Адюльтер

Наконец-то, я вернулась в родимый дом, вернее свою уютную квартирку. Сколько меня не было в стране? Вроде год… Да, точно, ровно год. Я уехала сразу же после вашей свадьбы, спустя две недели. Больше не вытерпела. Целый год я прожила в Америке, стараясь забыть тебя, выкинуть из своего сердца. Вот только не могу точно сказать, получилось у меня это или нет. Но могу точно сказать, что я сильно изменилась. Нет уже той пай-девочки, что ты так любил смущать при любой возможности, как заставлял краснеть своими пошлостями, что так сладко шептал, трахая меня в моей же комнате, пока родители с сестрой мирно спали. До сих пор помню, как ты каждую ночь пробирался ко мне в окно, а не к моей сестре, хотя она была твоей девушкой, и каждую ночь моя кровать поскрипывала под нашими разгоряченными телами. Чёрт. От этих воспоминаний я потекла. Нужно срочно найти себе парня на эту ночь, чтобы он не дал мне скучать. Ты был моим первым и единственным на тот момент, я так тебя любила. Но ты всё же женился на моей сестре… Как я страдала… рыдала в подушку пока никто не видел, а при вас фальшиво улыбалась. Однако я не могла смотреть на вас, таких счастливых, планирующих своё совместное будущее. Я просто собрала вещи и уехала, сказав родителям, что якобы хочу попрактиковать свой английский. Весь этот год мы с подругой снимали квартиру и отрывались на всю катушку. Каждый день клубы, алкоголь, и каждый раз новый парень в постели. Так я зализывала своё разбитое сердце. Выйдя из ванной комнаты в одном коротком халатике, я уже собираюсь зайти в спальню и выбрать себе наряд, в котором пойду в клуб, но от затеянного меня отвлекает настойчивый дверной звонок. – Кого там черти принесли? Открываю дверь и смотрю на незваного гостя, что стоит на пороге моей квартиры. Худощавый парень с чёрными волосами и бледной кожей пронзительно смотрит прямо в мои глаза, и я не сразу узнаю в нём тебя. Глаза медленно расширяются от удивления. – Ты? – вот всё что я могу выговорить в этот момент. Молча переступаешь порог, а я невольно пячусь от тебя. От чего-то сейчас ты меня пугаешь. Захлопываешь за собой дверь и резко прижимаешь меня к стене, ухватив мою шею сзади своей рукой. – Сука, ты где пропадала? – шипишь от злости и больно сжимаешь мою шею, а я улавливаю запах алкоголя от тебя – Целый год никакой весточки от тебя! Тебе всегда башню рвёт, стоит тебе выпить. – Убери свои руки, мне больно! – вскрикиваю я. – Ах тебе больно? – рычишь на меня и сжимаешь ещё больнее – Что-то раньше ты не жаловалась, что тебе больно? – ухмыляешься и прижимаешься ко мне, давая почувствовать твой стояк – Сейчас позабавимся, – на твоём лице появляется зловещая ухмылка. Слегка отстранившись, начинаешь свободной рукой быстро расстёгивать ремень. – Нет! Не прикасайся ко мне! Пытаюсь вырваться, брыкаюсь, даже успеваю влепить тебе пощёчину. Ты снова шипишь от злости и с размаху возвращаешь ответную пощёчину мне. Падаю на пол от такого удара и чувствую солёный привкус на губах, а ты, расправившись с ремнём и молнией на штанах так же быстро избавляешься от кожаной куртки и футболки, наваливаешься на меня сверху. Лежу грудью на полу и не могу даже нормально пошевелиться. Хватаешь меня за волосы и больно тянешь на себя, задирая мою голову назад. Повернув моё лицо к себе впиваешься в мои губы жёстким поцелуем, кусаешь их, врываешься своим языком в мой рот, от чего я чувствую горьковатый привкус алкоголя и солёный привкус крови. Ещё никогда ты не был так груб со мной. Да, ты