не насилие

Безличный. Он безличный. — Твои губы отлично смотрятся на моем члене, — гладит по подбородку Хен Сок. Его глаза темно-зеленые, и, глядя в них, Чже Ёль влюбляется в парня еще сильнее, завораживаясь проступающими почти черными крапинками на радужке при падающем свете на них. Хен Сок облизывается сыто и смотрит задумчиво вдаль открывающегося города. Шторы они убрали, когда стеснительный Хен Сок вошел во вкус. Даже не так. Шторы он убрал, когда понял, кто теперь в доме хозяин. Какие-то подарки, дизайнерские вещи, защита за спиной… Чже Ёль вспоминает, как игрался в рыцаря в школе, не понимая, что спасает дракона. Пусть он завораживающий, мощный и волшебный, рептилия является чудовищем, на уничтожение которого в свое время отправлялись под знаменами гильдии охотников. Глаза у Чже Ёля ужасно светлые, как его волосы, будто второсортный персонаж манги, которого обозначают через силуэт  — знак, показывающий, что в жизни все пошло по пизде, а свернуть ты все же не можешь. Он не смиряется, его все устраивает, правда. Это не насилие совершенно. Даже когда Хен Сок кончает ему на челку, а потом уходит по делам. Даже когда Хен Сок неделями его не замечает, а потом пользует всю ночь перед важным совещанием. Даже когда Хен Сок… - …можешь поднимать челку, в чем проблема? — отвлеченно бубнит брюнет, намазывая тост джемом, краем глаза замечая, как Чже Ёль щурится и пытается проглядеть документы сквозь спадающие на лицо волосы. Он ходит так со школы, только заметил? «Проблема в тебе», — молчит Чже Ёль.