Про Патронусов и приворотное зелье, которое не такое уж приворотное

      Гарри Поттер за завтраком не может сидеть спокойно. Он специально сел, чтобы виден был слизеринский стол, но Драко Малфоя за ним нет.       «Боже, я надеюсь, близнецы не перепутали приворотку с ядом» - мрачно думает Гарри и пытается поймать вилкой ягоду клубники, которая скользит от него по всей тарелке.       То, на что он так опрометчиво согласился вчера вечером, теперь кажется просто сумасшествием. Как он вообще мог пойти на это? КАК? Приворотное зелье! Так низко он ещё не опускался.       - Гарри, с тобой всё в порядке? – обеспокоенно спрашивает Гермиона, и парню приходится выдавить из себя подобие улыбки.       - Да, Герм, всё в норме. Я просто не выспался.       Гермиона поворачивается к Рону и фыркает: тот уплетает яичницу за обе щеки и ничего вокруг не замечает. Вечно она должна разбираться сама… Девушка бросает взгляд на рыжих близнецов, сидящих неподалёку и светящих такими неприлично-радостными улыбками, что за них становится стыдно. «Они начали действовать без моего ведома. Это, между прочим, нечестно. Вот и помогай им потом». Недовольно показывая язык так вовремя повернувшемуся к ней Фреду (или это был Джордж?), девушка поднимается и тянет за собой как раз поймавшего последнюю клубнику Гарри.       - Рональд, мы идём на уроки, - командует она, и парень вздыхает, заталкивает в рот последний кусок ветчины, запивает соком и отправляется следом за друзьями, которые успели уже пройти половину Большого зала.       Сегодня у них нет уроков со Слизерином, чему Гарри несравненно рад, однако идти в Большой зал на обед он боится не меньше, чем боялся идти на завтрак.       - Хэй, Гарри! – слышится за спиной, и оборачиваться ему совсем не хочется. Он идёт из уборной, так что Рона и Гермионы снова нет рядом. Гарри кажется, что это всё происходит назло.       - Фред, Джордж, - кивает парень, но продолжает идти.       - Постой, Гарри!       - Ты не бойся!       - Ничего с твоим Малфоем не случилось.       - Он не мой! Зря мы всё это затеяли! Когда это закончится? Как это проявляется? Вы мне ничего не объяснили! – сердито причитает Гарри, отводя близнецов подальше от людей в пустой коридор.       - Спокойно, Гарри, - примирительно поднимает руки Фред. – Изменить мы уже всё равно ничего не можем. К тому же, это не обычное приворотное зелье, как мы и говорили.       - Оно не действует сразу.       - Драко Малфой будет влюбляться в тебя постепенно.       - Незаметно для себя и для окружающих.       - И для тебя в том числе.       - Так что хватит беспокоиться, Гарри, веди себя обычно.       - Разве что тебе не стоит оскорблять его, как раньше, наверно, - задумчиво протягивает Джордж, и брат, потрепав его по плечу, согласно кивает.       - А, кстати, Гарри, сегодня вечером ты снова отправишь к нему Патронуса, учти!       - Что-то странное у вас какое-то любовное зелье, парни, - Гарри немного успокаивается, но слишком много всего непонятного остаётся, так что он провожает уходящих близнецов тяжёлым взглядом и идет на обед. ***       За обедом Драко Малфой занят очень важным делом – он вычисляет, кто же в него влюблён. Вон те две девчонки – шепчутся и хихикают. Выглядят, как идиотки. На вид курс третий. Вот эта брюнетка, кажется, её зовут Уитни, признавалась ему осенью. Вот та блондинка – Мередит – прошлой весной. Ещё несколько младших слизеринок, поймав его взгляд, смеются. Это не то. Что имел в виду Северус, когда говорил об отце и сыне? Если допустить, что этот самый сын сейчас учится в Хогвартсе, то… Ему нужен кто-то, кто способен как минимум придумать такое признание, не то что осуществить. Да ещё и парень. Мда. Он переводит взгляд на столы других факультетов и натыкается на буравящий взгляд Гарри Чёртова Поттера.       