Кофе с молоком

Прошло два месяца. Амир со Святом по-прежнему находились в Швейцарии. Жили в уединенном местечке в небольшом двухэтажном коттедже доктора Эрикссона в окружении великолепных сосен. На первом этаже дома размещались гостиная, совмещенная с кухней, кладовка и ванная. На втором этаже три комнаты и еще один санузел. Одну заняли под спальню. Во второй оборудовали кабинет. Амир вернулся к активной жизни и начал писать научную статью. Недавно у него взяли интервью о исследованиях по гепатиту. Теперь он занимался проблемой, как сделать препарат доступным и массовым. Его глаза горели, Амир был так рад, что может помочь больным. Свят поддерживал его, создавая спокойную атмосферу, чуть ли пылинки не сдувал. Сексуальная жизнь была на высоте. Они подолгу занимались неспешным сексом у камина с потрескивающими в нем дровами. Или бурно во всех доступных местах и поверхностях. Одна только проблема беспокоила Амира — Свят ни под каким предлогом не хотел менять своей позиции снизу. Иногда они начинали спорить на эту тему до хрипоты. Для Свята это было табу. Он боялся. И теперь Амир думал, как переломить его страх и сделать их отношения в этой части равноправными. Амир сидел за массивным столом в кабинете, медленно вертя в руках PARKER. Сегодня для них очень важный день. Ахмед привезёт родителей Святослава. Сказать, что он не волновался… Волновался, да еще как! Но при Святе держал себя в руках. При малейшем подозрении, что Амир нервничает, он бы тут же все отменил. Свят был внизу, колдуя над ужином. Теперь он больше времени проводил на кухне, выискивая в кулинарных книгах что-нибудь вкусненькое. Накормить Амира изысками и побольше стало его идеей фикс. В приготовлении блюд он преуспел. Готовил очень вкусно. Амир усмехнулся своим мыслям, встал из-за стола и решил спуститься, помешать Святу в его вотчине. Вчера он тоже ему там мешался. Свят затеял налепить заранее пельменей и готовил тесто. Амир заглянул к нему, и вся стряпня перешла в бурный секс на столе. Они оба перепачкались в муке. Это было весело. Принимая позже совместный душ, не переставая, дразнили губы друг друга. Улыбаясь, Амир прошел на кухню. Свят как раз наклонился, высматривая в духовке свое очередное гастрономическое чудо. Светло-голубые джинсы обтягивали упругие ягодицы. Голый торс, мышцы, играя, перекатывались под кожей. Член Амира шевельнулся при виде столь аппетитной задницы и горы тестостерона. Он подошел, положил руки ему на бедра и потерся пахом, прижимаясь плотнее. — Я пригрел сексуального маньяка, — шутливо ответил Свят. — Ненасытного к тому же, — добавил, выпрямляясь и поворачиваясь к Амиру. — Ничего не могу с собой поделать, — хрипло проговорил Амир. — Сегодня я не дам себя сбить с толку, — сказал, притягивая его к своей груди и удовлетворенно отмечая, что Амир прибавил в весе. Амир медленно начал опускаться, покусывая эротично нижнюю губу. Проведя длинными пальцами по голой груди, попутно прикасаясь к затвердевшим соскам, опустился на колени. — Маньяк, — прохрипел Свят, позволяя ему расстегнуть ширинку и достать пульсирующий член, — ты загонишь меня раньше времени в гроб. Амир, дразня, легкими прикосновениями языка провел по его стояку. Свят закрыл глаза, отдавая себя ему в полное распоряжение. Амир достал свой член и начал одной рукой неспешно поглаживать себя. Второй синхронно водил по органу Свята, изредка сжимая у основания. Кончики пальцев прошлись по чувствительной уздечке. Свят зашипел, настолько это было восхитительно и остро. Потихоньку начал делать поступательные движения, нежно держа голову Амира, зарываясь пальцами в волосы и массируя кожу. Амир вбирал нежную плоть, легко