I Never Meant to Start a War (but I'm kind of glad I did)

      — Не надо смотреть так на меня. Безусловно, я доверяю Магнусу. Это его особенность — иметь бывших, которые как раз таки не заслуживают никакого доверия.              — ...              — Ты должен признать, что Камилла отвратительна. Вы встречались с ней в прошлом? Нет, сомневаюсь в этом...              — ...              — И живешь ты слишком мало, чтобы быть знакомым с Мэйд или чёрт знает, как ее там зовут. Мадлен?              — ...              — Ну то есть я даже не понимаю, о чём она там говорит, а так как я доверяю своему парню, то не стану активировать руну Знания языков, чтобы узнать это... Но всё же очень похоже на то, что она флиртует с ним, как думаешь?              — ...              — Взглянем на это с другой стороны. Если бы твой парень или девушка (не стану определять твои предпочтения за тебя) висели с кем-то на телефоне в течение двух часов с тем, с кем он или она прежде спали, то разве тебя это не стало бы раздражать? Особенно, когда она настолько открыто соблазняет его.              — ...              — Знаешь, что из тебя ужасный психолог? — сухо спросил Алек.              Председатель Мяо незаинтересованно мурлыкнул.              Алек лежал на животе, расположившись на шелковых простынях Магнуса, лениво поглаживая кота и ожидая, когда его парень завершит свою телефонную конференцию. Телефонную конференцию, которая, по словам Магнуса, должна была занять ну максимум двадцать минут.              «Двадцать минут» прошли уже больше девяноста минут назад, однако Магнус до сих пор находился в своем рабочем кабинете, разговаривая с французским политиком, которой, похоже, было плевать, что она заняла всё время мага. Магнус стал раздраженным, когда женщина позвонила ему, но перед разговором с ней сказал лишь:              — Мы познакомились четыре года назад... Мадлен Дюбуа довольно... настойчивая женщина.              — В смысле?              Было заметно, что Магнус говорил об этом с неохотой.              — Она тот тип женщины, которая привыкла получать желаемое. Она не принимает отказов.              — Ох, так значит ты отказал ей? — с любопытством спросил Алек своего парня. Магнус всячески избегал зрительного контакта, с преувеличенным интересом разглядывая спагетти. Алек почувствовал, как его живот неприятно скрутило. — О... понятно.              — Это была одноразовая ни к чему не обязывающая интрижка. — Алек ощутил укол ревности. Нечестно было злиться на Магнуса. У Магнуса было своё прошлое, и нельзя человека винить за подобное.              Но это не значило, что его должна устраивать мысль о том, что его парень занимался страстным сексом с какой-то заумной французской женщиной прямо на её столе.              Алек поднялся с кровати, потревожив кота, и открыл дверь спальни. Голос Магнуса, выскользнув из кабинета, пронёсся по коридору. Он был, как и обычно, мягким, и хотя Алек ни капли не понимал французского, но должен был признать, что голос его парня, говорящего на этом языке, был невероятно сексуальным.              Хотя он всегда считал Магнуса невероятно сексуальным.              Зевнув от скуки, Алек стянул свой свитер и засунул его в корзину для белья. С некоторым чувством вины он заметил, что она была уже переполнена. Поскольку бо́льшая часть одежды Магнуса предназначалась исключительно для стирки в химчистке, Алек понял, что большинство вещей в корзине принадлежало ему.              Когда вообще Алек стал чувствовать себя здесь настолько комфортно? Его одежда находилась в шкафу, корзине для стирки белья и сушилке Магнуса.              Его щетка стояла в ванной, а волосы всё чаще пахли сандалом.              Синяя кружка (та самая, у которой был отколот краешек) была «кружкой Алека», хотя, в общем-то, это была не совсем правда, а Магнус держал ее лишь потому, что знал, что она была любимой у Алека. Она была единственной в своём роде, сказал он Магнусу. С характером.              У него было собственное зарядное устройство, которое всегда находилось в розетке на стене с ЕГО стороны кровати (которая была ближе к двери). У него была своя тумбочка, на которой чаще всего ничего не стояло. Ничего, кроме книг, которые он взял из библиотеки Магнуса, чтобы прочитать.              Лофт Магнуса стал домом вдали от дома.              Честно говоря, в последние дни он скорее стал для него убежищем.              Пять минут спустя, стоя в теплых парах, образовывавшихся в душевой, Алек мысленно вернулся к человеку, которому принадлежал этот дом. Было странно, насколько все, даже незначительные, тривиальные вещи, становились в разы лучше, если Магнус был рядом.              Завтрак: с Магнусом.              Обед: с Магнусом.              Ужин: с Магнусом.              Просмотр дурацких шоу по телевизору: с Магнусом.              Чистить зубы: рядом с Магнусом.              Засыпать: рядом с Магнусом.              Принимать душ: обязательно прижимаясь к Магнусу.              Вместе с Магнусом Бейном принимать душ было невероятно приятнее. Алек выдавил небольшое количество мыла на свою синюю мочалку и рассеянно начал тереть тело: руки, грудь, бедра, отчаянно желая, чтобы этим сейчас занимался Магнус.              