Бесить Золотого мальчика забавно. Ещё забавнее он пытается отвечать. Не то что бы Драко его ненавидел, дурацкие обиды он хранить не любит, что бы ни говорил отец о семейной чести и тому подобном, но видеть, как мгновенно меняется лицо Поттера и как он реагирует на любую колкость – это дорогого стоит. К тому же, он гриффиндорец, а значит, он должен страдать. Он и его чокнутые дружки.       Сейчас, встретив этот странный взгляд, Драко бесится сам. Он тут, видите ли, пытается быть детективом, а на него пялится каким-то тупым взглядом Гарри Поттер тире Знаменитость всея школы тире Избранный.       Не выдержав такой наглости, Драко аккуратно достаёт палочку и лёгким взмахом замораживает тыквенный сок в стакане мгновенно офигевшего Поттера. Его глобальное офигевание прекрасно отражается на его тупом лице, и Малфой не в силах сдержать довольную ухмылку. ***       - Чего это он, а? – растерянно и немного обиженно спрашивает Гарри у сидящей рядом Гермионы, глупо хлопая глазами и тыкая пальцем в лёд на месте своего тыквенного сока.       - Гарри, ты пялишься на него в упор уже минут десять. Естественно, он как-то реагирует, - припечатывает Герми, не отрываясь от учебника, и парень практически падает лицом в стол. Он идиот. Он ведёт себя, как девчонка. Как маленькая, наивная девчонка. А ещё Гермиона, конечно, знает. Просто очевидно. А Рон, как всегда, с аппетитом ест. Вот же нет печалей у парня.       - Герм, всё так очевидно, да?       - Да, - девушка абсолютно серьёзна, - если знаешь, на что смотреть.       Гарри Поттеру хочется утопиться чуть больше, чем обычно. ***       - Фред, Джордж, объясните мне всё, наконец! – требует Гарри, когда они вечером, как и вчера, находят тихое место.       - Гарри, у нас всё под контролем, тебе не о чем беспокоиться!       - От тебя нам нужен только Патронус, всё остальное мы сделаем сами.       - Я не буду делать никакого Патронуса, пока вы не объясните мне, что вы делаете!       Гарри Поттер злится. Гарри Поттеру определенно не нравится, что его держат в полнейшем неведении. За день он успевает переварить в голове сотню вариантов развития событий, на ужине просверлить в почему-то недовольном (интересно, почему же?) Малфое дырку и накрутить себя до истерического состояния. Он точно не должен был ввязываться в авантюру близнецов. Но дело сделано, и теперь он имеет право знать, во что вляпался.       Близнецы переглядываются и вздыхают. Фред приближается, обхватывает Гарри рукой за шею и начинает вещать:       - Гарри, мы собираемся влюбить в тебя Малфоя на основе магии Патронусов. То есть, мы свяжем ваших Патронусов, а потом и вас с ним! Он и сам не заметит, как будет в твоих руках! А теперь давай же, Гарри, вызывай его, а то нас поймают.       Поттер стоит и пытается осознать, что он только что услышал.       - Это невозможно! – твёрдо утверждает он, и близнецы сочувственно, и, главное, синхронно, качают головами.       - Возможно, Гарри. Для нас нет слова «невозможно»! Мы, между прочим, для тебя старались в первую очередь, так что вызывай уже!       Гарри вздыхает. У него нет выбора, да? У близнецов наверняка ничего не получится, но отговорить их не представляется возможным. По крайней мере, теперь можно не беспокоиться, ибо вряд ли всё это приведёт к чему-то серьёзному.       - «Экспекто Патронум».       - Отлично, Гарри! – хлопает его по плечу Фред и протягивает точно такую же, как и вчера, коробочку. Олень уже ждёт, и Гарри чувствует вину перед ним, потому что заставляет бегать по всему Хогвартсу из-за чокнутых идей двух рыжих бестий.       - Отнеси это Драко Малфою. ***       Драко Малфой идёт по пустому тёмному коридору неподалёку от башни Равенкло и скучающе глядит в большие окна. Патрулирование коридоров никогда не было интересным занятием. С начала года Драко выучил уже все коридоры в Слизеринской части замка и мог ходить там даже с закрытыми глазами, так что в какой-то момент он просто решил гулять по всей школе. Благо, для старосты это было вполне нормально.       Впереди слышится дребезжание стекла в оконной раме, и через мгновение окно распахивается, и вместе с потоком зимнего воздуха в коридор врывается серебристый Олень.       Парень застывает, но вскоре дёргается, закрывает окно взмахом палочки, ибо холодно, и переключает внимание на Патронуса. Животное держит точно такую же, как и вчера, коробочку. Малфой забирает её, открывает и снова предсказуемо чихает от вырвавшейся оттуда серебристой пыли, которая слишком сильно щекочет ноздри.       - Ты меня любишь или хочешь, чтобы я задохнулся? – сердито бурчит блондин себе под нос, но достаёт записку из коробки и разворачивает.       «Сможешь ли ты узнать, кто я?»       Парень сжимает кулаки и зло щурит глаза. Кто бы это ни был, он вздумал сомневаться в нём! В безупречном Драко Малфое! Он это просто так не оставит.       От размышлений Малфоя отвлекает небольшая фигура, которая остановилась в конце коридора. Драко делает несколько шагов в ту сторону и видит девчонку в форме Хаффлпаффа. На вид курс первый, максимум второй. Лицо зарёванное, и при виде Малфоя её губы начинают дрожать, а слёзы вновь литься.       Драко Малфой не любит детей. И чем старше он становится, тем больше он это понимает. Не то что бы он сам был взрослым, но сейчас он как раз в том возрасте, что все, кто как минимум на пару лет младше – по определению дети. А детей надо защищать, о них надо заботиться… А это как раз у Драко не очень выходит. Мягко говоря. В конце концов, младших братьев или сестер у него нет.       - Не реви! – строго говорит он, и, найдя в кармане немного помятый платок, наклоняется и протягивает его девчонке. – Как твоё имя?       - Д…Джоанна Милстоун – немного удивленно, заикаясь и вытирая слёзы, произносит девочка.       - Что ты делаешь здесь так поздно, Джоанна? Отбой был час назад. Это совсем другая часть замка. Ты же с Хаффлпаффа, а здесь рядом Равенкло, - хмуря брови, спрашивает Малфой.       - Я… - Джоанна снова хлюпает носом, и парень недовольно цыкает. «Только слёз мне твоих не хватало для полного счастья». - Я потерялась. Я вспомнила, что забыла свой дневник на подоконнике, когда мы с Лавандой сидели там и ждали урок. Я так долго искала его, потому что не помнила, где именно это было, а потом стало темно, и лестницы двигались, и… я потерялась, - закончила свою сбивчивую тираду девочка, изо всех сил пытаясь не зареветь снова.       - Ясно. Пойдём со мной, - вздыхает Драко и оглядывается, внезапно заметив какое-то движение за спиной. К его большому удивлению, Олень всё ещё стоял и ждал чего-то, внимательно глядя на него.       - А… вы отведёте меня к профессору Амбридж, да? – глаза Джоанны испуганно расширяются, когда она понимает, что ей грозит суровое наказание. По новым правилам, установленным вышеупомянутой Амбридж, всех учеников, пойманных в коридорах после отбоя, нужно приводить лично к ней. Драко вздыхает. Он не любит эти моменты. И он не любит садистские методы воспитания повёрнутой на всю голову тётки. А ещё он далеко не впервые нарушает правила, отпуская младшекурсников просто так, возможно, сняв с них десяток-два баллов. Конечно, слизеринцев он «не замечает» намного чаще, но и учеников других факультетов бывает. В основном младших. А старшекурсники пусть мучаются, старшекурсников и сдать можно, надо же заслужить доверие этой чокнутой, с ней ещё год доучиваться. «Пока Поттер не выкинул что-нибудь, и тогда она вылетит с проклятого местечка» - проносится у него в голове, но он не обращает на это должного внимания.       - Если ты не будешь болтать, и нам никто не встретится по дороге – я отведу тебя в вашу часть замка. Но ты никому и никогда об этом не скажешь, поняла? - как можно более сурово отвечает Малфой, прикидывая в уме, как бы им незаметно, и при этом быстро пройти ползамка.       - Угу! – радостно кивает девочка. - А что это? – она указывает на всё того же Патронуса, и парень вздыхает.       - Я и забыл про тебя. Что мне с тобой делать? - он треплет подошедшего оленя по шее, и тот склоняет голову. Девочка аккуратно касается его носа и радостно смеётся. – Это Патронус, - продолжает блондин, уже обращаясь к Джоанне. - Но он не мой. Он может отгонять дементоров. Это мрачные существа, которые высасывают всю твою радость. Ты узнаешь это на старших курсах. А теперь пойдём. И тихо.       Девочка кивает, и Малфой надеется, что она больше не будет болтать, и подталкивает её идти вперёд вместе с ним, но она, хоть и следует, куда надо, но замолкать явно не собирается.       - А чей он?       - Я не знаю, - «Спокойствие, только спокойствие. Это просто ребёнок. Не нужно на него кричать».       - А почему?       - Я просто не знаю, но хочу это выяснить.       - Аааа… - глубокомысленно протягивает Джоанна, и ненадолго замолкает. Драко облегчённо вздыхает и заворачивает в очередной коридор, поглядывая на Патронус, который невозмутимо идёт за ними, вызывая у портретов недовольный шёпот своим ярким свечением. «Ты вообще не помогаешь» - думает в его сторону Малфой, но вслух произносить не решается. Мало ли, обидится ещё. Кто их знает, этих Патронусов.       - А я слышала, как старшие девочки говорили, что Гарри Поттер умеет делать Патронуса, и что он их учил, - доверительно сообщает девочка ещё через некоторое время. Драко почти вздрагивает от внезапного звука, но сдерживается и дёргает подбородок вверх. Вот ещё, нашёл чего пугаться. – Я тогда не поняла, что такое Патронус, но теперь вижу.       - Тебе не стоит болтать об этом с первым встречным. Тем более со слизеринцем, дорогая, - назидательно сообщает Малфой, а сам в ускоренном темпе анализирует информацию. – А они не говорили, какой у него Патронус?       - Что значит, какой? Он может быть какой-нибудь другой? - маленькие глазки удивлённо на него воззряются, и Драко кажется, что сегодня он исчерпает лимит своего терпения и своей доброты к окружающим за целый месяц.       - Да. У каждого волшебника это какое-нибудь животное. Вот это, например, Олень. А может быть хоть черепаха, хоть волк.       - Аааа… Нет, они не говорили больше ничего про это, потому что пришли другие старшие.       - Понятно. Но тебе стоит и это держать в секрете, поняла?       - Ага!       Они проходят ещё пару лестниц, три коридора, один из которой ведёт к кухне, так что его минуют очень тихо и очень быстро, и оказываются у входа в гостиную Хаффлпаффа.       - Ты дома. Можешь идти, - сухо бросает Малфой и разворачивается, чтобы уйти, но девочка аккуратно берёт его за руку и тихонько её пожимает.       - Спасибо.       - Больше не ходи ночью, - Драко освобождает пальцы и быстро уходит, а вслед за ним идёт Олень, затем делает несколько быстрых прыжков, обгоняет парня и растворяется в воздухе, из-за чего блондин проходит сквозь рой маленьких блестящих серебристых звёздочек, тихонько фыркнув.