любил жесткий секс, но никогда не позволял себе просто так поднять на меня руку, да ещё и бить по лицу. Не разрывая поцелуя, срываешь с меня мой халат, совершенно не обращая на мои попытки вырваться никакого внимания. Больно сжимаешь груди, теребишь соски. Отрываешься от губ и тут же кусаешь меня в основание шеи, после зализываешь место укуса и начинаешь оставлять засосы на моей шее. Из глаз уже текут слёзы, пытаюсь докричаться до тебя, чтобы ты прекратил всё это, но ты игнорируешь все мои просьбы. Одной рукой спускаешь джинсы с боксерами и резко засаживаешь свой член на всю длину, от чего я тут же вскрикиваю от боли. Начинаешь грубо и резко толкаться, сжимая мои бёдра до побелевших костяшек. Ты просто насилуешь меня на полу, в коридоре, наплевав на все морали этого мира. Сил вырываться уже совсем нет, и я просто опускаю руки, ревя от отчаяния. Когда же ты стал таким ублюдком? Нет, ты и раньше был ещё тем козлом, но сейчас… ты сам себя переплюнул. – Хватит реветь, – рычишь ты, продолжая жестоко насиловать меня, кусая мочку уха – Сама виновата, что так разозлила меня! – сжимаешь моё горло и смотришь почерневшими глазами в мои – Ещё раз сбежишь от меня – прибью! Поняла, сука? Снова толкаешься на всю длину, и я вскрикиваю от боли, но ты не останавливаешься. – Я не слышу! – рычишь, стараясь сделать мне ещё больнее. – Поняла! – кричу я в слезах, молясь, чтобы всё это прекратилось как можно скорее. – Умница, – довольно скалишься и снова впиваешься грубым поцелуем в мои губы – Запомни раз и навсегда – ты моя, сука, и будешь моей всегда! Ты начинаешь двигаться быстрее, довольно постанывая от того, что так глубоко засаживаешь мне. Тебе то всё это в кайф, а я готова кричать во всё горло от боли и предательства собственного тела. Да мне очень больно, но я чувствую, что скоро кончу, чувствую, как этот комок нервов скручивается внизу живота дожидаясь той минуты, когда мощной волной накроет всё моё тело. И вот этот момент настаёт. Со слезами на глазах выгибаюсь в спине и вскрикиваю во весь голос. Ты же расплываешься в довольной усмешке. Конечно ты доволен, что даже грубо насилуя меня, смог довести до оргазма. – Ох, сука! – протяжно стонешь ты, замерев и больно сжав мои бёдра. Слёзы новым потоком хлынули из моих глаза, когда я почувствовала, как ты кончаешь в меня. Спустив в меня всё до последней капли, устало валишься на меня и тяжело дышишь, так и не покидая моего тела. Хочется немедленно вскочить на ноги и убежать в душ и там долго-долго отмываться, чтобы смыть с себя все твои следы, но сил совсем нет не то чтобы встать, но даже чтобы тебя скинуть с себя. Всё же сам встаёшь и выходишь из меня, но происходит это только через полчаса всего этого безумия. Осматриваешь меня с ухмылкой и достав из куртки пачку сигарет, закуриваешь прямо в квартире. – А не плохо я твою киску обработал, – усмехаешься ты, выдохнув клуб табачного дыма и рассматривая моё измученное, твоими стараниями, тело. Ненадолго отходишь скрывшись на кухне и возвращаешься уже без сигареты. Поднимаешь меня на руки и уносишь в спальню. Уложив на кровать снова пристраиваешься и входишь, но уже не так болезненно, как до этого. Вот только мне всё равно больно, а на душе омерзительно из-за того, что ты с такой лёгкостью воспользовался мной как вещью. Снова кончив в меня, укладываешься вместе со мной, тут же притягивая меня к себе, обвивая своими руками. Лежу к тебе спиной и тихо плачу, а ты мирно сопишь рядом, так и не отпуская меня. Вдруг ты дёргаешься