О воспитании 3

Флёр проснулась. Разубедило её все сразу. Ноющий висок и лёгкая тошнота. Плечо ныло. Голова её билась обо что-то холодное и твердое. Волосы упали на лицо. Все вокруг тряслось и громыхало. А перед глазами мелькали в темноте какие-то огоньки. Она хотела отстраниться и поправить волосы, но не смогла даже повернуть голову. Назойливо вторгалась в сознание какая-то тихая неприятная и бессвязная скрипичная мелодия. Девушка несколько раз моргнула, чтобы избавиться от рези в глазах, и хоть немного осмотреться. Тут же заметила, что в свете проносящихся мимо огней затуманивается мир. О том, что это запотевает оконное стекло какой-то деревенской колымаги, она догадалась сама. Девушка отлично помнила приятный парижский вечер в одном из уличных кафе. Чашку дымящегося кофе и маленькое пирожное на кружевной салфетке. Хамоватого официанта в длинном белом фартуке. Помнила, как шла к себе домой, и несла сестре несколько купленных ещё утром книг и большой пучок зеленого салата. Даже о том, как запнулась у лестницы. Как её окликнула консьержка, полноватая колдунья с вечными папильотками во взъерошенных рыжих волосах. Вышедшего в коридор для торжественной встречи черного котяру. Наглого, сытого и вечно недовольного. Но хоть убейся, Флёр не помнила, как очутилась в этой тряской грохочущей машине. И куда делось время? Вот только что был светлый, на удивление теплый и погожий осенний вечер, и вдруг наступила ночь. В ответ на её недовольно сопение кто-то подвинулся и прижался тёплым боком. Запахло цветущим грецким орехом. Спутник осторожно приобнял девушку за плечи, и усадил прямо. В спину тут же уперлась какая-то выпирающая железка. Флёр оглядела себя, и поняла, что все ещё одета в ту же одежду, что и вечером. Только рукав медового цвета плаща продрался. Чехол от палочки был оторван и пуст. Чья-то мягкая рука убрала с её лица волосы, и она наконец увидела, что сидит на заднем сиденье старенькой машины. Действительно, это была одна из тех небольших деревенских развалюх, которые по какой-то причине не умерли своей смертью и вопреки всем стандартам и научным данным продолжают ездить и после пятидесяти лет эксплуатации. За рулем сидел плотно сбитый мужчина в надвинутой на лоб поношенной кепке. Потертая кожаная куртка неопределенного цвета была ему маловата. Видимо, с тех пор, как хозяин купил её на какой-то барахолке, он немного раздался в плечах. В автомобиле играло радио. Но только теперь девушка поняла, что мелодия явно не французская. Да и машина не магическая. Она скосила глаза, чтобы рассмотреть своего заботливого попутчика. Высокий чистый лоб обрамляли светлые длинные волосы. Аристократический прямой нос смотрелся выточенным из кости. Высокие скулы, тонкие, плотно сжатые губы. Серое пальто. Сдержанный жест, которым его рука в тёмной кожаной перчатке удерживала волшебную палочку. Человек был собран, напряжен и занят заклинанием водителя. Флёр попробовала пошевелиться ещё раз. -Не советую, - тихо предупредил её мужчина по-французски, - после долгого «петрификус тоталус» ещё не прошло достаточно времени. Кроме того, моя дорогая, я немедленно убью этого милого поселянина, если ты вздумаешь выскочить из машины. -Где я? – язык не слушался. -У меня в гостях, - спутник едва заметно улыбнулся, - милейшее местечко. Гретна-грин. Больше Флёр ни о чем не спрашивала. Хотя понимания того, как она оказалась здесь, на самой границе Шотландии, так и не возникло. Машина медленно ползла по извилистой проселочной дороге и, судя по звуку, теряла по пути какие-то малозначимые детали. Водитель вел, как во сне. Порою он пропускал стратегический каменный уступ на