересовать через унижения и боль… — Ахмед запустил тонкие пальцы в волосы. — О Аллах, как я сопротивлялся его решению похитить тебя, но Амир был неумолим. Тогда только приоткрылось слегка, что с ним вытворяли… Эти цепи… В итоге ты знаешь, чем все это закончилось… Святослав не выдержал и метнулся в туалет. Его стошнило. Яркая картинка насилия над молодым мальчиком стояла перед глазами… От всего услышанного, от всей этой правды, которую он так жаждал услышать, желудок выворачивало наизнанку. Теперь он понимал весь ужас, который сотворил с любимым человеком. Сев рядом с унитазом после того, как его вывернуло, вытер лоб, покрытый испариной. Свята трясло. Осознание! Правда! Не было ему прощения! Как после всего услышанного он мог надеяться на ответные чувства?! Наивный, конечно, он его не простит. С трудом поднялся и на дрожащих ногах поковылял в ванную. Ополоснул холодной водой рот и лицо. Посмотрел в зеркало. «Япона мать! Бледный как смерть. Краше в гроб кладут». Тихо заскрипела и открылась дверь. — Тебе плохо?! — спросил Ахмед, прислонившись к косяку. Свят повернулся и взглянул в глаза младшему арабу. — Не найти того слова, чтобы описать, как мне хе**во, — натягивая саднящие связки, произнес он. — Пойдем, разговор еще не окончен. — Да, сейчас одну минуту. Обессиленный Свят, еле передвигая ноги, принес себя в комнату. Рухнул на диван. — Амир меня никогда не простит… Теперь я понимаю, почему ты не хотел, чтобы я видел его. — Все не так просто, как тебе кажется, — задумчиво проговорил Ахмед. — Понимаешь, сейчас он живет как зомби. Существует оболочка, но в ней нет жизни, искры. Его ничего не интересует. Да, брат ест, пьет. Обслуживает сам себя. Но это длится уже столько времени, что я опасаюсь, он не вернется к прежней жизни. Я боюсь и твоего вторжения. — Мужчина встал с кресла. — Но Джон говорит, что Амир среагировал на твое имя. Хорошо это или плохо, я не знаю. Я никогда не произносил при нем твое имя, — объяснил, продолжая прохаживаться. — Физически Амир здоров. Но эта долгоиграющая апатия… ненормально… Верну ли я его или снова ввергну в пучину небытия, ведомо только Аллаху! Так ты поедешь к нему?! — Ахмед вопросительно выгнул бровь, ожидая ответа. — Я абсолютно уверен, что именно Свят выведет его из транса. Ждать больше нельзя… Или мы окончательно потеряем его, — подал голос Джон. Ахмед взял фото Амира в рамке, провел по лицу пальцем. — Надеюсь, мы ему не навредим… Так что, Святослав, ты поедешь? — Да, — твердо ответил Свят.