Часть 1
1 августа 2017 г., 23:30
В голове мутнело от количества выпитого спиртного. Все движения замедлялись, казалось бы, что время остановилось, и через пару секунд всё замерло. Самым интересным в жизни становилось наблюдение за бликами от бокала с виски. Вот они на бармене Крисе, вмиг оказываются на полупустой бутылке вина, что стоит на полке с дорогущим алкоголем. Немногие могли позволить себе насладиться хотя бы одним бокалом.
В ушах вся музыка смешалась в один непонятный и раскалывающий голову шум. Виктор боролся с желанием уйти из этого грязного места и больше никогда сюда не возвращаться. Но как только он решает расплатиться с Крисом и уже тянется к заднему карману за кошельком, то раздаётся нудный сигнал телефона. Виктору сначала показалось, что это музыка в его голове, но вибрация говорила об обратном. Высветился Яков. Если бы Никифоров сейчас составил список тех, с кем он не хотел говорить в данную секунду по телефону, то именно его бывший тренер стоял под цифрой один.
Убрав звук на телефоне, а потом немного подумав и вовсе его выключив, Виктор краем глаза заметил взлохмаченные волосы молодого паренька с ушками зайца. Бледное личико сияло не только от улыбки, но и от блёсток на тенях и даже, кажется, на щеках. Он расхаживал без верхней одежды, в руках держа поднос с алкогольными напитками, и он каким-то образом не разлил ни капли, проходив так, словно он не пытался лавировать между кучей народа, а скользил по полу, как будто так и было задумано. Как на коньках. Вот он делает сальхов, обходя двух здоровых мужчин, и заканчивает это акселем. Удивительно, но именно так Виктор это увидел.
Когда этот парень проскочил мимо Виктора, то он сразу начал оценивать его сзади. Заячий хвост непонятно как прикреплённый к тёмным обтягивающим брюкам, округлая задница, словно манящая к себе. Никифоров остановил себя на мысли, что хочет увидеть его без этой ненужной одежды. А ещё лучше, чтобы он выгибался под ним и громко стонал так, чтобы все слышали. Виктор даже успел заметить родинку на правой лопатке, пока парень не скрылся за толпой народа. Он не стал спешно уходить из бара и ринулся прямо к пареньку.
Но не нашёл.
Стало страшно от одной лишь мысли, что он его больше не увидит. Где-то глубоко внутри только что льющийся водопад чувств мгновенно заледенел, испарился, пропал. Как и стук его сердца. Виктору показалось, что он на мгновение умер и что больше никогда не оживёт вновь.
Но его привёл в чувства лёгкий толчок в плечо от проходящего мимо мужчины лет сорока и явно с набитым кошельком, которым он помашет перед очередным пареньком, что потерял свой путь в жизни и не нашёл ничего лучше, чем продавать себя. Не факт, что он будет совершеннолетним. Виктор прекрасно знал, что многим здесь находящимся едва ли исполнилось семнадцать, а может, найдутся и помладше. И это немного пугало и одновременно завораживало. Ведь они такие молодые, вся жизнь только впереди, а у них уже не осталось ни жизни, ни собственного «я». Даже не знаешь, что они способны терпеть и делать, лишь бы набить себе цену. Есть ли у них чувство отвращения? Навряд ли, ведь именно за такими молодыми приходят потные, с отвисшими животами старики, которых волнуют только малолетки.
Виктор решил возвратиться обратно к Крису и всё же с ним расплатиться. Улыбнувшись, тот делает ему довольно большую скидку «в знак дружбы». Смирившись с тем, что больше никогда не увидит того «зайчика», Никифоров вышел из бара и почувствовал холод, быстро прошедший по его лицу. Дышать стало болезненно и одновременно легко.
Вытащив из кармана полупустую пачку сигарет, он взял одну и сделал большую затяжку, чуть не закашлявшись. Яков всегда ему говорил, что нельзя курить. Яков на него орал за каждую выкуренную сигарету. И Яков был прав.
Но Виктор никогда не мог сопротивляться себе, особенно в такие моменты, когда в его крови уже течёт чуть ли не смертельная доза алкоголя, когда ноги переплетаются между собой, а в голове плывут лишь отрывки мыслей. Одна сигарета не навредит. Так он себе всегда говорил. Даже когда на следующий день, когда голова раскалывалась так, словно сам Джейсон ударил его битой по затылку, он никогда не говорил себе, что всё это — из-за сигарет. Нет, они тут не при чём.
Бросив недокуренную никотиновую палочку под ноги и затушив её подошвой, Виктор пошёл по тёмной улице, где было огромное количество проституток и проститутов. Смотреть на это уже стало привычным делом, да и навряд ли найдутся нормальные люди около не самого престижного гей-бара.