скользя по стволу и налитой кровью головке. Перешел к более активным действиям, заглатывая глубже, не прекращая посасывать кончик. Свят чувствовал заднюю стенку его гортани. Араб пропускал член глубоко в горло и каким-то образом издавал невероятные звуки, чем вызывал вибрацию, которая отправляла Свята через край. Амир почувствовал, что Свят на грани и сжал одной рукой его поджавшиеся яйца. Низ живота и поясницу скрутило сладкой болью, сперма выплеснулась сильными толчками. Амир провел несколько раз по своему члену и тоже разрядился на босые ноги Святу. — А-а-а-а, — не сдерживаясь, проорал Свят, восстанавливая дыхание. — Ты «король минета», — сообщил еле слышно хриплым голосом. Амир все еще держал его член во рту, нежно слизывая каждую жемчужную капельку. — Вставай, ненасытный… — Свят подал ему руку. — Ты кончил мне на ноги, засранец, — добавил, констатируя факт. — Теперь я могу со спокойной душой оставить тебя дальше заниматься твоим любимым в последнее время делом, — легко поднимаясь с колен, прошептал Амир. — Я люблю тебя, — сказал, притягивая и нежно целуя влажный рот, чувствуя свой запах и вкус на его губах. — И я люблю. Больше жизни… — шепча в губы Святу. — Может, тебе помочь? — Нет. Сегодня я думаю, нет. Иди займись своими делами. Вчера ты тоже изъявил желание помочь. Я еще не забыл, кто убирался, — вспомнил Свят, выталкивая его из кухни. — Мне еще ноги надо помыть и опять убрать за тобой беспорядок, — засмеялся он. — Иди мой ноги, а я протру здесь. Приведу в порядок твои владения, — шутливо ворча и сопротивляясь быть вытолкнутым. — Присмотрю за духовкой. — Черт! Я совсем забыл. Пора доставать лазанью. Вот до чего ты меня доводишь! В голове остается только похоть… Ладно, достань. Смотри не обожгись, соблазнитель мой. Прихватки возьми. — И Свят пошел в ванную сполоснуть ноги. Амир достал лазанью с румяной корочкой. От приготовленного блюда исходил божественный аромат. Он вдохнул запах, в животе заурчало. Решил сбежать, пока Святослав не услышал голодных урчаний. А то не успеешь оглянуться, сразу окажешься с ложкой в руке за столом. Свят следил за этим строго, как коршун за своим птенцом. Свят вернулся на кухню. Неспешно продолжил готовить ужин. Вернулся мыслями к приезду родителей. Две недели назад он ездил домой, оставив Амира с младшим братом. Надо было все же поставить в известность родных об изменениях в личной жизни. Свят провел рукой по волосам. Разговор получился тяжелым. Он рассказал о последнем годе своей жизни, ничего не скрывая. Когда закончил, родители встали и вышли в молчании из комнаты. Казалось, они разом постарели. Свят смотрел, как медленно, еле передвигая ноги, покидали столовую. Мама тяжело опиралась на руку отца. Свят перевел взгляд на Андрея и сестру Ларису. Зять первым прервал молчание. — Кто мы такие, чтобы указывать тебе, как строить свою жизнь, — сказал, прочистив горло. А главное — с кем. У меня есть друзья с нетрадиционной ориентацией. Отличные ребята. Просто это прозвучало несколько неожиданно для меня. Как-то не думал, что это может коснуться тебя настолько близко. В любом случае я рад за тебя и твоего парня. В нашей стране к проблеме ЛГБТ отношение отрицательное. Недавно был случай, что пару из Европы отказались поселить в гостинице, ссылаясь на законодательство. А ведь в нашей стране таких людей не меньше, чем в Европе и Америке. Вот такой бред. Я лоялен в этом отношении. Законы и общество не должны мешать жить людям так, как им хочется. У всех своя история и причины. — Я тоже поддерживаю твой выбор. А родители… Им просто надо подумать и принять тебя таким, какой ты есть. Уверена, они примут правильное решение. Не