Напряжение
17 ноября 2018 г., 17:13
Грустно. Хотя нет, это слово не могло в полной мере описать состояние Сони. Ей было паршиво. Она устала от всего и хотела только покоя, чтобы вокруг ничего не происходило. Может быть, она окончательно превращается в банши? Не хотелось бы. Это было бы весьма печально и неприятно, ведь постоянно бродить мрачной, недовольной и всхлипывающей, ей не хотелось. Мысли в голове были обрывочными, вспыхивающими ежеминутно и сразу же обрывающимися. Соня чувствовала себя больной и усталой, не могла сосредоточиться. И во всем этом виноват её подопечный, чернокнижник с завышенной самооценкой и идиотской уверенностью, что он сам со всем справится, нежеланием делать то, что нужно. Подумаешь, неприятно и не хочется! Есть такое слово: «Надо!» Лекарства тоже не вкусные, так что теперь отказываться от них?!
— Как же бесит думать о нем, как о ребенке!
— А ты не думай, — посоветовал Зубастик. Состояние подруги передавалась и ему, от чего он начал понемногу увядать. Для таких, как он, неважны эмоции и чувства, но после его знакомства с Соней, это начало меняться, теперь ему за этим следить. Тут уже не до планов о мировом господстве. — Неужели все настолько плохо? Ну, подумаешь, наш чернокнижник ведет себя неадекватно. С кем не бывает? Ты то тут при чем? Ты у нас дама свободная и богатая, к тому же у тебя есть я, Терлак, Мэри. Забей и забудь!
— Легко сказать. А если не получается?
— Тогда остается лишь напиться, — печально произнес Зубастик. — Но это вредно, особенно для меня. Ты когда пьяная, вообще неуправляемая, я же не говорю о последствиях.
— Я знаю… Слушай, а может, сами Тхара вызовем? Ну, а что? Мне тоже интересно, что там папаша Эрика делал!
— А может, ты не будешь лезть не в свое дело? — послышался раздраженный голос за спиной.
— А может, ты перестанешь подкрадываться? Или перестанешь вести себя, как ребенок? — Соня не собиралась отступать. И тут дело не столько в подопечном, сколько в ней самой. Нужно убрать причину волнений и все наладится. Кто, как не она это сделает? — Не хочешь общаться с демоном, не надо. Я сама договорюсь с ним! Тхар хороший, и меня любит, так что обязательно поможет.
— Дура, — в такие моменты магу всегда хотелось придушить неугомонную банши. Да, Сейчас демон с ней добр, он испытывает к ней симпатию, интерес, но это не отменяет его сущности, и договор будет заключен на общих основаниях. Соня не понимает, что хорошего к ней отношения Тхара не достаточно для того, чтобы все прошло гладко и без последствий для нее. Она готова бездумно рискнуть всем! Вот только о таких вещах нужно думать заранее!
— А ты, значит, умный? — вскипела девушка. Слезы высохли, и до безумия захотелось заорать, да так, чтобы все стекла в окнах повылетали. Как же она зла!
— Ты же сказала: «делай, что хочешь».
— Не надо тыкать мне моими же словами! — Соня осознавала, что ведет себя, как истеричка, но остановиться не могла, невысказанные слова и обиды душили её, изводили, от чего весь мир казался враждебным и тусклым. Она с трудом сдерживала разрушительный визг, осознавая, что это убивает её.
— Успокойся, — тонкие, но крепкие лианы обвили банши, а нежная листва умиротворяюще зашелестела над ухом. — Все хорошо. Я рядом. Я с тобой. Мы все понимаем, но так нельзя. Не изводи себя, — симбионту не нравилось состояние подруги, а потому он торопился хоть что-то предпринять. — Все будет хорошо.
— Но… я… — снова захотелось заплакать.
— Он прав, — чернокнижник лишь поморщился. — Не изводи себя. Я уже вызвал Тхара, так что нет причин для волнения. Просто постарайся обойтись без самодеятельности. Ты понятия не имеешь, что творится вокруг, как все устроено. Тебе только кажется, что ты разобралась в том, как все устроено в Этерции, но это не так! — Эрик отчитывал Соню, как маленького ребенка. Вряд ли это поможет или на что-то повлияет, но вполне может заставить банши задуматься. — Не забывай о том, что законы нашего мира суровы, мы не можем нарушать договора. А еще никто не способен перебороть себя. Тхар может быть опасен, так что не позволяй ввести себя в заблуждение. Его улыбка, шуточки и хорошее отношение к тебе не ложь, но он может быть другим. Попытаешься заключить с ним договор — поплатишься за это! Я не просто так не хочу иметь с ним дело. Пойми ты уже, наконец, между демонологом и чернокнижником есть большая разница. И перестань уже реветь! — маг перевел взгляд на Зубастика, в котором видел того, кто сможет достучаться до Сони, раз он не в силах это сделать. Эрик просто не знал, как правильно проявить свои эмоции и желания, дать понять банши, что волнуется за нее. Угораздило же его привязаться к этой невыносимой особе! — А ты следи за ней, чтобы глупостей не наделала. Сам же от этого пострадаешь!
— Я в курсе, — Зубастик продолжал успокаивать рыдающую девушку. Напряжение в замке возрастало, и начинало казаться, что угроза родового проклятья намного серьезней вторжения симбионтов. Это пугало даже его. Соня была на взводе, Эрик тоже, даже Мэри и та нервничает. А еще эта мерзкая тусклая зима, с её грязью и ледяным дождем, с завывающим ветром, от которого бросает в дрожь, даже если ты находишься в замке. Еще немного и это на него начнет действовать.
Банши лишь сдавленно всхлипнула, и сильнее прижалась к другу, словно подпитываясь у него энергией. Она не понимала, что с ними происходит, да и настроение резко менялось, Соня просто не понимала, что должна чувствовать и думать. Но хуже всего было не это, а то, что в столь неподходящий момент банши ощущала, как кто-то приблизился к замку и это был не Тхар…
— Кажется, у нас непредвиденные проблемы, — тихо пробормотала девушка. — Твою ж, мать! Как же я от этого устала!!!
