Жизнь скучна без риска

      Каждому знакомо чувство, когда адреналин закипает в крови и кажется, что в такой момент возможно абсолютно все. Один раз, ощутив все эти эмоции, невозможно просто взять и отпустить. Невозможно забыть то, что ощущал каждой клеточкой тела. Без этих эмоций жизнь становится тусклой, все краски будто выцветают. Стоит лишь однажды испытать это ощущение, и оно будет преследовать всегда, уже не удастся сбежать и спрятаться. Человек будет жить ради риска, ведь так намного интереснее.       Сириус Блэк никогда не считал свою жизнь чем-то важным. Он, не раздумывая, шел на все, чтобы получить порцию адреналина, чтобы вновь почувствовать себя живым. Ведь именно адреналин делал его существование ярче. Сириус придерживался одной простой, но очень верной идеи: «Жизнь скучна без риска». В каком-то смысле он никогда не держался за это некое подобие настоящей жизни. По сути, он не знал, что это такое. Всю свою жизнь до Хогвартса Сириус провел среди тех, кто ненавидел его и даже не скрывал этого. Он всегда чувствовал себя белой вороной, его взгляды отличались от тех, что существовали в его доме. Он мечтал о дне, когда покинет эти мрачные стены и хотя бы на год уедет в Хогвартс. Сириус был счастлив обрести настоящую семью и наконец, понять, что значит жить. Но, как говорят, все хорошее рано или поздно заканчивается. Сириус никогда не думал, что возможно испытывать столько боли и ярости. Он не мог поверить в то, что кто-то из Мародеров, из тех, кого он искренне считал своей семьей, способен на предательство. Но это произошло, и Сириус не знал, что делать дальше. Ведь, кажется, что у него уже нет пути назад. Им руководила лишь ярость, ему казалось, что убить предателя это лучший вариант, что по-другому не может быть…       Сириус смотрел на огонь в камине, этот танец завораживал его. Каждое движение, каждый изгиб это было прекрасно. Огонь был свободным не смотря на то, что был ограничен лишь не большим участком. Он мог с легкостью уничтожить это препятствие и распространиться на всей территории, но он покорно слушался и ждал своего часа. Сириус мог часами наблюдать за этим удивительным танцем, в его голове рождались тысячи историй, которым никогда не произойти. Он каждый вечер спускался в гостиную и наблюдал, в его руках был бокал с вином. С каждым вечером он все четче осознавал, что не сможет выдержать в этом доме так долго в полном одиночестве. Эти стены сводили его с ума, это было в тысячи раз хуже Азкабана. Здесь прошли худшие годы его детства. Ведь отсюда он мог легко выйти, но за стенами этого дома его ожидало нечто пострашнее заточения. Сириус оглядел комнату, стену которой украшал ненавистный ему гобелен, с которого много лет назад его матушка выжгла его имя. Это полотно было напоминанием его ненужности. Смотря на огонь, Блэк мечтал, как это место погибнет в пламени. Мечтал, что в скором времени снова сможет спокойно гулять по улицам Лондона. Сможет купить небольшой домик, сможет забрать Гарри к себе, сможет избавить его от семейки его тети. Именно тогда они смогут стать настоящей семьей. Да ему тяжело, очень тяжело жить без бурлящего в крови адреналина, но он постарается. Сириус мечтал, что это произойдёт в скором времени.       Блэк выплеснул в огонь остатки вина, пусть это и магловский напиток и он уже до жути надоел ему, но он помогал мыслям встать на свое место. Сириус встал с кресла, подошел к книжной полке и вытащил одну из книг. У него уже не было сил прятаться здесь, пока другие рисковали жизнью на свободе. Пока другие шли на все, чтобы защитить его крестника. Сириус не мог найти себе места, каждая вещь, каждая деталь в этом проклятом доме медленно, но уверенно уничтожала его. Блэк хотел кричать, но это было бессмысленно, ведь все вокруг него знали, как ему будет лучше. Он просто больше не мог быть запертым в этом доме, в этой клетке. Сириус выбросил книгу в камин, да глупо, но зачем они ему сейчас? Он знал каждую строчку наизусть, он прочитал эти книги по тысячи раз. Он вновь будто оказался тем парнишкой, который проводил неделями взаперти, читая книги и мечтая, что однажды покинет эти стены и больше никогда не вернется. Но вот он снова здесь и снова заперт… Свобода, проникающая в каждую клеточку тела, прекрасное чувство. Сириус чувствовал, как все оковы пали, и он наконец-то может вздохнуть полной грудью. Смотря в окно поезда, он просто не мог поверить в то, что это действительно происходит с ним. Каждая минута, каждая секунда приближала его к осуществлению мечты. Дверь купе приоткрылась, Сириус обернулся и увидел парнишку, тот улыбнулся и вошел внутрь. — Привет, — незнакомец сел напротив