Мимо него проходили и разодетые «по последней моде» парни, которые буквально вешались на своих партнёров и разве что не искали тёмные переулки или кусты, где можно «побыть наедине». Проходили и напомаженные девушки в мини-юбках и разве что прямо на улице не раздевались. Эта обстановка перестала удивлять Виктора уже давно. С тех самых пор, как Крис признался, что подрабатывает барменом в этом заведении и пригласил его «в свои хоромы».
С первого раза его воротило от всех этих людей, хотелось убежать от этого места и не видеть танцующих на пилонах почти голых парней в масках, которые показывали такие позы, что даже во снах не приснится. После нескольких раз уже становится привычна такая обстановка. Крис даже предлагал заказать себе «игрушку на ночь», и Виктор бы согласился, если бы не одно но. Пускай он и ходит в бар не совсем для гетеросексуалов, точнее совсем не для них, но он все равно остаётся натуралом.
Виктор свернул в переулок, решив срезать себе путь почти в два раза. Кромешная темнота поглотила его полностью, словно он ослеп. Был виден лишь тусклый свет от фонаря примерно в пятидесяти метров от него. Никифоров даже не сразу заметил паренька, сидящего на мокром от недавнего дождя асфальте. Он смотрел в стену пустыми глазами и посмеивался над чем-то. Не трудно было догадаться, что он себе что-то вколол, да и в этом месте часто ошивались наркоманы. Даже такие молодые, как этот. Навряд ли ему вообще есть восемнадцать.
Пройдя дальше, он заметил парочку, которая не дошла до дома и решила уединиться прямо здесь. Впрочем, им ничто не мешало, даже проходящие иной раз люди. Виктор не зациклил на них внимание и прошёл мимо, отвернувшись.
Пройдя весь путь до одного единственного света, он заметил знакомое лицо в капюшоне. Парень пинал пустую банку от спрайта и попутно что-то то писал, то стирал в своём телефоне. Возможно, именно из-за этого он, не заметив Виктора, врезался в него и обложил матом так, как не каждый сапожник сможет.
— Что ты тут забыл в такую темень? — вопрос не заставил себя долго ждать. Виктор смахнул с плеча Юрия несуществующую пылинку и приостановил пыл друга, не дав ему договорить.
— Меня больше интересует, что ты делаешь в небезопасной близости к гей-бару. Неужто решил наконец смириться со своей ориентацией и в конце концов потрахаться с кем-нибудь своего пола? Девушки-то уже не дают таким старикам. Да ты и не просишь, — усмехнувшись на последних словах, спросил Юрий, потерев нос. Тема о возрасте Виктора всегда выбешивала, и парень это прекрасно знал. Но не тогда, когда тот был пьян. Таким способом можно легко вывести его на чистую воду.
Никифоров в ответ промолчал и направился в сторону многоэтажных домов, где располагалась и его квартира. Плисецкий незаметно пошёл за ним, все так же переписываясь с кем-то по телефону. Виктор предположил, что с Отабеком, ведь он бы никогда не стал улыбаться присланному сообщению. Только если это сообщение не от Алтына.
— Тебе бы пора прекратить курить, иначе умрёшь молодым. Ах да, ты же уже таковым не считаешься, — максимально приблизившись к Никифорову, пробубнил Юрий и убрал телефон в карман.
— Тогда брошу, когда умру, — отшутился Виктор, на самом деле прекрасно понимая, что бросать стоит и как можно скорее.
На этом диалог закончился, и они прошли до квартиры Виктора в кромешной темноте и тишине. Юрий пробормотал что-то о том, что Никифорову пора бы уже вернуться на лёд, а не заниматься глупостями, и молча ушёл в сторону своего дома, даже не попрощавшись. Виктор же остался совсем один со своими мыслями.
Вернуться на лёд.
А стоит ли?
После того, что случилось, видимо, нет.