Магнус прошелся бы губкой по животу, затем к спине, вниз по заднице и к внутренней стороне бедер. Усыпал бы мягкими поцелуями влажную кожу спины, приблизился к нему, и Алек ощутил, как его эрекция скользнула бы между половинками его...              Чёрт...              Возбуждение предательски качалось прямо между его ног, но Алек упорно игнорировал это, потому что кончить вместе с Магнусом было куда привлекательнее.              Облизав губы, Алек смыл мыло с торса, а затем со спины и вздрогнул, когда вода стекла прямо между его ягодиц.              Чёрт...              Ему так сильно хотелось Магнуса, но Магнус находился в кабинете, что-то обсуждая со своей бывшей любовью.              Алек был странным подростком. Мастурбировал он очень редко и несколько раз, когда это всё же случалось, ощущал невероятный стыд, из-за того, кто и что всплывало у него в фантазиях, когда он касался себя. Это было крайней мерой в тех немногих случаях, когда простого желания, чтобы возбуждение пропало, было недостаточно.              Теперь всё изменилось.              Нет, он вовсе не стал заниматься самоудовлетворением по несколько раз на дню... но Алек перестал стыдиться заниматься этим с парнем. Никакого стыда. Он понимал, что уверенности ему всё ещё не хватало, но ему нравился секс. Он был...              Неимоверно охрененным.              Магнус был открыт и честен в отношении множества вещей. Он вдохновил на это и самого Алека. Говорить Магнусу, чего и как ему хочется, а Магнус отвечал на это взаимностью. Уже дважды. Полноценным сексом они начали заниматься всего две недели назад. Ну пока ему было тяжело сказать «анальный» или «проникающий», не ощутив себя каким-то грязным, несмотря на то, что Магнус совсем не смущался, используя эти термины.              Недели, казалось, тянулись дольше. Чувство постоянного желания стало привычным явлением. Слегка ужасало, насколько... он возбуждался всякий раз, когда они с Магнусом снова оказывались в одной постели после нескольких дней разлуки.              — Это естественно, дорогой, — примерно неделю назад успокаивал его Магнус по телефону. — Ты открыл для себя мир новых удовольствий. Сейчас всё ощущается острее и ярче, потому что ты молодой и страстный парень, у которого есть свои потребности и желания. Не говоря уже о том, что твоё тело необыкновенно чувствительно. Кажется, я никогда прежде не занимался любовью с кем-то, у кого...              Прикусив губу чуть сильнее, Алек потянулся рукой назад и, скользнув пальцами между ягодиц, помассировал колечко своих мышц.              Он вздрогнул.              Его осенила идея.       

***

      Магнус закатил глаза. Раздражение разрасталось в нём всё быстрее и быстрее, но он продолжал говорить ровно и спокойно, потому что, несмотря на свои желания, занимался решением важных вопросов. Его взгляд метнулся к двери. Ему хотелось, пока Мадлен самозабвенно болтала о какой-то чуши, оказаться прямо сейчас рядом со своим парнем.              Сначала он начал разговаривать с вынужденной мягкостью. Однако по мере того, как минуты стали утекать как сквозь пальцы вода, он стал отвечать ей очень кратко. Он думал, что до нее дойдет намёк на то, что разговор должен подойти к концу, но всё было тщетно. Бо́льшую часть этого часа Мадлен провела, рассказывая о своих последних четырех годах: об успехах и победах в офисе, которым она управляла.              Откровенно говоря, Магнус предпочел бы провести последние два часа, обсуждая типы крови с Рафаэлем Сантьяго, или вязкость слизи демона с каким-нибудь кирпичом в своей квартире.              Подавив сильный зевок, Магнус до хруста потянулся, чтобы вернуть все позвонки на свои места. Он сидел в большом кресле возле письменного стола и утомленно рассматривал свои ногти.              Безусловно, ему придется встретиться с Мадлен и ее коллегами, но случится это как-нибудь потом.              Тогда, когда через несколько дверей от него его не будет ожидать его возлюбленный.              Тихий шум у двери заставил его оторвать взгляд от блестящего лака на ногтях. Он уже было инстинктивно открыл рот, чтобы извиниться перед Алеком, однако сразу же потерял дар речи, когда молодой парень тихо скользнул в комнату. Алек повернул ручку, держась за нее, и осторожно отпустил, чтобы дверь, закрывшись, не издала ни единого звука.              Магнус обронил челюсть.              Алек стоял перед Магнусом в его красном шелковом халате (длина которого обычно достигала колен, но на Алеке он задрался на пару дюймов повыше, заканчиваясь в районе его крепких бедер). На красивом лице было выражение, полное решимости, но щеки слегка заалели, когда он пристально посмотрел на Магнуса.              Алек безотрывно смотрел ему прямо в глаза, когда медленно развязал несильно затянутый на его талии узел, и позволил халату соскользнуть на пол к его ногам.              Температура в рабочем кабинете, казалось, увеличилась сама собой, и Магнус забыл, как дышать, потому что Александр, его прекрасный парень, стоял там, одетый лишь в плотное нижнее белье, которое так прелестно обтягивало его задницу и демонстрировало резко очерченные линии его возбуждения.              Магнус ощутил, как кровь стала приливать вниз, из-за чего собственные штаны становились тесными.              — Магнус? Tu es toujours là? [1]              Merde [2].              Мадлен.              