Зависимость.

Пирс встал под душ, позволяя прохладным каплям смыть усталость, накопившуюся за день. Прошло уже почти полгода с последнего задания, три месяца из которых ему пришлось проваляться в госпитале. Врачи говорили, что ему очень повезло, что удалось сохранить руку, но пока она все еще плохо слушалась, поэтому его отправили в оплачиваемый отпуск, так как для дальнейшей службы он пока был не годен. А вернуться он очень хотел, хотя бы для того, чтобы расспросить Криса о том, что произошло на подводной станции. Капитан, конечно, навещал его, но Ниванс так и не решился расспрашивать его в присутствии врачей, а потом Редфилда отправили на очередное задание, так что они с тех пор и не виделись. Звонить он тоже не стал, считая, что это не телефонный разговор. Так что пока его не было, парень усиленно работал над собой, чтобы скорее восстановиться, хотя иногда хотелось на все плюнуть и поддаться глубокой депрессии. И не только из-за того, что иной раз у него ничего не выходило, а потому что неизвестность и недосказанность его просто убивали. Он точно помнил, что от безысходности вколол себе Си-вирус, помнил, как препарат огнем распространялся по телу, как сильно его скрутило от боли, но что было потом, сколько ни пытался, вспомнить так и не смог. Возможно, он потерял сознание, но тогда как они выбрались? Почему вирус не сработал? А если и сработал, то почему нет никаких признаков мутации или чего-то в этом духе? В голове постоянно крутилось множество вопросов, на которые он не мог найти ответов. Страшнее всего были мысли о том, что, возможно, он уже и не человек вовсе… Впрочем, это не было его единственной проблемой. Проблемой номер два был никто иной, как Джейк Мюллер. И если первая вполне могла разрешиться, после разговора с Капитаном, то что делать с этим, он просто не представлял, потому что до сих пор не понимал, как до такого докатился. Насмешливая физиономия наемника с шальным взглядом не давала ему покоя ни днем, ни ночью. Ночью в особенности… А началось все еще там, в Эдонии, когда они первый раз встретились. Между ними сразу, как-будто кошка пробежала. Ниванс всегда внимательно следил за сводками и международного преступника, за голову которого в некоторых странах была назначена награда, узнал сразу, о чем и сообщил Капитану. То, что его нельзя сдать властям или, на худой конец, пристрелить, его просто выбешивало. Хотя, если убивать нельзя, то хотя бы набить его наглую морду никто не запрещал. Ну, он и не сдержался, полез, как идиот с ним в драку, только вот явно недооценил противника. Да еще и то, что он играется с ним, как с котенком, понял не сразу. Было обидно до чертиков, но пришлось признать, что в рукопашной он ему и в подметки не годится. И чего, спрашивается, он этим добился? Ну, понаставили они друг другу синяков и что дальше? Ему прилетело, конечно, намного больше, но чисто из упорства сдаваться он не собирался. Они промутузили друг друга по всем стенам, проломили чудом уцелевшую дверь в одном из зданий, а потом Пирс в определенный момент обнаружил себя на каменном полу, прижатым всем весом тела наемника, вцепившимся в отвороты его куртки и пялясь в хитрющие голубые глазищи. Выстрелы продолжающегося боя слышались с каким-то приглушением, кажется, они оба слишком увлеклись… Он попытался спихнуть с себя противника, но тот только хитро усмехнулся и не двинулся с места. Ниванс уже подумал, что он сейчас свернет ему шею и поминай, как звали, но вместо этого, тот полез к нему целоваться. На пару секунд парень выпал из реальности от удивления, а потом с силой прикусил его за губу, так что во рту тут же появился металлически-соленый вкус, и принялся выдираться, на сколько хватало сил, но только сильнее раззадорил, в полной мере, теперь ощущая не хилый стояк, прижимающийся к бедру… - Сам напросился, щенок, - рыкнул мужчина, с силой вжимаясь в распростертое под ним тело, не давая двигаться и лапая, куда руки дотянуться… Пирс постарался не поддаваться панике и дотянуться до винтовки, валяющейся неподалеку, если бы смог, пристрелил бы его на фиг, и плевать на все приказы вместе взятые. Но он так и не смог… потом, кажется, попробовал уговорить его остановиться, что ожидаемо, не принесло никакого результата. А потом, потом в него будто бес вселился, и он принялся отвечать, со всей яростью, страстью, на которую был способен, решив, что раз уж «помирать» - так с музыкой. Целовал, кусал, царапался, неизвестно как избавившись от перчаток, совершенно не заботясь о том, что кто-то из своих увидит потом столь характерные отметины. Спустя какое-то время Джейк отстранился, тяжело