пути, и что-то скрипело о железный ржавый кузов. А девушка молча смотрела в окно на приближающийся из темноты слабо освещенный поселок. И лишь когда у крошечного деревенского домика попутчик попытался взять её на руки чтобы перенести в под крышу, сделала попытку отстраниться. В доме было по-сельски уютно. Трещал камин, и свет его отплясывал вокруг темнеющих на фоне выбеленного потолка грубых деревянных балок. Кровать со множеством подушек была аккуратно застелена стареньким пестрым вязанным пледом. По углам висели какие-то травяные веники, пучки чеснока и лук, заботливо упрятанный в ношенные чулки. Не было похоже на жилище одинокого мужчины. Скорее можно было ожидать увидеть у плиты кого-то вроде Молли. Но домик был пуст. Попутчик осторожно усадил Флёр в потрепанное синее в мелкий цветочек кресло, подвинул к камину, чтобы согреть. Хотя девушка уже могла справиться сама, отвел с её лица белую прядь волос. -Ты, вероятно, ожидаешь от меня каких-то объяснений? – вежливо уточнил он, присаживаясь напротив на крошечную банкетку, обитую той же тканью, что и кресло, - изволь. Меня зовут Готье. У девушки возникло странное желание сказать «Привет, Готье!», как это делают сильно пьющие маглы, когда пытаются вылечиться от алкоголизма в компании себе подобных. -До недавнего времени я был рыцарем в одном из немногих ныне действующих орденов, - продолжал Готье, - к сожалению, наш прекрасный замок сгорел. И почти все мои братья и сестры погибли. Но я вынужден был отложить траур по ним, будучи обремененным делами куда более важными. -Можно ближе к сути? – огрызнулась Флёр. -Разумеется, - рыцарь чуть прикрыл глаза и кивнул, - мне нужен твой муж, Билл Уизли. Без тебя он едва ли согласится со мной говорить. А уж тем более, помочь мне в одном маленьком деле. Девушка не успела спросить, о какой именно помощи идет речь. Где-то совсем близко застучало, и чей-то знакомый голос, кажущийся ужасно далеким, тихим, приглушенным толстыми стенами, пропищал: «Флёр!» Она резко обернулась. Никакой второй комнаты в этом крошеном домике не было. У стены рядом со старинной дровяной плитой стоял тяжелый кованный сундук, какие в изобилии продаются на блошиных рынках в Лондонских пригородах. В углу скопом было навалено несколько метел. Самых обыкновенных, даже не волшебных. -Кто здесь? – нервно поинтересовалась она у своего собеседника. -Даже не знаю что ответить, - наигранно весело усмехнулся Готье, - ибо по документам и по сути имена этой юной леди совершенно разные. Впрочем, для меня важна лишь её фамилия. Гласс. Тебе это о чем-то говорит? Флёр вздрогнула. Рыцарь одобрительно кивнул. -Я бы с большим удовольствием познакомился с этой девочкой при других обстоятельствах, - вздохнул он, - её покойная мать произвела на меня вполне приятное впечатление. Но так уж вышло, что мадмуазель Гласс теперь полная сирота. И ей одной придется отдуваться за всех. -Что это значит? – насторожилась девушка. -Её маменька, да будет ей пухом земля, унесла с собой в могилу доступ к моим деньгам в банке Гринготс, - охотно пояснил Готье, - а ведь эти средства не были моей личной собственностью. И нужны мне вовсе не для кутежей и баловства. Так что если твой муж не предоставит мне доступа к сейфу, то у меня, и у тех, кого я представляю, попросту не будет другого выхода. Юная мисс Гласс должна будет выйти замуж за одного из нас, обеспечив нам законный путь к нашим накоплениям. -Ей четырнадцать! – возмутилась Флёр. -Все предусмотрено, - заверил её рыцарь, - деревня Гретна-грин ещё с восемнадцатого века известна своим лояльным отношением к ранним бракам. Закон, по которому девочка может выйти замуж без