Кому сейчас вообще нужно ее существование?              — Oui, je suis là. Madeleine, je suis désolé, s’il vous plaît continuez [3], — выдавил из себя Магнус лишь после того, как Алек сделал жест рукой, указав на то, что ему следует продолжить разговор. Сумеречный охотник пересек комнату, остановившись у противоположной стороны стола. Этого оказалось достаточно, потому что женщину не нужно было просить дважды, чтобы она продолжила говорить. Магнус был уверен, что она была тем человеком, который обожал собственную болтовню. На секунду он прикрыл глаза и сглотнул, чтобы привести свои неспокойные мысли в порядок.              Когда он открыл глаза, то Алека уже не было, и на долю секунды Магнус задумался, не привиделось ли это всё ему. Его взгляд переместился на брошенный халат, а затем Магнус тихо пискнул, когда чьи-то руки расстегнули пряжку его ремня, а после и сами штаны.              «Идеальнейший способ лишиться своего нижнего белья подобным образом» — с небольшим отчаянием подумал Магнус, а затем его пальцы сжали подлокотники рабочего кресла с такой силой, что костяшки на его руках тут же побелели. Такой знакомый язык с энтузиазмом облизал головку его затвердевшего члена. Магнус вздрогнул и сполз ниже по креслу в надежде разглядеть под столом своего хитрого парня, стоящего на коленях.              Их взгляды пересеклись в момент, когда горячий рот нетерпеливо опустился на него, а рука сжалась и начала скользить по члену в такт движениям головы. Другой рукой он сжал бедро через ткань его штанов.              У Алека получалось проделывать это всё лучше и лучше. Нехватку опыта он с лихвой восполнял своим бесконечным желанием удовлетворить его. Не говоря уже о том, как великолепно эти губы смотрелись на нём.              Дыхание Магнуса становилось всё более тяжелым. Он бросил быстрое: «Oui, c’est le meilleur plan d’action» [4], прежде чем голос подвел бы его, и откинул голову на спинку кресла. Алек немного приспустил с него штаны, чтобы получить доступ к его яйцам. Рука Алека, подразнивая, стала играться с ними. Одновременно он изводил Магнуса своим порочным ртом, проводя языком по всей головке и мягко толкаясь кончиком в его уретру.              Несмотря на всю застенчивость Алека в отношении секса, он определенно был способным учеником, быстро усваивая то, что нравилось Магнусу.              Его нефилим отсасывал ему практически беззвучно, не считая редких мокрых причмокиваний. Он заглотил Магнуса еще глубже. Магнус слегка кашлянул, чтобы приглушить звук рвотного рефлекса Алека от упершегося в его горло члена, однако Алек всё равно не выпустил его. Он постарался расслабить своё горло, чтобы взять так глубоко, как раньше еще ни разу не пробовал.              Глаза Магнуса закатились вверх. Он поднес сжатый кулак к своему рту и закусил его, чтобы не выругаться и не закричать.              Затем всё прекратилось. Теплый, влажный рот, приносивший ему столько удовольствия, исчез. Алека под столом также не оказалось, и Магнус чуть не разрыдался от разочарования.              Голова Алека показалась с противоположной стороны стола. Он бесшумно встал, протирая мокрый рот тыльной стороной ладони, и подошел к Магнусу.              Всё случилось невероятно быстро. Алек избавился от нижнего белья, а затем вжал Магнуса обратно в кресло, хищно смотря на него своими ореховыми глазами. Между Магнусом и столом было всего несколько с половиной футов, однако их оказалось достаточно для того, чтобы сумеречный охотник оседлал его, согнув свои длинные худые ноги по двум сторонам от Магнуса.              Сильная рука запуталась в волосах Магнуса, но Магнусу было абсолютно плевать на то, что они потеряют свою форму, ведь он был затянут в плен властного поцелуя, подтолкнувшего к мысли о том, что он вот-вот кончит, если Алек не обхватит его член вокруг основания и не предотвратит слишком ранний для них оргазм.              Глаза Магнуса сильно расширились, и он резко мотнул головой, смотря на Алека, потому что секс у них был лишь дважды. Алек не мог принять его без подготовки, и... блять.              Алек направил головку члена Магнуса прямо к своему входу.              Он был влажным.              С большим количеством смазки.              Слава Ангелу.              Крошечные сирены раздались в голове мага, и неожиданно он стал задыхаться, словно рыба, выброшенная на берег, потому что Алек явно подготовился к этому. Образ молодого парня, растягивающего себя для Магнуса, пылал у него в голове, будто лесной пожар. Алек принял его совсем немного. Он сосредоточенно нахмурился, слегка вздрогнул и, прикрыв глаза и приоткрыв рот, стал опускаться дюйм за дюймом до тех пор, пока не сел на Магнуса, а Магнус был полностью погружен в своего любовника.              Раньше они никогда такого не делали. Оба раза они занимались сексом в миссионерской позе (хотя в последний раз Алек встал в коленно-локтевую, и вид тогда открылся просто восхитительный), но сейчас... подобное было впервые. Александр был таким настойчивым. Обозначал свои права на Магнуса самым чудесным образом.              «Успокойся. Успокойся. Тебе не одна сотня лет, Бейн. Ты не кончишь прямо сейчас. Ты же не скорострел. Сдерживайся. Контролируй себя, чёрт подери».              