дыша и глядя на него совершенно не соображающим взглядом. - Раздевайся, - приказал он. И вместо того, чтобы просто сбежать, Ниванс оттолкнул его и… принялся сдирать с себя амуницию, чуть ли не трясущимися руками, сам себе удивляясь. Мюллер не пытался помогать, просто наблюдал, жадно облизывая изрядно покусанные, по-блядски полные губы. Когда юноша остановился на пуговице форменных штанов, мужчина притянул его за пояс, накидываясь с новой силой. Теперь, они оба стояли на коленях, поцелуи выходили рваными, они то и дело сталкивались зубами, нетерпеливо шаря руками по телам друг друга. Пирс недовольно рыкнув, потянул куртку мужчины с его плеч, тот выкрутился из рукавов, следом стянул с себя футболку непонятно-зеленого цвета и отбросил в сторону. - Скажешь кому-нибудь об этом, выслежу и убью… - прижавшись к сильному телу, сказал Ниванс, уже почти забыв, что совсем недавно пытался сбежать от него. Да и не слишком-то побегаешь, когда у тебя так стоит, а в ушах бухает кровь от смеси адреналина и тестостерона. Тот кивнул, стянул перчатки и притиснул к себе, с удовольствием проводя ладонями по голой спине, позволяя парню царапать кожу на шее зубами. А потом вдруг отстранился и спросил: - Дашь? Пирс нервно рассмеялся: - Мне казалось, ты меня насиловать собрался… Тот только хищно ухмыльнулся, заставляя развернуться в себе спиной. - Как скажешь… - сказал он, толкнув в спину, заставляя встать на четвереньки, и тут же принялся стягивать с него штаны вместе с нижним бельем. Дальше церемониться наемник не стал, только подготовил немного, а потом толкнулся в него почти на всю длину сразу. Больно было до одури, нутро, будто каленым железом обожгло, и юноша еле сдержался, чтобы не взвыть в голос. Возбуждение тут же схлынуло, воздух хватать удавалось урывками, а из глаз брызнули слезы, хотелось вырубиться или сдохнуть. Джейк выждал некоторое время, все же давая немного привыкнуть к себе, потом стал двигаться, пока медленно, вырывая из горла Пирса тихие болезненные стоны, крепко придерживая его за бедра, не давая соскользнуть… Ниванс все это очень хорошо помнил, в мельчайших подробностях… И как больно было сначала, и как хорошо, когда мужчина нашел нужный угол. Как чуть ли не скулил под ним, позволяя трахать себя, не сдерживаясь, подмахивая задницей и буквально забывая, кто он и где… Помнил, как повис в крепких руках, не давших повалиться на грязный пол, кончив, так ни разу и не прикоснувшись к собственному члену… Кажется, Джейк что-то говорил ему в тот момент, удерживая прижатым к себе, если ему не показалось, то даже ласково. Что он ему там плел, он не слышал, запомнил только интонацию. Когда более или менее оба пришли в себя, молча оделись и вернулись к остальным. Было потом так стыдно за себя, но, что сделано, то сделано. Он старался вести себя, как обычно, и если кто что и заподозрил, то ничего не сказал. А потом Джейк Мюллер пропал, вместе с сопровождавшей его Шерри Биркин на целых полгода. Ему самому на это время удалось забыть про то, что произошло, не до того было. Совсем не до того. Сначала погиб почти весь их отряд. Выжили только они с Крисом, который потом вдруг ни с того ни с сего сбежал из больницы и его пришлось долго разыскивать. Пока Редфилда не было, он заменял его, набирал новый отряд, даже выезжал с ними на несколько заданий, не оставляя, впрочем, надежды найти капитана. И ведь нашел. В богом забытой дыре, заливающим в себя тонны алкоголя и ничего не помнящим вдогонку. Пришлось вправлять ему мозги, чтобы вернуть обратно. Правда, память к нему вернулась далеко не сразу. Иногда Пирс думал, что лучше б и не возвращалась вовсе. Второй раз Джейк попался ему на глаза уже на следующем задании в Китае, на которое они выехали уже с Крисом. Непонятно, из какой задницы выбрались эти двое, но их пришлось прикрывать. Знакомая физиономия заставила всколыхнуться в памяти события полугодичной давности. И на тот момент было непонятно на кого он злится больше: на себя или на него. Пару раз у него возникало острое желание пристрелить его из снайперки прямо в голову, чтобы наверняка, но все-таки сдержался, понимая, что Джейк слишком важен, а он сам виноват. Не полез бы к нему, ничего бы и не было. И примерно с этого момента, началось его помешательство. Лицо Мюллера мерещилось ему почти везде, и он нередко ловил себя на мысли, что думает о нем почти постоянно, если, конечно, не был занят выполнением задания, но стоило хоть на секунду расслабиться, все, труба, тушите свет, господа, походу он умудрился втрескаться… или же у него случилось временное помутнение рассудка, на что он искренне