и начинаешь что-то доставать из кармана джинсов. По звукам вибрации догадываюсь что это телефон. Продолжаешь возиться и тихо материться из-за того, что не можешь с первого раза вытащить телефон. – Да пошла ты нахуй, – бурчишь ты, когда всё же достал телефон и взглянул на экран, после чего откидываешь телефон в сторону – заебала. Телефон падает на край кровати с моей стороны, экраном вверх, и я вижу, что тебе звонит моя сестра. Это не первый её звонок за сегодня, вижу ещё кучу пропущенных. Снова обнимаешь меня и зарывшись в мои волосы снова засыпаешь, а я продолжаю смотреть безжизненным взглядом на экран твоего телефона и то, как сестра упорно пытается дозвониться до тебя. За ночь я так и не смогла сомкнуть глаз хоть и жутко устала. Ты же отлично выспался и, как только проснулся и немного отошёл ото сна, первым делом дотронулся до меня от чего я тут же вся сжалась. Разворачиваешь меня к себе лицом и с большим удивлением и шоком смотришь на меня, такую измученную, а потом любуешься своими художествами, что оставил прошлым вечером на моём теле. – Чёрт, – хватаешься за голову – детка… я… прости, – обнимаешь меня и начинаешь покрывать все синяки лёгкими и нежными поцелуями. Стараешься загладить свою вину таким образом, но не думай, что после того, что ты со мной вчера сделал, ты так легко отделаешься. – Отпусти меня… – говорю тихо, не смотря на тебя. – Детка, я был пьян, прости, – снова не слушаешь меня – Такое больше не повторится. Ты же знаешь, что я тебя люблю. – Не знаю. – Да брось… – Я правда больше не знаю тебя, – снова начинаю плакать – Прежний Юнги никогда не позволял себе поднимать на меня руку и никогда не насиловал меня. Ты же вчера именно это и сделал. – Прости, – снова повторяешь ты, стирая мои слёзы большим пальцем – Я правда раскаиваюсь в том, что натворил. Я за этот год изменился, – серьёзно говоришь ты – как и ты, – снова начинаешь осматривать меня и дотрагиваешься до моих волос – Повзрослела, обрезала волосы и перекрасилась в блондинку. И уже нет той скромницы, что заставила меня влюбиться в себя, как мальчишку, но даже так, глядя на тебя сейчас сердце готово вырваться из груди, – берешь мою ладонь и прижимаешь её к своей груди, и я чувствую, как быстро бьётся твоё сердце. Моё тут же предательски начинает ныть. Целый год попыток забыть тебя провалился к чертям. Даже после того, как ты изнасиловал меня оно любит тебя, я люблю тебя, хотя ты этого не заслуживаешь. – Почему ты сбежала? Я с ума сходил, не зная где ты и что с тобой… – А что мне нужно было остаться и смотреть на то, как ты с онни светитесь от счастья, что наконец-то поженились? Ты выбрал её, а не меня… – снова всхлипываю – Знаешь сколько ночей я проревела из-за этого? – Детка, – смотришь на меня до безумия печальными глазами. – Я уехала, потому что не хотела больше страдать из-за вас, – наконец смотрю тебе прямо в глаза – Целый год я пыталась забыть тебя и разлюбить и стоило мне только вернуться, как ты снова ворвался в мою жизнь, да ещё таким способом… Как ты вообще узнал, что я вернулась? Зачем пришёл, когда уже женат на другой?! Прекращаешь мою истерику чувственным поцелуем и крепкими объятиями. – Твои родители сами сказали о твоём возвращении. А женился я на твоей онни, потому что меня заставили, – наконец говоришь ты – Думаешь ваши родители не знали, что я люблю тебя и что приходил тогда к тебе каждую ночь? Знаешь, что мне ответил твой отец, когда я пришёл к нему и пытался отменить свадьбу с твоей онни? – Что же? – Он