согласия своих опекунов с двенадцати лет, все ещё не отменен. Кстати, вот то, что я так ценю в англичанах. -Она не согласится, - зло выдавила Флёр. -Все зависит от силы круциатуса, - пожал плечами Готье, - никому здесь не нужна её любовь или последующая преданность. Хотя, из этой юной особы мог бы выйти толк. Она смелая и сообразительная. На днях, когда я был несколько неосторожен, девочке удалось вырваться, и добежать до ближайшей лавки. К счастью, это деревня. И в ней магазины работают как сломанные часы, дважды в день. Но нам нужны лишь эти злосчастные деньги. К тому же, потом, когда все закончится, с её согласием трудностей не будет. Вообще ни чьим согласием не будет, уверяю тебя. -А что мешало воспользоваться этим невероятно сильным круциатусом до того, как девочка сбежала? -Видишь ли, - рыцарь придвинулся ближе, и заглянул девушке в лицо, - на самом деле я не злой человек. Я просто делаю свою часть этой сложной работы. Хотя бы один из будущих супругов должен прожить в Шотландии три недели. Иначе брак в Гретна-грин по старому закону не зарегистрируют. Девочка гостит у меня вторую неделю. А её жених пребудет точно к свадьбе. Ты спросишь, отчего я сам не женюсь, и будешь права. Отвечаю: моё сердце не свободно. И лишь два крошечных препятствия отделяют меня от союза с моей возлюбленной. -Какие? – зло процедила Флёр. -Твой муж, и твоя дочь, - тихо отозвался Готье. Девушка замерла в кресле. Рыцарь тоже смущенно молчал. Было слышно, как в камине трещат поленья. -Этого никогда… -Я знаю, что не любим, - успокоил её собеседник, - но совсем скоро это уже не будет иметь никакого значения. Ты будешь рада одному моему взгляду. Думаю, я даже смогу позволить твоей бывшей семье жить где-то неподалеку. Ну, в самом деле, могут же у рабов быть семьи. -Потом, это когда? – вдавила из себя Флёр, у которой все тело друг налилось свинцовой тяжестью. -Когда мы купим прекрасные волшебные ошейники для всех вас, - на то золото, которое лежит сейчас в сейфе у гоблинов. Деньги даже не нужно будет никуда везти. -Ошейники? – хрипло переспросила девушка. -Да, - просиял Готье. Это явно была его любимая тема, - маги всех сословий, со всей Британии подчиняться нам. А когда это произойдет, наступит очередь маглов. Конечно, дело это не быстрое, и займет не один год. Но я терпелив. И времени у меня предостаточно. Он снял перчатку, и показал ей золотой хроноворот, встроенный в его ладонь. -А как же остальные маги, - Флёр вглядывалась в лицо собеседника, пытаясь разглядеть признаки безумия в его глазах, - в других странах? -Мы с коллегами можем собрать из наших тел устройство, позволяющее изолировать ваш прекрасный остров, - мечтательно изрек рыцарь довольно разглядывая свою изуродованную ладонь, - ты себе не представляешь, на что способны невыразимцы, будь их даже двое. -Билл никогда не пойдет на это, - твердо заявила Флёр, - а меня ты можешь убить прямо сейчас. -Твой муж не просто согласиться, - приятно рассмеялся рыцарь, - он прибежит сюда сам, и будет делать все очень быстро. Вы оба станете делать то, что я вам велю. -С чего бы? – она взглянула в серые глаза своего собеседника. В ответ рыцарь молча тряхнул палочкой. Большой тяжелый сундук чуть подпрыгнул в воздухе, и с тихим щелчком испарился, оставив на полу четкий прямоугольник не выцветшей краски. -С того, - с удовольствием растягивая слова, объяснил Готье, - что сундук с запертым внутри ребенком сейчас находится под землей где-то на территории этого графства. Место знаю только я один. Еда, вода и воздух девочке там не понадобятся, я сам делал магическое наполнение. А вот света юной мисс Глас явно будет недоставать.