Блэка. — Я Джеймс. — Привет, я Сириус. — Рад познакомиться, почему ты один? — Эм, странный вопрос, тебе так не кажется? — Блэк улыбнулся. — Нет, не кажется. Самый обычный, так почему? — Потому что так вышло, — он не хотел вспоминать последний месяц своей жизни, после того как он сбежал из дома. Письмо из Хогвартса нашло его в Дырявом котле. — Потому что я никого не знаю, это, по-моему, логично. — Одному сложно выжить в этом мире, тебе так не кажется? — Джеймс достал из кармана конфетки и протянул Сириусу. — Угощайся. С этой минуты ты никогда не будешь один. — Спасибо, — произносит Блэк. Он не верит, что это действительно происходит с ним. Джеймс улыбается. — Как думаешь, на какой факультет нас распределят? — Блэк усмехнулся этот вопрос мучал его с того самого, как заветное письмо оказалось в его руках. Он никогда в своей жизни не хотел следовать по пути своих родственников. Он никогда не хотел быть Слизеринцем. — Я вот всегда мечтал попасть в Гриффиндор. — Учатся там храбрецы. — Да. Разве это не прекрасно жить ради того, чтобы защитить тех, кто попал в беду, не бояться идти на отчаянный шаг. Жить ради других, а не ради себя. — Неплохая мысль, — Сириус задумался. Был ли он тем самым храбрецом или всего-навсего жалким трусом. Достоин ли он называться гриффиндорцем? За всю свою жизнь он никогда не позволял своей матери обидеть младшего брата. Он всегда защищал тех, кто слабее. Ему казалось, что это правильно, ведь они не могут постоять за себя. Сириус никогда не чувствовал страха, он всегда делал, так как считал нужным, а не так как ему велят. — Эй? Ты слышишь меня? — Джеймс потряс своего нового друга за плечо. — Да, слышу, — Сириус лихорадочно пытался вспомнить о чем, только что говорил этот парнишка. — У тебя в семье все закончили Гриффиндор? — Вроде бы да, — Джеймс задумался всего на секунду. — А ты? В твоей семье?       Сириус прекрасно знал о вечном противостоянии и бесконечной войне между двумя факультетами и боялся, что этот парень тут же изменит свое мнение о нем. — Они потомственные Слизеринцы… — Они? Ты не относишь себя к числу членов твоей семьи? — Нет. — Было бы замечательно, если бы мы вдруг оказались на одном факультете…       Было бы замечательно, Сириус усмехнулся. А ведь так и произошло, они оказались на одном факультете, стали семьей. Но судьба, похоже, решила, что мирная жизнь совершенно не для него. С первого дня в Хогвартсе, с первой минуты он и Джеймс единодушно решили, что в школе не хватает капельки веселья. Но вдвоем крайне сложно осуществить все то, что они задумали. К их компании присоединились еще двое. Тогда Сириус понял, что счастлив. Они творили все что хотят, они стали главными шутниками и задирами Хогвартса. Они готовы были пойти на любой риск, и это было самое лучшее время.       Сириус был готов сжечь этот проклятый дом, снова прятаться на улицах, рисковать жизнью. Так он мог не думать о прошлом, так мысли не одолевали его. Жизнь не просто скучна без риска, она невыносима. — Ты останешься здесь, — сквозь зубы повторяет Люпин. — Мы справимся, мы спасем Гарри. А ты будешь тут. — Он мой крестник! Как ты не поймешь, я не могу здесь быть! Не могу быть в стороне, когда вы все рискуете там, — Сириус кричал, он больше не мог сдерживать своих эмоций. — Римус, ты не удержишь меня здесь, не в этот раз. — А ты можешь понять, что тебя ждут в Министерстве, войдешь туда и больше никогда не выйдешь. Они убьют тебя, Бродяга. — Риск, единственное ради чего стоит жить или ты забыл, Лунатик? — Нет, не забыл. Помни, ты обещал Гарри, что вы станете настоящей семьей.       Обещал, Сириус действительно хотел этого, хотел нормальной жизни без страха, что его схватят. Хотя так жизнь намного интереснее, чувствовать каждый миг, каждую секунду, а не просто существовать. Но Блэк устал, просто устал, он мечтал о нормальной жизни, однако понимал, что не выдержит слишком долго. — Люпин, я буду осторожен, пойми, я должен быть там, — Сириус ударил по стене. — Ты не понимаешь, как это мучительно. — Блэк, ты невыносим, — Римус лишь качает головой, он в любом случае не сможет переубедить этого упрямца. — Будь осторожнее. — Жизнь скучна без риска, — лишь отвечает Сириус.       Говорят, в последние секунды жизни человек видит белый свет в конце туннеля и все лучшее моменты. Но Сириус видел лишь своего крестника и своего друга, уже в последний раз. Он пошел на риск, не думая о последствиях, он обещал и вновь не сдерживал своего слова. Сириус хотел извиниться, но он лишь смотрел. Он чувствовал, как жизнь покидает его. Сириус Блэк взглянул на Люпина. Его последняя мысль была: «Теперь твоя очередь, позаботься о Гарри…»