***
Виктор всегда говорил себе, что пить в таком количестве нельзя. Но это всего лишь слова, а вот выполнить это — ему никогда не удавалось. В итоге встав перед зеркалом, он не сразу узнал в отражении какого-то небритого и растрёпанного бомжа себя. Синяки под глазами, потрескавшиеся губы и кожа болезненного цвета. А ведь раньше, когда ему предстояло выступать на льду, перед огромной публикой, он никогда бы не позволил себе так выглядеть. Скупал чуть ли не все крема для лица, делал маски, даже перед выступлением наносил лёгкий макияж, насчёт чего всегда посмеивался Плисецкий. Тогда он бы никогда не позволил себе пить. Но тот Никифоров навсегда умер и больше никогда не воскреснет, как бы тот ни старался и ни хотел. Всё разрушилось. Всё кончено. Карьера полетела ко дну из-за одного нелепого промаха. Если бы Виктор тогда поставил ногу правильно, ничего бы не случилось. Впервые он ошибся так нелепо. Впервые ему стоило это всего. Виктор думал, что лёд для него значит всё — и жизнь, и работа. И если он перестанет кататься — перестанет жить. Это и случилось. Как только он получил ту нелепую травму, которая свидетельствовала о том, что Никифоров больше никогда не ступит на лёд, у него внутри словно что-то исчезло, пропало, испарилось. Крис всячески помогал ему справиться с этой утратой, помог подыскать новую работу, помог начать новую жизнь. Помог увидеть мир не в темных тонах, как ему казалось поначалу, а в «радужных», как усмехался сам Джакометти. Возможно, все считали, что Виктору пора бы уже уходить с пьедестала победителя и снимать коньки. В таком возрасте уже не катаются. В таком возрасте уже обзаводятся детьми и устраиваются на хорошую работу. Вот только кто полюбит такого старика? Скоро уже тридцать, а он ни разу не был в серьёзных отношениях. Были интрижки, тайные свидания. Но все это заканчивалось максимум через месяц. Виктор нервно посмеялся, смыв с себя вчерашний день. А точнее, уже ночь. Он снова вспомнил о том пареньке в их баре. Нужно будет позвонить Крису и спросить, как его зовут. Сегодня долгожданный выходной, который наверняка пройдёт так же бессмысленно, как и прошлые. Непонятно почему, но Никифорову захотелось сделать этот день особенным. Ведь даже и повод есть — повышение на работе, которого он так долго добивался. Возможно, начальник просто сжалился над ним, а может, это из-за того, что Виктор оставался работать чуть ли не до утра и выполнял все обязанности в положенный срок. Бывало, что он даже ночевал на работе, что случалось гораздо чаще в последнее время. Но если поразмыслить, то начальник, скорее всего, ненавидит его, ведь пару месяцев назад он переспал с его женой. Но откуда ему знать, что она уже занята? Ну, всё в жизни бывает. После этого случая на плечи Виктора свалилось вдвое больше обязанностей, сколько он мог бы вообще выполнять. Ну, и фингал под глазом ему успели поставить. Но главное — он жив и всё ещё на работе. Может, как человека начальник его и ненавидит, но как работник он ценен для него, поэтому не увольняет. Виктор решил сходить куда-нибудь поразвлечься и позвал с собой Криса. Тот, как всегда, был только рад такому приглашению и был у его дома уже через двадцать минут. Никифоров решил не думать, как он так быстро добрался, ведь среднее время от его дома до дома Джакометти составляет не менее получаса. Крис был для него лучшим другом. Возможно, даже больше, чем другом, но об этом Виктор предпочитал молчать. Что не сказать о Юрии, ведь он всегда пытался в момент не очень хорошего настроения Виктора сделать его ещё хуже, испортить так, что хочется просто забиться в угол и поплакать. Но к такому отношению Плисецкого быстро привыкаешь. После случившегося Крис от него не отвернулся, не порвал все связи. Он ему помог. И Никифоров чувствовал, что должен Крису, но не знал, как отплатить ему той же монетой. Поэтому не мог отказаться от похода в бар. Поэтому не мог отказаться от лёгкого поцелуя, когда Крис навис перед ним с явно не лучшими намерениями. Но этот случай они не обсуждали и на следующий день сделали вид, что ничего и не было. Но Виктор этого никогда не забудет. Его запах не спутаешь ни с чем, ни у одной девушки такого не было. Губы такие мягкие, не потрескавшиеся и сладкие. Пускай Никифоров даже не любит сладкое. Но все это пришлось забыть и скрыть глубоко в сердце. Ведь если он скажет о том, что тогда почувствовал к Крису, то вмиг все изменится. Но его сердце не требует перемен, как бы это странно ни звучало и ни противоречило песне. Решив сходить в кино и купив билеты на какой-то ужастик, Виктор зашёл в зал и