Снова работа
10 июня 2018 г., 12:32
Наконец-то все закончилось! Переливание оказалось весьма болезненным, но намного хуже, что теперь ему передались эмоции Мэри. Она писала картины в подавленном состоянии, терзая себя сомнениями и страхами, сгорая от осознания никчемности жизни. Молодая магичка, осознавшая, что ей не выбраться, не добиться исполнения желаний и не обрести могущества, страдала и всю свою боль переносила на картины, ставшие шедеврами. Теперь все эти ощущения достались ему, для человека, не привыкшего к ярким эмоциям, это было особенно болезненно. Зачем они только нужны? От них один вред! И все же придется терпеть, чувствовать, а еще чуть больше узнать о верной кухарке, заботящейся о нем много лет.
— Тебе придется пойти со мной, и это не обсуждается. Я все решил и ты прекрасно осознаешь, что это не от моего страстного желания провести с тобой время и точно не из-за моей веры в твои способности, — чернокнижник перевел опустошенный взгляд на симбионта.
— Боишься не справиться?
— В этом теле опасаться приходится всего, — раздражение вновь начало нарастать. Да уж, нервы вконец расшатались, если так пойдет дальше, он не сможет поддерживать нужный образ мрачного и хладнокровного чернокнижника. — Я физически слаб, а магия циркулирует не так, как нужно, мало того, что она не воспринимает это тело, так еще и чужая. В таких условиях, мне не помешает охрана, но Соне не место в катакомбах.
— Мне тоже, — буркнул Зубастик. Он растение солнцелюбивое, так что ему тяжело находиться в слабо освещенных местах. От этого и зачахнуть может, листочки начнут желтеть и опадать. Да и не хочется давать носителю возможность побороться за тело.
— Хочешь, чтобы я позвал Соню? — чернокнижник приподнял бровь. — Учитывая её характер, она не сможет мне отказать.
— Нет, не надо её использовать для этого, — сдался симбионт. Рисковать подругой он не желал, к тому же девушке необходим покой и спокойствие, возможность побыть наедине с собой и подумать, передохнуть ото всех проблем. Банши это заслужила, так что ему придется немного пострадать. — Все уже решено, так что давай перейдем к делу, — Зубастик был достаточно умен, чтобы осознавать, что выбора у него нет, да и не помешает ему немного размяться. — Ну, и что мы забыли в этих катакомбах?
— Ратсуто, — скривился маг, чувствуя, как вдоль тела пробежала неприятная дрожь. Ему уже приходилось спускаться в катакомбы за этими тварями, и каждый раз это была непростая задача. К сожалению, другие маги были вовсе не в состоянии справиться с подобной задачей, лишь чернокнижники имели странную способность находить проворную цель. Как? Этот вопрос до сих пор не изучен и вызывает много споров и весьма сомнительных гипотез.
— И что это такое? Или кто? — от симбионта не укрылось состояние Эрика. Надо же, как интересно, получается. Эрик, действительно, боится или, по крайней мере, опасается.
— Обычные железные крысы, — сухо ответил подросток. — Весьма крупные, быстрые, агрессивные, к тому же ядовитые. Они хозяева подземелий, а части их тел необходимы для изготовлений сильных и редких зелий.
— Тебе хорошо заплатили за эту работу.
— Да, хватит, чтобы уплатить год налогов и спать спокойно, так что собирайся. И еще одно…
— Соне ни слова?
— Да, ни до, ни после, не хочу в очередной раз выслушивать её нытье.
— Она волнуется за тебя.
— Это лишнее.
— Соня так не думает, — укоризненно произнес симбионт.
— Иди уже, — чернокнижник не собирался продолжать обсуждение. Ему не нужны ни забота, ни жалость, для этого есть Мэри. Что же касается банши, то она просто не понимает, что должна чувствовать. На душе было скверно и мерзко, хотелось выть, а в горле начало першить, словно от подступивших слез. Эмоции донора невероятно сильны, они топят его, подчиняют и с этим придется долгое время бороться. Проклятый демон точно сделал это специально, выбрал самые насыщенные чувствами картины. Тошно! Ну, ничего, он Кроу, так что не ударит в грязь лицом. Работа будет выполнена, а Ковен от него отцепится, к тому же не стоит забывать о том, что он подрастет еще немного. Жаль только, что этот процесс все еще никак не ускорить…
Чернокнижник взял со стола пару старых потрепанных книг. Они представляли собой жалкое зрелище, словно их отдали на растерзание ребенку, понятия не имеющего, что с ними делать. Но, несмотря на это, эти две книженции были одними из самых ценных в доме чернокнижника, ведь в них хранились сильные заклинания, способные остановить любого, даже самого сильного ратсуто.
***
Зубастику было не нужно собираться, у него не было одежды, вещей или оружия, он не ощущал холода, боли, к тому же был сыт. Так что симбионт решил попрощаться с подругой и успокоить её. Соня злилась, но одновременно была обеспокоена, неприятное сочетание, было щедро сдобрено обреченностью. Чувства… Зубастик стремился понять их. Почему они возникают? Какой в этом смысл? Не может быть, чтобы чувства были бесполезны. Возможно, если он сможет найти ответы на этот вопрос, то поймет, как возникла их эмоциональная связь с Банши. Теперь его симпатия основана не только на выгоде и удобстве.
Соня нашлась сразу, будучи теплолюбивой, холодными осенними днями она старалась жаться к камину. Слуги уже привыкли к банши, и не обращали на нее никакого внимания, некоторые даже начали здороваться и больше не смотрели на охранную систему с отвращением и страхом.
— Не бойся, я присмотрю за ним, — тихо прошелестел Зубастик, опускаясь рядом, но чуть позади. Его пугал вид огня и танцующих языков пламени.
— А кто присмотрит за тобой? Вы оба совсем еще дети, — вздохнула Соня.
— Не верь глазам, мы оба взрослые, а это лишь тела.
— Знаю, но…
— Все равно волнуешься, — закончил за девушку симбионт, в очередной раз обнимая ее, но на это раз руками. — Не стоит. Все будет хорошо. Мы быстро справимся, и вернемся, а ты пока присмотри за замком. Не хватало еще, чтобы кто-то забрался к нам.
— Потом все расскажешь?
— Конечно, разве может быть иначе? — моментально соврал Зубастик. Ему придется придумать для Сони правдоподобную ложь, но это не страшно, у него богатый опыт, так что он найдет, что рассказать так, чтобы не расстраивать банши.