Он впился пальцами в его бедра и поднял на Алека пылающий взгляд. Его гламур исчез, потому что он знал, насколько Алеку это нравилось во время их занятий любовью. Он не понимал этого. Не мог свыкнуться с желанием Александра видеть его истинные глаза. Ужасное напоминание о том, кем — или чем — он был, обычно воспринимаемое нефилимами с отвращением. Но не Алеком. Никогда им.              «Да, — уже не в первый раз подумал Магнус, — так и есть. Именно его я ждал всю свою жизнь. На протяжении всех тех веков. Он — всё для меня».              Напряженное выражение лица Алека вырвало его из своих мыслей. Его тело на нём было напряжено. Он немного старался сменить угол, чтобы...              Блять.              Глаза Алека стали трепетать, когда он прикрыл их, и он вздохнул с облегчением.              Испугавшись, что Алек подготовил себя не так тщательно, как это делал Магнус, он тут же стал помогать сумеречному охотнику подняться со своих колен. Алек качнул головой и сбросил его руки со своей талии прежде, чем он успел завершить начатое.              — Алек, ты причиняешь себе боль! — бессвязно прошипел он сквозь зубы, из-за чего ему пришлось резко мотнуть головой. Он беспорядочно указывал на их соединенные тела, а затем вновь покачал головой, указав на выражение очевидного дискомфорта на лице своего парня. И снова он помотал головой, надеясь донести до него свои мысли.              Он прохрипел: «Oui je suis d’accord» [5] в динамик телефона, лежавшего на столе. Он лишь надеялся, что сказал это к месту, потому что уже давно наплевал на то, что несла французский политик.              Она рассмеялась и с радостью продолжила говорить, из чего Магнус сделал вывод, что всё было в порядке. Но Алеку, Алеку было больно, но он отказывался сдвигаться с колен. Алек немного сдвинулся на нём, беззвучно выдохнул и прислонился, обняв Магнуса за плечи. Его кожа была слегка влажной от пота, но понемногу он стал расслабляться, сидя на Магнусе, и прошептал ему на ухо:              — Всё хорошо. Мне всё нравится. Просто немного непривычно, что сейчас... ты так глубоко внутри меня.              Язык Алека прошелся по мочке его уха, затем он игриво прихватил ее зубами. Магнус вздрогнул.              — Не забывай, что ты должен говорить со своим клиентом по телефону, — хриплым шепотом добавил сумеречный охотник.              Блять, кто бы мог подумать, что в Александре Лайтвуде всё это время скрывался подобный дар искушения?              После этих слов любовника у Магнуса спёрло дыхание, и голос был ему больше неподвластен. Недлинными ногтями он впился в бедра Алека, ожидая, когда тот найдет комфортное для себя положение. Ожидал, несмотря на иссякающее терпение, потому что узость внутри него сводила с ума, однако это, возможно, было самой блаженной пыткой на свете.              Наконец, Алек на пробу качнул бедрами, сжавшись внутри, и Магнус еле подавил свой стон. Его самоконтроль исчезал слишком быстро, когда Алек двигался на нём. И хотя его движения были неумелыми и неравномерными, ничего лучше этого на свете и представить было невозможно.              Совсем.              Магнус стал аккуратно направлять его бедра, чтобы помочь Алеку поймать более естественный ритм и его тело двигалось плавно, постепенно. Алек откинулся назад и, согнув обе руки, оперся ими на стол, а ладонями сжал его края, чтобы держать равновесие. Магнус наблюдал за тем, как Алек начал управлять процессом, словно загипнотизированный. Смотрел, как он приподнимался и опускался на его коленях; как мышцы живота напрягались и перекатывались в эротическом танце, которому позавидовали бы даже самые опытные исполнители танца живота.              — Магнус? — Магнус подскочил на кресле при звуке своего имени и толкнулся в Алека, который подавился воздухом и прикрыл рот рукой. «А вот и простата» — с иронией подумал маг.              — Oui? — прочистив горло, спросил он.              — Tout va bien? [6]              — Oui, tout est — est bien Madame Dubois. Je suis désolé, quelle était votre question? [7]              Француженка ненадолго замолчала. В ее тоне что-то изменилось, когда она снова начала говорить. Вкралась небольшая нотка раздражения, и Магнус понял, что это случилось из-за того, что он больше не уделял ей должного внимания.              В этот момент он стал ценить Алека еще больше за то, что в нём не было подобной эгоцентричности.              А еще за то, что он обкатывал его, словно жеребца.              Упираясь ногами на пол, Магнус приподнялся, чтобы вновь найти тот идеальный угол и попасть в простату Алека.              — J’ai demandé combien de temps la convocation devrait vous prendre [8].              Ногти Алека внезапно впились в плечо, а глаза сжались. Его рот приоткрылся, и из него вырвался тихий выдох. Он начал вращать бедрами, сидя верхом на Магнусе, и он понял, что нашел ту точку внутри, которая приносила ему так много удовольствия.              Он провел ладонями по торсу Алека, ловко поигравшись с его прекрасными острыми сосками, и с невероятным удовольствием наблюдая за тем, как он вздрагивал от этих прикосновений. Эта зона была крайне чувствительной у его сумеречного охотника. Магнус был уверен, что никогда в его постели не было настолько же отзывчивых людей, каким был его Александр.              