сказал, что если я не женюсь на ней, то и тебя больше никогда не увижу, а если женюсь, то они закроют глаза на то, что я буду изменять ей с тобой. А знаешь почему? – и не дожидаясь моего ответа продолжаешь – Всё потому что она пригрозила родителям, что если свадьба не состоится, то она покончит с собой. Она тоже знала, что я люблю тебя, а не её и закрывала на всё это глаза, пока я был с ней. Что ж… онни в своём репертуаре, я даже не удивлена. С самого детства она манипулировала родителями своими истериками и громогласными заявлениями о суициде, если что-то шло не так как ей хотелось. А они, идиоты, вечно велись на это. – И если ты думаешь, что я счастлив с ней, то сильно ошибаешься. Весь этот год был сущим адом для меня. Я даже дома практически не бывал, сидел в студии днями и ночами, только бы не видеться с ней и всё пытался тебя найти, хоть что-то разузнать о тебе. Ты спокойно заходишь в комнату и с удивлением смотришь на то, как я устраиваю погром в собственной квартире. Несколько минут ты молча смотришь, но всё же спрашиваешь: – Что ты делаешь? – приподнимаешь одну бровь. – Ищу деньги, – недовольно отвечаю я, продолжая переворачивать всё на своём пути – Я недавно оставляла конверт… Чёрт! Да где же они?! – взрываюсь от злости. – Зачем тебе деньги? В ответ я лишь огрызаюсь, на что ты тут же хмуришься. – На что? – снова спрашиваешь, но уже более строго. – На аборт, чёрт бы тебя побрал! – вскрикиваю я и швыряю какую-то шкатулку на пол, а после схватив подушку с дивана запускаю её в тебя. Но ты легко уворачиваешься. – Что? – твоё лицо вытягивается от шока – Ты беременна?! – Да! – снова кричу я – Я беременна! А теперь отстань, мне нужно найти эти чёртовы деньги! – Ты совсем дурная?! – мигом взрываешься от злости и ухватив меня за руку прижимаешь меня к себе – Думаешь я позволю вот так просто избавится от моего ребёнка?! – Вон пусть тебе жена рожает! – шиплю я, едва не плюясь ядом. – Она бесплодна! – кричишь ты, ощутимо встряхнув меня за плечи – А если бы даже могла родить – от неё я детей не хочу! – Что?! Как это бесплодна? – тут же замираю и прекращаю свою истерику. – Просто, – уже сам огрызаешься – Последствия неудачного аборта, когда залетела от кого-то в старшей школе. – Хах, я даже не знала об этом… Ну и семейка у меня… – Ты родишь этого ребёнка! – угрожающе рычишь на меня – Я глаз теперь с тебя не спущу, – и тут же говоришь уже не так злобно – Неужели ты действительно хочешь от него избавится? – смотришь на меня уже с отчаянием, словно только что я чуть ли не предала тебя. – Нет… я… я не знаю, – к горлу подступает ком – Я не знаю, что мне делать. Из глаз вырываются слёзы и меня снова охватывает истерика. Как же я устала от всего этого… – Мы со всем справимся, детка, – крепко обнимаешь меня и целуешь в макушку – Я разведусь, и мы уедем с тобой. Купим дом и будем жить в нём с нашим ребёнком. – Куда уедем? А как же твоя работа? – Я что-нибудь придумаю, – снова целуешь меня – В конце концов не важно где писать тексты и сочинять музыку, главное, чтобы ты и наш ребёнок были рядом. – Ты ведь понимаешь, что онни так просто не даст тебе развода? – А мне её согласие не нужно. Я могу развестись с ней, так как меня совершенно не устраивает то, что она бесплодна. Этого будет вполне достаточно, чтобы нас развели. – Ты уверен? – Более чем, – киваешь ты – Я не собираюсь тратить на неё всю свою жизнь, одного года хватило. Сейчас я хочу быть с той, которую действительно люблю. Хочу быть с тобой. Слегка приподнимаюсь