надеялся. Потому что так просто не бывает, чтобы влюбиться в парня, который тебя чуть не изнасиловал. Все-таки, как ни крути, а если бы он захотел, мог бы отказать, когда его спрашивали. И с большой долей вероятности, ему бы позволили уйти… Следующий раз он столкнулся с объектом своей нездоровой страсти, когда они с Крисом поперлись их спасать. К тому моменту единственное, чего ему хотелось, это дать Мюллеру в морду, схватить за дурацкие подтяжки и, притянув к себе, впиться в губы отчаянным поцелуем, и пусть Крис на пару с Шерри думают, что хотят. Но тогда на это не было времени, да еще Крис зачем-то рассказал Джейку, что это он убил его отца. Зачем, спрашивается? Неужели чувствовал в этом за собой какую-то вину? Похоже, не у него одного него, есть скелеты в шкафу. Все-таки, как-то это странно было, если, конечно, капитан не решил таким образом свести счеты с жизнью, во что слабо верилось… Потом они разбежались, Шерри с Джейком нужно было выбраться как можно быстрее, чтобы наконец стало возможно сделать вакцину, которая так сейчас нужна миру, а им с капитаном досталась нелегкая доля разбираться с мерзкой тварью, которую создали, чтобы этот самый мир уничтожить… Юноша удрученно тряхнул головой, на то, чтобы в очередной раз прокрутить все это в голове, ему хватило минут пять. В общем, все было запутанно и запущенно. Как он слышал, вакцину все-таки создали, и Джейк даже не взял своего вознаграждения, что было довольно странно, а потом испарился в неизвестном направлении, даже не навестил, зараза, хотя, с чего он взял, что ему есть до него хоть какое-то дело? Ниванс вздохнул и принялся вытирать влажные волосы полотенцем. Он еще немного побродил по своей квартире, не утруждая себя поиском одежды, а потом отправился спать. Завтра должен был вернуться из командировки его отец, и он хотел добраться до дома родителей пораньше. Парень поворочался немного и все-таки провалился в сон. Вот это он ненавидел больше всего, хорошо, что хоть научился находить различия между сном и явью, а то давно бы уже умом тронулся. Но иногда так не хотелось противиться происходящему, когда сильные руки касаются нежно, поцелуи осторожные и неторопливые, где вместо каменных плит под спиной мягкая постель… Только в этот раз что-то ощутимо было не так. Ниванс сначала нахмурился, а потом резко сел в кровати, тут же больно треснувшись обо что-то лбом. Рядом с ним кто-то смачно выругался, Пирс еле сдержал порыв взвизгнуть, как кисейная барышня, и во все глаза уставился на своего ночного гостя, ожесточенно трущего ушибленную голову. - Что ж ты нервный-то такой? – усмехнулся наемник, сверкнув шалым взглядом в свете уличных фонарей, пробивавшемся сквозь не зашторенные окна. - Ты что тут делаешь? – спросил Ниванс, не найдя ничего лучше, чувствуя, как быстро забилось сердце и, что помимо его воли, губы расплываются в дурацкой улыбке, - И как попал сюда? Шестой этаж ведь… Джейк искренне рассмеялся: - Я тебе кто, по-твоему? На рыцаря я уж точно не тяну, чтобы в окна лазать. На серенады тоже можешь не рассчитывать… - он достал из кармана отмычку и поболтал у него перед носом. Пирс только сейчас обратил внимание на то, что он сидит у него на кровати прямо в ботинках, но только усмехнулся. - Так, чем обязан? - Дай подумать, - мужчина поскреб подбородок, как-будто над чем-то действительно раздумывал, - Да, вот знаешь, есть у меня знакомый парень с классной задницей, да и скучно что-то мне на досуге стало, дай, думаю, загляну, может, что и обломится? - Хамло, - улыбнулся Ниванс, обнимая его и думая, что теперь точно никуда его от себя не отпустит. Мужчина обнял его в ответ. - Рад, что ты в порядке, - выдохнул он куда-то ему в шею, - Мы уж перепугались, что ты помрешь от этой гадости, которую себе вколол… - Не дождешься, - отозвался тот и только потом сообразил, что было сказано, - Постой… Он отстранился от него, заглядывая в глаза. - Откуда ты знаешь? - В смысле? – удивился Мюллер, - Крис разве не сказал тебе? - О чем? – взволнованно спросил Пирс. - Мы с Шерри вернулись за вами… - И что было? В смысле, со мной? Почему вирус не подействовал? - Пожалуй, у меня есть пара соображений на этот счет, - Джейк хитро улыбнулся, склонился к нему и что-то сказал на ухо заговорщицким шепотом. Пирс почувствовал, что у него горят щеки и уши от смущения. - Так что теперь у тебя иммунитет, но если ты все еще сомневаешься, можем повторить процедуру, - еле сдерживаясь, чтобы не улыбаться от уха до уха, невинно добавил мужчина… Ниванс нащупал позади себя подушку и треснул ею по бедовой голове любовника, тихо рассмеявшись. Кажется, жизнь налаживалась…