Broken soul

***

Вечеринка       Светловолосая девушка входит уже в прокуренное помещение. Черное кружевное платье, что доходит до середины бедра, изящно подчеркивает ее фигуру. А бордовые мартинсы придают уверенности каждому ее шагу. Она хищным взглядом обводит окружающую ее толпу и громко, якобы «случайно», кашляет. Все взгляды устремлены только на нее, все восхищенные возгласы только для нее. Она снимает кожанку и бросает ее рядом стоящему парню, при этом подмигивая, уверенно делает шаг вперед. Толпа расходится, давая пройти девушке.       Она осматривает каждого хищным взглядом и останавливает свой взгляд на огромном баннере, который был, растянут через всю гостиную. «С возвращением, Андерсен». — Я заметил, ты любительница эффектного появления, — прошептал на ухо девушке Шистад, который наблюдал за ее появлением из угла комнаты. — Удивительно, что ты видишь, что-то дальше своего носа, — девушка лишь гордо вскинув голову, двинулась к хозяину дома.       «Милая», «Может, познакомимся?», «Как такая красавица и без охраны» или то, как наша героиня пробиралась через толпу, пока не нашла Вильяма. — Где твоя фантазия, Магнуссон, — ей приходилось говорить довольно-таки громко, чтобы парень ее услышал, — «С возвращением, Андерсен», фи, как банально. — Зато я купил твой любимый ром, — на что получил одобрительную улыбку, — ты знаешь, где искать.