на носочки и целую тебя в губы, на что ты лишь тепло улыбаешься. На против меня сидит сестра и пытается выжечь во мне дыру своим взглядом. Я же сижу с полнейшим пофигизмом и смотрю на неё без каких-либо эмоций. Похоже твой пофигизм заразен и каким-то образом передался мне. – Ну и как? – наконец сестра прерывает молчание между нами. – Что как? – приподнимаю одну бровь. – Какого это трахаться у меня за спиной с моим мужем? – Превосходно, – ухмыляюсь я – А какого было тащить его под венец, когда знаешь, что он тебя не любит? – Какая же ты сука! – бесится сестра – Ты разрушила всю мою жизнь! Я тебя ненавижу! – Я разрушила твою жизнь? – начинаю смеяться – Это ты увела у меня парня, хотя даже не любила его, тебе просто захотелось, чтобы он был с тобой, чтобы мне было больно. Ты всю жизнь делала всё мне на зло! Даже родители вечно уделяли тебе больше внимания чем мне! Ты получала всё что хотела стоило тебе только закатить истерику, как папочка тут же тебе это давал, а я… сколько я не старалась быть для них примерной дочерью, всё было без толку, я всегда была для них второй. Так что это взаимно, онни! Я тоже тебя ненавижу всеми фибрами души. – Я покончу с собой, если ты от него не откажешься! – начала она угрожать. – Да делай что хочешь! – пожимаю я плечами – Хоть топись, или стреляйся, или даже вешайся – мне плевать! После такого предательства с твоей стороны и со стороны родителей, я вас не считаю своей семьёй. И кстати… В отличии от тебя я полноценная женщина, которая может родить ребёнка, а не дефектная как ты. Последние слова я специально сказала, чтобы сделать ей как можно больнее, точно так же как она делала больно мне все эти годы. И мои слова сломили её. Она начала рыдать. Я же с довольной усмешкой, направилась на выход из родительского дома. Мин Юнги, ты определённо плохо на меня влияешь – продолжай, мне это нравится. Ты уже ждал меня возле автомобиля. И как только я вышла из дома, ты подошёл ко мне, обнял и поцеловал. Мы оба замечаем, что моя сестра стоит возле окна и смотрит на нас. И ты, опускаешься передо мной на колени и демонстративно целуешь меня в уже округлившийся живот. Показав ей не самый цензурный жест напоследок, мы садимся в автомобиль и уезжаем прочь от моей чокнутой семейки, прочь от старой жизни. *некоторое время спустя* Я сижу в кресле-качалке на заднем дворике нашего дома и качаю на руках нашего двухмесячного сынишку. Погода сегодня просто замечательная. Солнышко светит ярко и птички поют. Красота. – Детка, – тихо говоришь ты, чтобы не разбудить сына, выйдя из дома и протягиваешь мне какой-то конверт – Это сегодня прислали. Беру конверт из твоих рук, а ты забираешь сына себе. Садишься с ним в соседнее кресло и с улыбкой смотришь, как сын спит. Он такой же соня, как и ты. Взглянув на адрес отправителя, понимаю, что письмо от родителей, ну или сестры, кто их знает? Я сквозь плотную бумагу видеть не умею. Распечатываю письмо и начинаю читать. Письмо от родителей. Они просят вернуться и посетить похороны сестры. Эта идиотка всё-таки сделала это? – Кто написал? – Семейная чета Им. Язык не поворачивается снова называть их родителями. – Что пишут? – спрашиваешь ты, а я рву письмо и с улыбкой выкидываю его в урну. – Просят приехать на похороны их старшей дочери. Ты тут же удивляешься. – Они ошиблись адресом, я такой не знаю. На это ты лишь усмехаешься и целуешь меня в губы, снова отдавая мне сына в руки, а сам садишься рядом и крепко обнимаешь нас. – Ты и наш малыш – вот моя семья.