Из всего, что он сделал за всю свою долгую жизнь, больше всего Магнус гордился тем, что мог довести Алека Лайтвуда до исступления лишь с помощью своих рук.              Ему вдруг захотелось вписать это в своё резюме в качестве своего особого навыка.              Хотя он сомневался, что его любовник или же кто-то из потенциальных клиентов с радостью воспримут такое.              Кстати об этом...              Сквозь сжатые зубы Магнусу удалось сформулировать на новый вопрос Мадлен еще один ответ, особо не обремененный смыслом. Он не собирался разжевывать женщине что-то о том, как производится призыв демонов, находясь в середине процесса самого яркого секса в своей жизни.              Можете сколько угодно называть его непрофессионалом, однако даже ему не всегда под силу отставить собственное удовольствие в сторону, чтобы заняться делами. В конце концов, он тоже был человеком.              Ну ладно.              Отчасти.              В его защиту можно сказать, что кровь демона вовсе не усиливала чувство морали в нём, не говоря уже о надлежащей деловой этике.              Темп Алека снова изменился. Теперь он стал подниматься и опускаться на его член чуть резче, чем до этого. Ему, казалось, хотелось найти новые способы получения удовольствия в этой позе, новые способы движения для доставления общего удовольствия при каждом толчке и соприкосновении бедер.              Ощущения при сексе всегда были одними и теми же: яркими и приятными, но привычными. Зрительный контакт же выводил процесс на совершенно иной уровень удовольствия. Целые столетия им были потрачены на поиски прекрасных вещей, самых великолепных для созерцания видов. И вот Магнус, наконец, нашел самое изумительное зрелище во всём мире: темноволосого сумеречного охотника с невероятно красивыми глазами, извивающегося у него на коленях с откинутой назад головой, и покрытого по́том, создающим сияние на мышцах его живота, которые трепетали при каждом его движении. Высокое, прекрасное, покрытое рунами крепкое тело, дрожащее от блаженного экстаза.              — Мадлен, — выдохнул Магнус и сглотнул, когда Алек поднял голову, широко распахнул глаза и укоризненно посмотрел на него. Нельзя было утверждать, что он произнес в постели чужое имя, потому что, во-первых, даже не думал о Мадлен во время того, как трахал Алека, а во-вторых, они находились не в постели. Тем не менее, взгляда Алека оказалось достаточно, чтобы передать, насколько тот брезговал именем женщины, произнесенным в середине процесса.              Он не мог винить Алека за его недовольство. Он (невольно) произнес ее имя с жаркой интонацией, которую женщина может и, вероятно, истолкует неправильно, учитывая их последнюю встречу, но...              ...Магнус не мог даже представить себе, что занимается сексом с кем-то другим.              Никогда.              Это осознание стало для него одновременно приятным и печальным.              Алек полностью прекратил двигаться, чем вытащил Магнуса из собственных мыслей, и, сердито смотря на него, скрестил руки на груди. Магнус взглянул на него, всем своим видом прося прощения, и добавил:              — Ah... quelque chose vient de tomber sur mes genoux qui requiert mon attention immédiat. Je vous contacterai demain et nous pouvons fixer un rendez-vous. Mes plus sincères excuses. Passez une bonne journée, Madame. [9]              Мадлен едва ли успела пролепетать слова прощания, перед тем как Магнус раздраженно махнул рукой и отключил звонок. Телефонная трубка слетела со стола и разбилась о стену, рассыпавшись на кусочки из проводов и пластика. Магнус сделал это, даже не задумываясь.              Алек всё ещё держал руки скрещенными на груди, а его глаза сузились.              — Ты это начал, — хрипло сказал ему Магнус. — Ты доведешь это до конца, Александр?              Алек поджал губы, упрямо разглядывая его. Он провел обеими руками вверх-вниз по бедрам Алека, которые обрамляли его собственные, и поощрительно помял их.              — ...ты словно падший ангел, Александр, — сказал маг, когда Алек так и не ответил. Он мягко провел рукой по эрекции Алека, коснулся большим пальцем головки и, собрав на него немного предэякулята, поднес руку к своему рту. Слизав его языком, он с упоением стал наблюдать за тем, как всё упрямство Алека стало рушиться прямо у него на глазах.              Одной рукой Алек вцепился в одно из его длинных ожерелий, которые он постоянно носил, и потянул его, как за поводок, чтобы притянуть мага ближе к себе и вновь начать скакать на нём.              — Мой, — прорычал ему на ухо Алек, а Магнус смог лишь издать полный согласия стон, потому что да, он принадлежал Алеку, а Алек — ему. И, блять, это было самым прекрасным осознанием в жизни. — Мой... мой... мой... — повторял он, тихо шепча эту мантру.              Магнус не знал, для кого предназначались эти слова. Для него, Алека или мадам Дюбуа, однако, срываясь с этих мягких губ, они превращали каждую молекулу воздуха, окружавшую их, в горючее, которое толкало их страсть к новым высотам.              Руки Магнуса скользнули вниз и по кругу, огладив округлость, на которую он так любил глазеть в свое свободное время. Он крепко сжал половинки, а затем вложил все силы в то, чтобы помочь Алеку в его стараниях. Их совместные усилия ускорили общий темп.              