Pov Maks

.       Кое как через толпу я добралась на кухню. Я прекрасно помнила, где Вильям прячет мой ром, но чтобы достать его мне приходилось изрядно постараться. Ростом парень явно не обделен в отличие от меня.       Пока я тянулась к самому высокому шкафчику, кто-то вошел в кухню и в наглую глазел на меня. — Может тебе помочь, куколка? — снова этот голос. Шистад. — Знаешь, — я развернулась к нему лицом, — я и без тебя прекрасно справлюсь, — он закусил губу и с вызовом в глазах посмотрел на меня сверху вниз.       Я запрыгнула на столешницу и открыла шкаф. А Вильям все продумал и купил несколько бутылок. Схватив одну из них, я сделала заднее сальто и приземлилась прямо перед Шистадом. Тот явно не ожидал такого поворота событий. — А ты хороша, — проговорил он практически мне в шею, от чего мое тело покрылось мурашками, — может, покажешь, на что еще способна.       Я все еще стояла к нему спиной, но готова поспорить, что он сейчас ухмыляется. Поэтому беру контроль над ситуацией в свои руки и резко разворачиваюсь. Волосами, хлестанув наглеца по лицу, я широко улыбнулась. Вильям называл этот оскал «улыбкой Джокера». — Кажется, 2:0, котик, — проговорила я и оставила Шистада наедине со своими мыслями.       Я плюхнулась на диван, потягивая ром из горла, на котором сидели мои новые знакомые. — Привееет, — протянула Вильде и принялась меня обнимать. — Ох, я смотрю, вы уже начали во всю отдыхать, — было заметно, что девушки явно не в трезвом уме. Но вдруг блондинка изменилась в лице. Ее беззаботность сменилась на серьезность и удивление. — А это больно? — тихо спросила она. — Смотря о чем ты интересуешься, — но я прекрасно понимала, что Вильде имеет ввиду. — Я про твой язык, — на этой фразе 5 пар глаз уставились на меня. Мне ничего не оставалось делать, как продемонстрировать объект их интереса. — Больно, — честно призналась я. Но когда мне его разрезали, меня не особо это волновало, — я сделала это пока была в Германии, признаю, Вильде, ты первая, кто заметила. Просто захотелось, — уже предугадывая ее следующий вопрос произнесла я. — Черт, это просто восхитительно, — завизжала Крис, которая до этого ограничивалась немым восторгом от происходящего.       Я громко рассмеялась, то ли на меня так подействовал алкоголь, то ли комичность всей ситуации и их удивленные лица. Решив оставить их, я направилась в середину танцующей толпы.       Быстро влившись в ритм музыки, попутно отпивая из горла обжигающий напиток, я растворялась в танце. Мне всегда нравилось это занятие, оно помогало забыться на некоторое время от проблем. Какой бы сильной я не была, но расслабляться, иногда не помешает. Неким релаксом для меня становились три вещи: танцы, алкоголь и секс. Если второе только расслабляло, то первое и третье проводили некую разрядку моего тела, да и души в некотором роде. Помогало забыть кто я и что я. Но всегда есть одно «но», если танцы и алкоголь всегда оставались неизменными партнерами, то секс же являлся только на одну ночь. После которой я уходила, не помня имя того, с кем спала. Оставляя после себя лишь смятую простынь и толстовку со своим именем. Вдруг, мою талию обожгло тепло чьих-то горячих рук, которые в наглую прижимали меня к телу их владельца. И снова этот голос. — Ты превосходно двигаешься, малышка, — его голос пьянил мой разум сильнее, чем сорокаградусный алкоголь, — готов поспорить, что в постели ты просто королева. Я повернулась к нему лицом и обвила его шею своими руками. Продолжая двигаться в такт музыке, чтобы сохранить хоть каплю самообладания, я заглянула в его глаза. Они были коньячного цвета, в них горел огонек похоти и страсти, вокруг которого танцевали ламбаду чертята. — Да я и за пределами постели королева. Гляди, — его взгляд переместился с области моей груди мне на глаза, — как корона потолок царапает.       Он ухмыльнулся и облизал нижнюю губу. Еще немного и я потеряю контроль над сею ситуацией. Я повторяю его действие, но уже с большей страстью и огнем в глазах. Провожу половинками языка из уголков губ, соединяя их в одно целое. — А язычок у тебя, что надо, даже страшно представить, что ты им вытворяешь. — Только и останется, что представлять, Шистад. На большее все равно не дотягиваешь. — Спорим? — он чуть отстранился от меня и смотрел с тем же вызовом в глазах, что некогда на кухне. — Даже спорить не стану. Но будь уверен, что когда счет нашей маленькой игры достигнет числа 7 в мою пользу, ты будешь по уши влюблен в меня, а после сломлен, — на его лице читалось смятение, — уж такова моя сущность. — Тогда будь и ты уверена, крошка, что когда на моем счету будет цифра 3, ты будешь громко стонать мое имя, — на это заявление я громко рассмеялась, — так может быть, номерок дашь?       Полностью отстранившись от парня, чье высокое самомнение давило мне на ноги, я направилась к барной стойке, не оставив его вопрос без ответа. — Наугад ебашь, — с этими словами я последний раз взглянула ему в глаза, и забралась с ногами на поверхность бара.       Музыка играла под стать и, недолго думая, я начала двигать бедрами в такт песне. Моя выходка не осталась без внимания и сопровождалась восхищенными выкриками. Я даже не заметила, как оказалась не одна на барной стойке. Это была смуглая шатенка с длинными волосами. На ней была белая обтягивающая майка и черные шорты с высокой посадкой. А фигурка у нее была то, что надо. Грудь приблизительно третьего размера и накаченный зад.       И вот мы уже сливаемся с ней в танце. Ее руки блуждают по моему телу, изучая каждый его изгиб. Она все ближе и ближе приживается ко мне. Выхватывает бутылку, которая все еще находилась у меня руке, и делает большой глоток, после чего впивается мне в губы, откидывая ненужную вещь в толпу. Ее губы такие мягкие. Через поцелуй она переливает ром мне в рот, углубляя наш поцелуй.       Сотни глаз уставились на нас. Мы словно кофе с молоком сливались воедино: изначально в танце, а теперь в поцелуе. — Я Кейтлин, — оторвавшись от меня, запыхавшись, произнесла шатенка. — Кажется, я знаю, с кем я проведу эту ночь, — со страстью в глазах проговорила я настолько четко, насколько это позволял алкоголь в моей крови.