Часть 1
31 июля 2017 г., 13:59
Позднее утро после очередного изматывающего концерта. Настырные лучи солнца проникали в окна гостиничного номера и не давали вокалисту понежиться часок-другой в постели. Всё-таки нехотя проснувшись, Лёва почувствовал приятную тяжесть. «Опять эта мохнатая тварь легла ко мне» — мужчина уже поднял руку, чтобы согнать кота с кровати, но тут вспомнил, что кот дома. А он сам — на гастролях. Лениво подняв голову с подушки, он обнаружил гитариста, посапывающего у него на груди. Лицо Шуры, умиротворённое приятным сном, не могло не вызвать улыбки у Бортника.
Лёва аккуратно, чтобы не разбудить друга, дотянулся рукой до тумбы, на которой лежал телефон и посмотрел на время. Девять утра. Ближайшие мероприятия начинались только в двенадцать, а значит, еще, по крайней мере, полчаса он мог без зазрений совести позволить себе полежать.
Сон окончательно ушёл, но вставать не хотелось. Хотя бы потому что такая идиллия, без беготни и воплей в стиле: «Мать твою, Бортник, мы опять проспали! Так сложно было завести будильник? Где мои трусы/джинсы/билеты на самолёт/какого хера они делают в цветочном горшке?» выдавались им редко. Очень редко. Настолько, что сейчас вставать, и тем самым будить Шуру, было бы грехом.
От скуки Лёва стал перебирать длинные пшеничные волосы гитариста. От них приятно пахло ромашковым шампунем. «Ромашки» — в памяти Бортника всплыло, что сегодня он уже где-то видел их.
«Тебе обязательно понравится, Шур»
Лёва вновь потянулся к тумбе и сорвал несколько декоративных ромашек из нарядного букета, подаренного после вчерашнего концерта фанаткой. Ухмыльнувшись, мужчина стал заплетать на голове друга тонкие косички с цветками. В руках фронтмена, не отличавшегося особой аккуратностью, хрупкие стебли ромашек вечно ломались, и приходилось вплетать новые, из-за чего уже первая доплетенная косичка больше была похожа на спутанный дред. Спустя ещё пять косичек, занимавших добрую четверть головы Шуры, Лёва окончательно запутал нерасчёсанные волосы. Да и порядочно задолбался, в очередной раз осознав свою рукожопость и полное отсутствие парикмахерских навыков. Оставив остальное недоплетенным («Ну это такой дизайнерский ход, я — художник, я так вижу»), для завершения полноты картины он посыпал оставшимися лепестками свое творение. И решил всё-таки разбудить Шуру.
Однако, это на себя взяла судьба. Точнее, Лакмус в ее лице. На всех парах он ворвался в комнату, хлопнув дверью об стену.
— Ну где вы там, голубки хреновы? — было сказано еще на пороге, а затем вдогонку, намного громче и с обидой, — вы всё ещё спите?!
— Спят? В смысле спят?! — ошарашено заглянул через спину Лакмуса Яник.
— Поднимайте свои задницы и в темпе вальса собирайтесь! — «взял ситуацию под контроль» Макс. — Нам на радио через час, еще доехать по этим пробкам адским надо.
Под эти громкие возгласы богатырский сон Шуры и был нарушен.
— Господи, опять куда-то опоздали? Бортник, ну что ты за человек, даже будильник завести не можешь… — гитарист поднял голову с груди друга.
— Ребят, вы с дуба рухнули? — зевнул Лёва и встал с кровати. — Сейчас только пятнадцать минут десятого, нам на радио в двенадцать.
— Ты опять забыл перевести часы? — то ли обреченно спрашивая, то ли вопросительно констатируя, сказал Яник.
— Куда перевести? Июль на дворе. Подожди, разве в России не отменили перевод времени с зимнего и… ну, обратно?
— Лёвчик, перевести время с Красноярского! Мы в Уфе! Кстати, Шур, тебе идёт, — наконец заметили новую причёску на голове гитариста.
— Что идёт? — загробным голосом спросил он и, следуя прикованным к его голове взглядам, потрогал волосы. — Блять, Бортник!
— Ну мне скучно было, ну, Шур, ну не злись! Я всего третий раз в жизни косички плету.
— И с какого хера всё три раза именно на моей голове?!
— Помогите кто-нибудь! — взмолился Лёва, уворачиваясь от тяжёлой руки гитариста.
— Так, Яник, сейчас быстро убегаем отсюда и едем без них, — тем временем говорил Лакмус.
— Нас без них не узнают.
— Да посрать! Значит, просто быстро убегаем, иначе и нам за компанию от Шуры достанется.
Янчик, а вслед за ним и Лакмус, не ожидавший такой реакции, побежали за остальными участниками группы.