Мысли Магнуса подернулись похотью. Двумя пальцами он скользнул между разведенными половинками и слегка задел ими собственный член, когда погружался и выходил из Алека. Он пробежался ими вдоль тугого колечка мышц, растянутых вокруг его члена. Раскрытый вход Алека рефлекторно сжался от прикосновения, и они оба жалобно застонали.              Это разожгло еще одну волну возбуждения в Магнусе, который вдруг понял, что хотел бы иметь запись происходящего сейчас в те дни недели, когда они были не вместе.              Он с сожалением выкинул эту мысль из головы.              Магнус подумал, что раз Алек едва ли переносит обычные селфи, то перспективу стать звездой порно он вряд ли оценит. Даже если бы оно предназначалось для его личного просмотра.              — Ты такой восхитительный внутри, — пробормотал Магнус между нападениями то на шею, то на грудь Алека. — ...Такой узкий. Ангел, ты такой прекрасный.              Тяжело дыша, Алек снова нагнулся к Магнусу и обхватил руками его плечи. Он приподнялся на свои колени и остановился, застыв над коленями Магнуса. Было достаточно места для того, чтобы Магнус взял инициативу в свои руки и начал двигаться в нём, чтобы сам Алек сделал передышку. Перерыв, чтобы избавиться от судорог, которые он, скорее всего, ощущал сейчас в своих бедренных мышцах. Магнус дотянулся рукой до возбуждения Алека и начал дрочить ему в такт своим толчкам до тех пор, пока его спина не начала неприятно ныть, потому что заниматься сексом на кресле было достаточно трудно, ведь у Магнуса не было руны Выносливости, а у Алека пока что в этом было не очень много опыта.              Алек резко опустился на него, закончив свой перерыв, и длинные, глубокие толчки перелились в нечто иное. Вместо этого их движения стали более поступательными: бедра плавно качались навстречу друг другу, а Магнус сейчас проникал невероятно глубоко внутрь Алека. Его рука ускорилась.              — Я... я сейчас — еще немного — пожалуйста — ох, дерьмо — пожалуйста, скажи, что ты уже тоже, — умоляюще стонал Алек, цепляясь за плечи Магнуса. — Мне сводит ноги, но мне не хочется — блять — останавливаться — ох — вот так, так, так, да...              — Я вот-вот кончу, Алек, — громко простонал Магнус. Он снова увеличил темп, и каждая мышца в его теле протестовала и горела от чрезмерного перенапряжения, однако он игнорировал их, находясь на пути заключительной кульминации. Алек поступал точно так же.              О, Боже.              Это было грубо и хаотично.              Это было так идеально.              — Вот так, Алек... — Его кровь превратилась в жидкое пламя, кипящее и сосредотачивающееся в районе его паха.              — Внутри ты такой... я... я сейчас — ради Ангела, блять — Магнус... — выдохнул он, а затем его спина внезапно выгнулась, мышцы натянулись, словно тетива, и из него вырвался задушенный крик, когда его семя выплеснулось между их телами. Одну руку Магнус держал на пояснице своего парня, а другой, не останавливаясь, скользил по его члену до тех пор, пока его кулак не стал мокрым от выделяющегося семени.              — Ну вот и всё, дорогой, — тихо и успокаивающе сказал Магнус, слегка касаясь губами груди Алека.              Его парень во время оргазма всегда выглядел великолепно. Глаза сильно сжимались, а рот приоткрывался в негромком крике экстаза. Будучи совсем немногословным в жизни, Алек Лайтвуд определенно менялся во время их соитий. Словно всё копившееся напряжение внутри Алека, присущая ему сдержанность и терпеливость исчезали во время их занятий любовью. Пока Алек смущался звуков, которые не мог сдержать, и слов, которые произносил в постели, Магнус поощрял их. Алек постоянно был словно натянутая струна.              Видеть, как он отпускает себя, было приятно.              Поправка: видеть, как он отпускает себя, было восхитительно.              Магнусу нравилось это. Нравилось всё. Это распаляло все его ощущения.              Вид Алека, звуки, которые он издавал, вкус его требовательных поцелуев, запах секса... ощущение крепкого тела, находящегося на нём, спазм мышц внутри него во время оргазма.              Все эти ощущения переполнили его.              У Магнуса не было времени на скорбь из-за того, что его замечательная рубашка была безбожно испорчена, потому что оргазм также накрыл его. Толкнувшись бедрами внутрь восхитительной задницы Алека, он излился в неё, сквозь стиснутые зубы выругавшись на индонезийском.              Алек полностью разомлел на нём, а маг разжал руки, чтобы провести одной по спине своего парня, пока они приходили в себя. Алек немного отстранился и утянул Магнуса в немного мокрый, ленивый, но такой приятный поцелуй. Длинные секунды превращались в минуты томных поцелуев, но никому из них не хотелось покидать объятий друг друга. Единственными звуками, заполняющими комнату, стали их тяжелое дыхание, разделявшееся на двоих во время поцелуя, и гулкие удары сердец во время того, как они пытались вернуться к спокойному состоянию.              — Знаешь, когда я рассказывал о том, что значит быть «сверху», то имел в виду не совсем это, Александр. Хотя я не жалуюсь. Совсем. Чем бы это ни было, — через некоторое время сказал Магнус, — это было невероятно.              Алек кивнул и пожал плечами.              — Попробуем в следующий раз, — устало предложил он, а затем громко выдохнул, прежде чем добавить: — Я люблю тебя, Магнус. — Наконец, он первым сдвинулся, выглядя очень довольным собой, а затем поморщился, когда вытащил член Магнуса из себя и поднялся на ватные ноги.              — Я тоже люблю тебя. И буду любить вечно, — мягко отозвался Магнус, счастливо мурлыкнув.              Он тоже поднялся, ощущая слабость в ногах, и натянул штаны, махом руки убрав липкие следы с кожи. Он молча застегнул молнию и пуговицу на них и поправил ремень, прежде чем повернуться и взглянуть на своего парня. Если бы он не был сейчас таким усталым, то, вероятно, вновь бы возбудился, увидев, как Алек наклонился, чтобы поднять отброшенное на пол нижнее белье. Магнус был вознагражден видом того, как его сперма стекала вниз по бедрам Алека.              Магнус бессознательно дотянулся до него и шлепнул по округлости, так любезно подставленной для него. Естественный порыв. Алек испуганно выдохнул и метнул взгляд на своего парня. Глядя на Магнуса, нельзя было сказать, что его мучили угрызения совести. Сумеречный охотник выглядел озадаченным.              — Зачем ты это сделал? — возмутился он, потерев кожу.              — Лишь принял предложение твоего нижнего белья, — беззастенчиво сообщил ему Магнус, делая круговые движения плечами и расслабляясь после небольшой импровизированной дневной тренировки. Алек раздраженно выдохнул и закатил глаза, потому что его раскрепощенность вновь начала потихоньку растворяться, уступая место его привычному смущению. Он выскочил из комнаты, не наклонившись, чтобы поднять халат Магнуса (какая жалость), и что-то пробормотал о необходимости принять (еще раз) душ.              Магнус задумчиво почесал подбородок, когда Алек, слегка прихрамывая, поспешил в комнату Магнуса.              — Было довольно нагло с твоей стороны выкинуть подобное, когда я обсуждал дела со своим клиентом, Александр, — спокойно продолжил Магнус, следуя за Алеком в спальню. — Думаю, мадам Дюбуа была оскорблена из-за того, что я уделял ей так мало внимания во время разговора. Или, может быть, догадалась, что мы занимались чем-то грязным. Она не очень-то обрадовалась, узнав, что я с кем-то встречаюсь.              Алек остановился.              — Ты рассказал ей обо мне?              — Ну конечно же. А почему нет?              — Не знаю. Казалось, что она пыталась соблазнить тебя, — не спрашивая, а утверждая, сказал Алек.              — Ох, да, пыталась, — усмехнувшись, сказал Магнус. — Вот, почему я счел благоразумным дать ей понять это, — он смешно прищурил глаза, а затем продолжил: — Хотя это ничего не изменило. Мне показалось, что она была не против идеи попробовать втроем. — Лицо Алека передавало выражение ужаса, и Магнус прикусил внутреннюю часть щек, чтобы не рассмеяться.              — Нихрена подобного, — сморщил нос Алек. — Не обижайся, но секс с женщиной меня не привлекает совершенно. А еще я собственник. — И, вытащив пару чистых и простых боскеров, он бросил их на кровать.              — Ммм, — промурчал Магнус, почувствовав, как внутри разливается тепло. — Да, Алек, я быстро раскусил твоё чувство собственничества в момент, когда ты начал объезжать меня, повторяя «мой, мой, мой»... Знаешь, мне придется снизить для нее цену за услуги из-за своего пренебрежительного отношения. В противном случае я рискую потерять собственный авторитет. Мадлен Дюбуа знакома с множеством влиятельных людей.              Несмотря на то, что его щеки окрасились в розовый, Алек пожал плечами.              — В таком случае, считай, что мы оба страдаем этим.              Магнус с недоумением нахмурился.              — В таком случае? О чём ты? — Алек развернулся и уронил ему что-то на голову. Рука Магнуса тут же схватила золотое нижнее белье. Он нежно улыбнулся ему.              До сих пор его самое любимое.              — О том, что ты с помощью откровенного нижнего белья присвоил себе все права на мою задницу.              — Справедливости ради, твой зад я присвоил себе не только парой комплектов очень сексуального нижнего белья, — многозначительно посмотрел он вниз на оголенную часть тела Алека.              Румянец Алека стал еще ярче, и он прикрыл обеими руками свою промежность, тщетно пытаясь сохранить остатки своей скромности. «Будто там осталось хоть что-то, чего я еще не видел» — с озорством подумал Магнус.              — Магнус?              — Да, дорогой?              — Заткнись и приготовь мне обед, — сухо потребовал Алек.              — Как скажешь, мой властный маленький нефилим, — добродушно ответил он. Он щелкнул пальцами, чтобы сменить рубашку на ту, которая не была бы запачкана различными липкими выделениями.              Алек отвернулся. Он стоял спиной к магу, ища чистую одежду в выделенном ему отделе шкафа, чтобы надеть ее после душа.              Коварно ухмыльнувшись, Магнус подкрался к нему. Его палец проследовал вдоль спины до копчика, а затем по его выпуклым ягодицам. Магия сочилась из кончиков его пальцев, когда он слегка касался мягкой кожи. Магнус с восхищением наблюдал за тем, как его парень вздрогнул от ощущений и схватился за дверную ручку, чтобы удержаться на ногах.              — Что... — взволнованно выдохнув, начал Алек, но тут же застонал, и Магнус многообещающе поцеловал его плечо.              