понял, что там человека три с половиной, не более. Видимо с выбором он ошибся и не нужно было идти на первый попавшийся фильм. Но обратного выхода нет, придётся смотреть. Сев на середину третьего ряда, он заметил знакомую макушку перед собой, но уже без зайчих ушей. В темноте показалось, что даже на волосах у него остались блёстки. Виктор поставил перед собой цель познакомиться или хотя бы увидеть его без рабочей одежды. То есть не без неё, а в повседневной. А хотя и так было бы неплохо. Никифоров так задумался, что пропустил начало фильма и загляделся на сидящую перед ним тёмную фигуру. Фильм, как и ожидалось, оказался полным провалом, но оно того стоило, так как Виктор ни разу не слышал, чтобы Крис так кричал и кидался в объятья к нему. Неужели так страшно, когда дверка шкафчика сама по себе открывается? Видимо, Никифорову этого никогда не понять, так как он весь фильм зевал и под конец чуть не заснул на плече у друга, чем вызвал у него смешок. Виктор даже чуть не прозевал, как тот паренёк вышел из зала. Интересно, какой он без блёсток и галстука-бабочки? Сказав Крису, что отлучится ненадолго в туалет, он тут же ринулся к тому парню и заметил у него на лице заметный ярко-фиолетовый фингал. Именно поэтому он снял обычные очки, надев солнцезащитные и почти вышел из кинотеатра, но Виктор помешал ему сделать это, схватив его за рукав джинсовки. Даже не зная, что сказать, он выдавил короткое «привет» и вовремя понял, что сжимает его руку слишком сильно, поэтому быстро отпустил. На него непонимающе посмотрели и, скорее всего, решили уйти как можно скорее, парень даже успел повернуться и открыть дверь. — Кто это сделал? — вместо тысячи вопросов он выдал именно этот, говоря абсолютно серьёзно. — Вам какое дело до этого? Я вас даже не знаю, так что можно мне уйти отсюда, я спешу! — чётко проговорив каждое слово со скрытой яростью, парень поправил очки и сложил руки на груди. — Я Виктор, видел тебя в баре и хотел бы познакомиться, — как ни в чём не бывало выдавил из себя Никифоров, не обращая внимание на злость в глазах паренька. Пускай он их и не видел, но чувствовать это ему никто не запрещал. — Приятно познакомиться, Виктор, я Юри, а теперь я, с вашего позволения, покину вас! — на этот раз парень действительно вышел из кинотеатра, оставив Виктора одного. — Юри, значит, — словно пробуя имя на вкус, проговаривает Никифоров. — Красивое имя.***
Следующая встреча с тем парнем не заставила себя долго ждать. И уже на следующей неделе, в тот же самый день он увидел его в баре, разносящим спиртные напитки. Скорее всего где-то там, за блёстками, и скорее всего тоналкой, всё ещё остался красочный синяк. А ведь Виктор так и не узнал, кто это с ним сделал. Нужно будет узнать об этом больше. Спросив у Криса до каких тут работают официанты и увидев непонимающее выражение на лице друга, Виктор узнал, что они работают тут почти до часу ночи, а бывает, и до последнего посетителя сидят. Такие уж законы. Посмотрев на время и увидев на часах всего лишь одиннадцать часов, Никифоров решил ждать до конца смены Юри и тогда уже поговорить с ним в спокойной обстановке. Навряд ли он согласится с ним разговаривать в такой суматохе, ведь одновременно «скользить» по полу, разнося напитки, и говорить с кем-то не очень-то удобно. Два часа прошли довольно быстро, Виктор разговорился с Крисом на тему фигурного катания. Он ему рассказал о недавнем выступлении Юрия, когда тот выполнил все прыжки без единой ошибки, поставив всё самое сложное на последние минуты. Попутно Никифоров разглядывал Юри и тут же понял, насколько могут быть одинаковы имена, но разными носители. Но оба были безмерно красивы, ничего не скажешь. Русская фея и зайчик, что может быть ещё изумительней. Но если один ходит в леопардовом костюмчике, но больше похож на злого котёнка в этой одежде, с не менее острыми когтями, которые могут вцепиться в кожу и не отцепиться, то другой ходит в костюме зайчика и выглядит у него это так умилительно, что невозможно отвести взгляда. Когда смена Юри закончилась, то Виктор встал из-за барной стойки и направился прямиком к парню, который уже скрылся за дверью. Но вовремя одумавшись, он понял, что, скорее всего, сейчас переодевается и его лучше не беспокоить. Он подождал до того момента, как Юри вышел уже в другой одежде, и попрощался с Крисом, на что парень помахал рукой с улыбкой младенца. — Привет, — Виктор незамысловато поздоровался с парнем, подбежав к нему, уже когда они вместе вышли из бара. Но сказал он это так тихо, что неудивительно, если Юри его не услышал, так как на улице играла