беспокойся, — одобряя, сестра сжала его ладонь. — Спасибо вам, — поблагодарил, чувствуя облегчение, что хоть сестра и зять его не осуждают и поддерживают. — Для меня это очень важно. В общем его личный маленький каминг-аут не удался. Больше он с родителями не разговаривал. Так и уехал, не попрощавшись. Чувствовал он себя ужасно. Осознание, что они отказались от него, было болезненным. Но он не собирался подстраиваться под чье-то мнение. Это его личное дело, с кем жить и кого любить. Звонок прозвучал для него неожиданно. Свят уже успел смириться с решением родителей вычеркнуть его из своей жизни. Было больно, но Амир, чувствуя его состояние, старался не давать ему зацикливаться на этом. С ним было легко. Он чутко реагировал на малейшее изменение его настроения. Видимо, пока следил за ним, успел досконально изучить. При мыслях о нем у Свята не сходила с лица блаженная улыбка. Его любовник не переставал удивлять. В первый же день отъезда из медцентра перешел к активным действиям, да с таким напором, как голодный путник набрасывается на еду. Святу пришлось приложить немало сил, чтобы донести, кто будет в пассивной роли. Надо отдать ему должное, Амир немного завис, но быстро понял, что хочет Свят. Он планировал переходить к активному сексу постепенно. А Амир действовал как груженый под завязку грузовик без тормозов. Настойчиво, пытаясь сразу взять то, чего был лишен так долго. Свят уступил. Хорошо, что за неделю он настроился морально и был готов к практическим занятиям. Да и люди помогли, с которыми он переписывался. Разное видео… Прикупил всевозможные прибамбасы и учился готовить себя к вторжению. Для первого раза все прошло хорошо. Он больше боялся. Сейчас они постоянно открывали для себя новые горизонты. Исследовали тела друг друга, находя новые эрогенные зоны. Удивительно! Свят не переставал восхищаться его способностью из разрушенного состояния возрождаться столь быстро, что он и сам порой не поспевал за ним. А эта способность расслаблять горло и принимать его внушительный орган… Свят как ни старался, не мог повторить такого. Всегда в голове сидела мысль, что это умение у него оттуда… Но Амир молчал, и Свят терпеливо ждал, когда он заговорит и откроется до конца. А потом стал предлагать поменяться позициями, мотивируя тем, что хочет равноправия. Но Свята передергивало от таких разговоров. Он не хотел ничего менять. Ему даже думать об этом было страшно. «Нет! Никогда!» — приходилось даже повышать голос. Также Амир, не отставая от него, занимался физической подготовкой. Конечно, Святу пришлось сократить интенсивность своих нагрузок. Но с каким удовлетворением он замечал, как возвращается к Амиру былая форма! Помогал лепить это тело заново. Словно скульптор, ваял свое произведение. На плоском животе уже обозначились кубики пресса, кости обрастали мышечной массой. В долинах уже пробуждалась весна, а здесь, в предгорье, зима не уступала своих прав. Они часто катались на лыжах и выбирались в горы. Амир быстро научился премудростям горного спуска. Изредка выезжали в ближайший городок поужинать в ресторане или посидеть в баре. За бугром к таким отношениям относились терпимо. Никто не смотрел на них с презрением и не убивал свинцовым взглядом. Но иногда ему казалось, что затылок сверлят, словно хотят прожечь насквозь. «Неужели следят?» Но оглядываясь, ничего подозрительного не видел. За размышлениями не заметил, как закончил все приготовления. «Времени еще достаточно. Пока можно перекусить». Свят посмотрел на часы. Сделал бутерброды с сыром, налил чай и позвал Амира, который как раз спустился в низ. «Вот так всегда, как тонко мы чувствуем друг друга! Идиллия».