Магнус нежно погладил зад Алека и направил больше своей магии в его тело. Эта магия была ведома лишь одним желанием — доставить удовольствие своему любовнику. Он знал, что чувствует Алек, потому что Магнус управлял ею. Раскаленное возбуждение, безостановочно курсирующее по его венам, всем нервам и клеткам, костям и мышцам, связкам и сухожилиям. Он представил, насколько головокружительной была подобная стимуляция сразу после пережитого оргазма.              Резкий вскрик, слетевший с губ Алека, подтвердил предположения Магнуса.              Его тело дрожало и трепетало, и вскоре даже всей силы, которой обладал сумеречный охотник, стало не хватать для того, чтобы держаться в вертикальном положении, и он опустился на колени на пол.              Магнус это предвидел. Он изящно опустился вслед за ним, мягко, но твердо придерживая Алека сзади, когда тот вставал на колени, не переставая направлять в него потоки своей магии.              Он видел, что Алек снова возбудился и стонал от захлестывающего удовольствия, пронзающего его. Он снова вздрогнул и упал вперед, предварительно подставив под себя руки. Сумеречный охотник издал еще один молящий стон, а его спина выгибалась, когда через него протекали непрекращающиеся потоки магии. Он качнулся вперед-назад на четвереньках. Его член был затвердевшим и напряженным, но он был слишком слаб, чтобы прикоснуться к себе.              Он был полностью охвачен экстазом, потерявшись в буйстве исступляющего наслаждения.              Облизнув губы, Магнус, наконец, сжалился над ним. Он сделал еще один жесткий толчок магии, его руки окрасились синим сиянием, и Алек кончил: бурно, сухо и громко.              Оргазм судорогой прошелся через всё его тело. Его руки сжались на ковре Магнуса, ноги сводило, а тело дрожало от интенсивности ощущений, которые Магнус впустил в него.              Магнус редко пользовался магией для секса со своими партнерами. Она слишком истощала его, однако увидеть переполненного желанием Алека было необычайно хорошо.              Алек рухнул лицом на ковер, весь покрытый по́том. Магнус выпустил из рук его бедра, чтобы зарыться ими в волосах на голове нефилима. Он наблюдал за тем, как Алек из эйфории возвращается в своё прежнее состояние. Его тело продолжало потряхивать от небольших вспышек удовольствия подобно спазмам после удара электрошокером.              Его взгляд был стеклянным, а глаза — широко распахнутыми. Алек повернул голову, чтобы посмотреть на Магнуса, который сидел рядом с ним. Он пытался восстановить дыхание. Улыбнувшись, Магнус большим и указательным пальцами схватил острый подбородок Алека.              — Тебе стоит подумать получше, прежде чем затевать подобные шаловливые игры с магом, любовь моя, — спокойно сказал он Алеку, который хныкал (что он полностью отрицал позже) и снова задрожал. — Мы умеем мстить. Не говоря уже о том, что делаем это тогда, когда вы ожидаете меньше всего. — Он погладил Алека по щеке, оставил поцелуй на лбу, а затем плавно встал и направился к двери.              — Думаю, мы закажем китайскую еду на обед, дорогой. Она будет здесь как только ты выйдешь из душа, — просто добавил он. Он в последний раз взглянул на своего парня, блаженно растянувшегося на полу его спальни. Усмехнувшись, Магнус набрал номер его любимой китайской закусочной и плывущей походкой вышел из комнаты.       

***

      Алек беспомощно лежал на полу, не в силах воспользоваться способностью заставить свои конечности двигаться. Его тело пребывало в таком блаженстве, какого он раньше никогда не испытывал. Он был истощен после оргазма, вызванного магией своего парня.              Его глаза увлажнились от подступивших слез удовольствия, появившихся после стимуляции каждой части его тела.              Никогда прежде он не испытывал таких охрененных ощущений. Словно все предыдущие испытываемые им когда-либо оргазмы слились в единый, и он вылился из него целиком. Это было слишком. Разве можно испытывать настолько яркое удовольствие, что это практически приносило физическую боль?              Через край.              Ох.              Так.              Хорошо.              Его тело непроизвольно содрогнулось второй раз. Алек подавил еще один вскрик удовольствия, когда его позвоночник, словно молниями, пронзало волнами экстаза. Он глубоко вдохнул и медленно выдохнул.              Всё его тело превратилось в желе.              Алек даже и не догадывался, что у мага есть подобные способности... Он знал, конечно, что Магнус способен сотворить множество удивительных вещей. Он был умелым колдуном и любовником, но сочетание всего этого было поистине взрывным.              Небольшой истерический смешок, похожий на сухой всхлип и жалостный плач, вырвался из него.              Он.              Просто не мог.              Пошевелиться.              Возможно, ему действительно стоило подумать получше, прежде чем пытаться взять реванш у Магнуса Бейна.              Вдруг он увидел Председателя Мяо, сидевшего на кровати и смотревшего на Алека совершенно невозмутимым взглядом.              — Во что, чёрт возьми, я вообще ввязался, Мяо? — изумленно спросил Алек кота.              Председатель Мяо только моргнул своими желтыми глазами, смотря на сумеречного охотника, прыгнул через распластанное на полу тело и вышел из комнаты.