музыка, кто-то недалеко устроил скандал, а рядом с ними проезжала машина, в которой играл рок так громко, что сложилось чувство, словно земля трясётся. — Опять вы? Ну здравствуйте, что хотели? — от этой вежливости Виктору стало как-то не по себе. К нему часто обращались на вы, но когда это делает парень чуть тебя младше, это выводит. Впрочем, голос у Юри был очень даже приятным, и Никифорову показалось, что малость высокий для парня. — Опять я, можно не так официально? Можешь ко мне на «ты» обращаться. Как поживаешь? — Виктору действительно было интересно это услышать, особенно то, кто же его тогда побил. Но так как он ещё не смыл блёстки и тоналку, его было совершенно не видно. Разве что глаз немного опух, что заметно, если только подойти к парню ближе. — Нормально, а вам это так интересно знать? Да и что вы прицепились ко мне, я уже давно не занимаюсь такими делами, если вы об этом, — словно прослушав просьбу Виктора, Юри так же, как и в прошлый раз хотел уже уйти от него, но парень снова взял его за руку, не желая отпускать. — Какими делами? Нет, я просто хотел познакомиться с тобой, да и хотелось бы узнать, кто это с тобой сделал, — Виктор прикоснулся к щеке парня, которая оказалась такой тёплой и мягкой, но тот сразу же отшатнулся. Юри тут же покраснел и приложил ладонь к тому месту, где его коснулись. На секунду можно было увидеть смущение, но оно тут же сменилось гневом и яростью ко всему, что окружает его на один квадратный метр. Виктор не знает, что тогда двигало им. Виктор не знает, почему он решил сделать именно это. Виктор решил, что будет думать о последствиях потом. Всего один лёгкий поцелуй, такой детский и наивный. Но даже он вызвал в Юри столько эмоций, что невозможно описать. За секунду парень, кажется, покраснел, посинел и чуть не впал в кому. Но все так же непонимающе смотрел через тонкие стёклышки очков и ждал объяснений. — Извини, — холодно бросив это, Виктор быстро скрылся с поля зрения и забежал за переулок, присев там. Зачем он это сделал, зачем? Неужели его желание было настолько сильным, что он даже не заметил, как воплотил его в реальность? Безусловно, Никифорову сейчас хотелось одного — провалиться сквозь землю и больше никогда не попадаться на глаза Юри. Ведь он, наверное, ненавидит его за такое. Стало трудно дышать, словно в лёгкие попал песок, который не давал сделать глубокий вздох, а в глазах все мутнеет, поэтому он закрывает глаза руками. Виктор не сразу заметил стоящего в темноте парня, смотрящего на него так, словно ничего и не произошло. В этот момент что-то слезло с сердца и улетело от него далеко и надолго. Никифоров уже напридумывал, что парень не захочет его видеть и будет избегать. Виктор уж точно не ожидал снова почувствовать его губы на своих. Виктору снесло голову от такого, поэтому он, не задумываясь, положил одну руку на затылок парня, другой держал его за талию, скорее всего, держа так сильно, что ему было больно. Но эти мысли ушли на второй план, когда ощущались смешанные чувства. И непонимание, и жажда продолжения одновременно. В глазах заиграли звёздочки, а в голове были лишь мысли о том, чтобы это никогда не заканчивалось. Ощущение того, что сейчас все может резко закончиться, оборваться, испариться, сносило голову. Поэтому он жадно впивался в губы парню и покусывал его губы, скорее всего, до крови, так как ощущался железный привкус. Когда Юри отстранился, чтобы глотнуть воздуха, Виктор отшатнулся, как будто только сейчас понял, с кем целовался. — Ты с каждым встречным можешь вот так вот целоваться? — задал вопрос парень, вытирая губы тыльной стороной ладони. — То же самое о тебе. Я думаю, сейчас самое время спросить, кто же тебя так избил? — все не унимался Виктор. Скорее всего, он бы этот вопрос задавал всю вечность, вплоть до смерти. — Оу, это долгая история, но это все из-за моего «начальника». Когда я ушёл из, гхм, как бы это помягче сказать, когда я перестал быть «ночной бабочкой», то он на это отреагировал вот так вот сильно. Впрочем, все это уже позади. — Ты был проститутом? И как я раньше не догадался! Я надеюсь, мне за этот поцелуй платить не нужно? — в шутку спросил Никифоров и наконец расслабился, когда разузнал всю правду. — Ну если ты так настаиваешь, — тут же ухмыльнулся Юри. В эту ночь Виктор влюбился. По-настоящему и, кажется, очень сильно. Его влекло все: запах, губы, голос парня, даже его улыбка. В этот момент он понял, что влип, влип очень глубоко и надолго, так как не хочет отпускать этого мальчишку ни на шаг от себя В эту ночь Виктор понял, что по-настоящему живёт, а не существует.
